Цепи хаоса

–Демон! Нечистый дух! -крикнул священник. Майк чувствовал, как воздух вокруг него сгущается, тяжелея от страха и ненависти. Лица старика и его жены, минуту назад проявлявшие скупое сострадание, теперь исказились ужасом может даже усмешкой. Люди стоявшие за священником верили, что Майк был для них воплощением зла. –Держите его! Майк метнулся к открытому окну. Жена старика попыталась преградить ему путь, но он просто проскользнул мимо. Он вылетел наружу, врезавшись плечом в деревянный косяк. Факелы и свет из окон изб бросали тени. Деревенская улица, минуту назад казавшаяся относительно спокойной, теперь превратилась в ад. Десятки людей, будто по команде, ринулись за ним. Крики неслись со всех сторон. Сквозь полумрак Майк видел, как люди вооружались чем попало: вилами, топорами, палками. Он был для них не просто чужаком - он был угрозой, порождением тьмы, и они были готовы разорвать его на части. Сердце Майка бешено колотилось. Он бросился бежать. Уиллер скользил по грязной дороге, едва удерживая равновесие, но продолжал гнать вперёд, не оглядываясь. За спиной нарастали топот, крики и лай собак. Одна из них, крупная, лохматая, с рычанием выскочила из-за забора, пытаясь укусить его за ногу. Майк отшатнулся, едва не упав, но успел отбить её ногой, после чего бежал ещё быстрее. Ему казалось, что он слышит свист летящих предметов, но он не осмеливался замедлиться, чтобы проверить. Мысль была одна - лес. Спасительная темнота, которая теперь казалась лучшим убежищем. Майк рванул по центральной улице, перепрыгивая некоторые преграды. Он видел силуэты людей, выбегающих из изб, чтобы перехватить его. Один мужчина бросился прямо на него, размахивая палкой. Майк, используя свою скорость, увернулся, едва не врезавшись опять в столб, и продолжил бежать, слыша, как за спиной раздаётся глухой удар и ругательства. Его легкие горели, ноги болели, но он не мог остановиться. Образ горящих глаз священника, искаженных яростью лиц крестьян, мелькающих топоров - всё это гнало его вперёд. Наконец, он приблизился к лесу. Он сделал последний рывок, собрав все силы. Земля под ногами стала мягче, пахнуло сыростью и хвоей. Майк ворвался в гущу деревьев, нырнув в непроглядную темноту. За спиной, на границе леса и деревни, еще долго слышались крики погони, лай собак и яростные голоса. Они не рискнули сунуться в лес ночью. По крайней мере, пока. Уиллер остановился, прижавшись спиной к стволу дерева. В ушах звенело, сердце стучало в рёбра, как молот. –Ну и что это блять было!? За мной только что гнались с топорами? Это всё из-за этого старика! -рявкнул Майк в недопонимании. Тишина леса, наступившая после криков и топота погони, была почти такой же оглушающей, как и шум толпы. Сквозь темноту леса не пробивался ни единый лучик света - ни звёзд, ни луны. Он был в кромешной тьме. Майк начал медленно двигаться, пытаясь найти хоть какое-то укрытие. Куда идти, он не знал. Назад в деревню он точно не пойдёт. Часы или минуты - он не знал, сколько времени он провёл в этом блуждании. Ему казалось, что он ходит по кругу. Голод сводил желудок, жажда иссушала горло. Майк чувствовал, как силы покидают его. Возможно, лучшим выходом было просто упасть и заснуть, отдавшись на милость этого дикого мира. Но что-то заставляло двигаться дальше. Он вспоминал игры на выживание, где нужно было искать ресурсы, строить убежище. Здесь не было ресурсов, кроме деревьев, и он не умел строить. И вот, когда Уиллер уже почти потерял надежду, он увидел что-то. Неяркий, едва заметный отблеск. Собрав последние силы, он пошёл на свет. Чем ближе он подходил, тем отчетливее становились контуры чего-то огромного. Деревья расступились, и перед Майком открылось зрелище, от которого перехватило дыхание. Прямо посреди этого глухого, древнего леса стоял особняк. Не изба, не хижина, а настоящий, пусть и заброшенный, особняк. Стены были покрыты густым плющом, который обвил их, словно гигантские щупальца. Через трещины в плюще Майк различил затейливую лепнину , которая когда-то была белой, а теперь была потемневшей от времени и влаги. Высокие окна были немного разбиты. Кое-где крыша обрушилась, но в целом здание ещё держалось, внушая уважение своей былой мощью. От особняка веяло стариной, казался забытым и покинутым. Вокруг него росли дикие кусты и деревья. Вокруг особняка когда-то был, очевидно, сад. Теперь это были заросли из одичавших роз, бурьяна и поваленных деревьев. Через этот хаос Майк различил дорожку которая вела к главному входу. Огромные, массивные дубовые двери были наглухо заперты, их железо было ржавым, а