Бирюзовые искры

*** Видимо вести о моем "выступлении" в ЗОТИ разлетелись, так как я даже после обеда, астрономии и ужина ощущал на себе взгляды. Не враждебные - скорее оценивающие, любопытные. Шёпот затихал, когда я проходил мимо, чтобы возобновиться с новой силой позади. Астрономия прошла спокойно. Профессор Синистра, высокая и молчаливая, больше говорила о звёздах и их влиянии, чем о практической магии. Сидя под прохладным ночным небом на самой высокой башне Хогвартса, я впервые за день почувствовал некое подобие покоя. Звёзды здесь были теми же самыми, что и в "той" Системе. Тот же холодный, безразличный свет, те же далёкие солнца. Это напоминало мне о масштабах: мои нынешние проблемы, как и эти конфликты магической Британии были ничтожны перед лицом космоса и того, что он за собой принесет. Но покой был недолгим. Вернувшись в гостиную Слизерина, я сразу почувствовал изменение атмосферы. Старшекурсники, ранее игнорировавшие первашей, теперь бросали на меня взгляды - одни с одобрением, другие с холодной расчетливостью. - И что, он просто... назначил тебе допы? Даже не спросил твоего мнения? - не унимался Розье, пока мы устраивались в креслах у камина. - Видимо, счёл это более продуктивным, - уклонился я от ответа, с наслаждением ощущая тепло огня на коже. - Нужно будет больше заниматься... - Торфинн смотрел на пламя, но явно видел не его, поглощенный своими мыслями. - Я тоже хочу быть сильным. Я лишь пожал плечами, делая вид, что это не столь важно. Внутри же я анализировал. Слухи - обоюдоострое оружие. С одной стороны, они создают репутацию, а репутация - это защита. С другой - они привлекают внимание тех, от кого лучше было бы оставаться в тени. Позже, готовясь ко сну, я поймал себя на мысли, что мне просто нравиться быть студентом. Учиться, общаться с однокурсниками, сидеть в библиотеке. И мне не хотелось, чтобы это заканчивалось. Мысль была настолько простой и человечной, что на мгновение я застыл. После веков войны, крови и бесконечной бойни - этот покой, эта рутина, даже эти школьные интриги казались бесценным даром. Возможностью прожить ту самую обычную жизнь, о которой я даже не позволял себе мечтать, сражаясь среди пыльных скал Марса или в ледяных пустошах Европы. "Но это иллюзия", — тут же напомнил мне внутренний голос, холодный и привычный. Голос Тэнно. "Покой — это передышка, а не конец пути. Безразличие не дремлет. И если ты расслабишься, всё это рухнет". Я вздохнул, потушив лампу и ложась к кровать. Я мог наслаждаться этой передышкой, этим "отпуском", но не мог позволить себе забыть, кто я и что мне угрожает. Сила Бездны была не просто инструментом для школьных соревнований - это был ключ к выживанию, мой и, возможно, этого мира. Я прикрыл глаза, чувствуя, как усталость накрывает меня. И пока я проваливался в сон, последней осознанной мыслью было странное, двойственное ощущение: я был Теодором Ноттом, слизеринцем, наслаждающимся своим новым существованием. И в то же время я оставался Аятаном, Тэнно, который знал, что каникулы когда-нибудь закончатся. И к тому моменту нужно быть готовым. *** Тем временем, в одной из женских спален... Нарцисса раздраженно смотрела на ржущую сестру, что среди семьи убирала маску "леди", становясь просто веселой девушкой, которая любила дразнить сестренку. Ее сестра, являющаяся одной из лучших студенток не только факультета, но и всего Хогвартса, переговорили с деканом, благодаря чему чета Блэк жила отдельно, всего вдвоем. - Перестань, Белла! - Нарцисса надула губы, пытаясь сохранить остатки достоинства, но её щёки пылали. - Это не смешно! - О, ещё