Семья парня живущего в 1106 комнате

— Ой, как здесь пыльно... — исследуя новые пути в стенах академии, Макс в который раз наткнулся на распластавшиеся перед ним хлопья пыли. — В следующий раз точно принесу сюда метёлку, — в голове мужчина сделал воображаемую пометку в старом дневнике. Пыли и вправду было слишком много. Обойдя её всеми способами и не способами, парень чувствовал, что парит над ней, когда на цыпочках пробирался сквозь густой туман. Брови его были нахмурены, а рот растянулся в тонкую линию фронта. Шатен был как натянутая тетива лука. Он был напряжен. Никогда в жизни Лэнд не думал, что будет танцевать балет, находясь пятисантиметровым карликом, но как оказалось, всё в жизни нужно было испытать впервые... Принять это как данное и смириться с этим. Вот примерно как сейчас... Посмотрев назад, мужчина с разочарованием убедился в том, что балерина он так себе. Нет, он, конечно знал, что прославленным танцором ему не стать, но чтобы настолько... Вся пыль была у него на ногах и на подоле мантии. Он будто бы специально собирал её, а не пытался обойти. Она в буквальном смысле шла за ним шлейфом, когда Макс уже хотел было выбраться на волю через расщелину в стене. Человек вздохнул и закрыл глаза. Не будет тайной, что он почувствовал за себя некое чувство стыда. Ну, ладно... Хорошо лишь то, что его сейчас никто не видел. Можно было расслабиться. Открыв глаза, старшекурсник выглянул из-за своего убежища в глубину академического коридора. Справа молодой человек увидел, как какая-то парочка ошивается рядом с дверью кабинета гадания. Повернув голову в другую сторону, он заметил, как некоторые первокурсники расходятся по общежитиям. Подняв голову вверх, Макс не сразу понял, что в наглую его глаза упали под юбку какой-то девушки, державшей стопку книг в ладонях. Его шоколадные глаза с молочной жемчужиной посередине сузились. Быстро отвернувшись, он сразу же мысленно дал себе пощечину. Закрыв лицо ладонями и покраснев, Лэнд запечатлил у себя в памяти тонкие икры ног в белых гольфах. Он ударился лопатками об стену. Слава Богу, хоть его взгляд не посмотрел дальше в тьму юбки. Он бы себя такого не принял. Зажмурившись, парень представил, как совсем недавно видел гниющего таракана в углу столовой. Ему нужно было быстро снять палящую его лицо красноту. И, о, какое счастье, это сработало. Вместо смущения его теперь затошнило. Ну, ладно... Это тоже нужно просто принять как должное. Лэнд сосредоточился. Сжав ладони в кулаки, он развернулся на сто восемьдесят градусов и принялся бежать. На пути его ничего не стояло, когда парень выбежал из норы. Макс даже сначала убедился в том, что на него никто не наступит, но когда он оказался в большом пространстве, Лэнд сразу же упал на задницу от удара обо что-то большое и широкое, перегораживающее ему путь. — Черт, ай-та-та... — зажмурившись, парень положил руку на пострадавший копчик. — Не было же никого, так почему?.. Повернув голову вверх с чужой ноги, Макс увидел в широких плечах и серьёзных, до спазма мышц в бровях, знакомое лицо. Эмоция у абонента как будто бы говорила то, что сейчас перед ним не кто иной, как обычный таракан, которого легко можно было бы разделить на равные части подошвой классических туфель. Ах, да... Он и забыл, что его сосед сегодня прилетает. — О-ох, Рэйн... Привет, давно не виделись, дружище! — отряхнув себя от пыли, Лэнд поднялся на ноги. — Не ожидал тебя здесь увидеть. Я уж думал, что ты сразу пойдешь в комнату и ляжешь отсыпаться. Двухцветный лишь смотрел из-под чёлки на крохотного друга. — Я, кстати, слышал о тебе по радио! Это было так круто, а особенно осознавать то, что мы с тобой... — Ещё секунда, и я бы на тебя наступил... — монотонным, слегка басистым голосом отозвался Эймс. Максу резко стало нехорошо от того, как, посмотрев в его сторону, морщины Божественного провидца стали ещё темнее. Каштановолосый нервно посмеялся, почесав затылок. — Ой, да ладно тебе... Ты на меня бы не наступил, — Лэнд подошёл к высокому мужчине и локтем пару раз ударил того по выпирающей косточке. — А если бы так произошло, то гарантирую тебе, — он затряс руками, имитируя свои движения, как если бы на него наступили. — я буду громко кричать...! Макс добро улыбнулся, посмотрев прямо в глаза Рэйна. Тот