Ты - мой грех

«наши года пролетят незаметно,

но я не забуду черты твои.

ты живешь в моей памяти беспросветно, оставив навеки следы свои.

все ошибки пусть будут прощены,

ведь это чувство так необъятно.

я люблю тебя, как до луны

и, если возможно, обратно.»

***

Воспоминания напоминали яму в которую ты падаешь каждый раз, когда закрываешь глаза и пытаешься представить будущее. Но вместо этого - тонешь, глубже и глубже, дальше и дальше. И если тебе кажется что все будет хорошо то одна лишь ошибка и мысль о сладких воспоминаниях засасывает, больше не давая возможности дышать полной грудью. - Мамочка, смотри что могу! Звучал детский восторженный крик по всей комнате, призывая светловолосую женщину. Показывая огненный шар в воздухе девчонка лет восьми очарованно наблюдала за тем, что смогла сотворить, попутно поглядывая на маму, что стояла на входе. Она с интересом наблюдала за талантами своей единственной дочери и не могла поверить, что все хорошо. Все и правда хорошо. Женщина вздохнула когда увидела как дочь споткнулась и упала на пуфик, однако тут же рассмеялась: - Хаха, смотри волосы не спали! - шар пролетел мимо девочки и едва не врезался ей в лоб, однако тут же успел раствориться в воздухе, - все таки пока тебе ещё рано заниматься этим. - Ну мам, - завредничала беловолосая девочка и недовольно зафырчала, - вообще-то, всем ребятам уже все разрешают… - Ты у меня особенная, моя милая Ева. Прижав к груди свое дитя, женщина тяжело вздохнула. Ей было тяжело, очень. Но она никогда не смела подумать о том. чтобы засомневаться в своем выборе тогда, девять лет назад. Каждый раз смотря на очаровательную малышку она вспоминала себя, и вместе с этим мечтала как однажды то, что Ева получила, поможет ей в жизни. Это обязательно случится. Мечты о том, что когда-нибудь она сможет увидеть этот момент разлетелись в прах когда Серафим обо всем узнал. Однако не предпринимал ничего, ведь тогда это бы означало идти против Шепфы. Лишь изредка она чувствовала странные взгляды в сторону их семьи и готовилась к тому, что однажды случится. - Серафим… и…. Ева… Громогласный и запыханный мужской голос слышался в дверях, отчаянно и так испугано, что женщина тут же оказалась рядом с ним. - Где она сейчас? Схватившись за руки оба родителя полетели в сторону академии где должна была быть их дочь. Чувство что они могут не успеть сжирало изнутри, в лицо бился сильный ветер что был готов снести их с острова, лицо царапал песок и заставлял жмуриться, но они держались. Летели так быстро как могли, неслись на всех порах туда где должна была быть Ева. Оказавшись у ворот академии они замерли - в дверях и в самом дворе никого не было, ни единой души. - Я что-то слышу. Архитектура здесь было огромной - величественные серые башни и колокола, каменный двор с множеством всевозможных цветастых видов, а впереди - толпа. С неба капал неумолимый дождь, что было совсем не свойственно для такого места как небеса - это было ужасное предзнаменование чего-то плохого. Облетев академию они оказались возле учеников - кто-то истошно кричал, молил о помощи. Сердце ушло в пятки. Пробившись сквозь толпу и крича что это их дочь, оба родителя замерли. Перед ними лежала девушка - белые волосы заплетенные в хвост растрепались, испачкались в крови, одежда промокшая насквозь выглядела серой, словно та лежала там очень и очень долго. По меньше мере больше семи часов. Тело не двигалось, она не дышала, никаких признаков жизни в давно увядшем мертвом теле не было, лишь рука что сжимала грудную клетку - там, где зияла кровоточащая рана. Дыра в груди казалась столь большой что ещё немного и ты разглядишь все внутренности - вплоть