как смешно! - Беллатриса, развалясь на роскошном покрывале Нарциссы, беззастенчиво хохотала. - За нашу Цисси идет чуть ли не война между двумя древнейшими родами. А ты прямо "принцесса", моя маленькая Цисси. - Не говори ерунды! - Нарцисса резко отвернулась и принялась с невероятной тщательностью раскладывать столе свои книги. - Никакой войны нет. Люциус ведёт себя как заносчивый павлин, а этот Нотт... - она запнулась, подбирая слово. - А этот Нотт ведет себя, будто ему плевать на тебя, хотя очевидно, что Люциус на него взъелся только по одной причине. Нарцисса замерла с книгой в руках. Это было то, о чём она сама неосознанно думала, но не решалась признаться даже себе. Слова сестры, как всегда, попали точно в цель. - Может быть, ему и правда плевать, - выдохнула она, стараясь, чтобы голос не дрогнул. - Он же занят своей... полукровкой. В её голосе прозвучала та самая нотка, которую Беллатриса и надеялась услышать - оскорблённая гордость, смешанная с досадой. - О-хо-хо! - Беллатриса снова рассмеялась, довольная эффектом. - Вот она где собака зарыта! Не Люциус тебя беспокоит, а то, что один парнишки предпочёл тебе какую-то бледную мышь из слизеринских низов! Вот это по-настоящему обидно для гордости Блэков, не так ли? Нарцисса резко повернулась, и в её глазах вспыхнул настоящий гнев, холодный и отточенный, как фамильные драгоценности Блэков. - Он не предпочёл! - её голос прозвучал резко, словно удар хлыста. - Он взял её под защиту, как берут бездомного щенка! Из жалости или из расчёта - неважно. Но сравнивать меня... меня! - она с силой ткнула себя пальцем в грудь, - с этой полукровкой - это уже слишком, даже для тебя, Белла! Беллатриса не смогла сдержать новый приступ смеха, но на этот раз в нём слышалось не только злорадство, но и одобрение. - Наконец-то! - выдохнула она, утирая мнимую слезу. - Вот та самая моя сестра. А то я уж подумала, ты и впрямь влюбилась в этого загадочного Нотта. - Не будь идиоткой, - Нарцисса фыркнула и с презрением провела рукой по своей безупречной шёлковой ночной рубашке, будто смахивая невидимую пыль. - Я просто указываю на твоё нелепое преувеличение. - Эх, жаль, в моем поколении нет таких выдающихся молодых людей. Одни лишь выскочки из родов среднего пошиба. Вот будь Нотт постарше... - А чего Нотт? Вон, Люциус всего на три года младше, - невинно произнесла Нарцисса. - Кто-то хочет спихнуть на меня своего жениха? - Беллатриса приподняла бровь, и в её глазах вспыхнул весёлый огонёк. - Милая моя, если бы я захотела избавиться от Люциуса, я бы нашла способ куда изящнее, чем подсовывать его собственной сестре. Да и если так судить, я бы не отказалась от Теодора. Перспективный, спокойный малый, чье поведение не кажется таким наигранным, как у Люцика. Нарцисса возмущенно посмотрела не сестру и увидела там лишь ее издевательскую ухмылку. - Успокойся, Цисси, - Беллатриса томно потянулась, наслаждаясь эффектом. - Я всего лишь признаю очевидное. Древний род, характер, талант... Интересно даже, в какого монстра вырастет наш Тео. - В бабника какого-нибудь, который за каждой юбкой будет бегать, - отмахнулась Нарцисса, делая вид что ей безразлично. - А может, мне и впрямь стоит самой проявить к нему интерес? Всё-таки я на три года старше, это не такая уж и большая разница. И, в отличие от некоторых, - её взгляд скользнул по Нарциссе с насмешкой, - я не стану краснеть и дуться, как ребёнок, если он решит уделить внимание кому-то ещё. Это был мастерский удар. Нарцисса застыла, чувствуя, как гнев и что-то похожее на панику поднимаются в ней волной. Мысль о том, что Беллатриса - её ослепительная, опасная, пользующаяся бешеным успехом у мужчин сестра - может обратить своё внимание на Теодора, была невыносимой. Это было бы не просто поражением. Это был бы крах. - Делай что хочешь, - выдавила она, стараясь вложить в голос ледяное безразличие, но слыша, как он предательски дрожит. - Мне всё равно. Беллатриса громко рассмеялась - низко, бархатно, наслаждаясь своей полной победой. - Конечно, тебе всё равно, - она потушила свет у своей кровати, погружая комнату в темноту. - Спи спокойно, моя "равнодушная" сестрёнка. Интересно, приснится ли тебе сегодня твой принц? Нарцисса не ответила. Она сжала простыни в кулаках, глядя в потолок. Чертов Нотт! И зачем строил из себя джентльмена в Косом Переулке, если в школе делает вид, что они едва знакомы? Да и та ситуация с его палочкой не выходила у нее из головы. Эти странные бирюзовые искры, металлические наросты на палочке. Ничего подобного она раньше не видела. В них было что-то... нездешнее. Опасное и оттого невероятно притягательное. Она с досадой перевернулась на другой бок, стараясь выкинуть эти мысли из головы. Но они возвращались, как навязчивая мелодия. Вспоминался его спокойный, прямой взгляд, когда он говорил с Малфоем - без страха, без подобострастия. А немногие так могут, на самом то деле. Ее однокурсник, несмотря на столь малый возраст, обладал очень даже выдающейся харизмой и силой воли, чуть ли не подавляя весь остальной курс. Среди второкурсников даже конфликтов не было среди факультетов - весь курс боялся одного Люциуса. А тут его осаживает парень на курс младше, из не менее знатного рода. "И ведь не просто осаживает", - с досадливым восхищением думала Нарцисса, - "а делает это так, будто это само собой разумеется. Будто Люциус для него - не будущий глава могущественного рода, а назойливая муха". Эта мысль вызывала странную смесь раздражения и одобрения. Всю жизнь её окружали люди, которые либо пресмыкались перед сильными, либо пытались подсидеть их, шепчась в тёмных углах. А этот Нотт... он просто стоял и смотрел им прямо в глаза. Не бросая вызова, не демонстрируя силу - просто отказываясь играть в их игры. "Именно это и бесит Люциуса больше всего", - вдруг осенило её. - "Он не может его контролировать. Не может запугать. Не может купить. Нотт для него - как гладкий камень в ботинке. Не смертельно, но постоянно напоминает о своём существовании". И эта мысль заставила её тихо усмехнуться в темноте. Пусть Белла дразнится сколько угодно. Но она, Нарцисса, видела то, что не смогли другие. Теодор Нотт был не просто «перспективным». Даже его чертова палочка была чем-то ненормальным. И вряд ли владелец такой вещи может быть простым человеком. И ей обязательно нужно воспользоваться этой возможностью в лице Нотта. Но как? Она ещё не знала. Но впервые за долгое время будущее, расписанное для неё семьёй - брак с Малфоем, роль светской львицы, влияние через мужа - показалось ей удушающе скучным. Она снова перевернулась, уже с новым, твёрдым решением. Завтра она перестанет просто наблюдать. Завтра она сама станет активной участницей этой «войны», как назвала её Белла. Просто чтобы посмотреть, что из этого выйдет. Не из-за глупой девичьей влюбленности, нет. А из-за холодного, аристократичного любопытства. *** В своей кровати я внезапно проснулся от странного ощущения — будто кто-то прошёётся холодными пальцами по моему сознанию. Я лежал неподвижно, вслушиваясь в ночную тишину комнаты. Эван и Торфинн мирно посапывали. KU NOMA... Я медленно сел на кровати, чувствуя, как Бездна внутри меня встрепенулась — не в страхе, а в