даже и не планировал поднимать уголки губ вверх. Парню стало неловко. — На моём месте мог быть любой другой ученик академии, который тебя раздавил бы ещё до того момента, как ты успел бы хоть что-то сказать. — мужчина смотрел на него и неподдельно плевался сухим ядом. Рэйн в буквальном смысле, на все сто процентов, был зол, зол и недоволен. Он голоден, уставший, явно хочет спать, и тут ещё Макс, у которого хобби - в маленьком своём обличии исследовать стены академии, не заботясь о своей безопасности. Как тут ещё быть спокойным?... — Ну, тут я бы с тобой поспорил... — Лэнд увидел, как у старшего Эймса вздулась венка на лбу. Его слова почему-то потерялись на полпути, так и не успев озвучиться. Все последующие предложения не складывались в единый текст, и он, неожиданно для себя, начал понимать, что сейчас нелепо выглядит, пытаясь выкрутиться из ситуации, как хомяк, раскрутивший себя до бешеной скорости. — Но вижу, что это бессмысленно. — Лэнд шептал. Парень с каштановыми волосами поднял руки вверх в жесте "Сдаюсь!". — Я понял тебя, Рэйн. Я вижу, что ты устал и всё тому подобное. — парень вздохнул. — Иди отдыхай! Он развернулся от перфекта Адлера и медленно направился обратно в прореху в стене. Макс не злился. Он не умеет делать это долго, но ,возможно, чувство, похожее на то, как на душе скребут кошки, было вызвано из-за того, что ему было самую малость обидно. — Я сейчас похожу ещё немного по стенам и вернусь в комнату. Это будет недолго, можешь идти и спать спокойно. Намереваясь уже войти в пещеру, парень почувствовала, как его взяли за капюшон мантии и подняли в воздух, посадив при этом в грудной карман белой рубашки перфекта. Удивительно, что он был сегодня именно в этой рубашке. — Эй! — трепыхаясь в кармане, как бабочка в сачке, мужчина почувствовал, как сзади него, под слоем тонкой ткани, билось тёплое сердце. Он поднялся на ноги и ухватился за края белой рубашки, следя за тем, как бы его случайно не перекрыли слои тёмной мантии волшебника. — Рэйн, у меня есть свои ноги. Я умею ходить сам, не младенец. Макс немного удивился от того, как на эти слова отреагировал живой орган, сильно стучавший в грудной клетке перфекта Адлера. Высокий мужчина только и сделал, что направился вглубь коридора, к 1106 комнате. Парень в кармашке вздохнул. Хорошо, что учеников, спешащих на занятия было немного, а то пострадала бы репутация... Лэнд засомневался. Насчёт своей деятельности в обществе он не сомневался: ну, всякое бывает... А вот Рэйн, тут тяжко. Репутацию лучшего друга подросток портить определённо не хочет. Да! На том и порешили. Углубившись в грудном кармане, Макс принял позу эмбриона и затаился. . . . Прибыв на место, Эймс, вытащив из укрытия своего соседа, поставил того на свой рабочий стол. Второй тут же приземлился на ноги. Когда уставший от работы Рэйн отвернулся в сторону кровати, парень с копной коричневых волос решил бегло осмотреть знакомый интерьер стола, который видел ещё с раннего утра. Ничего не поменялось. Макс, конечно же, и сам не понимал, что же именно он хотел здесь увидеть... Ну, ладно. Повернувшись в сторону соседа, Лэнд увидел, как тот снял свою рубашку с плеч и его взору открылась обнажённая кожа, покрытая кое-где синяками и шрамами. Ничего нового, хотя... Парень видел соседа сбоку, но даже и этого хватило, чтобы увидеть большую царапину, тянущуюся с левой груди до правой стороны рёбер. Та в буквальном смысле проходила через всю полость верхней половины тела. Выглядело неприятно, но и невооруженным глазом было видно, что она была неглубокая. Макс не стал спрашивать Рэйна об этом, тем более что тот уже с рубашки перешёл на брюки. Если нужно, сам скажет, они оба уже как никак не один год вместе. Посмотрев на старшего Эймса, Лэнд улыбнулся, увидев розовые боксеры с белыми мордочками кроликов на них. Тело перфекта меняется, но что-то так и остаётся неизменным... И это не может не радовать Макса. Рэйн всё так и остался тем недалёким мальчишкой, который не понимает приколов. Эх... А ведь он встретил его в среднем классе академии... Мужчина с каштановыми волосами улыбнулся и закрыл глаза, почесывая невидимую щетину. Старшекурсник почувствовал себя стариком. — И всё же, приятель... — Лэнд обратил свой взгляд на высокого соседа по