С этого дня, я начал тонуть

Прошло два дня. Целых два дня тренер держал Лешу и Сашу в стороне от тренировок. Парадеев принял это с непроницаемым спокойствием, словно ему было все равно. Леша же, наоборот, яростно доказывал, что какие-то жалкие синяки и царапины - ничтожная помеха для настоящего пловца. Ему хотелось кричать, доказать, что он сильнее, что он готов, но стоило лишь взглянуть на то, как он непроизвольно дергается и скручивается, пытаясь скрыть боль, чтобы понять: он врет сам себе. Ко всему прочему, приходилось терпеть назойливое ворчание Деревяшкина, который, казалось, наслаждался каждой возможностью вставить шпильку. Но сегодня, к облегчению Леши, Аркадий Романович объявил о возвращении к тренировкам. Прерывать режим нельзя, иначе потом будет вдвойне сложнее наверстать упущенное.

***

Однако, надеждам Леши не суждено было сбыться. Сегодняшнюю тренировку проводил не Анатолий Романович, а какой-то незнакомый мужчина. Высокий, широкоплечий, лет двадцати пяти, он оценивающе осматривал команду. Его голубые глаза, казалось, сверлили каждого насквозь, и Леше это не нравилось. В этом взгляде читалось что-то странное, подозрительное, словно мужчина знал о них что-то, чего они сами не знали. Лешу это раздражало. С какой стати этот незнакомец просто молчит, разглядывая их, как экспонаты в музее? Холодная сырость пропитала траву под ногами. После ночного ливня, барабанившего по крыше, как обезумевший барабанщик, в воздухе висела густая влажность. Леша поежился, представив, что пришлось пережить тем, кто оказался под этим адским душем. Он нетерпеливо поправил свой край обтягивающей водолазки, который предательски сполз вверх, оголяя полоску бледного живота. Ткань неприятно липла к телу, напоминая о поспешном душе, принятом перед выходом. Кончики влажных волос, выбившиеся из-под шапочки, трепетали на легком ветерке, освежающем окрестности спортивного лагеря. Леша с силой прикусил внутреннюю сторону левой щеки, пытаясь сдержать раздражение, но буквально через мгновение услышал низкий, бархатистый голос мужчины. – Итак, господа спортсмены, – произнес он, словно пробуя слова на вкус, – сегодня, вместо плавания, у нас будут соревнования по… футболу. Надеюсь, эта новость вас порадует, – Голубоглазый мужчина с кривой усмешкой кивнул сам себе, затем небрежно поправил свои густые волосы темно-рыжего оттенка, которые успели завиться от влажного ветра. Он наклонился и достал из темного, шуршащего пакета футбольный мяч. Ярко-желтый, с голубыми узорами, он казался инородным телом в этой серой, промозглой обстановке. – Ну что ж, юноши, не будем терять времени. За мной. – Он небрежно махнул рукой в сторону футбольного поля и, развернувшись, направился туда, насвистывая какую-то легкомысленную мелодию. По прибытии на футбольное поле, словно по злой иронии судьбы, взору открылась до боли знакомая картина: чисто-белые футбольные ворота возвышались по обе стороны, образуя зловещую перспективу на фоне безупречно ровного, неестественно яркого газона. Лёша терпеть не мог футбол. С детства этот спорт упорно отказывался ему покоряться, словно нарочно издеваясь над его неуклюжими попытками. Но сегодня, стиснув зубы, он поклялся показать все, на что способен, доказать этим самодовольным футбольным выскочкам, что пловец - это тоже спортсмен. Новый тренер, словно заправский жонглер, небрежно покрутил мяч в руках, демонстрируя полное пренебрежение к их молчаливому ожиданию. Сейчас перед ним стояла непростая задача - распределить двенадцать разгоряченных тестостероном тел по командам и назначить капитанов, не спровоцировав при этом бунт на корабле. Рыжеволосый мужчина, словно голодный хищник, выискивающий