дерево - почти чёрным. Этот особняк был как призрак. Призрак роскоши, могущества и чьей-то забытой жизни. Он был настолько не вписывающимся в окружающий дикий лес и тем более в грубую деревню, что казался видением. Но он был настоящим. Майк Уиллер подошёл к особняку. Он потянул за одну из дверей она не поддалась, даже не шелохнулась. Попытка выбить её или открыть была бессмысленной. Но он всё равно пнул ногой по дверям. Он обошёл здание, продираясь сквозь колючие кусты и высокую траву. Из аколоченных окон некоторые доски, прибитые к рамам, уже сгнили и покосились. В одном месте, на первом этаже, Майк заметил относительно небольшое окно, которое, казалось, было расположено достаточно низко. Одна доска все ещё держалась на единственном, проржавевшем гвозде. Собрав все силы, Майк подпрыгнул и, повиснув на подоконнике, что-то хрустнуло под его пальцами. Он осторожно надавил на оставшуюся доску. Древесина, давно пропитанная влагой, не выдержала и с глухим треском отвалилась. В открывшееся отверстие потянуло затхлым воздухом. Майк осторожно разбил стекло локтём и оно треснуло с противным звоном, рассыпавшись на несколько крупных осколков. Он просунул голову в проём, вдохнув полный нос пыли, плесени и неприятного запаха. Внутри была кромешная тьма. С трудом протиснувшись через узкое отверстие, Майк почувствовал, как его кеды касаются чего-то мягкого и пыльного. Он упал на пол, подняв облако многолетней пыли. Майк с трудом что-то видел при помощью лунного света который пробился через щели окон. Пол под ногами был деревянным, но местами прогнившим, издающим скрипучие, пугающие звуки. Уиллер достал свой телефон, пытаясь включить фонарик, но, конечно, ничего не произошло. –Ну давай же! -неужели это свершилось? Телефон включился но заряда было не так много, но всё-же включил фонарик на телефоне. Он зашёл в первую комнату которая бросилась в глаза. Это было огромное помещение, возможно зал. Потолки были невероятно высокими, далеко теряющимися во мраке. Майк взял стул, потянул его к себе и уселся, пытаясь осмыслить происходящее. Когда-то этот зал выглядел роскошным, но теперь всё было покрыто плотным своем пыли, паутины и грязи. Он увидел огромный камин, массивные шкафы, какие-то картины на стенах, висящие криво. Каждый звук, будь то его собственное дыхание или шорох мыши, отдавался эхом в пустых залах. На стенах, сквозь грязь, проступали остатки обоев - роскошные узоры, теперь выцветшие и облупившиеся, словно кожа древней змеи. Паутина висела гигантскими лохмотьями, словно занавески. –Что это вообще за херня? Может я умер? Всё-таки меня укусила какая-то ядовитая муха. Послышалось какое-то постукивание. Майк сидел на стуле, вцепившись в него побелевшими от напряжения пальцами. Он попытался прислушаться. Тишина. Глубокая, давящая, каждое нервное окончание было натянуто до предела, готовое реагировать на малейший звук. Он замер, затаив дыхание. И тут он услышал это. Едва различимый шорох. Будто что-то лёгкое волочилось по полу в соседнем помещении. Майк напрягся, его сердце снова начало колотиться. Это была не мышь. Шорох был слишком.. протяжным, слишком медленным. Он исходил откуда-то из глубины особняка, из его тёмных, неизведанных глубин. На всякий случай он отключил фонарик телефона. Майк попытался убедить себя, что это ветер. Что старый дом оседает. Что это его собственное богатое воображение, подстегнутое ужасом. Но шорох повторился, ближе. И теперь к нему добавился едва уловимый скрип, будто что-то тихонько двигалось. Он встал, медленно, осторожно, стараясь не издать ни звука. Темнота казалась живой, она давила и скрывала в себе что-то жуткое. Майк вытянул перед собой руки, пытаясь ощупать путь. Шорох стал отчётливее, перейдя в ритмичный скрип, похожий на медленные шаги. Уиллер замер, спрятавшись за массивным шкафом. Из темноты, из проёма в глубине зала, появилась фигура. Не высокого роста, худощавая, совершенно неразличимая без света. И она направлялась прямо к нему. Когда фигура приблизилась настолько, что свет из разбитого окна, пусть и слабый, смог её слегка осветить, Майк различил силуэт. Это был.. мальчик. Примерно его возраста, значит ровесник. Он был одет уже в изношенную одежду, явно не крестьянскую, но и не современную. Белая рубашка, сверху неё желет зеленовато-голубого оттенка, штаны обёрнутые до колен, длинные носки и туфли с маленьким, плоским каблуком. Грязные каштановые волосы падали на лицо. Он был бледным, на вид уставший, и его глаза… светились ярким красным цветом, а синяки под ними были больше чем у Уиллера. Глаза мальчика были открыты