♛Королевство Оникс♛

***

От лица Леоноры Деймон уехал около недели назад вместе с Вел. Я решила, что это отличный шанс исследовать лес, в котором мне нужно найти безопасный путь домой, когда я стану невидима для всех остальных. Осталось решить, как уговорить Ахерона, чтобы он меня не сопровождал во всех поездках. Я обдумывала план действий. Первым пунктом было — попытаться с ним не конфликтовать. И это давалось мне сложнее, чем я думала. — Лео, ты просто безнадежна. Ну, как можно не дотянуться до моей ладони, — ворчал мой «учитель». Я пыталась бить ногой по его руке, которую он поднял чуть ли не на уровне с головой. — Просто растяжка у меня не очень хорошая, — стиснула зубы я. — У тебя все не очень хорошее, — сказал он и вздохнул. — Пробуй еще и еще, пока не получится. Я молча слушала его приказы и наставления. Делала все, что он показывал. Училась контролировать свое тело. Все мои успехи были обесценены, но я не сдавалась. Мы много тренировались. Иногда я думала, что уже полдень, но выходя из зала, я видела темное небо, а это означало, что мы тренировались весь день. Мышцы мои стали крепче, они уже не так болели, как раньше. Но иногда, после тренировки, я могла только лечь в кровать, забывая о моем плане. — Деймон сказал, что скоро я могу начать осваивать оружие, — напомнила я Ахерону. — Да… Думаю, недели через три, после показательного кулачного боя, я позволю тебе взять оружие, — ответил он, разминая руки. — Какого еще показательного боя? — я хмуро смотрела на него. — Ты думала, что я просто так с тобой тренируюсь? У нас будет бой, и я пойму, стоит ли тебе давать в руки меч. Я скривилась. В этом весь Ахерон. После того, как он вернулся, мы разговаривали очень мало. И все разговоры сводились к тому, что я никчемная и ничего не умею. Это злило меня, но я держала себя в руках, ради моего плана. — Сегодня нам осталось выучить еще три техники ударов, и я думаю, что на этом все, — пояснил он, беря в руку кружку с водой. — Ты куда-то торопишься? — поинтересовалась я, как бы невзначай. — Я не могу все время проводить с тобой. У меня есть и другие дела, — он выпил из кружки, а затем поставил ее на стол. — Хорошо, — только и ответила я. — Какая-то ты тихая в последнее время, — заметил он. — Просто я хочу сосредоточиться на занятиях. — Это правильно. Но свежий воздух тоже пойдет тебе на пользу. Гуляй иногда, а то лицо у тебя бледное, — заметил Ахерон, осматривая мое лицо. — Хорошо, — я мысленно улыбнулась. «Это мне и нужно от тебя, милый Ахерон» После тренировки я пошла в баню. Смыла с себя весь пот. Обливаясь холодной водой для закалки, я думала о том, как мне сбежать. Я обдумывала каждый свой последующий шаг. Но я должна действовать аккуратно, чтобы не вызвать подозрений. В комнате меня ждало красивое фиолетовое платье с повязками на груди. Я переоделась в него, покрутилась у зеркала, подмечая, что мое тело изменилось. Мне было приятно видеть, что тренировки хорошо влияют на меня. Служанки в последнее время много со мной разговаривали, и было ощущение, что они стараются мне угодить в каких-то моментах. Скорее всего, Деймон приказал следить за мной. И я уверена, что служанки хотят втереться ко мне в доверие, ведь раньше такой общительности и заботы от них не наблюдалось. Они приносили мне каждый день шикарные блюда в комнату, наряжали в великолепные платья, а еще рассказывали о том, что происходит в Магиксе. Конечно, ворчание с их стороны все еще имело место быть, но я старалась пропускать все мимо ушей, ведь мне нужно собрать как можно больше информации. Так я узнала, за несколько дней погибло около шестидесяти человек. Эта новость выбила меня из колеи. Деймон говорил, что он уже практически приблизился к источнику, и я знаю, что он сможет его найти, но время летит быстро. И я надеялась, что не станет слишком поздно. Весь вечер я провела за книгами. Училась магии, не применяя ее. Мои теоретические знания хромали, поэтому нужно было наверстать все, что я пропустила и еще пропущу в академии. Я проговаривала новые заклинания вслух, чертила рукой руны, способные защитить меня. Я выписала из книг много боевых заклинаний, направленных на уничтожение врага. Но их невозможно тренировать теоретически, только практика способна развить такие чары, а мне не суждено сейчас испытать их. На следующий день я отправилась на конную прогулку вместе с Ахероном. Он будто знал, что одну меня отпускать ни в коем случае нельзя. Я злилась на себя за то, что не могу справиться с такой ситуацией, злилась на Ахерона за его дальновидность, а также на Деймона, который приказал следить за каждым моим шагом. Я видела, что Ахерон был чем-то взволнован. Он часто моргал, его выражение лица было каменным. Он всегда так делал, когда что-то случалось. Я запомнила спектр эмоций моего «учителя». Любопытство съедало меня, я хотела узнать в чем причина, но воздержалась от расспросов. Мы шли медленно около леса. Мой Северус топал копытами и не слушался меня сегодня. Я успокаивала его поглаживаниями по шее, но это не особо помогало. — Конь нервничает, — заметил Ахерон. — Интересно, почему? — поинтересовалась я, смотря мужчине в глаза. — Думаю, он чувствует приближение чего-то нехорошего и опасного, — ответил он, отворачиваясь. — Я думаю, он просто не часто ходит в лес. Возможно, стоило бы почаще с ним гулять тут, — как бы невзначай сказала я. — Я не могу с тобой гулять постоянно, Леонора, — фыркнул Ахерон. — Тебе и не надо. Ты думаешь, что я смогу убежать отсюда? Серьезно? — как бы удивленно спросила я, невинно хлопая глазами. — Этого никогда не случится. Ты не сможешь выбраться отсюда без магии, — пояснил он, а затем осекся. — Что это значит? — я нахмурилась. Я обдумала его слова. «Это определенно правда, но зачем он мне это сказал?» Ахерон тяжело вдохнул, затем выдохнул. Посмотрел мне в глаза. — Этот барьер пропускает и выпускает только существ с магическими способностями, а у тебя их нет, поэтому ты ни шага не сможешь сделать за черту. Я не боюсь, что ты убежишь, просто не хочу, чтобы ты наделала глупостей. — Ахерон, я клянусь тебе, что я просто хочу больше гулять с Северусом. Я не могу сидеть в четырех стенах, мне нужен свежий воздух. Деймон обещал, что я смогу завести сад, что смогу гулять, где хочу, смогу сходить в Магикс, черт возьми. А в итоге я пленница, как и была раньше. Ты не представляешь, каково мне сидеть комнате, ждать тренировки, а затем ждать, когда у тебя будет время, чтобы сторожить меня на прогулке. А служанки ваши только провоцируют меня на скандалы, с ними невозможно находиться в одной комнате, надоели сновать туда-сюда, — я давила на него всеми возможными способами. Теперь это была жалость. Да, я хотела, чтобы он меня пожалел. И моя тактика сработала. — Черт, Деймон меня убьет, если узнает. Хорошо, гуляй, но сопровождать тебя будет один из охранников. И если попытаешься навредить кому-либо, пеняй на себя. Понятно? — сдался он. Я улыбнулась про себя, ему показала лишь печальное лицо. — Я не хочу, чтобы меня сопровождал охранник, мне нужно свободное пространство. — заявила я. — Это исключено. — Что я могу сделать? Ну, скажи ты мне, что? Я просто буду гулять, сколько скажешь, и возвращаться обратно, буду собирать ягоды в лесу. Не хочу, чтобы меня смущал один из этих остолопов, не умеющих разговаривать с девушками. Он угрюмо посмотрел на меня, затем закрыл глаза, о чем-то размышляя, а затем кивнул. — Спасибо, Ахерон, — я направила Северуса в глубь леса. Мне нужно было пройти этот отрезок пути с Ахероном, чтобы потом здесь не заблудиться. В душе у меня порхали бабочки. «Я добилась своего, я смогла» Мы шли молча. Я смотрела по сторонам, подмечая все кусты и деревья. Внутри меня было необычное чувство, будто я приблизилась к своей свободе на тысячу шагов, и мои бабочки в животе ликовали от этого. Я знала, что Деймон и Ахерон не причинят мне вреда, но они причинят вред моей семье и моему королевству. И поэтому я должна выбраться отсюда и предупредить короля. Я не доверяю Деймону полностью. Я не знаю, что он на самом деле задумал. И, возможно, что все его сладкие слова — это лишь напускное. Я слезла с коня. Привязала его к дереву. Ахерон последовал моему примеру. Я стала осматривать кусты. — Что ты делаешь? — удивился он. — Ищу ягоды. Смотри! — я оторвала малину и показала ему. Я улыбнулась, а затем съела ее. — Вкусно? — Очень, хочешь попробовать? — я сорвала еще и протянула ему. — Нет. Я не ем ягоды, — отрезал он. — Ну, давай, ради меня, — это не подействовало. Он лишь нахмурился. — Если не съешь, я вообще есть перестану. Твоим служанкам достанется от Деймона, — манипулировала я им. Он поморщился, но затем взял несчастную ягоду и съел ее. Мы дурачились, словно дети. — Вкусно? — улыбнулась я. Он мотнул головой и слегка улыбнулся. А я хмыкнула, показывая свое превосходство над ним. Манипулировать людьми меня научила Катерина. Она мастер в этом деле. Мы не раз проделывали это с окружающими.

