Перекрестки

Праздник Ариго закончился около полуночи. Кроме прибытия Его величества больше ничего интересного не происходило. Штанцлер к ним больше не подходил, видимо, удостоверившись словами Окделла, что тот его посетит в ближайшее время. Сам же Окделл почти все оставшееся время стоял около клетки с Вороном, иногда подкармливая птицу. — Время позднее. — Валентин Придд первым из компании потянулся к выходу. — Господин оруженосец, прошу за мной. Лионель попрощался со старшим братом и взял с Рокэ обещание, что они встретятся в ближайшие время. С Окделлом младший-старший попрощался пожав ему руку. — Не играй на нервах у Спрута, — Ричард сказал это тихо, — В вашем противостоянии я поставлю на него. Хотя бы за счет опыта. Лионель ничего не ответил, только улыбнулся как-то предвкушающе, за что эр Арно пригрозил ему кулаком. — Я, пожалуй, тоже попрощаюсь с гостеприимными хозяевами. — Окделл похлопал друга по плечу. — Алва, идемте или вам так понравился ворон, что не хотите его оставлять тут? Рокэ обернулся на несчастную птицу, которую вынесли на потеху зрителям, еще и в клетке, которая явно была мала. В черных глаза бусинках было столько обреченности, что не пожалеть птица. Сам Рокэ старался не ассоциировать себя с этой птицей, хоть и слышал слова Окделла в начале вечера. Было неприятно. — Понравился. — Рокэ с вызовом посмотреть на Первого маршала, так как Окделл его взгляда точно не оценит. Маршал остановился на секунду, что-то обдумал, но, видимо, никчему не пришел, и пошел дальше. Прощаться с Ариго. — Я бы не советовал вам дергать Вепря. — Эр Арно не стал реагировать на вызов. — Никто не хочет стать свидетелем горного обвала.

***

Окделл почти все время проводил либо в своем особняке, либо во дворце, чаще в кабинете Первого маршала. Рокэ сопровождал его куда было позволено. — Господин оруженосец, — Один из слуг подошел к нему во дворце, — Вас просит прийти граф Штанцлер. Рокэ на всякий случай осмотрел коридор, но, как на зло, рядом никого не было. Только Маркиз Сабвэ со своим оруженосцем в дальнем конце коридора. Но из того, что он слышал, господин вице-комендант Кабителы, не был ни другом ни приятелем его монсеньера. Поэтому он не рассчитывал, что ему помогут отвертеться от этой встречи. — Ну раз просит, то пойдём. — Рокэ милостиво кивнул слуге. В кабинете кансилльера было темнова-то. Интересно, как это сочетается с постоянными жалобами графа на здоровье? Пройдя мимо стола секретаря, Рокэ предстал перед кансилльером. — Герцог Алва по вашей просьбе пришёл. — Он бы и воинское приветствие применил, если бы доподлинно не знал, что граф в жизни не держал в руках шпаги. — Герцог. — Штанцлер поднял взгляд от какого-то документа, написанного мелким почерком, и как-то слишком довольно осмотрел ало-золотой колет. Окделл сказал, что ему принципиально все равно какие цвета будет носить оруженосец, поэтому Рокэ решил шутки ради пошить один полностью в цветах монсеньера. Даже сам уговорил попутного и оплатил его. — Не могу не отметить, что эти цвета вам несомненно идут. — Премного благодарен за ваш комплимент, Ваше Сиятельство. — Рокэ растянул губы в кошачьей улыбке. Граф на мгновение прищурился, ищя в словах Рокэ двойное дно. Но видимо, зацепиться было не за что, и он снова вернулся к рассматриванию документа. Потом взял чистый лист и начал чо-то писать мелким, убористым почерком. А вот подпись у графа оказалась размашистая. Что бы хоть как-то скоротать время, пока граф занимался своими делами, начал мысленно считать количество свечей в кабинете. Выходило преступно мало. Что наводил на мысль, что зрение у графа отменное. — Вот этот документ, нужно будет отнести вашему эру. — Штанцлер свернул бумагу и поставил на неё свою печать. — А если он и ответ напишет, будет очень хорошо. Напомните ему, что я жду герцога в в гости. — Все непременно. — Рокэ кивнул графу и забрал бумагу. Чтобы передать герцогу один документ, пусть и на гербовой бумаге, не нужно было отрывать его поручений