ожидании. Она узнавала этот голос. Но также впервые я ощутил, что этот шёпот шёл не только извне. Он отзывался эхом в самой глубине моей души, будто какая-то часть меня сама произносила эти слова, сама тянулась к чему-то по ту сторону реальности. ELU RA KAH... Холодная рябь пробежала по коже. Я закрыл глаза, пытаясь локализовать источник. Это было похоже на эхо в пещере - звук приходил со всех сторон сразу, рождаясь в пустоте между мирами. Но теперь я чувствовал тончайшую нить, тянущуюся от моего собственного сознания в эту пустоту. Я глубоко вдохнул, сосредоточившись. Впервые за всё время я не стал подавлять Бездну, не пытался отгородиться от шепота. Вместо этого я мысленно шагнул навстречу. Тишина в комнате стала иной - густой, напряжённой, словно воздух превратился в стекло. Даже храп Торфинна казался приглушённым и далёким. В глазах у меня на мгновение помутнело. Комната поплыла, и я увидел не тёмные стены спальни Слизерина, а бесконечные, усыпанные наростами бездны бездушные коридоры Заримана. Пахло озоном и пылью веков. Я почувствовал на губах вкус страха - не своего, а чужого, древнего, впитанного стенами корабля-колонизатора, ставшего для миллионов гробницей. Шепот все нарастал, и я даже казалось, понимал, откуда он идет. Вдруг, шепот замолчал. Передо мной встал... Теодор Нотт. Такой же как я. Только вместо глаз - черная пустота, а на губах жуткая улыбка. - Далеко же ты "убежал", малыш... Ты видимо забыл, что без меня ты - ничто? - он уселся на одном из поломанных цветочных горшков, покачивая ногами. - Значит ты уже здесь. - А я никогда и не покидал тебя, малыш. Его слова повисли в воздухе, густые и тяжёлые, как смог. Он спрыгнул с горшка, и его шаги не издавали ни звука, лишь оставляли на пыльном полу мерцающие бирюзовые следы. - Ты носишь меня в себе. В каждой клеточке, в каждой искорке той силы, что ты так наивно пытаешься приручить, - Он остановился в двух шагах, его пустые глазницы, казалось, впитывали сам свет вокруг. - Ты думал, что сбежал? Переродился? - моя копия искажённо улыбнулась. - Это не перерождение. Это... перезагрузка. Подготовка новой оболочки. Более юной, более гибкой. Идеальной для того, чтобы принять меня целиком. - Я не отдам тебе своё тело, - выдохнул я, сжимая кулаки. - О, нет, нет. Мне не нужно твое тело! - он расхохотался. - Видимо ты меня путаешь кое с кем, малыш. Или тебя лучше называть Аятан, или может, Теодор? - Путаю? Кто же ты, если не Демон Бездны? - я удивленно уставился на эту... сущность. - А ты не задумывался, почему сила, дарованная тебе этим "Демоном", влияет на него самого? Почему ты можешь силой LOHK уничтожать его творения? Вопрос повис в воздухе, острый и неожиданный, как удар кинжала. Я замер, чувствуя, как почва уходит из-под ног. Все мои предположения, вся логика, выстроенная за годы, вдруг рухнула в одно мгновение. "Тень" наблюдала за моим замешательством с явным удовольствием. - Ты ведь никогда не спрашивал, откуда взялась эта сила, верно? - он сделал медленный круг вокруг меня, его беззвучные шаги вычерчивали на полу сложный узор. - Просто принял её как дар. Или как проклятие. Но источник... источник всегда оставался за кадром. - А кто же тогда Демон Бездны, если не воплощение самой Бездны? - LOHK... Разрыв. Распад. Отрицание самой сути чего-либо. Сила, способная разорвать ткань реальности. И бесконечная энергия, что способна в миг стереть всю Вселенную. Думаешь, имея такую мощь, демону бездны пришлось бы прорываться в Дувири, годами штурмовать ту жалкую лабораторию? Вспомнилась лаборатория Альбрехта в глубинах Деймоса. С бесконечным