до сердца, ребер, позвоночника. Под мертвым телом огромная лужа крови что давно смешалась с дождем, что оросил собой всю академию. - ААААА! Женский крик оглушал, студенты посторонились и с ещё большим шоком уставились на происходящее - нет ничего хуже чем увидеть своего мертвого ребенка. Хватая мертвое тело ангела, женщина проклинала каждого, проклинала этот мир, молила все небеса ради спасения ее. Казалось что вот-вот она откроет глаза, посмотрит на них, но тело больше не отдавало ни теплом, ни светом. Словно потухший огонь Ева лежала и сливалась с природой - лишь яркий багровый цвет отличал ее от того что окружало это мертвое тело. - Это были вы! Черноволосый мужчина что стоял поодаль и наблюдал за этим неожиданно хмыкнул. Ни улыбки ни интереса в их сторону не было - он словно смотрел сквозь, думая о чем-то и поглядывая на сходящуюся с ума женщину. Летта проскочила сквозь толпу к Серафиму, так быстро что остальные ученики едва заметили это. Гневный взгляд уставился в бесстыдные и спокойные глаза мужчины - ему было плевать, на то что сейчас женщина хватала его за шиворот, на то что хотела убить, на происходящее вокруг. Он сделал все что хотел. - Она умерла из-за вас, вы хотели этого… - рыдания не прекращались, не останавливалась безумная тирада дождей, что лились без остановки и окропляли эту порочную грешную землю, - из-за того что просто хотела жить ей пришлось так страдать… В руке блеснул нож - он оказался прямо у шеи мужчины быстро и без капли дрожи в руках, перерезая его глотку без тени сомнений. Она не думала, она хотела это сделать. Раздался крик одной из девушек, громкий и разрезающий тишину, что отрезвлял разум и пробирал до костей. Стоявший поодаль мужчина подскочил к своей жене и схватил за руку, взгляд обоих напуганный, страшный, и вместе с тем решительный. - Нам нужно лететь отсюда, быстрее, Летта! Хватая поближе к себе он взлетел, поднимаясь с женщиной все выше и выше, пока не скрылись в облаках достаточно далеко. - Нам… нам нужна она, - рыдания не останавливались, страх за свою дочь был сильнее чем страх перед смертью, - нам нужно… обратиться… попросить помощи! Речь сбивчива, взгляд напуганный и растерянный, кажется Летта едва понимала что она творит. Ей становилось страшно от мысли что ее милая дочь больше не вернётся, та, ради которой они сделали бы что угодно. - Ты понимаешь что это кончится все плохо? - хватая свою жену за руки Кас трусил ее, пытался привести в чувство, молил о том чтобы она начала разумно мыслить, - ты знаешь что ты натворила? - Они убили нашу дочь. Не останавливаемая истерика продолжалась все дальше и дальше, и казалось ей нет конца. В сердце екнуло, мужчина закрыл глаза - в голове пролетела мысль о их прошлом, о том ради чего они делали все то о чем сейчас могли бы пожалеть. Но в голове было ясное осознание - все это было ради их ребенка. - Обратимся к Ханат, другого выхода нет, - серьезно и решительно проговорил Кас и потянул женщину за собой, - пока не поздно. - Нам нечего ей предложить, совсем… - утирая горькие слезы Летта остановила мужа, - она может захотеть забрать наши жизни, ты будешь готов это сделать? Мужчина остановился, вглядываясь в глаза своей жены - она была права. - Если это будет означать что наша дочь и весь мир окажется в порядке, тогда я готов. Хватая за руку дрожащую бессмертную он полетел вперед, туда, где они могли бы обратиться к богине. Усыпальница где обращалась их семья за помощью к Шепфе сейчас веяла невозможным холодом и мраком, словно чувствуя ради чего пришли эти двое. Сев в круг и уставив свой взор в одно из лик на стене женщина прошептала: - Великая Богиня Ханат, властительница воин и