I'll be with you from dusk till dawn

      Пару минут после выстрела пушки мы не произносим ни слова. Гор стоит на коленях перед телом Шанталь и держит ее окровавленную руку, пока Ламберт не подходит и не трогает его за плечо. Гор вздрагивает.       - Надо... отойти от тела, наверное, - треснутым голосом говорит он.       У меня перехватывает дыхание. Отвести взгляд от тела Шанталь невозможно: я словно парализована и не в силах двигать даже глазными яблоками. Гор поднимается на ноги и поворачивается к нам лицом. По его щекам, израненным и измазанным йодом, текут две тонкие дорожки слез. Парень утирает их рукавом и отстегивает от своего пояса карабин с веревкой, связывающий его и Шанталь.       Аурика тоже плачет, почти беззвучно - я вижу это по тому, как вздрагивают ее плечи. Чувствую, как сознание начинает мутнеть - мне нехорошо и я не понимаю, где нахожусь. Пытаюсь снова научиться дышать, но в легкие будто попала вода, которую невозможно выплюнуть. Я хриплю, хватая ртом воздух. Нерей протягивает мне бутыль с водой, но я отказываюсь.       Машинально переставляя ноги, мы идем дальше по скалам. На каждый шаг мне требуется невероятное усилие, словно мы, пятеро связанных друг с другом живых мертвецов, идем по дну океана, пробираясь через толщу воды. Мешок на спине весит целую тонну. Звук планолета заставляет нас обернуться и смотреть, как тело Шанталь поднимают в воздух механические крюки, после чего уносят за пределы Арены.       - Не могу, - едва слышно говорит Аурика и почти падает на землю, где стоит.       Мы все садимся рядом, опираясь спинами на валун. Меньше, чем в шаге от нас продолжает бурлить река, смыв всю кровь, словно ничего не произошло. Ламберт и Нерей подавленно разбирают мешок Шанталь. Гору достается ее булава, которую он вешает себе на пояс, мне - налобный фонарь. Проходит минимум полчаса, прежде чем мы решаемся вновь заговорить.       - Надо идти, - говорит Ламберт, и все понимают, что он прав.       Какой бы шокирующей не была смерть Шанталь, нужно двигаться дальше и продолжать играть. Не думаю, что профи боялись увидеть смерть, они сами убили уже с десяток трибутов. Но зверство, погубившее Шанталь, наверняка навело их на мысли о собственных возможных смертях. На Арене никто не в безопасности. Никогда.       - Ты как? - спрашивает Нерей, когда мы поднимаемся на ноги.       Я неопределенно машу головой, не зная, что сказать. Давящее чувство в легких почти прошло, я снова осознаю, что вокруг, слышу звуки воды и птиц. Хочу убежать как можно дальше, но я накрепко привязана к Нерею, и рядом с ним я, возможно, куда в меньшей опасности, чем в одиночестве.       - Реку нам не перейти, будем двигаться вдоль, - мрачно говорит Гор, и мы так и делаем.       Идем в тишине, осматривая скалы и противоположный берег. Может, это и на руку - чем тише мы будем, тем вероятнее найдем, не спугнув, какого-нибудь трибута. Следов на скалах действительно много - то тут, то там мы находим отпечатки чьих-то ботинок, которые особенно выделяются на камнях у воды. Пару раз Ламберт оступается и едва не катится в реку, но благодаря веревке мы его удерживаем.       - Смотрите-ка, - вдруг говорит Аурика, указывая на что-то вдали.       На противоположном берегу мы видим следы крови и ворох листьев, который уже растащил ветер, но без сомнений - они окровавлены, потому что кто-то вытирал ими свою рану. Значит, этот «кто-то» смог перебраться на тот берег. Возможно, он тоже был ранен чудовищем в воде, но выжил и сейчас где-то прячется. Мы озадаченно смотрим на следы и думаем, что делать дальше.       - Можно соорудить переправу, - вдруг предлагает Нерей.       - Из камней разве что, - добавляет Гор. - Ламберт, сможем утащить?       