комнате. Тот не реагировал. — Зачем ты меня ходил искать? — Я не искал, — переодеваясь в "домашнюю” одежду, серьёзно добавил Эймс, после чего смягчился. — Мимо шёл, вот и всё! Макс, конечно же, в такую "кашу" даже пробовать не стал... — Ага, да... Я поверю тебе, Рэйн, но только сейчас, — он развёл руками по сторонам и согнул локти. — Ты просто гулял в крыле, где учатся однокурсники... И так же, совсем случайно, чуть не наступил на... — и тут до Макса дошло. — А-ах, Рэйн, ты такой любящий брат! Ты ходил проведывать Финна после долгой разлуки, это так по-семейному... Лэнд этого не видел, но двухцветный лишь закатил глаза на такие слова. — Финн явно был рад, я уверен! — он сложил руки вместе в кулачок. Эймс промолчал про то, что он видел из младшего брата в том же коридоре только спину. Ему пока лучше всего не видеть своего старшего брата, это сделано ради благополучия обоих. Рэйн его увидел глазами: тот жив, а значит, Финн справляется со всем сам, без его помощи. Этот фактор не может не радовать эго перфекта... — Я вот тоже скоро увижусь со своими старшими братьями! — Макс достал из мантии уменьшенную копию письма, что он получил вчера на рассвете. — Меня пригласили в отчий дом. Рэйн повернулся к нему с вопросами в глазах, но Лэнд лишь приложил письмо к щеке и отвернулся. — Мама и папа скучают по мне! — его сердце наполнилось теплом. — За столько лет я впервые с ними увижусь на семейной ферме... Жду не дождусь! Находясь в пижаме с кроликами, Эймс развернулся корпусом тела к соседу, и быстро подойдя к нему, отпустил свою ладонь на стол. От резкости чужой руки Макс подпрыгнул и мнимо почувствовал, как сердце ушло в пятки. — Когда тебя пригласили? — поинтересовался он, держа усталость в узде. Авантюра того, что он останется на свои выходные дни без лучшего друга и соседа, нисколечко не радовала мужчину. — Я поеду туда уже завтра... — Ты не можешь! — Почему не могу? — парень поднял одну бровь вверх. — Ну хотя бы потому, что кому ещё, как не тебе, я могу доверить заботу о кроликах! — перфект Адлера в глазах каштанововолосого выглядел как ребенок, которому сказали, что вместо пляжа, мы едем на дачу. — Что, о Боже... Рэйн, я еду туда на один день! Туда и обратно. Тем более... Я давно не видел свою семью! — парень никогда бы и не подумал, что будет так недоволен перфектом Адлера, как сейчас. Он яростно посмотрел на двухцветного. — Ох... И да, кстати, она у меня есть! Я, в отличие от тебя, обременен этим фактором. Я сын своей семьи, я обязан видеться с ними хотя бы один раз в год! — Макс нахмурился, но он точно знал, что проигрывает в этом своему соседу. — Тем более, что может с ними случиться? Рэйна по большей степени задели слова Макса, где-то внутри непробиваемой стены что-то треснуло, но он не показывал виду. Вместо этого он смерил его презренным взглядом, ибо рост позволял. Эти чувства будто бы отравляли хорошее мнение о человеке напротив. — Ты не знаешь, что может произойти в любой час?!... — Не знаю - это правда! Но ты ведь будешь здесь, так присмотри за ними за меня, как хороший хозяин! — парень указал на кроликов в вольере. Те мирно спали, но после того момента, как двое их "отцов" стали спорить друг с другом, несколько животных навострили уши. — Ты... Ты не понимаешь! — Рэйн шипел. Он явно сдерживался от худшего сценария их ссоры. — Не понимаю? Что именно я не понимаю? — каштанововолосый сжал кулаки, после чего одной рукой показал на Рэйна. — Как велико твое эго, не понимаю?... Перфект сгорбился над столом с маленьким Лэндом. После громкой оперы воцарилась гробовая тишина. Второй тяжело дышал, наблюдая, как первый открывает и закрывает рот. Макс понял, что тот явно хочет что-то сказать, но язык не поворачивается на это даже издалека намекнуть. Парень вздохнул. — Я поеду к семье, и точка! Это не обсуждается... — твёрдо, с частичками разочарования в голосе сказал подросток. Мужчина взял из мантии волшебную палочку и направил на себя. — ... Как хочешь! — выплюнул Божественный провидец, резко отпрянув от стола. — Человеку, у которого из семьи остался только младший брат, не понять тебя... — он развернулся в сторону кровати. Мир под ногами каштанововолосого рухнул. Максу резко стало плохо из-за своих слов. Сказать что-то столь плохое своему соседу