слабую жертву в стаде, прошелся цепким взглядом по напряженно замершей шеренге и, ухмыльнувшись про себя, вальяжно двинулся в центр поля. – Ну что ж, юные дарования, – промурлыкал он, словно пробуя каждое слово на вкус, – приступим к формированию… боевых отрядов. – Он нарочито театрально вздохнул, словно собираясь нырнуть в кипящий котел интриг и подлостей, и его пронзительно голубые глаза, до этого скользившие по строю, вдруг словно магнитом притянулись к Лёше, а затем, с ленивой насмешкой, переметнулись к Парадееву. – Эй Вы, два таланта, – пропел он, вальяжно махнув рукой, – прошу ко мне. Ты, белобрысый ангелочек, и ты… – он сделал паузу, с наслаждением растягивая момент, – …самый сердитый. Да-да, не прячься, третий слева. Вы у нас капитаны. Деревяшкин, едва сдержавшись, чтобы не выплюнуть в лицо наглому самозванцу колкость, мысленно чертыхнулся. С какой стати этот выскочка позволяет себе фамильярничать? Он даже не удосужился спросить их имена, а сразу принялся раздавать идиотские клички! С какого перепугу он вообще решил, что Лёша - самый сердитый? Он, конечно, не ангел, но и до разъяренного берсерка ему далеко! С трудом подавив волну ярости, захлестнувшую его, Алёша, скрипнув зубами, все же направился в сторону тренера, стараясь сохранить на лице подобие невозмутимости. Парадеев, словно привязанный, следовал за ним, сохраняя свою фирменную отстраненность. – Отлично, капитаны назначены, – пропел тренер, с довольным видом похлопав в ладоши. – Теперь приступаем к дележу… пардон, формированию команд. – С этими словами он внезапно закинул свою широкую ладонь на плечо Саши, слегка сжав его так, что тот едва заметно вздрогнул, но, нахмурившись, предпочел проигнорировать этот фамильярный жест. – Итак, ты, самый низкий, – проворковал он, указав на забившегося в самый конец строя щуплого паренька, – отправляешься в команду к белобрысому капитану. – Тот, потупив взор, словно провинившийся школьник, поплелся в сторону Саши, явно не испытывая энтузиазма по поводу предстоящего футбольного матча. – А ты, в вызывающе красной кофте, – продолжил тренер, ухмыляясь, – Отправляешься разбавлять угрюмость капитана Сердитого… И словно кукловод, дёргающий за ниточки марионеток, тренер продолжал распределять игроков по командам, одаривая каждого новой, порой до зубовного скрежета обидной кличкой, явно наслаждаясь произведенным эффектом. Кто-то, не в силах сдержать смех, прыскал в кулак, кто-то хмурился, чувствуя себя оскорбленным до глубины души, а кто-то, стиснув кулаки, с трудом сдерживался, чтобы не броситься на обидчика с кулаками. Лёша, сгорая от любопытства и гневного нетерпения, пытался понять, что происходит. Это тренировка или цирковое представление? Почему этот наглый рыжий клоун ведет себя так фамильярно с Парадеевым, словно они старые приятели? Какой-то он странный мужик, слишком уж дерзкий. Тренер, закончив формировать команды, с лёгкостью бросил под ноги мяч. Мяч проехался по сырой траве и встал на сырую, белым цветом покрашенным - точку. Он вздохнул, и с небольшой улыбкой, сказал: – Что ж, капитаны, покажите, что можете. Начинаем. – Усердно крикнул он, занимая место на боковой линии и скрестив руки на груди с довольным видом, поправив свой чёрный адидас. Лёша, несмотря на всю свою неприязнь к футболу, постарался взять себя в руки. Парень выбрал позицию в полузащите, намереваясь перехватывать мячи и отдавать их Лебедеву, который был неплохим нападающим. Саша, напротив, занял позицию центрального нападающего, словно уверенный, что именно он должен забивать голы. Первые минуты матча прошли в хаосе. Обе команды бестолково метались по полю, пытаясь завладеть мячом. Лёша несколько раз