***

«Мы шли по мощенной дороге к академии для ведьм. Катерина следила за тем, чтобы нас никто не смог увидеть, а я на ходу наколдовывала тексты на пергамент. Сегодня Катерина должна защитить выпускной проект, который, собственно, вообще не готов. Мы вчера проторчали в баре для ведьм половину ночи, поэтому ничего не успели сделать. А сегодня проспали важный день и сейчас крадемся в зал выпускников. — Давай быстрее. Что ты копаешься? — ворчала сестра. — Кто же знал, что ты такая бестолочь. Как можно не сделать проект на окончание твоего обучения? — Я хотела вчера, но мы пошли в бар, — она фыркнула, поправляя свое черное платье. Она рукой начертила руну острого слуха, затем посмотрела по сторонам, оценивая обстановку, и пошла дальше. — Ты просто невозможная. Ты пыталась за один вечер сделать работу, которую делают месяцами… А в итоге даже этого не сделала. — Тише, — тихо сказала она. Я закатила глаза. На ходу наколдовывать тексты было невероятно сложно. Я пыталась воссоздать все строчки из книг, которые я когда-то встречала. Я много читала, поэтому мне пригодилось все это в данный момент. Этой магии нас обучила бабушка в детстве. Когда нам было грустно, и у нас не было книг, мы могли из воспоминаний создать иллюстрации или тексты в своей голове. — Почему я создаю его, делай ты! — злилась я. — Эта тема про любовную магию тебе лучше меня известна. И ты меня умнее, — отчеканила она, посмотрев мне в глаза. — Это неправда. Ты прекрасно знаешь, что я в любовной магии настоящий профан. — Но ты много читала про это, даже если практики совсем не было, — засмеялась Катерина. — Ты просто невозможная ведьма, которая… — Что здесь происходит? — раздался громкий женский голос, не дав мне договорить пару ласковых моей сестре. Мы посмотрели на источник звука. Мое сердце упало куда-то в пятки. Перед нами стояла заместитель главной ведьмы академии. — Добрый день, Ава́нджа, — поздоровалась Катерина. — Мы идем в зал выпускников, чтобы защитить проект. — Вдвоем? Насколько мне известно Леонора с младшего курса, — она скривила губы. — Да, все верно. Моя сестра помогает мне донести все учебники, — Катерина мило улыбалась. И на всех действовала эта улыбочка, но только не на Ава́нджу. Она ненавидела нас с детства. У нее была вражда с нашей мамой. Они не могли поделить нашего отца. — Почему проект открыт? — она посмотрела на мои руки, держащие толстую стопку пергамента. А от этих листов просто сквозит магией. Неудивительно, что такая сильная ведьма чувствует это. — Лео читает мне вслух, чтобы я больше смогла запомнить по дороге, — ответила Катерина, не моргнув ни одним глазом. — И что же Вы запомнили? — по ведьме было видно, что еще чуть-чуть, и она набросится на Катерину, как злобная собака. — О, много чего, несомненно. Но я не хотела бы раскрывать карты сейчас. Я все Вам расскажу, когда буду выступать, — Катерина мастерски манипулировала этой ведьмой. Она улыбалась ей во все тридцать два зуба. — Я бы хотела услышать сейчас, — настаивала та, скалясь. — Если моя очередь подойдет, а стою здесь и рассказываю Вам весь мой проект, то будут большие проблемы, как у меня, так и у вас, — лавировала она. — Ладно. Я спрошу с Вас больше, чем с других, дорогая Катерина, — усмехнулась Ава́нджа и пошла дальше, шаркая своими туфлями. Она напоминала мне ведьму из сказок — старуху с кривым огромным носом и со сгорбленной спиной. Меня передернуло, когда я смотрела ей вслед. — Не сомневаюсь, старая карга, — проговорила Катерина. — Это просто исчадье ада, — согласилась я. — Отвратительная особа. И как она стала заместителем главной ведьмы? — Не за красивое лицо явно. Скорее всего ее кто-то продвинул, — предположила я. Катерина прыснула, и я засмеялась вместе с ней. Мы пошли дальше. Я удивлялась, как Катерина сохраняла спокойствие. У меня тряслись руки, когда я передавала всю эту стопку сестре. — Как ты будешь рассказывать, тем более ей? Ты ничего не знаешь, — фыркнула я. — Не волнуйся. Будешь рассказывать ты, а я лишь открывать рот, — сообщила она. — Что? — Новое заклинание. Буквально недавно мы его изучали. Сложное заклинание, но я справлюсь, — хмыкнула она, чертя руну. — Подожди, а что, если ты напортачишь? — уточнила я, хватая ее за руку. — Ну, кажется, ты можешь остаться без голоса совсем, — хмыкнула она, а у меня округлились глаза. — Не волнуйся. Если что, я все исправлю, — я еще хотела ей сказать что-то, но не успела. Она уже создала руну и направила на меня и на себя. Я начала говорить, но из моего рта не слышалось ни звука, зато Катерина стала шевелить губами, и из ее рта начал вырываться мой голос. Она прокашлялась. — Я та еще дурная стерва, — произнесла Катерина, а я