охоты, я предоставляю свое сердце и душу, свои муки и праздные дни. Печали и горести. Любовь и мир. Молю, дай шанс моей дочери вернуться сюда… дай же ей сил на то чтобы оказаться здесь снова. - Мы готовы даровать тебе все что ты пожелаешь, подношения, смерти, жизни, вечные годы… Держась за руки на полу у лика женщины, что была из многих что покоилась на стенах усыпальницы, они кланяли головы к полу. Вокруг тишина - ничего не происходило, ни единого звука или движения. - Прошу… - раздались горькие рыдания Летты, она дрожала и молила спасти Еву, просила и была готова отдать что угодно, - она сделает все к чему готовила ее судьба, взамен… верните ее нам. - Вам? Странный голос раздался в глубинах сознания мужчины и женщины. Летта и Кас вздрогнули. - Я не могу вам ее отдать, ведь она изначально принадлежала мне. Вы же спрятали ее. Казалось что они оба провалятся сквозь землю, они знали, все знали и чувствовали что все не будет так просто. Что все их слова и действия обернутся им боком, но не могли и не знали что делать. - Тогда пусть она будет жива… - роняя горячие слезы женщина задыхалась от истерики, от боли внутри, - пусть будет как вы скажите, только верните. Следом была тишина - та, которая не сулила ничего хорошего, но означало одно - она думала, а значит хотела решить что делать дальше и как поступить. И может для них это не значило ничего хорошего, но для Евы - начало новой жизни. - Я верну ее, но взамен попрошу нечто больше чем то что вы могли бы предложить, - громогласный голос звучал как приговор, как суд, казалось что сейчас будет озвучено ведение небес, - это годы. Годы вашей бессмертной жизни и годы небесных созданий, всех тех кого вы знали. Отныне вы будете стареть и умирать как люди, и лишь когда исполнит Ева свою миссию благодаря которой она появилась на этот свет - небеса встанут на свои места. Такова плата за возвращение - ценой ваших бесконечных лет Ева проживет столько же, сколько и заберёт. Крепко сжимая руку мужа женщина прошептала: - Да будет так. Ради того чтобы вернуть жизнь своей дочери и защитить жизни всех кто ещё не родился - я отдам свою. Голос стих. Воздух начал сжиматься словно весь кислород уходил из усыпальницы - мужчине и женщина становилось плохо с каждой секундой, все сильнее и сильнее. Она сжимала руку мужа и огляделась - все так же как и раньше. Но кое что все таки изменилось. Рука, которой она крепко держала Каса неприятно болела, словно кости саднило, а кожа чесалась. - Теперь мы… люди? Летта оглядела свои руки - теперь они выглядели иначе, ощупав кожу на лице ощутила морщинки которых никогда прежде не было. И лицо мужа - она выглядело совсем по-другому, и вместе с этим по прежнему родное и любимое, того кого она встретила множество лет назад. Он был ее мужчиной - пусть и с сединой в волосах и с людскими чертами лица, что были им присущи спустя шестьдесят лет жизни. Но он ее. - Нам не о чем жалеть, - Кас крепко сжал ладони женщины и улыбнулся, его лицо озаряла все такая же мягкая улыбка что была раньше, прекрасна и добра, - она умна и сильна, Летта. - Да, - прижавшись к теплому телу своего мужа женщина выдохнула, ощущая тот же самый любимый аромат и чувство комфорта, что было не сравнимо ни с чем в этом мире, - она ведь наша дочь. В это время где-то на земле, окруженная снежными бурями и зимой - лежала девушка. Волосы ее были белые как снег, тело бледное как небеса что давно не видели солнца, а лицо - светлое и по детски очаровательное, словно сам Шепфа воссоздавал ее как скульптуру идеальной бессмертной души. Тогда она ещё не знала ради чего родилась на этот свет, но где-то на небесах были уверены - Ева обязательно все поймёт.