пытался перехватить передачу Саши, но тот ловко уходил от него, словно насмехаясь над его неуклюжими попытками. Однажды, получив мяч, Лебедев резко рванулся к воротам команды Саши. Лёша, видя, что его напарник окружен защитниками, бросился ему на помощь, надеясь отвлечь внимание. Лебедев воспользовался моментом и отдал пас Лёше. Тот, к своему удивлению, сумел укротить мяч и даже сделать пару шагов в сторону ворот. Но тут перед ним возник Парадеев, преграждая путь. В горящих глазах Саши, не было ни тени насмешки, только сосредоточенность и решимость. Парень ровно смотрел прямо в карие глаза напротив, словно вызывая его на поединок. – Пропусти, Парадеев, – процедил Лёша сквозь зубы, чувствуя, как ярость снова закипает внутри. – Слишком сильно мешаешь. – Не в этот раз, уёбок, – С холодными глазами ответил Саша, его голос был спокойным, но твердым, вызывающий небольшое напряжение и пугливость. Капля проклятого пота стекла со лба Деревяшкина, но тот не решал отступать. Лёша попытался обойти Сашу, но тот двигался слишком быстро, блокируя все его попытки. В конце концов, Алёша, потеряв равновесие, упал на газон. Александр, не теряя времени, отобрал у него мяч и, сделав несколько стремительных рывков, забил точно в ворота сопернической команды. Команда Парадеева ликовала, а Лёша, поднявшись на ноги, почувствовал себя униженным и злым. Ярость переполняла его. Парень никак не мог поверить, что Саша так легко обыграл его. На данный момент, это напрягало слишком сильно. Илья, заметив чужую зависть, подошёл к брюнету и положил руку на плечо. – Мы ещё отыграемся, не расстраивайся! – Бодро сказал русый, но тот лишь отмахнулся, прошептав агрессивное: «Я не расстроен» – Неплохо, Парадеев, – Громко процедил Лёша, стараясь скрыть свою досаду. – Но это только разминка. – Саша лишь усмехнулся в ответ, не сказав ни слова. Он знал, что Лёша не успокоится, пока не докажет, что он лучше. Адский матч продолжался. Лёша играл с остервенением, пытаясь доказать блондину и самому себе, что он достоин быть капитаном. Он перехватывал мячи, отдавал точные передачи, даже несколько раз опасно бил по воротам. Но Саша был везде. Он перехватывал его передачи, блокировал его удары, забивал голы. Соперничество между ними стало очевидным для всех. Они не играли в команде, они играли друг против друга, словно два гладиатора на арене. Шепелев, наблюдая за ними, лишь качал головой. – М-да уж, – пробормотал он себе под нос. – Долго это не продлится. Рано или поздно кто-то из них сорвется. Под конец матча, когда счет был ничейным, Лёша получил мяч вблизи ворот команды Саши. Он был уверен, что сейчас забьет гол и вырвет победу для своей команды. Но вдруг, словно из ниоткуда, перед ним возник Саша, готовый отобрать мяч. В глазах Лёши потемнело от ярости. Он не мог позволить Саше снова победить. Он сделал обманное движение, пытаясь обойти его, но Парадеев не поддавался. Тогда, в порыве гнева, Лёша просто толкнул Сашу плечом. Другой же, не ожидал этого. Парень потерял равновесие и упал на землю. Лёша, воспользовавшись моментом, прорвался к воротам и забил решающий гол в их игре. Коварная улыбка полезла на уши. Свисток судьи возвестил об окончании матча. Команда Лёши ликовала и радовалась, подбегая к нему и поздравляя с победным голом. Но сам Деревяшкин не чувствовал особого триумфа. Он посмотрел на Сашу, который медленно поднимался с земли, потирая ушибленное колено. В глазах Саши не было злости или обиды. Только какое-то глухое разочарование в сопернике. – Это было грязно с твоей стороны. – сказал он тихо, закусывая свою щеку с внутренней стороны. – Мне ли не похуй? – Брюнет презрительно хмыкнул. Какая разница, грязная или