маршала. Так что Рокэ решил, что это все было, чтобы посмотреть на него и решить что с ним делать в дальнейшем. — Разрешите идти? — Да, да, конечно. — Кансилльер махнул рукой, видимо, уже потеряв к нему всякий интерес. Из приемной графа его никто провожать не стал, только секретарь смотрел в след. Вернуться в коридор, в котором его выцепил слуга, было несложно. Дальше нужно было выйти в главную портретную галерею, сознательно проигнорировать портрет отца, который так и не приказали снять, и выйти к приемной Первого маршала. Чего он точно не ожидал, так это того, что его чуть ли не силой втащат в кабинет и посадят в кресло. Ричард Окделл стоял около кресла, словно Лит на суде Абвениев, то есть твердо и незыблемо. — Скажите, юноша, — Он даже не стал повышать голос, — Вы за два дня успели выучить все коридоры дворца? — Нет, монсеньер. — Рокэ решил отвечать, кратко и по делу. — Среди дворцовых гвардейцев у вас появились первые друзья? — Нет, монсеньер. — Или вы узнали слуг во дворце? — Нет, монсеньер. — Тогда, какого Леворукого, вы отправились за неизвестным вам слугой, по неизвестным вам коридорам? — Окделл прикрыл глаза, словно, ему это было нужно, чтобы не смотреть на Рокэ. — Слуга сказал, что меня к себе ожидает господин кансилльер, сам он был одет по форме кансилльерии, — Рокэ пожал печами, точно зная, что герцог этого не увидит, — К тому я решил, что раз монсеньер сам ходит на беседы с графом Штанцлером, то и мне такие беседы не повредят, а может даже и будут полезны. Окделл глубоко вздохнул, сжал и разжал кулаки. — Конечно, если вы хотите стать пешкой в планах графа Штанцлера, то можете ходить к нему на беседы хоть каждый день. Но с этого момента вам запрещено ходить по неизвестным дворцовым коридорам в одиночку, тем более в компании неизвестных слуг. — А… — Рокэ очень хотелось спросить про прогулки по городу. — Не расстраивайте меня тем, что считали, что в городе за вами никто не присматривают. — Маршал не дал ему договорить вопрос. — Вы не казались мне на столько наивным. И вот не понятно, толи похвалил, толи просто не разочарован. — Как прикажет, монсеньор. — Оставалось только кивнуть, подчиняясь словам маршала. В кабинет влетел, по другому и не скажешь, граф Савиньяк. Не обращая внимание ни на Окделла ни на Рокэ, он начал ворошить документы на столе, тихо что-то приговаривая. Монсеньер только покачал головой головой и подошел к Первому. — Тебя, кстати, Ракан искал. — Первый маршал на секунду оторвался от поиска чего-то на столе. — Так что откладывай головомойку и к королю. Он вроде пофехтовать хотел. — Алва, ноги в руки и за мной. — Маршал севера вышел из кабинета, что-то сказав графу на гальтарском, тот неопределенно махнул рукой. Рокэ спрыгнул с кресла и поспешил за маршалом. Маршал шел по коридорам дворца, не обращая внимание ни на гвардейцев, ни на слуг. Сюдя по всему они шли куда-то во внутренние помещения дворца. Уже около фехтовального зала, Рокэ все же задумался о словах Окделла «если вы хотите стать пешкой в планах графа Штанцлера, то можете ходить к нему на беседы хоть каждый день». Конечно, если принять на веру, что герцогу не совсем все равно на своего оруженосца, то поучается его только что предупредили. — Его Величество ждет вас. — Один из гвардейцев пропустил их в фехтовальный зал. В зале горело только около десятка свечей в дальних углах, большая же часть света шла через большие окна. Рокэ встал за спиной у своего монсеньора. — Ах, Ричард, мой дорогой друг, — Его Величество опустил шпагу и ярко, довольно улыбнулся, — Вы со своим оруженосцем. — Вы звали. — Окделл коротко поклонился королю. — Ах, да. — Ракан подошел к стойке со шпагами, достал одну, ту что даже на вид была тяжее. — Мой постоянный фехтовальный партнер уехал в родовые земли. По фехтуешь со мной вместо Робера? На одну секунду Рокэ показалось, что король кинет шпагу, чтобы Окделл поймал ее на лету. Но Ракан еще раз взвесил клинок в руке и положил его обратно, доставая следующий. — Прошу