***

Каин огляделся. Взгляд моментально пробегался по членам самолета чтобы убедиться что все хорошо, словно после этого странного сна ему было не по себе. Прошло несколько часов как они взлетели в небо, кажется, все уже давно спали и видали третий сон, но Каин, на душе у которого будто скребли кошки больше не смог сомкнуть глаз. Убедившись что все спят он вернулся на свое место - рядом со спящей красивой девушкой, облокотившись на сумку чтобы не удариться об окно самолета лежала Ева. Все те же черты лица - бледные и светлые, тоненькие руки и носик что дергался каждый раз, будто бы ей снилось что-то неприятное. Но даже в этом виднелось ее очарование и прелесть. Усевшись рядом ангел замер - он смотрел пристально и внимательно, наблюдая из раза в раз как та кривилась, но не издавала ни звука. Забавная и смешная. - Да уж, - в голове пролетели слова женщины из сна, - ради тебя пали небеса. «На что только не пойдёт женщина если любит своего ребенка…» По коже пробежались мурашки, в сердце предательски кольнуло, странно, но до ужаса больно. Он вспоминал то, что было до встречи с Баалом, свою прошлую жизнь и семью, если ее можно было так назвать, и горько улыбался. Казалось что нет в этом мире хуже чем его мать и брат, и что не появится в мире человека способного полюбить его так, как способен любить он. Но нет. Сейчас, вспоминая слова матери Евы из своего сна Каин улыбался, горько, но вместе с этим искреннее и счастливо - она его любила. Он был уверен, знал и доверял. И что независимо от прошлого есть кто-то, кто смотрит на него так же как он смотрит на нее. И даже та боль внутри была прочно закрыта под натиском тех взаимных и трепетных чувств к ней. Каин знал что нужно делать, и что если и земля окажется в полной везвозвратной тьме - есть что-то, что он бы уберег. И это чувства. - Ты почему не спишь? - тихий голос сбил его с мыслей, заставляя вернуться в реальность. Все это время ангел смотрел на Еву, но даже не обратил внимание когда она проснулась и тихо смотрела на него в ответ. Спокойно и с особым вниманием, словно точно так же сидела и думала о своем. - Приснился кошмар… Каин не знал можно было ли назвать это кошмаром, однако чувствовал как внутри все перевернулось, и наверное это было даже хуже тех страшных снов которые снились до этого. Рассказывать? Или скрыть? Мужчина застыл, размышляя о том, что видел в своем сне, его парализовало а мысли путались. Казалось, что неправильно скрывать, и вместе с этим… имел ли он право говорить то что разобьет ей сердце? Правильно ли это? Осознать что все небеса, весь твой мир перевернулся с ног на голову из-за того что тебе нужно жить. Тебя заставили жить ценой стольких тысяч чужих лет, может быть и сотни тысяч. - Не хочу рассказывать, просто… не то время и не то место. Кивнув, Ева кажется поняла что ему все ещё неприятно об этом думать, поэтому предпочла не приставать с вопросами а лечь рядом, уткнувшись носом в его плечо. Находиться рядом с ним казалось настоящим счастьем, Каин даровал ей все то чего она так хотела, все то что не смогла бы получить с другими. И в мыслях даже не позволяла подумать о том что на его месте был бы кто-то другой - это невозможно, никакими путями и тропами, даже если бы все обернулось по-другому она бы оказалась рядом с ним. Если не в этой жизни - так в другой. И там они были бы так же счастливы как сейчас. - Надо перевязать тебе спину, - Каин отодвинул девушку и взглянул за нее, - снова кровь идёт. Сонно потянувшись Ева скривилась, но следом послушно кивнула. Деваться некуда - после того как ей оторвали крылья открытой ране нужен был воздух и отсутствие застывшей крови поверх разорванной плоти. Иначе станет только хуже. Они ушли в дальнюю комнату где несколько часов назад все вместе сидели ужинали, а теперь им предстояло заниматься этим неприятным действием. Ни Каин ни Ева не сильно горели этим, первый из-за того что сам был виновником этой боли, вторая же от ощущения самой этой боли. Кровь застывала и отдирать все от раны а следом наматывать ещё что-то казалось не очень хорошим и