Парни отстегивают меня и Аурику от своих поясов и принимаются толкать в воду валуны поменьше, что разбросаны по всем скалам. Найдя мелководье, Гор прилаживает камень на дно - получается почти ступенька. Идея работает, и все выдыхают с облегчением, принимаясь за дело - Аурика и я помогаем, как можем, хоть сил таскать камни у нас и немного. Выкладывать каменный мост приходится до самого вечера, и в конце все так измотаны, что решаем устроить обед. Сплетя сеть из мелкой травы, растущей у берега, я ставлю ее на небольшой глубине. Нерей с гарпуном зорко следит, чтобы в воде не появилось страшных чудовищ.       Полчаса спустя в моих сетях превосходная рыба - не такая крупная, какой может быть морская, но съедобная. Аурика ее узнает: в Первом дистрикте ее зовут пескарец. Я мигом чищу рыбу и умещаю на разведенный Ламбертом костер. Пока мы едим, в сети попадается еще две мелкие рыбешки, их мы съедаем сырыми.       Темнеет, так что мы решаем перебраться на тот берег до ночи. Каменный мост выступает над водой, и поскольку идти по мокрым камням все еще ненадежно, каждый берет себе по палке, чтобы опереться ею на дно. Мы не уверены, что это сработает, как и не уверены, что камни помешают чудищам откусить нам ноги, но делать нечего. Ламберт идет первым, ловко и быстро перескакивая с камня на камень. Последний камень мы не смогли подтолкнуть так, чтобы он касался противоположного берега, поэтому ему приходится прыгать с разбега.       Мы вчетвером аплодируем его пируэту, когда Ламберт поднимается с земли и машет рукой, чтобы мы двигали за ним. Пока Аурика ступает на импровизированный мост, он подкатывает пару камней с противоположного берега и толкает в воду, продолжая мост. Первая минует реку без происшествий, наступает мой черед. Нерей внимательно осматривает дно, сколько хватает глаз, и подталкивает меня в спину.       - Балансируй и иди быстрее, не задерживайся, - подсказывает он.       Камни скользкие, и когда я ступаю на них, правая нога едва не съезжает в реку. Быстро переступая, двигаюсь на тот берег и облегченно вздыхаю. Нерей и Гор тоже переправляются быстро. Мы возбуждены успехом, поэтому все понемногу оживают. Кажется, будто гибель Шанталь случилась не меньше суток назад.       Небо уже почти совсем потемнело, скорее всего, скоро будет сводка. Мы все же решаем разделиться и отправляться на поиски Александры: Гор идет со мной и Нереем, а Аурика - с Ламбертом. Договариваемся разойтись в разные стороны и встретиться у моста ближе к рассвету. Повсюду на берегу - высокие деревья, какие-то кусты, в которых легко укрыться, и где-нибудь нас точно поджидает успех.       - Если найдете ее, оставьте мне, - говорит Аурика, прежде чем мы расходимся.       Меня передергивает от ее слов. Перед глазами все еще стоит наполовину обескровленный труп Шанталь.       Едва мы отдаляемся от Ламберта и Аурики, начинает играть гимн. Кроме нашей бывшей союзницы, на небе никого не показывают. Я загибаю пальцы: Первый, Четвертый и Седьмой в полном составе, это шесть. Гор из Второго, Зозим из Третьего - это восемь. Девчонка из Восьмого с тяжелым кашлем - девять. Кажется, Десятый дистрикт тоже в игре. Итого одиннадцать - уже меньше половины.       Как только небо гаснет, наступает почти полная тишина. Сперва я не понимаю, что произошло, а потом Нерей указывает на реку - вода в ней успокоилась, будто кто-то по кнопке ее выключил. В Тренировочном центре в моей ванной была настройка пузырьков: можно было лежать и плескаться в них. Сейчас же гладь реки почти бездвижна: только изредка по ней расходится рябь от выглянувших наружу рыбок.       - Пошли, - шепотом говорит Гор, и мы бесшумно двигаемся в ночи.       Меня одолевает тоска: выходит, все наши усилия сегодня были почти зря. Перейти реку легко ночью, ведь вне сомнения, вместе с бурными водами из нее исчезли и монстры. Утешаюсь тем, что мост может еще пригодиться нам при свете дня, хотя им может воспользоваться и кто-то из других трибутов.       