Стоять за твоей спиной

      — Концовка тебя разочарует.              Кейтлин целиком проваливается в чтение, когда слышит грубый прокуренный голос. Она вздрагивает, поднимая голову: над ней стоит двухметровая фурия с бионической рукой, и запахом сигарет пропитывается вся ее одежда.              — Не знала, что ты это умеешь.              — Что? Читать?              — Нет, говорить со мной без колкостей.              — Так я только начала, — хмыкает Севика и кивает на свободный стул возле Кейтлин. — Свободно?              В обеденный перерыв шериф забегает в маленькую кофейню возле участка, чтобы побаловать себя теплым напитком и хорошей книжкой. Она без задней мысли кивает, и Севика опускается рядом.              — Не против, если составлю компанию?              — А я думала, ты меня терпеть не можешь, — спокойно пожимает плечами Кейт и захлопывает книгу. В заведении полная посадка: многие офисники сбегаются на бизнес-ланч, и в этом вопросе шериф не замечает никаких подвохов. В конце концов, кто знает, может, грозная и сучная Севика обожает лавандовый раф на кокосовом?              — И кто сказал, что это не так? — Севика опирается на стол локтями, выдвигая вперед плечи, словно хочет показаться более грозной. Но Кейт это лишь забавляет.              — Угостить тебя кофе?              — Спасибо, зарплата советника не такая уж и дерьмовая, как тебе кажется.              — Как легко задеть твое эго, — подмечает с улыбкой Кейтлин, отнюдь не расстроенная тем, что Севика ведет себя как… Севика. Там, где она училась быть стервой, Амбесса уже преподавала, а Кейтлин была способной ученицей. — Такое хрупкое, как воздушный шарик.              — Не советую с ним играть. Может лопнуть в лицо и разнести половину кабины.              — Это ты мне так угрожаешь? — с некоторой насмешкой интересуется Кейт.              «Блять, Севика, ты совсем ебнутая? Какого черта ты называешь лицо Кирамман… кабиной? Не ее ли красивое личико ты представляла вчера, трахаясь с дешевой заунской шлюхой? И даже случайно обронила ее имя».              — Нисколько. Я давно не бодаюсь с миротворцами.              — Ага, только посылаешь их веселыми фразочками. Как ты там сказала? «Ножки в сапожки — и нахуй по дорожке»?              — Ты ведь понимаешь, что в этом нет ничего личного? — параллельно Севика озвучивает заказ молоденькой официантке. Выбор очевиден — крепкий черный кофе без сахара.              — Естественно. Ты просто ненавидишь всех подряд, а не только меня.              «Глупая Кирамман, иногда ты можешь быть совершенно слепой».              — Возможно, конкретно тебя я не ненавижу. Да, ты мне не нравишься, но все же чуть меньше, чем остальные.              — Постараюсь пережить это, — Кейт театральной прикладывает руку к груди и строит разочарованное лицо.              «И зачем ты такая грубая пизда? Сама втираешь ее бесполезной женушке, что та никчемная, в то же время все, что слышит сама Кирамман от тебя, это то, что никчемная она сама. Звездец!»              — Как твое самочувствие вообще? — вдруг смягчается Севика, и Кейтлин чуть не давится кофе.              — Это ты к чему?              — Ну… знаешь, беременность не самый простой период, а ты, судя по всему, продолжаешь пахать за троих.              — Подожди, откуда, — Кейтлин начинает говорить тише и наклоняется вперед, — откуда ты знаешь?              — Твоя языкастая женушка проболталась. Но не переживай, дальше меня это не уйдет.              — Вай тебе рассказала? — удивленные глаза Кейт становятся круглыми и такими большими. И почему это она забыла упомянуть, что разболталась со старой пепельницей насколько?              — А у тебя есть другие жены? — язвит Севика, но после все же смягчается. — Так что, как самочувствие?              — О, — Кейт слегка медлит, сбитая с толку, — все хорошо. В этот раз намного легче. Правда, есть смутное ощущение, что в этот раз я собираюсь родить арбуз. Растет не по дням, а по часам.              — Возможно, в этот раз повезет родить сына.              — Мне и с дочерью повезло.              — Я имею в виду, что будет и сын, и дочь. Хоть какое-то разнообразие в вашей женской коммуне.              — И как женщина из матриархальной семьи я этой коммуной очень горжусь, — Кейт довольно вздергивает голову.              — Не сомневаюсь. Слушай, и насчет моего отказа в финансировании участка… ты ведь понимаешь, что в этом ничего личного? — почему-то Севике очень хочется объясниться.              — Само собой. Не я первая и не я последняя, которая услышит про ножки в сапожках.              Севика щелкает пальцами:       — Точно. Что ж, — официантка приносит кофе, и следом за ней поднимается советник, — было приятно пообщаться. А сейчас меня ждут дела.              — Послать еще парочку граждан?              — Не без этого.              — Хорошо, — Кейтлин опускает взгляд в почти допитый кофе и вдруг поднимается следом. — Тебе ведь в Совет через участок? Расскажешь по дороге, что за дерьмовый сюжетный поворот меня ждет в конце книги?              — Только если взамен ты притащишь мне из семейной библиотеки парочку новинок. Ничего пока нет в магазинах, а на собраниях порой бывает скучно. В общем-то, — пожимает плечами, — почти всегда.              — У меня в основном детективы.              — Ничего, буду просто болеть за преступников.              — Ты неисправима, — возражает Кейтлин, но все же соглашается на предложенные условия.              