нет? Главное - победа. И он её добился, со своими действиями. Парень не собирался извиняться перед Парадеевым, тем более после всего. Тот сам нарвался, так сказать, спровоцировал своей слишком отличной игрой. – А что, больно тебе, Санечка? – съязвил Лёша, ухмыляясь. – В следующий раз будь внимательнее. Или, может, тебе стоит вернуться в свой бассейн? На футбольном поле тебе явно не место. – Саша ничего не ответил, просто промолчал, понимая, насколько Деревяшкин жесток. Лицо его оставалось невозмутимым, как маска. Лёшу это бесило. Он ожидал увидеть злость, ненависть, что угодно, но только не это равнодушное выражение. Саша просто развернулся и ушел, не сказав ни слова. Лёша проводил его взглядом, чувствуя не удовлетворение от победы, а какое-то странное беспокойство. Почему Саша так легко сдался? Почему не попытался ответить на его колкость? Что он задумал? «Да плевать» - подумал Лёша, отгоняя неприятные мысли. Главное, что он победил. Он доказал, что может быть лучше Парадеева, хотя бы на футбольном поле. Он повернулся к своей команде, принимая их поздравления и чувствуя, как к нему постепенно возвращается вкус победы. Пусть Парадеев дуется, это его проблемы. Он добьется своего и в плавании, докажет, что он - лучший. Но, несмотря на всю свою браваду, где-то в глубине души Лёша понимал, что победа была не совсем честной. И это знание отравляло его триумф, оставляя неприятный осадок. Однако, он ни за что не признался бы в этом ни себе, ни тем более Саше. Гордость не позволяла. После тренировки на футбольном поле, тренер отправил парней на обед.

***

После плотного обеда, спустя некоторое время, Ермолаев докуривает сигарету, втягивая горький дым до самого дна легких, словно пытаясь выжечь им свою злость. Пальцы, пожелтевшие от никотина, дрожат. Последняя затяжка - и он с силой выбрасывает бычок куда-то в сторону, в непроглядную темноту. Тлеющая искра, словно маленькая надежда, гаснет в сырой траве. Александр, ощущая, как липкий пот стекает по вискам, нетерпеливо поправляет тёмные волосы, зачесывая их назад. Пряди, отросшие за время лагеря, непослушно выбиваются из прически, падая на глаза. Он резко отворачивается от мрачной дали и заглядывает в освещенную комнату через широкое окно. Видит серые, казенные стены, обшарпанную мебель и тусклый свет, льющийся из-под абажура настольной лампы. А самая главная его цель на сегодня - уставший, но всё ещё настороженный Лёша - сидит на кровати, копаясь в телефоне. В груди поднимается волна раздражения. Саша хмыкает, кривя губы в циничной усмешке, и решительно подходит к входной двери комнаты. Парень, ощущая легкую дрожь в коленях, аккуратно касается холодной, отполированной до блеска железной ручки, словно боясь обжечься, а потом плавно переходит рукой на шершавую поверхность деревянной двери, словно опасаясь спугнуть что-то невидимое, таящееся в полумраке комнаты. Александр, собираясь с духом, сжимает свою руку в крепкий кулак, до побелевших костяшек, словно готовясь к удару, и, набрав в грудь воздуха, стучит в дверь, стараясь придать лицу уверенное выражение. Одновременно с этим он нервно поправляет свои очки в тонкой черной оправе, поправляя съехавшие дужки на переносице. Из комнаты, словно потревоженные пчелы из улья, доносятся быстрые шаги. Скрипит дерево под ногами. Наконец, дверь распахивается, и на пороге появляется спокойный, но слегка сонный Шепелев, сонно щурясь и осматривая паренька напротив. Он одет в растянутую футболку и спортивные штаны, волосы растрепаны. – Чё надо? Ты кто вообще? – Ярик распахивает дверь шире, оглядывая незнакомца с головы до ног. В его взгляде читается смесь раздражения от прерванного отдыха и невольного