Аурика и Ламберт ушли вперед по берегу, поэтому мы возвращаемся назад: к следу у реки. Ничего примечательного там нет: кровавое пятно запеклось, а почва вокруг - мягкая и влажная, похожая на кашу, без отпечатков ботинок. Мы осматриваемся, надеясь обнаружить хоть намек на присутствие других трибутов, но вокруг - лишь ночная тишина. Стрекочут насекомые в траве, и мы решаем осмотреться в лесополосе.       Деревья высокие, среди них почти ничего не разглядишь. Мы идем медленно, осматривая каждое дерево, но благоразумно не включаем фонари. Лесополоса небольшая, и вскоре мы действительно утыкаемся в тупик - это край Арены. Он выглядит как крутой обрыв с бездной внутри, а в темноте не видно ничего, кроме края. Вряд ли тут укроешься.       - Прислушайтесь, - вдруг говорит Нерей, и мы останавливаемся, стараясь даже не дышать.       Сперва я ничего не слышу, а потом Гор вдруг срывается с места и петляет между деревьями. Я на цыпочках следую за ним и Нереем и вскоре понимаю, куда мы идем. Храп! Кто-то храпит совсем рядом! Мы стараемся не шуметь, чтобы не разбудить долгожданную добычу.       Гор останавливается под одним из деревьев, где храп отчетливо слышен прямо над нашими головами. Мы всматриваемся в верхушку, и из-за густой листвы почти невозможно разглядеть, кто храпит. Я достаю налобный фонарик Шанталь и включаю его на самую маленькую мощность: тонкая полоска света падает на две фигуры, растянувшиеся межь двух толстых веток. Одна из фигур - та, что побольше, - едва заметно двигается в такт храпу.       - Она, - шепотом произносит Гор.       Я не сомневаюсь, что фигура поменьше, свернувшаяся в клубок и обхватившая руками соседнюю ветку - Аглай из дистрикта Семь. А рядом - его сестра. Я спешно выключаю фонарик, пока свет никого не разбудил.       Мы нашли Александру. Судя по храпу, девушка крепко спит, а ночь только началась - проспит она еще несколько часов. Раз Аглай не подал виду, что заметил нас - вероятно, караульных у них нет, и он тоже заснул. Мы отходим к соседнему дереву, чтобы наш шепот не было слышно.       - Сходите за Аурикой и Ламбертом, - говорит Гор. - Я тут покараулю. Если проснутся - прибью обоих, не впервой.       Мои ладони потеют, а сердце начинает бешено стучать. Сегодня умрет Александра, и немудрено, что дальше профи могут переключиться на нас. Мы с Нареем - следующая по опасности цель. Пока мы бежим через лес обратно к реке, я не перестаю думать об этом.       - Возможно, это лучшее время, чтобы уйти, - словно прочитав мои мысли, говорит напарник. - Нам нужно убедиться, что они убьют Александру. Но после... пора бежать. Нас останется десять, девчонки из Третьего и Седьмого вряд ли протянут долго. Про Десятый дистрикт я мало что помню, но уверен, что втроем профи с ними разделаются. Тебе лучше подыскать укрытие, Энни.       Я киваю. Не представляю, насколько побег отсрочит мою смерть, но сдаваться прямо сейчас я не готова. Только не погибать от руки Аурики. Что будет с союзом профи, когда я сбегу? Останется ли Гор с Первым дистриктом? Вдвоем они смогли бы его убить, да и он... вспоминаю, как Гор сказал: "На Арене нет места для честности". Что помешает, например, Аурике убить меня прямо сейчас, когда мы прибудем с радостной новостью?       Мы идем по следам союзников вдоль реки и наконец сворачиваем в лес. Они не ушли далеко: между стволами мелькает золотистая шевелюра Аурики, которая почти светится в темноте. Над Ареной висит луна, и я была бы ей рада, если бы не знала, что она ненастоящая. Завидев нас, парочка останавливается и бежит навстречу.       - Мы нашли ее, - запыхавшись, говорю я. - Гор остался ждать.       - Оказывается, Александра храпит так, что земля трясется, - добавляет Нерей, и это ровно то, что ожидает услышать Аурика.       Она едва не визжит от услышанного, зовёт Ламберта, после чего мы вчетвером следуем обратно. Немного поплутав в темноте межь деревьев, в засаде в зарослях кустарника обнаруживаем Гора. Вид у него почти скучающий.       