Ваше Величество меня простить. — Окделл покачал головой и отошел на шаг назад. — В отличие от маркиза Эр-При, мне может не хватить терпения, и вы вряд ли получите удовольствие от такого поединка. — Какая жалость, герцог. — Король грустно посмотрел на Окделла и перевел взгляд на Рокэ. — Может тогда хоть ваш оруженосец? — У моего оруженосца терпения еще меньше. — Окделл обернулся на Рокэ, даже будто смерил его взглядом. — В силу природного кэналлийского темперамента и юности. — Скажи проще, что не желаешь делить обучение юного оруженосца ни с кем. — Ракан вернул все шпаги на место и позвал слуг, чтобы они помогли ему одеть камзол. — Вы, как всегда, догадливы. Хорошо что Ракан, довольно, быстро потерял к ему интерес, иначе бы он увидел удивленный взгляд Рокэ. Герцог Окделл не то чтобы занимался его обучением. — Это единственный вопрос, который вы хотели обсудить, Ваше Величество? — Маршал севера встал, так чтобы можно было разговаривать с королем, но при этом отставать на шаг. — Или есть еще вопросы? — Манрик жалуется на тебя и Савиньяка. — Его Величество вышел из фехтовального зала. — Какой из? — Окделл повернул голову к королю. — Леопольд. Говорит, что вы оба запросили огромные суммы на армию. — У Арно свои резоны, чтобы запросить нужную ему сумму, уверен, что у него рассчитано и обосновано. — Окделл говорил полностью уверенный с своих словах. — Со своей же стороны могу обосновать свои выводы о запрашиваемой сумме. — Обосновывайте, маршал. — Альдо Ракан квинул. — В связи с последними новостями и тенденцией последних пятнадцати лет, я бы предпочел видеть на границе с Дриксен и Гаунау полностью укомплектованную и обороноспособную армию. — Маршал пожал плечами. — Если у Леопольда будут трудности с выделением нужной суммы, то я могу помочь казне. — Хочешь сказать, что готов финансировать всю северную армию? — Ракан удивленно посмотрел на Окделла. — Если будет нужно. — Маршал кивнул. — Лучше тратить деньги на собственную армию, чем потом оплачивать походы армии соседнего королевства. — Не надо, государственная казна полна. — Его Величество сложил руки. — Я поговорю с тессорием. Рокэ старался не сильно высовываться из-за спины маршала, казалось, что и король и маршал забыли о его существовании, но прислушивался к каждому их слову. Постепенно они дошли до личных покоев короля. Слуги открыли им двери. Но в самих, что удивительно, покоях никого не было. Рокэ думал, что его оставят в коридоре или гостиной комнате, но маршал повернулся к нему и позвал за собой в личную спальню Его Величества. — А потом я слышу слухи, что мы с тобой любовники, Альдо. — Окделл подошел к столу около окна. — Мне казалось, что я наоборот слышал, что твоими любовниками являются граф Савиньяк и герцог Придд. — Король хитро усмехнулся. — Мне начинать ревновать? — Для этого нет повода, Ваше Величество. — Окделл покачал головой. Рокэ переводил взгляд с маршала на короля и обратно, пытаясь понять, что именно происходит здесь и сейчас. Но казалось, что ему не хватает какой-то части мозаики, чтобы собрать всю картину целиком. Пока он думал о происходящем, Ракан достал из ящика стола бумагу с королевской печатью. — Это приказ о проведении расследования. — Он показал не подписанный документ. — Но, как сам понимаешь, ты лицо заинтересованное, и я не могу вписать сюда твое имя. Имя маркиза Саллины тоже не могу. Именно он первый начал говорить, что это не просто шальная пуля какого-то дрикса. А Арно нужен всегда и всюду, его я отправить не могу. Чье имя мне вписать, чтобы ни у тебя, ни у Салины не возникло сомнений, что этот человек сделал все возможное, чтобы добраться до правды? — Норберт или Йоган Катершванцы. Один или оба сразу. — Окделл не раздумывал, сразу назвал два неизвестных Рокэ имени. — Их честность не подвергается сомнению. Их словам можно верить. Даже если в результате их расследования окажется так, что это не просто шальная пуля, а приказ устранить Карлоса Алву отдал я, я пойду за Занху.