любопытства. «И чего ему тут понадобилось?» - проносится у него в голове. Саша неловко улыбается, обнажая ряд ровных, но немного желтоватых зубов, и нервно облизывает пересохшие губы. Достаёт из кармана помятую белую бумажку, сложенную в несколько раз. Листок выглядит так, словно его долго мяли в руке. Ермолаев протягивает её Ярику в руки, стараясь не смотреть ему в глаза. – И нахуя мне эта бумажка? – Парень, не скрывая раздражения, подозрительно щурится, принимая листок. Незнакомец вызывает у него неприязнь, что-то в его взгляде кажется фальшивым, натянутым. Он хмурится, пробегая глазами по корявым строчкам, написанным неровным почерком. «Не доверяй своему соседу по комнате, он не так прост, как ты думаешь» Ярик недоуменно моргает, перечитывая послание еще раз. Какая-то бессмыслица. – Чё… А ты про кого имен… – Не успел договорить Шепель, как его тут же перебивает парень напротив, своим низким и завораживающим голосом, от которого по спине пробегает неприятный холодок, словно к нему прикоснулся лед. В голосе незнакомца слышатся металлические нотки, заставляющие насторожиться. В голове проносится мысль: «А он вообще нормальный?» – Не общайся с ним. Я думаю, что ты понял меня, – Отрезает Саша, вкладывая в каждое слово скрытый смысл, словно отыгрывает роль в дешевой пьесе. В его взгляде – смесь угрозы и предостережения. – Позже увидимся! – Саша резко разворачивается и уходит в сторону своего корпуса, растворяясь в полумраке. Его походка кажется неестественно быстрой, словно он убегает от чего-то. Оставляет Ярика одного, совершенно сбитого с толку и скомпрометированного. Едва фигура незнакомца скрывается за углом, Ярик, не сдержавшись, бормочет: – Пиздец. – Сказал шатен, скомкав бумажку в плотный комок и запихивая её в карман спортивных брюк. В голове гудит от навалившейся информации, и разбираться во всем этом совершенно не хочется. Он чувствует себя словно обманутым ребенком, которому пообещали конфету, а дали камень. Он закрывает дверь, щелкнув замком, словно отгораживаясь от нависшей угрозы. Обессиленно плетется к кровати, сбрасывая тапки на ходу, и падает на нее лицом в подушку. Хотелось заесть стресс. Ярик, с отчаянием в глазах, достает из своей тумбочки початую пачку кислого мармелада в виде разноцветных червячков и маленький пакетик яблочного сока, чтобы запить приторный вкус. Он разрывает упаковку, и в комнате разливается химический запах фруктов. Ему не хотелось в этом всём разбираться, Шепелеву это не нужно. Он просто хотел спокойно дожить до конца смены, не влезая ни в какие разборки, и вернуться домой, к своей обычной, предсказуемой жизни. Небольшая часть плана Ермолаева была выполнена. Скоро он осуществит его, нужно только подождать, и сладкий плод расцветёт.

***

Темноволосый хитрец, словно голодный волк, выслеживающий добычу, обходит домик со всех сторон. В окне, как будто в клетке, он замечает свою следующую жертву, беззаботного и наивного Илью, словно маленького крольчонка в огромном и опасном лесу. Внутри царит атмосфера азарта - Илюша, раскрасневшийся и возбужденный, играет со своими друзьями в так называемого «Дурака». И, судя по громким голосам и довольным крикам, эта игра - на желание. Саша, как обычно, на своей волне, грозно хмурит брови, но взгляд его выдает - в глубине глаз пляшут чертята предвкушения. Он быстро скрывает улыбку под маской нарочитой серьезности, оттачивая образ холодного и загадочного парня. Чёрные, как вороново крыло, прядки, были небрежно завязаны в хвостик на затылке, чтобы не мешать и не лезть на глаза. Ермолаев, набрав в грудь воздуха, подходит к двери и, не церемонясь, стучится в нее, а следом, не дождавшись разрешения, распахивает ее