прорывом фрагментированных, чьи орды мы успешно отражали. Сражения, которые длились вечность, битвы за каждый коридор... Если бы у Сущности была хоть капля той мощи, о которой говорит эта "тень", она бы смела лабораторию в мгновение ока. Как муравейник. - Этот твой "демон бездны" - астральная сущность, что отожралась на дармовой силе, став довольно могущественным существом. - А ты тогда кто? Слова повисли в воздухе, наполненные новым, тревожным смыслом. Вся ярость и страх, что кипели во мне, вдруг ушли, сменившись леденящим душу пониманием. Я смотрел на это искажённое подобие себя, и теперь видел не врага, а... отражение. Самую опасную и непокорную часть своего естества. - Ты все правильно понял, Тэнно. "Безразличие", как вы его называете, не дал тебе свою силу. Он дал вам доступ к той же кормушке, от которого питается сам. В попытках создать себе носителей, что дадут ему возможность обрести большее могущество. К счастью, вы не стали частью Безразличия, как он хотел. - Кормушка... - повторил я, и слово показалось отвратительным на вкус. - Бездна. Это... источник. А он... просто первый, кто нашёл к нему доступ. Я посмотрел на свои руки, засветившиеся бирюзовым светом. Эта сила впервые в жизни не казалась мне чем-то злым, пугающим. - Ты не принимаешь силу пассивно, как это делает он. Ты оспариваешь её. Ты говоришь: «Это моё, и я буду использовать это по-своему». И в этом твоя сила и твоё проклятие, - моя копия ходила вокруг меня, скрестив руки на груди, и покачиваясь. - И что же мне тогда делать? Он же придет, рано или поздно. - Решай сам. Я лишь твоя сила, говорящая тебе то, что ускользает от твоего разума. Он придет. Но и ты теперь не просто Тэнно, один из многих. Она снова начала растворяться, её форма теряла чёткость, возвращаясь в тени моего подсознания. - Теперь ты знаешь правду, Аятан. Или Теодор. Теперь выбор за тобой. Растворишься ли ты в этой силе, становясь тем, кого ненавидишь? Или найдешь свой, другой путь? - голос стал едва слышным шёпотом. — Удачи... малыш. Я остался один. Тишина в спальне Слизерина оглушала. Но внутри меня бушевала буря. Вся моя жизнь, моя личность, моя борьба — всё это оказалось построено на лжи. Я сидел на кровати до самого рассвета. Неподвижно, вслушиваясь в тишину, которая теперь звучала иначе. Не как отсутствие звука, а как гулкая пустота после взрыва. Взрыва, который уничтожил всё, во что я верил. Но тем не менее, я почувствовал, что моя безнадежная война против самой Бездны была слишком преувеличена. Я воевал не с концептуальной силой. Это была сущность. Да, могущественная, да, всесильная. Но это сущность, которую можно победить. Если «Демон Бездны» - не бог, а просто первое существо, сумевшее проломить стену к источнику, то... тогда и его власть не абсолютна. Его можно не просто остановить. Его можно обокрасть. Отобрать у вора его добычу и сделать её своей. Я сжал кулаки, чувствуя, как знакомый бирюзовый свет заструился под кожей. Та самая сила. Не дар, не проклятие. Просто ресурс. Энергия, которую можно использовать. Как огонь. Можно обогреться у костра, а можно сжечь им целый город. И можно позволить костру поглотить себя, став всего лишь частью пламени. Мой взгляд упал на тумбочку, где лежала палочка из лунного эбена. Посмотрел на наросты, что хаотично опоясывали ее по всей длине. Эти перламутровые фрагменты были не проклятием, а моей силой. Небольшая просьба, выходящая из моей души и обращенная бездне, и наросты медленно исчезают в бирюзовом пламени. Безразличие. Оно еще придет. Обязательно придет. Но когда она будет здесь, я буду готов к