захихикала. Она косо посмотрела на меня и ударила по плечу. — Что? Это правда, иначе бы я не стояла здесь, как дура, и не разговаривала голосом своей младшей сестры, — зашевелила она губами и снова ударила меня. А я смеялась беззвучно, конечно. Голоса у нас были похожи, поэтому заподозрить Катерину было сложно. Но Ава́нджа может постараться это сделать. Я боялась за это, но Катерина и глазом не моргнула, пошла на сцену. У меня была копия ее проекта. Я листала страницы и смотрела на текст. — Добрый вечер, уважаемые ведьмы, — поздоровалась я. Я не знала, как нужно приветствовать преподавателей, поэтому получилось то, что получилось. Катерина посмотрела на меня и скривилась, давая понять, что я балда. Я закатила глаза. Катерину поприветствовали и сказали ей начинать. Я начала рассказывать про проект; какая затронута тема, что именно я рассматривала, какую дала оценку, и, конечно, приводила примеры из книг. Любовная магия поражала меня. Она заставляла людей творить необдуманные вещи и совершать грехи, за которые потом могли убить. Но это было так волнительно — узнавать тайны людей и заставлять их любить. Поэтому я охотно делилась и своим мнением. Катерине задавали множество вопросов, и я на все отвечала, так как все было уже написано в проекте. Да, подумала заранее, что они могут мне задать, и предусмотрела все варианты. Я хмыкнула, и Катерина снова хмуро посмотрела на меня. «Черт, кажется на сцене она тоже хмыкнула», — подумала я и улыбнулась про себя. «Получай сестра за то, что подставила меня. Манипуляторша!» Так Катерина одурачила всех присутствующих. Но когда Ава́нджа начала наседать на Катерину, задавая заумные вопросы, на которые я не знала ответа, я испугалась и перестала говорить. Я увидела, что Катерина схватилась за голову и упала на пол. Я ошарашенно смотрела на всю эту сцену, а затем рванула к ней, пряча заклинанием пергамент. — Что с ней? — кричала я. Все сбежались и стали осматривать Катерину. — Кажется, обморок, — одна из ведьм стала шептать что-то, и через какое-то время сестра открыла глаза. — Как ты себя чувствуешь? — вопросила главная ведьма академии, присев рядом с сестрой. — Мне плохо, мадам, — промямлила Катерина, сверкнув глазами на меня. Видимо заклинание снято, и она свободно может говорить. До меня дошло это только сейчас. — О, деточка. Отнесите ее к медику, пусть займется ее здоровьем, — рявкнула она на кого-то. А я смотрела на сестру, гладила ее по голове. Она слегка ухмыльнулась, и это не осталось без моего внимания. И в тот вечер, сидя рядом с сестрой, я узнала, что Катерина намеренно упала в обморок. Это была манипуляция. Я поразилась до глубины души. И, конечно, ей поставили наивысший бал.» — О чем-то задумалась? — уточнил Ахерон. — О сестре, — честно призналась я. — Скучаешь? — задал он один из самых глупых вопросов. — Конечно, скучаю. Тебе ли этого не знать? — огрызнулась я. — Не огрызайся, я просто хотел продолжить беседу, — стушевался Ахерон. — Я очень скучаю. Была бы моя воля, я бы уже была рядом с ней. — Понимаю, — это все, что ответил мне он. Я закатила глаза и пошла дальше в глубь леса. Я осматривала все, пока Ахерон не сказал, что нужно возвращаться, так как у него еще много важных дел сегодня. Я снова закатила глаза. Но по дороге думала, как приеду сюда завтра и буду лазить по всем закоулкам, выискивая надежное место для отхода.

***

Королевство Оникс в то же время. От лица Деймона. Я стоял у окна в тронном зале. Лучи солнца проникали сквозь толстое стекло, освещая трон короля. Леи́ра еще не было, но я уже весь извелся, ожидая его. Я думал, что король предпримет в этой ситуации и не помешает ли этим моим планам. Двери шумно открылись, и король влетел в зал, словно вихрь. Его лицо было озлобленное, круги под глазами говорили о том, что он не спал сегодняшней ночью. Он подошел к трону и раздраженно схватил его спинку. — Мой король, доброе утро! — поприветствовал я его кивком головы. — Черта с два оно доброе! — рявкнул он, буравя меня взглядом. — Что случилось? — поинтересовался я, хотя прекрасно знал ответ на этот вопрос. — Они узнали, кто она. Они как-то узнали, Деймон! — завопил он. — Кто Вам об этом рассказал? — я даже не сомневался, что это был Байон, ведь ему лично доложили мои слуги. — Байон. Он узнал, что об этом говорят все, кому не лень. Весь двор на ушах, — Леи́р потер свою голову, снимая корону. — Как они узнали? — я сделал изумленное лицо. — Я не знаю, — король закрыл глаза, а затем с силой бросил трон на пол, рыча при этом. Он был потерянным и расстроенным. Таким я его видел лишь однажды, когда несколько лет назад его старшего брата обвинили в преступлении против своего королевства.