настежь. Внутрь врывается свежий воздух и тень фигуры, заслонившей свет. На вид открываются фигуры парней из чужой команды, с любопытством обернувшихся на непрошеного гостя, а так же, русоволосый Яцкевич, которого он должен отобрать - на небольшое время… или, возможно, и навсегда. – Эй, Илья! – Громко и властно говорит Саша, подзывая к себе Илью взмахом руки. Его голос, низкий и бархатистый, словно шепот опасности, заставляет всех в комнате обернуться. Небольшая компания из соперников оборачивается на Александра, слегка вздрагивая от резкого и уверенного тона. Удивленный Яцкевич, услышав свое имя, тут же переводит взгляд светло-карих глаз на парня, и на его лице расцветает скромная, но искренняя улыбка. Он словно зачарованный смотрит на Сашу. – Ребят, короче, особо не обижайтесь, но я потом подойду, – говорит Илья, вставая с прохладного пола и кинув свои карты в сторону. В его голосе слышится легкое сожаление. Он подходит к Саше, и они вместе выходят на улицу, облокотившись на шершавую стенку домика. Ермолаев, не говоря ни слова, берет чужую мягкую ладонь в свою и нежно сжимает её. От этого прикосновения по телу Ильи пробегает легкая дрожь. Саша, не отрывая взгляда от румянца, вспыхнувшего на щеках Ильи, тянет его за собой, в их любимое место - за угол заброшенного корпуса лагеря, где сейчас проводится ремонт. Солнце слегка клонилось к закату, окрашивая небо в нежные оттенки розового. Они устроились на обломках кирпичей, вдали от посторонних глаз. – Спасибо, что вышел, – тихо сказал Саша, глядя Илье прямо в глаза. В его взгляде была такая искренность, что Яцкевич никак не мог отвести взгляд. – Да не за что, – пробормотал Илья, чувствуя, как кровь приливает к щекам. – Что-то случилось, или просто так позвал? – Ермолаев глубоко вздохнул, словно собираясь с мыслями. На его лице появилась незаметная улыбка, будто радость, что он увидел Яцкевича. – Просто хотел побыть с тобой наедине. В последнее время мне этого очень не хватает. – Илья покраснел еще больше. Щёки стали гореть, но он старался не показывать своего смущение, лишь прикрывал лицо своими русыми волосами, наклоняя голову вперёд. – Ну… мы же и так почти все время вместе, – пролепетал он, неловко сглатывая слюну. Саша усмехнулся, нежно проведя пальцем по его щеке, приподнимая лицо Ильи ладонью. – Вместе с Лёшей, с Яриком… А я хочу быть только с тобой. Хочу, чтобы ты делился со мной своими мыслями, своими переживаниями… Хочу, чтобы ты доверял мне. – Илья, словно завороженный, смотрел на Сашу, ловя каждое его слово. Он никогда не слышал от него таких слов. Обычно Саша был сдержанным и немногословным. – Я… Я не знаю, что сказать, – пробормотал Илья, пытаясь отвести свой взгляд, пока его челюсть подрагивала из-за приятных прикосновений. Ермолаев взял его руки в свои и нежно прикоснулся губами до каждой ладони. Это было что-то не по типу поцелуев, а просто касания. – Просто будь рядом, – прошептал он. – И доверяй мне. Этого достаточно. – Он приблизил свое лицо к лицу Ильи, и их губы почти соприкоснулись, расстояние между ними было очень маленьким. – Ты же знаешь, что я никогда не предам тебя, – прошептал Саша, глядя Илье прямо в глаза. В этот момент Илья забыл обо всем на свете - о Лёше, о соревнованиях, о своих друзьях. Он видел только Сашу, его красивые глаза, его чувственные губы. Парень готов был поверить ему во что угодно, отдать ему все, что у него есть. Ермолаев медленно отстранился, оставив Илью в состоянии лёгкого опьянения. – Пойдем, – сказал Саша, поднимаясь. – Уже прошло много времени. Тебя, наверное, ищут. – Илья кивнул, не в силах вымолвить ни слова. Он встал и пошел за Сашей, словно завороженный. Перед тем, как