неестественно широко. В них не было страха, не было любопытства, не было даже жизни. Он смотрел прямо на Майка, но, казалось, видел сквозь него. И он не двигался, просто стоял в паре метров, уставившись в пустоту. Майк вышел из своего укрытия. Мальчик медленно повернул голову. Скрипнуло что-то в его шее. Он снова уставился на Уиллера, и в его глазах что-то мелькнуло. Не испуг, не злоба, а.. какое-то тупое, безумное любопытство. –Эй, кто ты? -выдавил Майк смотря на парнишку. На лице подростка появилась жуткая улыбка которая лишь искажала рот. Он медленно подходил к Уиллеру. Майк замер, не в силах пошевелиться. Его голос голове кричал: "Беги!". Но ноги не слушались. Перед ним был его ровесник, такой же подросток, но он был сломлен, пуст, и в нём жило что-то чужое. Одержимый. В этом мрачном особняке, в этом жестоком веке, Майк встретил то, что его современный мир давно списал на мифы и суеверия. И это было куда страшнее. И вдруг, без всякого предупреждения, мальчик резко двинулся. Это был не обычный рывок, а какой-то дёрганый бросок. Он метнулся к Майку с быстрой скоростью. Его руки, тонкие, как ветки, вытянулись вперед. Майк, не успев даже понять, что произошло, почувствовал, как сильные, неожиданно цепкие пальцы впиваются ему в плечи. Мальчик был на нём, его лицо, бледное и безжизненное, оказалось в нескольких сантиметрах от лица Майка. От него пахло сыростью, гнилью и чем-то неуловимо нечеловеческим. Майк попытался оттолкнуть его, но мальчик держался крепко. Из одержимого вырвался нечеловеческий рык - звук, который не мог принадлежать ребёнку. Этот звук был чужим и полным злобой. Майк, словно поражённый электрическим током, попытался снова оттолкнуть его. Майк изо всех сил ударил коленом в живот подростка. Тот лишь издал новый, более высокий и протяжный, нечеловеческий вой, от которого у Уиллера замерла кровь в жилах. Воспользовавшись секундным замешательством, Майк вырвался из хватки и отшатнулся назад, едва не упав. И несмотря на удар, сумасшедший немедленно бросился следом. Его движения были резкими. Майк метался по незнакомому помещению, натыкаясь на мебель. Майк слышал позади себя этот шаркающий звук, который приближался с пугающим звуком. Адреналин хлестал по венам, гнал его вперед. Он должен был выбраться, иначе этот одержимый подросток.. что бы он с ним ни сделал, это точно не ожидает ничего хорошего. Наконец, его руки нащупали знакомые края разбитого окна, через которое он пробрался внутрь. Не раздумывая, Майк снова протиснулся сквозь узкий проём, царапая кожу об острые края рамы и остатки стекла. Он просунул голову в узкое отверстие, чувствуя. Адреналин глушил боль. Он протиснулся плечами, затем торсом, изо всех сил пытаясь вытащить ноги. Спасительный, холодный воздух леса уже манил, обещая хоть какую-то передышку от этого кошмара. И тут, когда Майк почти полностью выбрался, его ноги уже висели наружу, а тело было полусогнуто. Мальчик, одержимый или просто безумный, невероятным образом скользнул следом. Он не протискивался, а скорее вылетел из окна, как пружина, и рухнул прямо на спину Майка, когда тот ещё не успел полностью освободиться. Удар был оглушительным. Уиллер, находившийся в неустойчивом положении, не смог удержаться. Он упал на землю, а на него сверху обрушилось худое тело ровесника. Воздух выбило из лёгких. Какое-то мгновение Майк не мог ни вдохнуть, ни пошевелиться, оглушенный болью и шоком. Тот ни секунды не медля, вцепился в него. Его холодные, тонкие пальцы стиснули шею Уиллера. Майк изо всех сил дёрнулся. Он резко выгнулся, оттолкнув мальчика ногами, и в ту же секунду перекатился в сторону и вскочил на ноги. Однако сумасшедший оказался быстрее, чем Майк мог себе представить. Тот оттолкнулся от земли. Он взлетел в воздух, его тело, казалось, обрело невесомость. Это было похоже на замедленную съемку кошмарного фильма. Мальчик летел прямо на него словно хотел вцепиться и убить. Удар. Подросток врезался в него, но не так, как он целился. Вместо головы, удар пришёлся Майку в плечо и грудь. Они оба свалились на землю, катясь по грязи и траве, переплетясь друг за друга как будто в клубке. Голова Майка ударилась о что-то твёрдое, камень или корень. В глазах полыхнули звёзды. –Да что тебе нужно!? -крикнул Майк сердито и посмотрел на сумасшедшего. –Эм, ничего. -наконец послышался хриплый голос парнишки. Майк похлопал глазами, зачем тогда тот гнался за ним? Ради прикола? Ровесник встал с земли и видимо не собирался помогать Уиллеру встать, поэтому Майк встал сам, закатив глаза от недовольства. Для чего тогда надо было бегать и пугать?