***

«Леи́р парировал все мои атаки. Я был удивлен, но еще и горд за такого «ученика». Затем на меня посыпались удары, которые были невероятной силы. Я все отразил, но знал, что Леи́ру необходимо выместить злость на ком-то, поэтому мы продолжали поединок до последнего. Принц задыхался, но все еще пытался меня задеть. Он рычал, когда у него не получались выпады. — Сколько можно… — крикнул Байон, подходя к нам. — Заканчивайте. — Ты смеешь мне указывать, что делать? — рявкнул на него Леи́р, когда наши мечи схлестнулись вновь. Он разъяренно посмотрел мне в глаза. — Нет, но Вы сейчас потратите все силы на этот поединок, а Вам еще с королем необходимо увидеться… — Байон был осторожен в своих выражениях, и я понимал, почему. Сегодня был паршивый день для всех. Даже для меня. — Черт! — воскликнул принц и бросил меч на землю. Я положил свой в ножны. — Когда его поведут на казнь? — спросил Леи́р дрожащим голосом, выдавая все свои эмоции. — В полночь, мой принц, — ответил Байон. — Почему так поздно? — Леи́р вытер пот с лица. — Король и королева не хотят, чтобы это стало народным достоянием, поэтому они решили скрыть, когда будет совершена казнь. И выбрать позднее время для этого. Мы зашли в нашу совместную палатку с Леи́ром. Байон помог ему снять броню. — Я не готов к этому, я не хочу присутствовать, — заявил принц. — Вы должны, — коротко заметил я. Леи́р посмотрел мне в глаза. Его отчаяние читалось очень хорошо. Я знал, как Леи́р любит своего старшего брата. Они были не разлей вода в детстве, поэтому предстоящая казнь ему не давала покоя. — Я не могу видеть, как моего собственного брата казнят у меня на глазах, да еще в этом принимают участие мой отец и моя мать, — тихо проговорил Леи́р. — Вы обязаны быть там, иначе Вас сочтут предателем, — ответил Байон те же слова, которые хотел озвучить я. — О чем ты? — Некоторые до сих пор думают, что Вы действовали вместе с ним, мой принц, — пояснил Байон и сел на табуретку, стоящую рядом с выходом из палатки. Он снял с себя меч. — Это абсурд, причем полный. И я не верю, что мой брат мог такое совершить, — Леи́р тоже опустился на стул. Я думал о том, что принц прав. Доказательства были косвенные, все свидетели этой ситуации были пьяницами, которых подобрали где-то с улицы, ни одного знатного человека на слушании не присутствовало. Это означало, что Эдварда кто-то хотел подставить. Возможно, он узнал то, что не должен был. — Я думаю, что ты прав, Леи́р, — отчеканил я. Леи́р посмотрел на меня и расправил плечи. Он почувствовал поддержку. — Доказательств нет. Свидетели — алкаши, которые толком ничего сказать не могут. Все, кто мог что-то видеть, мертвы. Это наводит на определенные мысли, — продолжил я. — Да, но этого хватило, чтобы казнить моего брата! — недоумевал Леи́р. — Я разделяю Ваше негодование, но что мы можем сделать? — уточнил Байон. Я посмотрел на капитана. Ему было за сорок, короткие волосы с небольшой сединой, мускулистое тело и узковатые глаза. Выражение лица было всегда грозным. Он был настоящим капитаном, к его мнению прислушивался даже король, поэтому и я уважал его за правильные мысли и действия. Я хотел, чтобы Байон был за нас в этой ситуации. — Я думал об этом. Деймон подсказал мне идею вчера ночью, — Леи́р задумался, но затем продолжил. — Мы должны его спасти. Я действительно сказал Леи́ру, что Эдвард должен жить. Он неплохой человек и не заслуживает смерти, да еще столь унизительной. Леи́р был удивлен, он никогда не смел идти против своего отца, но в этот раз он поддержал идею спасения. Никакого конкретного плана у нас не было, мы вообще пили в тот момент. Но я думал над этим после. — Как? — нахмурил брови Байон. — Наши молодые солдаты готовы к бою? — спросил Леи́р. — Конечно, мой принц. Лучшие из лучших в полном Вашем распоряжении, — ответил Байон и потрогал свою щетину. — Я думаю, что штурмом можно отобрать у дворцовой гвардии Эдварда, — Леи́р смотрел на меня и ждал одобрения. — Я не думаю, что это хороший план. Наших солдат могут узнать, и вся вина ляжет на тебя. Потом казнят не только Эдварда, но и тебя, Леи́р, — объяснил я. — Что ты тогда предлагаешь? — Ты точно готов спасти своего брата? — поинтересовался я, удостоверяясь, что это не мальчишеская глупость, а осознанное решение принца. — Да, — коротко ответил он. — Тогда следуем моему плану. Байон, возьми лучших пять бойцов, которые уже участвовали в битвах. Они будут прикрывать нас. Леи́р, нужно раздобыть маски, скрывающие наши лица, желательно черные. Также будем ждать за час до назначенного времени у того места, чтобы обследовать местность и обстановку. Возможно, дворцовой гвардии будет много, мы должны обезвредить всех, кто встанет на пути. Тебе, Леи́р, нужно показаться родителям, чтобы они ничего не заподозрили. Мы все провернем без тебя. — Но это невозможно, я должен спасти его, — возразил он. — Ты будешь подозреваемым номер один, если будешь с нами. Так что никаких возражений. Ты останешься с семьей, мы спасаем Эдварда, — закончил я. Леи́р сжал губы, долго думал, но затем кивнул головой. — Я обучал Эдварда с пеленок и не хочу его смерти. Я сделаю все, что Вы приказали, — заявил Байон, поклонился и вышел из палатки. Байон был сторонником короля, но в этом деле он поддержал нас с Леи́ром. Да, мы предавали корону, но Эдвард был важен и нужен королевству, да и всему миру. Мое чутье, которое не подводило меня уже несколько веков, подсказывало, что это правильное решение. Вечером мы собрались в лесу, в котором должна была состояться казнь молодого принца. На нас были надеты черные маски, скрывающие половину лица, черные плащи, и никаких отличительных знаков. Мы не должны были привлечь к своей одежде внимание. Мечи наточены, кинжалы рассованы по всем потайным местам, включая ботинки и внутренние карманы плащей. Луки со стрелами висели на спинах. Кончики стрел смазаны специальным ядом, который поражает все внутренние органы мгновенно, не оставляя шанса выжить. Все, кто стояли передо мной, молчали. Они не проронили ни слова, так как этот день войдет в историю, а еще они могут не выбраться сегодня отсюда. Они молчали, потому что верили в невиновность Эдварда и готовы были сражаться вместе с Леи́ром. — Я знаю, что сегодня нам будет нелегко, — начал я грозным голосом, все посмотрели на меня. — Но мы должны спасти принца, чего бы нам это ни стоило. Он невиновен, и вы это знаете, раз стоите сегодня рядом со мной и вашем принцем — Леи́ром. Я верю, что мы справимся. Мы лучшие из лучших, и это наша битва. Битва за спасение, — я закончил фразу, а затем повернулся к Леи́ру. — Мой принц, ради Вас мы готовы отдать жизни. Мы не отступим и будем до последнего с Вами и с Эдвардом, — я встал на одно колено и склонил голову, и все, кто был рядом, сделали то же самое. — Я никогда этого не забуду, — заявил он голосом, полным гордости. Его руки дрожали, когда он взял меч. Он поднял его, и мы встали. Мы направились в это злосчастное место. По периметру стояли солдаты. Я насчитал около двадцати человек. В середине стоял