По дороге в участок Севика довольно увлекательно пересказывает сюжет, и, оказывается, за скудным словарным запасом на собраниях кроется неплохой рассказчик в реальности. Всю дорогу между делом Севика передается фантазиям, которые настоятельно пытается отогнать: а что, если бы у нее была такая возможность каждый день?              «Буду я еще каблуком легавой, как же».              Она недовольно фыркает и отбрасывает все случайные мысли.              Возле участка на просторной спортивной площадке Вай тренирует новобранцев, но то, с кем показывается возле него Кейтлин, заставляет ее напрячься. И с какого момента обожаемый Кексик проводит обеденный перерыв с Севикой? С той, которая двух слов связать не может.              — Спасибо за компанию. А книжка реально заканчивается ерундой. Не буду тратить на нее время.              — И не забудь про обещание.              — Притащу на следующее собрание.              — Уговор, — Севика кивает, и Кейтлин тут же исчезает, явно направляясь к своей жене. Вайолет нервно наблюдает за тем, как та приближается, и неосознанно встает в недовольную позу: подпирает кулаками бока, спускает вниз брови и плотно стискивает губы.              — А я смотрю, ты времени зря не теряла, пока отходила за кофе.              — В каком смысле? — последнее, что ожидает Кейтлин, это такой холодный прием. В последнее время они сильно сближаются с Вайолет на фоне беременности, и этот выпад с ее стороны кажется таким… неестественным.              — Я об этой пепельнице, — взглядом Вай провожает Севику. — Вы теперь типа подружки или вроде того?              Пару секунд шериф пребывает в шоке, а после заливается звонким смехом. Новобранцы, кажется, впервые видят в начальнице не стальную сталь, пытавшую их на собеседованиях, а просто забавную девушку.              — А я думала, подружки как раз таки вы, ведь это ты решила первой сообщить о моей беременности именно ей.              — Это пизда сказала, что все останется между нами! — возмущенно возражает Вайолет.              — Не сказать, чтобы моя беременность стала для меня новостью, — Кейт прикладывает руку к груди, — так что в какой-то степени секрет сохранен, но все же. О чем ты думала, Вайолет?              — Я тогда была пьяная и злая. Извини, Кексик.              — Ничего. Думаю, она и вправду никому не скажет. Но ты могла бы хотя бы предупредить меня.              — Извини, — Вай неловко забирает пятерней волосы назад. В последнее время они настолько достают ее, что она думает побриться под один сантиметр и попробовать новый стиль. — Было стыдно, что я проболталась, и еще…              — И еще, — изящная синяя бровь изгибается, — что?              — Мне показалось, что Севика симпатизирует тебе… ну, типа, знаешь, как женщине. Поэтому разговор в целом получился кривой, не хотелось к нему возвращаться.              — Севика симпатизирует… мне? Боже, родная, ты правда сильно перебрала в тот вечер, — Кейт прикладывает руку ко лбу Вай. — Да и сейчас бредишь. Может, тебе взять выходной и хорошенько отдохнуть?              — Я серьезно, — Вай аккуратно убирает руку жены. — Она мне втирала намеки вроде тех, что если я не пойду поддерживать тебя, то она может сделать это за меня.              Кейт начинает заливисто смеяться, воспринимая слова жены как абсолютный бред. Что только не покажется на пьяную голову.              — О, я так и представляю Севику, которая заступается за меня. Это настолько же абсурдно, как… черт, да я даже не знаю, что может быть настолько же странным.              — И все же я не думаю, что она шутила. Ты же знаешь эту старую лесбиянку.              — Малыш, ты что, правда ревнуешь? — Кейтлин делает осторожный шаг и касается щеки жены. — Меня. Беременную. К, прости господи, Севике.              — В твоей-то верности я не сомневаюсь, Кексик, если ты об этом. Мне просто не нравится видеть, как вокруг моей жены ошивается какая-то престарелая плесень.              — А ты та еще собственница, — одним уголком улыбается Кейтлин. — Не меняешься с годами.              — А чего мне меняться? Не самая худшая черта, можно и оставить.              — О, и эта черта мне чертовски нравится. Такой ты злой котеночек, когда ревнуешь, — Кейт пробует на вкус сказанные слова. — Это заводит.              — У тебя снова на фоне беременности повышается либидо?              Шериф закусывает губу:       — Возможно, — и, наклонившись к уху Вай, шепчет. — Жду тебя через полчаса в своем кабинете. Отпустишь новобранцев на законный обед?              — А меня, так понимаю, ждет что-то поинтереснее? — Вай быстро меняется в лице, и хитрая улыбка едва касается ее шрамированных губ.              — Только тебе решать, как мы проведем время. Обычно на работе приказы отдаю я, но сегодня… можем попробовать наоборот.              — Вот ты ж блять, Кексик… — Вай сглатывает обильную слюну. — Икак мне продержаться теперь полчаса?              — С твоим стальным терпением. Прояви стойкость, родная, и потом будет вдвойне приятно.              — Так, все, — Вайолет разворачивает жену. — Уходи с глаз моих, если не готова позвать с собой прямо сейчас. Ты мешаешь мне концентрироваться.              — О, как скажешь, — Кейтлин самодовольно вздергивает голову и отправляется в участок.              А сохранение этой ревнивой искорки даже спустя десять лет не может не радовать: с ней и секс ярче, и жизнь интереснее. И первое Кейт как раз собирается проверить.