приятным ощущением. - Вся одежда в крови, нужно переодеться тебе. - Каин деловито полез в ее рюкзак, решив что сам сможет найти то что ей нужно. К счастью мужчина не добрался до нижнего белья или других женских штучек, чего он конечно ждал как только в голове появилась мысль порыться в вещах. Он признавал все свои грешные мысли, даже когда они касались Евы, однако знал что это… не совсем прилично. Ведь всему свое время. - Вот, возьми. В руках Каина оказалась серая облегающая водолазка. - Отвернись, - Ева приняла ее и с прищуром посмотрела на самодовольного мужчину. - Ну, для начала сними другую кофту, я перевяжу и тогда оденешься. Конечно, в мыслях он понимал что из-за его намёков и шуточек которые говорили о его некоторых желаниях в сторону Евы, что теперь она не согласится на это. Но все вышло иначе - покосившись та все таки выполнила его просьбу. Стягивая кофту что уже давно была пропитана кровью беловолосая иногда поглядывала назад - Каин не смотрел на нее, он что-то активно изучал на обложке одной из книг что оставила Ева. Внимательно и пристально. Следом нужно было снять бинт, однако кажется без помощи своего горячо любимого мужчины та не могла обойтись, и стоило ей сказать одно единственное слово «потяни…» он оказался тут как тут. Бинт был завязан сбоку, ближе к спине, однако найти лоскуток который поможет ей распустить прочный узел она не могла. В это время Каин легко и просто управился с тем что от него требовалась. Перед глазами зияли две достаточно глубокие раны, кожа рваная и болезненно красная - кажется вот-вот и туда точно попадёт какая-то зараза. Застывшая кровь слегка саднила, Каин видел как Ева кривилась, словно ей сзади что-то мешало. - Нужно обработать, - потянувшись за аптечкой где все остальные ребята сложили все то что смогли унести с Адама, мужчина нашел разные мази и спирт. Обработав края рваной кожи он начал обильно поливать все спиртом, и попутно махать крыльями чтобы эта жгучая боль не была такой мучительной. Конечно ангелы были сильны и стойки, но кому понравится когда на твою открытую рану льют эту вонючую жижу? Конечно, никому. Взгляд бросился на покрытую мурашками кожу Евы, а следом увидел как та прижимала к груди кофту. Лицо смущенное и слегка покрасневшее, словно не было ничего более откровенного чем то что происходило сейчас. «Милая…» - мысли в голове о том какая она очаровательная во всех своих проявлениях то и дело роились как пчелы, словно одурманивая и заставляя думать об этом раз за разом. - Готово. Он слегка коснулся ее плеча, чувствуя какая кожа была мягкая и нежная, словно сейчас он касался чего-то очень хрупкого. Губы невольно потянулись к открытой спине - маленькие плечи, очерченные изгибы в талии, Контуры ее тела выражали врожденную грациозность и силу, не ту которую привыкли видеть все, а именно ее внутреннюю, нежную, но убийственную и могущественную. Как если бы он снова увидел те дикие глаза когда она хотела его убить. Слегка касаясь устами этой прекрасной кожи Каин чувствовал себя настоящим победителем, тем, кому дали возможность почувствовать сами небеса на вкус, то что они породили и воспитал , то из чего была сотворена сама Ева. Ведь сейчас, наблюдая за тем кто она есть - в сердце появилось чувство что нет ничего слаще чем осознание нужности у того, кто был так важен в этом мире. Значило ли это, что Каин был не просто послушным псом в руках могущественного демона? И что его существование не такой уж и бессмысленное? - Все твое тело словно соткано руками господа, - сорвалось с губ мужчины когда руки его слегка коснулись позвоночника, проводя снизу вверх и ощущая легкое напряжение девушки, - от этого появляется ощущение, что я трогаю нечто запрещенное. - Разве ты не имеешь право касаться того, кто принадлежит тебе? От слов Евы, казалось, он умрет на месте. Прямо здесь и сейчас упадёт и сердце его перестанет биться. Столь нежные и дарующие ему спокойствие слова казались тем, что он мог бы слушать вечно. Ведь Каину так хотелось слушать подтверждение ее любви, так хотелось из раза в раз знать что она все