палач, который точил свой меч. Он был и так острый, но этот убийца считал иначе. Тишина окутала нас, мы не слышали даже пение птиц. Этот знак в моем королевстве считался очень дурным. Это означает, что происходит что-то ужасное. Я сглотнул, натянул маску покрепче и посмотрел на Леи́ра. — Готов? — уточнил я. — Да, мой капитан, — ответил он с грустной улыбкой. — Ты должен запудрить им мозги, в этом твоя роль, — прошептал я. — Я понял. Пожалуйста, спасите его, — также прошептал он и пошел к солдатам. Мы притаились в темноте. Тени деревьев полностью скрывали нас и наши перемещения. Парни Байона рассредоточились по разным сторонам. Капитан посмотрел мне в глаза. — Не думай, что я теперь не поддерживаю короля. Я предан ему, — вдруг заявил он. Я кивнул. Эта фраза означала то, что он не доверяет мне. За это я стал уважать его еще больше, потому что на месте Байона, я бы себе тоже не доверял. Мы следили за происходящим вокруг. Леи́р разговаривал с одним из стражников. Тот что-то объяснял ему, принц был недоволен. Все эмоции читались у него на лице. И тут мы услышали звук колес. Подъехали две кареты, а за ними шестеро всадников. Они держали веревки, к которым были привязаны руки полуживого принца Эдварда, еле волочащего босые ноги по земле. Меня передернуло. «Как у короля хватило совести вести так собственного сына добрых семь верст?» Его ноги уже превратились в кровавое месиво. Руки посинели от того, что кровь к ним не приливала, а лицо было избито так, что трудно было распознать принц это или кто-то другой. Лоб рассечён, губы треснули, под глазами огромные синяки, а нос сломан и выгнут в сторону. Его пальцы на руках были неестественно повернуты и совсем не было ногтей. «Его пытали», — пронеслось в моей голове. Рубаха и хлопковые штаны на принце изодраны в клочья, на груди были видны порезы. Он шагал медленно, и каждый свой шаг делал под душераздирающий вой, настолько ему было больно. Я закрыл глаза. Я не мог поверить в то, что предстало перед взором. Даже у нас в королевстве, в котором были старые устои, так не издеваются над пленниками, если нет прямых доказательств виновности, а тем более над королевскими особами. Байон крепче сжал свой меч, на его глазах выступили слезы. Он сжал губы в тонкую линию и тяжело задышал. Видимо, эта картина поразила его не меньше, чем меня. Байон учил Эдварда искусству боя, разным ремеслам. Он заменил ему собственного отца, поэтому капитану было тяжело. Леи́р открыл рот от увиденного. Слезы градом катились по его щекам, и он их не собирался утирать. Настолько его поразило то, что сделали с Эдвардом. Он подбежал к брату. Я надеялся, что он будет придерживаться плана и не дрогнет перед обстоятельствами. — Брат! — воскликнул Леи́р, протянув руку к Эдварду, но тот закрыл глаза и отшатнулся в сторону. Его психика была расшатана. И вряд ли он осознавал, что сейчас происходит. — Эдвард, это я, Леи́р, — снова предпринял попытку принц, но Эдвард все также стоял с закрытыми глазами, дрожа от страха. Королева открыла дверцу кареты и дала руку стражнику. Он услужливо помог ей спуститься. Она осмотрела все и скривилась. — Оставь его, — грозно приказала королева. Леи́р медленно перевел взгляд на мать. Та стояла с невозмутимым видом, как обычно она это делала. Красивое пышное платье совсем не сочеталось с этим мрачным местом. Ее подол упал прямо в грязь, но ее это ничуть не смутило. — Как вы могли довести его до такого состояния? — огрызнулся Леи́р. — Он долго не хотел признаваться в содеянном, — вот так просто ответила мать, которая родила и выкормила этого человека. Моя злость бушевала так, что еще чуть-чуть и, возможно, я не сдержусь, перебью их тут всех к чертям собачьим. Я дернулся, но тут почувствовал руку Байона на своем плече. — Держись, — прошептал он. И я начал себя успокаивать. Леи́р смотрел на мать разъяренным взглядом, но та держалась ровно и статно. — Где король? — вопросил Леи́р. — Он выйдет после казни. — Что? Вы убиваете своего ребенка, а он, как трус, даже не будет смотреть? — орал принц. — Закрой свой рот, щенок, — услышал он голос, который принадлежал его отцу. Из кареты вылез пьяный король. Он, шатаясь, подошел к своей семье. — Как ты смеешь так… говор-рить са мной, — проговорил король, заикаясь и делая ошибки в словах. — А как ты смеешь казнить собственного сына? — рявкнул Леи́р. — Он предатель. Он засл… служивает сме… смерти, — выговорил король и зашатался. Его начала поддерживать королева, хватая за руку. — Где доказательства его предательства? Где они? — Он признался в этом, сынок, — хмыкнула королева. — Не называй меня так, ты, падшая женщина. Это все из-за тебя произошло, — кричал Леи́р. Король ударил его по лицу со всего пьяного размаху. Леи́р отшатнулся, хватаясь за щеку. — Пошел отсюда, выродок! — крикнул король. — Я буду до последнего со своим невиновным братом, — заявил твердо он. И я поразился его стойкости. — Как пожелаешь, — фыркнула королева и повела своего мужа к стульям, которые поставили возле колодки — деревянной конструкции с прорезями для головы и рук пленника. Леи́р развязал веревки своему брату, тот взглянул на него. — Ле-ир, — прохрипел Эдвард. Леи́р что-то прошептал ему. Эдвард закрыл глаза, давая понять, что он слышал слова Леира. Эдварда повели к колодке. Та была вымыта начисто, словно никогда никого в ней не казнили. Когда принца заковали, его ноги и руки дрожали. Страх в его глазах превращался в безумие, он начал кричать не своим голосом. На штанах, где находился пах, образовалось пятно, которое разливалось все больше и больше. Были слышны смешки от стражников. Мои желваки ходили ходуном, но я ждал момента вонзить клинок в горло каждому, кто сейчас смеется над принцем. Палач отряхнул свои руки и взял свой острый меч в руку. Он ухмыльнулся, когда увидел, что Эдвард обмочился. — Эдвард Морму́тский — предатель. Он предал свою родину и признал свою вину. Приговор такому поступку — смерть, — проговорил грубым басистым голосом палач. Король закрыл глаза. Он не мог видеть то, что произойдет с его сыном. А королева прямо смотрела на Эдварда с каменным лицом. Я не удивился бы, если бы она захохотала. Палач замахнулся мечом над головой принца. Леи́р бросился к брату, думая, что его сейчас убьют. И в эту же секунду Байон выпустил стрелу, которая угодила прямо в сердце этого здорового ублюдка, намеревавшегося убить принца. Палач выронил меч, повалился на землю с истошным криком. Яд проникал в каждую клеточку его тела. Я также выпустил две стрелы в стражей, которые охраняли Эдварда. В тени нас было не заметно, но солдаты стреляли в темноту, обрушивая на нас град стрел. Мы притаились. В нашу сторону пошли около дюжины человек. Все они были готовы к битве, потому что их этому учили. Самые опасные гвардейцы — это дворцовые гвардейцы. Я не лез на рожон, потому что знал, применять магию в данном случае запрещено, а мое тело имеет свойство кровоточить. Я усмехнулся своим мыслям. Мы вместе с Байоном отступали к кромешной темноте, в которой не видно даже луны, потому что