этому. Сработал будильник Торфинна, и он заворочался. Я закрыл глаза, притворяясь спящим, но мой разум уже работал с бешеной скоростью, выстраивая новые гипотезы, планы, целые ветки возможного будущего. *** За завтраком я был необычайно сосредоточен. Мысли хаотично метались по голове, выстраивая ранее изученные знания в ряд, сортируя ее и представляя мне идеальную выжимку. Еда была лишь топливом, и я, особо не раздумывая что ем, просто кидал в рот то, что попадалось. Вкус не имел значения — лишь эффективность. План начинал обретать чёткие, почти осязаемые контуры. Магия как система. Бездна как ресурс. «Демон» как конкурент. Уравнение, которое предстояло решить. - Ты в порядке, Тео? - Эван смотрел на меня с беспокойством. - Выглядишь... по-другому. - Проснулся с ясной головой, - ответил я, отламывая кусок тоста. - И с новыми идеями. Я поймал на себе взгляд Нарциссы. Не оценивающий, не насмешливый - изучающий. Она сидела с подругами, но её внимание было явно приковано ко мне. Осознав, что я смотрю, она на мгновение замерла, затем что-то коротко сказала своим спутницам, отставила в сторону свой стакан с соком и, с идеальной осанкой, направилась ко мне. Шёпот за нашим столом моментально стих. Эван замер с куском колбасы на вилке, а Торфинн сделал вид, что увлечённо ковыряется тарелке, но его взгляд метался между мной и приближающейся Блэк. Виола попыталась стать как можно незаметнее, прячась за свою новую подругу. Она остановилась рядом, её тень упала на наш стол. От неё пахло чем-то холодным и цветочным - дорогими духами, которые, впрочем, не могли полностью скрыть запах старого пергамента и магии, присущий всем Блэкам. - Нотт, - произнесла она, и её голос был ровным, без привычной сладковатой насмешки. Я отложил тост и медленно поднял на неё взгляд. - Я весь во внимании, леди Блэк. Она на секунду отвела глаза, будто собираясь с мыслями, что было для неё крайне нехарактерно. - Поговорим после занятий? - Она произнесла это чуть тише, и её взгляд скользнул по моим друзьям, задержавшись на долю секунды дольше на бледном лице Виолы. - Наедине? Я выдержал паузу, наблюдая за ней. В её глазах читалась не просьба, но и не приказ. Скорее... предложение. Предложение, в котором она сама не была до конца уверена. - Конечно, - наконец ответил я, сохраняя нейтральный тон. - Библиотека? - Библиотека, - подтвердила она коротким кивком. - У дальних стеллажей с историей магии. Не дожидаясь моего ответа, она развернулась и ушла к своему столу, её светлые волосы уловили утренний свет, словно нимб. Она оставила за собой не просто шёпот, а густой, почти осязаемый гул вопросов. Эван выдохнул, когда она отошла на безопасное расстояние. - Наедине? - приподнял он брови, смотря на меня с намеком. - Нет, я не знаю, чего она хочет, - отрезал я, пресекая дальнейшие расспросы. Мои мысли и без того были перегружены. - Зато я знаю, чего хочет Малфой, - тихо произнес Торфинн, как бы невзначай кивнув в сторону названного. Я последовал за его взглядом. Люциус сидел через зал, окружённый своей свитой - Гойлом и каким-то другим слизеринцем. Он не просто смотрел в мою сторону. Он прямо пожирал меня глазами. Холодный, отточенный гнев, лишённый всякой маскировки. Его пальцы с такой силой сжимали бокал с соком, что костяшки побелели. Казалось, он вот-вот раздаст хрусталь в пыль. Наверное, этот короткий разговор между мной и Нарциссой для Люциуса должен был выглядеть как прямое объявление войны. Посягательство на его территорию. На его собственность. Уголки моих губ непроизвольно дрогнули. Ирония ситуации была восхитительна. Пока он кипел от