разойтись, Саша обнял Илью и прошептал ему на ухо: – Я всегда буду рядом. Что бы ни случилось. – Яцкевич, словно под гипнозом, кивнул и пошел обратно к своим друзьям. Но в голове у него была только одна мысль: «Саша никогда не предаст меня, он слишком добрый». По дороге, когда они уже добирались до корпуса, где проживал Илья, они увидели кое-кого. А этот кое-кто, был, собственной персоной - Деревяшкин. Голубые глаза Саши загорелись, а Илья, радостно воскликнул: – Лёш, ты куда? Смотри! – Яцкевич помахал лучшему другу, а другой несомненно обратил внимание на Илью. Картина перед ним заиграла яркими красками, пока Лёша не заметил силуэт одного незнакомца, который был ему явно знаком. Чёрные волосы, высокий рост, ослепительные голубые глаза, всё как в тот раз. Это точно он, Лёша не может ошибиться, он не забудет эту тварь, которая хотела задушить его, Парадеева только не хватает. Деревяшкин подбегает к голубоглазому и хватает за воротник, крепко сжимая ткань на футболке. Мягко говоря, ахуевший Илья, подбегает к Лёше и отталкивает его в сторону. На лице Саши поднимается улыбка, его маленький план начинает работать. – Ты что делаешь, в своём уме вообще? – Брызгает Яцкевич в сторону Лёши, посмотрев на него безумными глазами. Деревяшкин встаёт и пинает своего знакомого в колена, а потом глядит на Илью. – А может это ты не в своём уме, чтобы ходить с этим придурком? Он, блять, меня чуть не задушил! – Твердит Лёша, как в него летит кулак, но он успевает увернуться. – Гандон хренов, чё творишь?! – Вскрикивает он, как Ермолаев останавливается и смотрит на испуганного Илью. – Знай, Илюша. Вдруг ты вспомнишь мои слова, не общайся с этим долбаёбом, я клянусь, он чуть не задушил меня! – Проговаривает брюнет на одном дыхании, а потом делает глубокий вдох и продолжает. – Ладно, я не хочу, чтоб меня ругал тренер. Обойдёмся без драки. Мои руки, созданы для того, чтобы избивать Парадеева. – Лёша, напоследок, прописал Сане удар в бок, а сам убежал в сторону бассейна, наверняка опять тренироваться. Илья смотрит на Сашу, но к какому-то удивлению, он не разочарован в нём. – Я не злюсь на тебя. Всё в порядке.

***

Запах хлорки, острый и бодрящий, ударил в нос, как только Лёша переступил порог бассейна. Густой, влажный воздух обволакивал тело, заставляя кожу покрыться мурашками. Он окинул взглядом знакомую картину: мерцающая гладь воды, поделенная на ровные дорожки синими буйками, отблески света на кафельном полу. Обычно здесь гудел улей тренировок, но сейчас, в этот ранний час, бассейн был почти пуст, и это было именно то, что нужно Лёше. Тишина и спокойствие. Деревяшкин медленно подошел к своему обычному месту у шестой дорожки. Бледная кожа, всегда контрастировавшая с загаром других пловцов, казалась еще белее в ярком свете ламп. Он поставил на скамейку полотенце, бутылку с водой и очки, и начал тщательно разминать мышцы. Движения были отточены годами тренировок, но сегодня в них чувствовалась какая-то особенная сосредоточенность. Карие глаза, обычно лучившиеся энергией, сейчас были полны решимости. Средней длины коричневые волосы, немного отросшие за время лагеря, обрамляли худощавое лицо, на котором читалась усталость, но и упрямство. Высокое и худощавое телосложение, с хорошо развитыми мышцами спины и плеч, выдавало в нем профессионального пловца. Закончив разминку, Лёша подошел к краю бассейна. Вода манила своей прохладой, обещая облегчение от гнетущего напряжения. Парень глубоко вдохнул, стараясь успокоить дыхание. Сделал шаг вперед и, оттолкнувшись от скользкого кафеля, прыгнул в воду. Тело пронзила обжигающая прохлада. Лёша на мгновение зажмурил глаза, ощущая, как вода смывает с него остатки сна. С