листва деревьев полностью загораживала ее. — Смотри на ботинки. В бляшках специальная жидкость, которая даже в темноте светится, таким образом помогая найти дорогу этим ублюдкам, — прошептал Байон. Он был подкован во всем, что касалось дворца и его защиты. Он когда-то и сам служил в дворцовой гвардии, но его выгнали оттуда с позором, когда узнали, что его отец берет взятки. Я присмотрелся и действительно увидел слабое свечение. Это давало нам преимущество. Я шел тихо, но ветки под ногами ломались, создавая звук. Солдаты всполошились и начали размахивать своими мечами. Я пытался нащупать деревья, дабы спрятаться за них, но в темноте ни черта не было видно. И вот я наткнулся на дерево своим мечом и зашел за него, хватая воздух ртом. Напряжение сочилось через все мое тело. Байона я уже потерял, но думаю он не пропадет без меня. Гвардейцы шли молча, лишь рубили воздух перед собой своими мечами. И для меня это было, как нельзя кстати. Я их видел за счет бляшек и слышал за счет движения мечами. Я натянул тетиву, прицелился и выпустил стрелу прямо в грудь одного из солдат. Тот застонал и осел на землю. Остальные стражники начали паниковать и толпиться вокруг умершего товарища. Я улыбнулся и снова провернул свое дельце. Второй стражник упал со стоном, который был жалобнее первого. — Ты, трус, выходи и сразимся, как настоящие мужчины, — крикнул один из гвардейцев. — В темноте ты даже не увидишь своего убийцу, мой друг, — хмыкнул я и снова пустил стрелу. Тот, кто кричал это мне, упал на землю, сыпля проклятьями, а затем затих навсегда. — Снимайте ботинки, — крикнул другой стражник. Все быстро подчинились его приказу, а я тяжело выдохнул. Теперь это стало проблемой. Но не успел я сориентироваться, как услышал крик гвардейца. Я увидел тени, которые схлестнулись мечами. Байон вышел из укромного места и начал сражаться с ними. Я не мог отсиживаться в сторонке и тоже побежал к теням. Но я поступил мудрее. Я присел на корточки, и кто-то спотыкался об меня, падая на землю, тогда я перерезал этим солдатам горло. Все шло пока по плану. Мы должны убить всех, кто был сейчас рядом с нами. Оставшиеся пять наших парней должны сражаться с теми, кто остался на опушке. Я надеялся, что они справятся. Мы с Байоном были отвлекающим маневром, за нами должно было побежать большее количество стражников. И я надеялся, что это так. Кто-то наткнулся на меня, но не упал, а начал размахивать мечом. Он порезал мне ногу, я отполз немного. Почувствовал обжигающую боль в лодыжке. Похоже, он зацепил что-то важное. Я не разбирался в анатомии, но чувствовал, что рана только усугубит мое положение. «Черт». Байон закричал, видимо его ранили. Затем я услышал треск, и кто-то упал рядом со мной. Я громко задышал, затем попытался встать, но рана слишком кровоточила и не давала подняться. В глазах от боли плясали огоньки, но я должен решить эту проблему, залечив рану, иначе я истеку кровью. Я отполз на приличное расстояние, где явно меня никто не увидит и не услышит. На ощупь нашел дерево и спрятался за него. Я чувствовал, что еще немного, и я потеряю сознание. Из последних сил прочитал заклинание и направил заживляющую руну на свою лодыжку. Руна немного засветилась и обожгла, но вскоре боль от раны постепенно начала угасать, что говорило о верном заклинании. Я облегченно выдохнул, облокотившись на дерево. И тут, кто-то приставил острый меч прямо к моему горлу. Я сглотнул и посмотрел на тень своего противника. — Я знал, что ты шпион, но что ты еще и колдун… Это меня поражает, — услышал я голос Байона. «Он увидел, как я колдую, черт возьми» — Байон, сейчас не время, — промямлил я, вставая уже на здоровые ноги. Не было смысла отрицать очевидное, поэтому я не стал с ним спорить. — Интересно, что скажет Леи́р, когда узнает, кто его друг на самом деле, — презрительно добавил Байон и надавил мечом на мою шею. Струйка крови стекла по горлу, я почувствовал теплоту. — Все не то, чем кажется. Но объяснять сейчас я не буду, иначе мы все здесь подохнем, — грозно проговорил я и отвел рукой меч Байона в сторону, обрезаясь об него. Капитан отошел от меня. — Ты ответишь перед Леи́ром. А сейчас убьем всех этих засранцев, которые разбрелись по этой глуши, — рявкнул он. Я закрыл глаза и стал думать о том, что делать. Что в данный момент может быть правильным. Но слова Байона показались мне довольно убедительными. Я сосредоточился на свете. И он полился из меня, словно я и есть солнце. Я освещал все пространство, которое нас окружало. Стражников стало сразу видно, они были ослеплены моим светом и закрывали глаза от того, что вспышки были слишком яркими. Байон, не мешкая, вонзил меч в одного, затем в другого стражника. Я последовал его примеру и убил еще троих. Байон щурился, но несмотря на это, справлялся с врагами самым жестким образом. Эта была достойная схватка, но мы схитрили, применив магию. Я не сожалею, ведь от этого зависели жизни многих людей. Мы стояли с Байоном и смотрели на кровавые тела, лежащие на траве. Кто-то еще дергался в конвульсиях. Но все они скоро встретят смерть. — Пошли, — произнес Байон. С его маски стекала кровь врагов, он утирал ее ладонью. Свет, который лился из меня и ослеплял всех вокруг, погас, потому что такая сильная магия была небесконечна. Но чтобы найти дорогу назад, нам был необходим хоть какой-то свет. Байон зажег спички и пошел вперед. Он будто предугадал, что такое случится. — Ты что знал, что нам пригодятся спички? — поинтересовался я. — Никогда не знаешь, где окажешься, и что тебе может понадобиться, — вот так просто ответил капитан. Мы вышли на поляну и увидели кровавое месиво. Трупы гвардейцев лежали на земле с отрубленными конечностями. Наши парни хорошо постарались. Но самое удивительное было то, что они сражались со стражниками, которых было не меньше пятнадцати человек. — Откуда их столько? — прорычал Байон. — Похоже нас здесь ждали, — заметил я. Мы побежали помогать нашим парням, которые уже выбились из сил. Раны и порезы были видны почти у всех, но, по крайней мере, они были живы. Вот, что значит подготовка лучших. Слышны были только лязг мечей и стоны умирающих. Короля и королевы не было видно. «Сбежали при первом же удобном моменте», — подумал я. Леи́р пытался освободить своего брата, сбивая крепления колодки мечом. «Глупец. Подставил себя» Мы убили всех, кто был на этой чертовой поляне, окруженной деревьями. Мы выполнили наш план и сожгли все трупы прямо здесь. Это место стало проклятым, так как земля пропиталась кровью и криками умирающих. В Магиксе такие места считались гиблыми и лишний раз их старались обходить стороной. Измученного Эдварда освободили и повезли в защищенное место, в котором король и королева никогда не найдут его. Он был в беспамятстве долгое время и не мог внятно говорить. В скором времени, мы пригласили лучших лекарей, чтобы восстановить его душевное равновесие и психику. И успехи были заметны невооруженным глазом, но мы не знали, что ждет нас дальше, поэтому радовались каждой маленькой победе Эдварда.»