злости из-за школьных интриг и девичьего внимания, я решал вопросы на уровне фундаментальных законов мироздания. Его «война» казалась жалкой вознёй в песочнице на фоне той бури, что бушевала внутри меня. - Пусть смотрит, - я спокойно отпил из своего стакана, будто не замечая испепеляющего взгляда. - Что ему еще остается? Эван фыркнул, но тут же сдержался, почувствовав на себе взгляд Малфоя. - Просто будь осторожен, Тео, - тихо сказал Торфинн. - Он не станет доставлять проблем у людей на глазах, но... - Не волнуйся, Финн. Я сумею себя защитить. - Я в этом почему то не сомневаюсь, - усмехнулся Эван, даже во время еды читающий книгу. Я посмотрел на Виолу. Она не поднимала глаз, но её пальцы так сжали ложку, что костяшки побелели. - Не волнуйся, - тихо сказал я ей. - Это не касается тебя. - Но она посмотрела на меня, - прошептала она в ответ. - Как будто я... часть всего этого. - Ты под моей защитой. Остальное не важно. Я отодвинул тарелку. Аппетит пропал, но умственная активность, наоборот, зашкаливала. Теперь у меня было две встречи на сегодня: одна - с загадочной леди Блэк, чьи намерения были покрыты мраком, и вторая - с разгневанным наследником Малфоев, который, несомненно, попытается устроить разборки. - Первокурсники, за мной, - отдала распоряжение Селвин, которой нужно было сопроводить нас в теплицы - на занятия Травологии. Наш стол зашевелился, заскрипели скамьи. Эван на ходу пытался запихнуть книгу в сумку, Торфинн нервно поправлял галстук. Я же одним движением допил остаток сока и встал. - Иди, - тихо сказал я Виоле, заметив, как она замерла в нерешительности. - Всё в порядке. Она кивнула, всё ещё не поднимая глаз, и поспешила за остальными девочками с нашего курса. Я бросил последний взгляд через зал. Люциус всё ещё смотрел на меня, но теперь его взгляд был скрыт толпой встающих студентов. Селвин, дождавшись, пока все собрались, развернулась и пошла к выходу ровным, отмеренным шагом. Мы потянулись за ней вереницей, как утята за матерью. Шёпот и взгляды провожали нас, но под строгим взором старосты они быстро стихали. Я же погрузился в свои мысли. Эта внезапная, сыгранная на публику сцена с Нарциссой... Была ли это попытка намеренно подставить меня под удар Малфоя? Сделать мишенью ещё крупнее? Или же... настоящая попытка установить контакт, пусть и столь рискованным способом? В её глазах я не увидел подвоха. Только расчёт и то самое холодное любопытство. Травология. Биология магического мира. Наука о жизни, о росте, о самой природе. Мы подошли к теплицам. Стеклянные стены блестели на солнце, а внутри буйствовала зелень всех оттенков. Селвин открыла дверь, и на нас пахнуло влажным теплом, запахом земли и удобрений. - Не прикасайтесь ни к чему без разрешения профессора Стебль, - предупредила она, пропуская нас внутрь. - Некоторые растения здесь считают первокурсников изысканной закуской. Торфинн побледнел. Эван же, наоборот, загорелся - его любовь к книгам явно распространялась и на флору. Я же остановился на пороге, чувствуя, как Бездна внутри меня затихает, замирает... и начинает внимательно изучать. Она встретила нечто совершенно новое. Не структурированную магию заклинаний, не холодный камень замка, а дикую, необузданную жизненную силу. И в этой тишине, среди запаха земли и зелени, до меня наконец дошло. Нарцисса не играла против меня. Она... проверяла почву. Как садовник проверяет землю перед посадкой нового растения. Она хотела увидеть, как я отреагирую. На её вызов. На внимание. На гнев Малфоя. Уголки моих губ дрогнули. Что ж, леди Блэк. Посмотрим, что прорастёт из этого семени.