головой погрузившись в синюю бездну, он почувствовал, как вокруг воцарилась тишина, словно он попал в другой мир. Только слабый гул вентиляции и приглушенный плеск создавали едва уловимый фон. Сделав мощный толчок ногами, Лёша вынырнул на поверхность, жадно хватая ртом воздух. Вода стекала по его лицу, сверкая в лучах света. Он откинул волосы назад, и капли, словно маленькие алмазы, рассыпались по плечам. Зафиксировав очки на переносице, Лёша занял исходное положение у бортика. Ноги плотно уперлись в скользкую стенку, руки вытянуты вперед. Он сосредоточился на дыхании, стараясь отбросить все посторонние мысли. Старт. Лёша сделал мощный толчок и ринулся вперед, словно торпеда, выпущенная из глубины. Тело идеально скользило по воде, не встречая сопротивления. Каждое движение было отточено до автоматизма, каждое усилие направлено на достижение максимальной скорости. Он плыл кролем, методично рассекая воду руками и мощно работая ногами. Дыхание было ровным и ритмичным. Мысли отступили, оставив только ощущение движения, скорости и воды вокруг. Лёша чувствовал, как тело наполняется силой и энергией. Каждое движение приносило удовлетворение. В воде он чувствовал себя в своей стихии, свободным и сильным. Он плыл, словно убегая от своих проблем, от своей зависти, от своей ненависти… И, сделав несколько кругов, Алёша немного сбавил темп, наслаждаясь ощущением легкости и свободы. Он перевернулся на спину, расслабленно раскинув руки, и закрыл глаза, подставляя лицо под теплый свет ламп. Внезапно его взгляд зацепился за силуэт, стоявший у бортика. Девушка. Она была одета в широкую худи и светлые джинсы клёш, которые подчеркивали её стройную фигуру. Длинные коричневые волосы волнами ниспадали на плечи, а большие карие глаза с любопытством наблюдали за ним. Она улыбалась, и от этой улыбки у Лёши защемило в груди. Лёша растерялся. Он не ожидал увидеть кого-то в бассейне в этот час. Девушка подошла ближе к краю бассейна и окликнула его: – Привет! Ты хорошо плаваешь. – Лёша смущенно улыбнулся. – Спасибо, – ответил он. – Меня зовут Аня, – представилась девушка. – Я приехала сюда с отцом, просто отдохнуть. «С отцом?» – подумал Деревяшкин. – «Не может быть…» – А я Лёша, – ответил парень. – Анатолий Романович - мой отец, – сказала Вишвенкова, словно прочитав его мысли. – Он рассказывал мне о тебе. – Лёша был ошеломлен. Дочка тренера! Вот это поворот. – Здорово… – только и смог выдавить он из себя. – Мне пора, – сказала Аня, улыбаясь. – Было приятно познакомиться. – Она развернулась и ушла, оставив Лёшу в полном замешательстве. Он снова перевернулся на живот и начал плыть, но теперь в голове у него были только мысли об Анне. Он не мог понять, что его так зацепило в этой девушке. Возможно, это была её красота, возможно, её улыбка, а возможно, просто то, что она была дочерью его тренера. Сделав еще несколько кругов, парень решил закончить тренировку. Он вылез из бассейна, ощущая приятную усталость в теле. Вытираясь полотенцем, он заметил движение у входа в бассейн. Там стоял Саша. Парадеев смотрел на Лёшу своими пронзительными глазами, и в этом взгляде читалось что-то, что Лёша не мог понять. Саша медленно подошел к краю бассейна, скинул тренировочный костюм и, не говоря ни слова, прыгнул в воду. Лёша, провожая его взглядом, почувствовал, как внутри снова поднимается волна раздражения и зависти. Он не мог понять, что Саша ищет в бассейне в этот час. Может быть, он тоже хочет произвести впечатление на Аню? Лёша, нахмурившись, быстро собрал вещи и покинул бассейн, стараясь не смотреть в сторону Саши. Напряжение вернулось. Отдохнуть и расслабиться не получилось. Эта встреча точно не сулит ничего хорошего.