***

Я стоял и смотрел, как король в ярости крушил все, что было в этой комнате. Картины летели в стены, разбиваясь в щепки. Стулья бились об окна, и осколки сыпались на дубовый стол. Все книги, которые лежали на полках, теперь красовались на полу, изорванные и помятые. Все это напоминало тот же хаос, который творился в комнате Леоноры. Я подумал, как ей было больно, если она устраивала тоже самое в первое время. Служанки докладывали мне о каждом таком дне. — Мой король, мы придумаем что-нибудь, — заявил я, пытаясь его успокоить. — Что придумаем? Они уже покопались в ее родословной. У них нет явных доказательств, но есть свидетели, — рявкнул он. Я должен был отговорить его от свадьбы, как и планировал. Должен был образумить короля, но есть то, что заставило меня передумать. — Мой король, я опровергну все слухи. Я скажу, что она сестра моей невесты из знатного рода. Я Ваш генерал, поэтому ни у кого не останется сомнений в том, что я говорю, — сообщил я. — Они захотят доказательств. А что ты им можешь предоставить? — вопросил Леи́р, поднимая свой трон и садясь на него. — Иллюзию. Мы дадим им то, что они хотят, — пояснил я. — То есть ты хочешь показать им, где якобы живет Катерина… И показать, что твоя невеста из богатой и знатной семьи. Но… — король замешкался. — Я должен жениться, — продолжил я. — Я не могу тебя заставлять это делать. Это немыслимо, Деймон. — Ради Вас я готов на это. Брак — всего лишь фикция. Мы не будем приглашать настоящего священника. — Все равно — это богохульство. Я не могу так с тобой поступить, — он закрыл глаза. — У Вас нет выбора. Я понимал, что я говорю. Но то, что предстояло мне сделать, не укладывалось в моей голове. Леонора не пойдет на это, не зная, что с ее сестрой, поэтому им необходимо встретиться, а это противоречило моему плану. Но Леонора нужна мне, поэтому я должен был позволить этому случиться. — Ты не представляешь, что это для меня значит, Деймон, — он посмотрел мне в глаза. — Я никогда этого не забуду. Я склонил голову в знак благодарности. — Единственное, что будет проблемой — это ваша матушка, — заметил я. — Если ее не убедит то, что мы сделаем, то все будет кончено. — Ваша матушка знает всех священников в королевстве. Что будем делать? — И поэтому нужен настоящий священник, — закончил король и потер переносицу. А на меня как будто вылили ушат холодной воды. «Леонора ни за что не согласится на настоящую свадьбу. Это безумие. Она еще не доверяет мне». Но то, что было между нами в Магиксе, дает мне надежду на лучшее. Я чувствую, что мое сердце бьется быстрее, когда я вижу ее, а в моей голове постоянно мысли об этой девушке. И та близость расставила все на свои места. Я жаждал встречи с Леонорой, жаждал ее саму, хотя и не признавался себе в этом до сегодняшнего дня. — Я все устрою, мой король, но нужно время. Пока идут приготовления, Вам не следует с кем-то обсуждать эту тему, — высказался я. — Я понимаю. Как только что-то будет известно, сообщи мне. Я поклонился и вышел и тронного зала, оставляя короля наедине со своими мыслями. Я прислонился к стене, закрывая глаза. «Это просто безумие», — подумал я. — Генерал, — услышал я голос Байона. — Капитан, — поприветствовал его я и открыл глаза. — Что случилось? — уточнил он, поправляя свой меч. — Мне нужна твоя помощь, — лицо Байона не выражало ничего. Он был закрытым человеком, но я слишком хорошо его знал. Эмоции были у него внутри, и сейчас он волновался за короля. — Все, что угодно, — ответил Байон и кивнул головой.

***

Я разрабатывал план около двух дней. Вел крутилась около меня, давая советы, тем самым раздражая меня еще больше. Я пытался ее выгнать, но ничего не получалось. — Сначала нужно, чтобы Леонора и Катерина встретились, — отчеканил я, смотря на Вел. — Ты не боишься, что Катерина вытащит ее из твоего поместья? — спросила Вел. И это был хороший вопрос. — Нужно, чтобы у Катерины не было магии в тот момент, — заметил я. — Это можно устроить, но как она выберется от туда потом? — Вел снова задала хороший вопрос, на который у меня не было ответа. Мы долго думали, что можно предпринять в данной ситуации. Вел ходила кругами по комнате, а я листал книгу по кровной магии. — Нашел, — проговорил я. — Можно их вытащить на нейтральную территорию. Так, чтобы Катерина не лишилась магии, а Леонора не приобрела. — Что ты имеешь в виду? — Вел села на кровать. — Катерина не сможет ее вытащить, будь она даже самой могущественной ведьмой, если Леонора станет моей родственницей, — ответил я. — То есть женой? — Вел злилась. Она сжимала кулаки, давая понять, что против этого. — Но Леонора не пойдет на это добровольно, не поговорив с Катериной, и получается какой-то замкнутый круг, — я выдохнул и закрыл глаза. — Я не хочу, чтобы ты связал себя узами с этой ведьмой, Деймон. Она принесет только беды в наш дом, — рявкнула Вел. — Но это идеальный вариант. Это шанс на спасение всех наших жителей, — ответил я. — Черт, но не такой же ценой! — Я готов пожертвовать своим семейным положением ради всех вас, — отозвался я. Хотя сам думал о том, что я ничем не пожертвую. Я хотел, чтобы Леонора стала моей. Вел закатила глаза и легла на кровать. — Ты не можешь срываться и бежать сейчас к ней. Ты должен быть с королем, — не унималась Вел. — Знаю, король доверяет мне, я понял это. И сейчас важно находиться рядом, чтобы узнать все его планы, поэтому мне нужен Кристиан. Вел кивнула головой. Она знала, что я соглашусь на это. У меня не было выбора. Сегодня ночью я собирался призвать его.