ещё его. Сегодня. Завтра. Через год и множество столетий. Не забудет и позволит так же касаться и смотреть - с любовью и волнением. И никто другой не сможет увидеть этот свет ангельской души - не грязной и потерянной как его собственная, а прозрачная и священная как ручей, ещё не тронутый ничьими руками. - Тогда я хочу кое что ещё. Руки медленно опустились на талию, сжимая ее нежно и одновременно страстно, словно повелевая этим красивым телом как своим собственным. Проводя ласково по оголенной коже Каин замер и остановился, лишь на мгновение, желая узнать реакцию Евы и убедиться что она не против. Однако получив в ответ молчание продолжил свой путь руками - сначала опуская их медленно на бедра, а следом и приближаясь к животу, позволяя себе касаться рук что сжимали грудь. Его пальцы пробирались под них и словно желали этого, не навязчиво, но страстно и с огромным энтузиазмом. В какой-то момент Каин коснулся губами ее шеи - аккуратно, едва ощутимо, но этого хватило чтобы с губ Евы сорвался легкий чарующий его уши стон, от которого взгляд поменялся, а тело предательски напряглось. Словно держать себя в руках стало гораздо тяжелее. Хватаясь пальцами за ее руки он хотел убрать их с груди, словно больше не желая терпеть или ждать, и на его удивление Ева послушно сделала это. Ощущая мягкую приятную плоть ангел едва не издал довольное рычание которое показывало все его возбужденное естество. Оно было на грани. Словно вот-вот и он сделает нечто, о чем раньше думал только в своих грязных мечтах. И в каждой из них была главная Ева, словно теперь весь его мир перенастроился на только одно существо. - Если бы я мог то остановил бы этот момент… чтобы прочувствовать тебя сильнее и гораздо дольше, - руки смело сжали нежную приятную грудь больше не церемонясь, а бедра девушки предательски вжались в него, ощущая как внизу мужчина был уже крайне возбужден. Она закатила глаза когда одна рука осталась на груди, а вторая оказалась на тоненькой шее, сжимая ее и заставляя думать о самых грешных вещах, которые только могли возникнуть в этой уже не светлой голове. - Твои стоны оказывают на меня слишком сильное влияние… Сжав шею покрепче Каин прижал девушку всю к себе полностью, стараясь не вжимать ее спину так, чтобы не было больно. Однако это уже не имело значения для Евы - та чувствовала как ноги сводит а тело предательски и слишком быстро реагирует на любое малейшее касание Каина, словно все то что он делал было невероятным удовольствием, однако и этого было мало. - Ты ведь и сам не против, - хриплым и томным голосом прошептала Ева и прижалась бедрами к Каину так, что он предательски зарычал, чувствуя что ему сейчас хотелось гораздо большего чем одетую Еву, которую мужчина не мог изучить столько, сколько хотел. - Ты кажешься слишком идеальной чтобы я мог противиться этому… - нежные поцелуи сменились на зубы, что сжимали нежную кожу ангела. Девушка не смогла сдержать стон и слегка изогнулась, не выдерживая приятной и сладкой боли на себе. Однако Каин усадил ее на место - его рука оказалась между ног Евы и прижимала ее таким образом ближе к нему, заставляя тереться и приносить ему новую порцию удовольствия. От этого касания мужчины Ева сжала стол что стоял рядом и тяжело задышала, словно не выдерживая всех этих напористых и сладких действий Каина. Он сводил ее с ума, доводил до истомы и заставлял желать ещё большего, словно дьявол в теле ангела который соблазнял и вынуждал грешить. - Каин… - стон разнесся по всей комнате, а ощущения стали ещё ярче и четче, - сводишь с ума… Руки блуждали по прекрасному невинному телу, хотели ощутить на себе каждый кусочек того что он ещё не опробовал. Хотел ещё и еще, понимал что ему будет мало даже тогда когда Каин получит всю Еву полностью в свои руки. Ещё и еще. Каждое касание отдавало сладким и вместе с этим болезненными импульсом внизу. - Стой. Неожиданно Ева замерла. За дверью слышался шум - причем довольно громкий и отчетливый, будто бы что-то случилось. Никто не ругался, но все явно паниковали и бегали туда сюда. - Самолет падает.