Даже в ночной мгле я вижу, как глаза Аурики наливаются кровью. Храп Александры приводит ее в такой восторг, что мы кое-как умудряемся отговорить ее лезть к жертве на дерево. Скорее всего, даже во сне Александра вооружена, а хруст веток при попытке забраться ее разбудит. Лезть всей оравой на дерево мы не сможем. Ничего не остаётся, кроме как следовать идее Гора.       - Лучше поджечь дерево, - говорит он.       Безусловно, на высоте у Александры преимущество в обороне, но что она может со своим топором против пяти вооруженных трибутов? Ах да, есть еще ее брат. Не могу представить, кому достанется убить его - надеюсь только, что не мне. С помощью огнива мы все зажигаем по крупной ветке и бросаем у подножия дерева, ожидая, пока пламя перебросится на ствол.       Сон у этих двоих и вправду крепкий, ведь даже когда ветви начинают трещать, просыпаются они не сразу. Первым ворочается и вскакивает на свой ветке Аглай. Огонь уже танцует на коре дерева, мы стоим, окружив его со всех сторон.       - Алекс! - от крика мальчика у меня сжимается сердце. - Проснись!       Храп мгновенно прекращается. Со своей позиции я вижу, как появляется голова Александры, но не могу рассмотреть эмоцию на ее лице. На дереве начинается возня. Мы все - на изготовке, Аурика крутит между пальцами свои лезвия и громко свистит.       - Доброе утро! - она разражается хохотом.       Вокруг дерева начинает неплохо полыхать - еще немного, и нашей добыче будет некуда спускаться, если не хотят поджариться. Александра что-то говорит брату, но расслышать не удается. До меня доносятся всхлипы Аглая. Проходит несколько томительных и очень жарких минут, прежде чем громко хрустят ветки: Александра прыгает с дерева.       - Не подходите, убью! - ревет она, падая прямо на меня, и мне ничего не остаётся, кроме как отскочить в сторону к Нерею.       Александра тут же замахивается на меня топором, лезвие проходит рядом с моим ухом - успеваю увернуться и слышу лязг металла. Топор скрестился с мечом Нерея, а сзади на Александру, словно бешеная кошка, бросается Аурика. Она с замаха вонзает пару лезвий в подколенные связки девушки, Александра орет от боли, не ослабляя хватки и продолжая противостоять Нерею.       - Нет! Алекс, нет! - рыдает Аглай, и я вижу, как он держится руками за ветку, намереваясь спуститься.       - Нет! - вторит ему Александра, с размаху сбивая с ног бегущего на нее Ламберта. - Сиди там, Аглай!       В ту же секунду Аурика хватает ее сзади за шею и намеревается перерезать горло, но Александра выворачивается - лезвие проходится по щеке. Вновь хрустят ветки, и юный, не больше меня ростом, Аглай падает на землю рядом. Он вскакивает и испуганными, залитыми слезами глазами смотрит прямо на меня. В его руках - два маленьких ножа. Я смотрю на свои руки, в которых сжаты ножи побольше - я вся дрожу и не в силах удержать лезвия.       Александра издает дикий, почти утробный рык и бросается к брату, намереваясь закрыть его собой. Она вся в крови и едва двигает ногами, и только она делает шаг - Аурика сжимает ее горло, напрыгнув прямо на спину. Всё вокруг словно замедляется. Нерей замахивается мечом, чтобы отрубить Александре руку, сжимающую топор. Но не успевает он это сделать, как звук драки и пожара прерывает один-один единственный, после которого я больше ничего не слышу. Всхлип маленького мальчика. А затем ужасающий, пробирающий до костей звук его крошащегося от удара черепа.       Гор ударяет молотом еще раз, так сильно, что Аглай отлетает в сторону - прямо в огонь. Стреляет пушка. На секунду это заставляет нас замешкаться, я забываю, где нахожусь. Обернувшись на Александру, я вижу, как бешено вращаются ее глаза, а рот раскрывается в крике.              Тело ее брата вспыхивает и разгорается, смешиваясь с пламенем, объявшим лес.