***

Я стоял около таверны, в которой хотел провести переговоры. Вел нервно дергала свой плащ, потому что на улице был сильный ливень, и по коже пробегала дрожь от холода и сырости. А я натянул свой капюшон и начал читать заклинание призыва. Байон хмуро смотрел на меня, но не сказал ни слова. Его люди схватились за мечи, давая понять, что они наготове. Я пытался зажечь черную свечу, но ливень не давал этого сделать, гася пламя моментально. Я зарычал от безысходности. Это было единственное место, где я мог поговорить с Кристианом и не вызывать подозрений. Таверна заколдована от людских глаз. И хозяин таверны мой друг. Я выкинул свечу и порезал свой палец. Надавил на него, и кровь закапала на землю, пенясь. Поднялся страшный ветер, ливень начал хлестать сильнее. Я знал, что это предвестники беды. А беда в данном случае — это Кристиан. И тут мурашки прошлись по всему телу снова, но уже не от дождя. Темный вихрь закружился возле нас. Это означало, что он пришел на зов. Вместе с ним я увидел еще троих демонов в черных плащах. Они также схватились за мечи, увидев мой отряд бойцов. Я не видел его лица полностью, потому что капюшон скрывал его, но увидел его злобную улыбку. Он ухмыльнулся. Видимо знал, что я призову его, когда буду в отчаянии. — Добрый вечер, братец, — ухмыльнулся он, приподняв уголки губ. Я сморщился от такого высказывания в мою сторону. — Мне нужна твоя помощь, — бросил я. — Не удивительно. Так и будем здесь мерзнуть? — спросил он. Я показал рукой на дверь в таверну. И мы все последовали за Кристианом внутрь. Таверна была небольшая. Около десяти маленьких столиков, барная стойка и небольшая сцена, где выступали женщины легкого поведения. Сегодня никого здесь не было, потому что разговор был слишком важным, и ни одна живая душа не должна была его услышать. Хозяин таверны — лысый здоровяк с небольшим пузиком встретил нас кивком головы, а затем удалился на второй этаж. За стол сели несколько человек: я, Байон, Кристиан и Вел, а остальные стояли возле выхода, настороженно смотря друг на друга. Кристиан откинул свой капюшон. Он смотрел на меня так, словно я хочу ему предложить что-то увлекательное. В его глазах были видны искорки веселья. «Мерзкий демон», — подумал я. — Ты знаешь, зачем я тебя вызвал? — уточнил я. — Не думал, что ты смеешь меня вызывать. Я пришел к тебе, потому что я так захотел, — хмыкнул он, а я закатил глаза. — Ты не меняешься. Все тот же ублюдок, — фыркнул я. — И ты, как был дерьмом, так и остался, — парировал он. — Но должен признаться, я не думал, что так скоро понадоблюсь тебе. Конечно, я знаю, зачем я здесь, — усмехнулся он и стряхнул капли со своего плаща. — Хорошо, тогда нет смысла объяснять все. Мне нужно, чтобы ты находился в моем замке какое-то время и играл роль, пока я не смогу вернуться. — Это я тоже предполагал. Но ты же знаешь, что книга не подвластна мне, — отчеканил он. — Да, знаю. Но Леонора сможет ее найти, если ты будешь рядом. — Это та ведьмочка с красивыми формами и острым язычком, которая бродит у тебя в библиотеке и говорит всем, что она пленница? — он усмехнулся. — Если ты готов мне помочь, то прошу, оставь свои колкости при себе, — я нахмурился. — Какие мы нежные. Хорошо, я помогу тебе. Но ты знаешь, что я хочу взамен, — он сделал серьезное лицо. — Я согласен, — ответил я. — Замечательно. И что же мне нужно будет делать с твоей ведьмочкой? — поинтересовался он, облокачиваясь на стол. — Она должна доверять тебе и найти книгу. Ты должен направить ее на верный путь. — Что, если она догадается, кто я? — он улыбнулся. — Этого не будет. Ты слишком хорошо умел врать раньше. Надеюсь, что не растерял свои способности. — Со своими достоинствами я не расстаюсь. А ты что, не можешь справиться с надоедливой девчонкой? Давно бы уже оприходовал ее, — его слова меня злили все больше и больше. — Это не твое дело. Я должен быть сейчас рядом с королем! — возразил я. — Значит не можешь. Ладно, я согласен на всю эту идиотскую затею, раз уж ты отдаешь мне то, что я хочу. Я буду в твоем замке завтра, будем общаться через письма, у нас же с тобой нет мысленной связи, — он опять усмехнулся. Когда-то у нас была сильная мысленная связь. Мы общались через нее, когда были далеко друг от друга. Однажды все перевернулось с ног на голову. Когда мы хотели убить друг друга, то разорвали эту связь, даже не задумываясь. Сейчас я жалею об этом, ведь теперь не смогу читать его мысли относительно Леоноры. Кристиан поднялся и посмотрел мне в глаза. Я тоже последовал его примеру. Он переместился прямо ко мне по щелчку пальцев, затем задрал свой рукав. — Это что, сделка на крови? — испуганно спросила Вел. — А вы как хотели, чтобы я поверил на слово? — выгнул бровь Кристиан, оглядывая Вел с головы до ног. — Деймон, подумай, — обратился ко мне Байон. Я посмотрел на него. «У меня нет выбора», — подумал я. — Ты не сможешь ей рассказать, кто ты есть. Ты будешь выполнять только то, что от тебя требуется, — пояснил я, повернувшись к Кристиану. — Как я закончу исполнять роль, то ты немедленно отдашь мне мое, — произнес грубо Кристиан. Я закатал рукав. Мы одновременно произнесли заклинание, которое связывало нас и нашу сделку. Затем я порезал ладонь, а Кристиан порезал свою. Мы скрепили сделку рукопожатием. — Клянусь! — заявил я. — Клянусь. — отозвался он. Кристиан растворился в воздухе, как и его бесы. Я закрыл глаза и думал о том, что, возможно, я совершил огромную ошибку. Вел и Байон еще обсуждали этот вопрос очень долго, но в итоге все сошлись на том, что я не могу поступить по-другому. Сегодня я два раза пролил кровь из-за этого демона, и я этого не забуду. Затем хозяин таверны принес нам выпить. Эль немного помог всем забыться. Разговоры уже не были такими серьезными. И я думал, смотря на моих соратников, как мне не хватало вот таких посиделок.

***