мужчина просто не мог, но он это сделал. Его глаза, широко раскрывшись, замерли. Палочка в руках так и повисла на месте, не в силах сдвинуться. Он кратко оглянулся на Рэйна, который лёг и отвернулся к стене. Мда, не вовремя он развязал свой поганый рот. На утро Лэнд сделал для себя заметку, прочистить свой язык с мылом. Он сжал кулаки. *** Рэйн стоял на границе дома и сада в деревне, наблюдая, как его сосед с широкой улыбкой тянется руками к приятной на вид матери с видимыми морщинами на лице и шоколадными волосами, завязанными в пучок на затылке, которая, увидев собственное чадо, ринулась к нему. Глаза у них были похожи, но у подростка чуть темнее. На ней был сарафан и узорчатый, пёстрый фартук, дающий понять то, что пожилая дама недавно только начала готовить. В голове у Эймса был только один вопрос: "Как?". — Не ожидала увидеть тебя так быстро, родной, — женщина подтянутого телосложения отпустила сына и взяла того за рукав белой рубашки, одной рукой поглаживая Лэнда по высокой макушке. — Ну, рассказывай, как добрался? Как учеба и отношения со сверстниками? Девушки, небось, падают к ногам такому красавцу? Последний вопрос заставил Макса странно смутиться. — Всё хорошо, мам, не нужно тебе переживать за мою жизнь в Академии... — парень почесал затылок. — Давай лучше о вашем поговорим... Не заставив себя ждать, Рэйн переступил с ноги на ногу, давая понять, что он тоже здесь. В отличие от Лэнда, у которого чемодан "мешок-кокон" был отпущен на землю, он всё ещё держал сумку с личными вещами в руках. Женщина быстро глянула за спину сына, на что второй медленно и с улыбкой за этим наблюдал. Парень глянул в глаза матери, после чего перевёл их в медовые глаза, которые будто бы чувствовали себя немного напряженными. На выражение старшего Эймса Лэнд ухмыльнулся. — Ах, да, точно... Мама, это мой сосед по комнате, Рэйн Эймс! Он староста общежития, в котором я числюсь, — парень развернулся и ткнул локтем высокого мужчину в бицепс. — Про этого парня я тебе уже говорил в средней школе... Незнакомая для двухцветного женщина расплылась в широкой улыбке. — Ах, это вы! Так приятно с вами лично познакомиться, на словах сына вы были не таким красивым... — в момент позора Макса, женщина поторопилась пожать руку гостю. — Я наслышана о вас, великий Божественный провидец, Рэйн Эймс. О вас так много по радио вещают, что просто позором будет не запомнить вас! — Я польщён, — очень спокойно для данной ситуации ответил перфект, пожимая мягкую ладонь женщины Лэнд. Максу казалось, что если бы и не тогда, то точно сейчас его мать выглядела самым счастливым человеком на территории этого поместья. За неё говорили её широко открытые глаза, сияющие жемчужным блеском. — Взаимно! — она отступила, приглашая дорогого гостя и сына пройти в дом. — Вы проходите и обживайтесь. Обед скоро будет готов! Хозяйка поместья прошла вглубь дома и направилась к кухне, от стороны которой пахло дорогим шведским столом. Парни в это же время отправились на второй этаж. Ведомый Максом, Рэйн бесцеремонно бродил глазами по здешнему интерьеру, изредка замечая интересные предметы и фотографии, на которых была изображена семья из пяти человек. Поднявшись наверх и проходя мимо преддверного комода, мужчина получше рассмотрел одну из множества картинок: и вправду, пять людей, в центре женщина семейства, а по краям, как ореол, стоят её мужчины. Справа находится светлый шатен, молодой старик, видимо отец семейства. Чуть левее расположен рядом с ним грубый, но с улыбкой, и высокий парень с короткими тёмно-коричневыми волосами, ещё левее - такой же, но с доброй улыбкой и чуть ниже, а в самом краю фотографии стоит, держа женщину за плечи, маленький мальчик. Эймс узнал в нем своего соседа. Тот был на фотографии чуть ли не самым лысым и раздетым. Сколько ему здесь? Семь? Шесть? Рэйн в его возрасте сам еду добывал, а он... — Рэйн, мы ночуем здесь! — открывая комнату, Макс зашёл в неё. Старший отправился следом. Зайдя в комнату, оба подростка осмотрелись. Макс вдохнул воздух, полный пыли. Рэйн в этот момент наблюдал за другом и, видать, если тот улыбается, значит, учуял что-то родное. Сам же мужчина в эту минуту переводя глаза с друга на комнату, в которую их поселили, приятно удивился тому, что эта, хоть и небогатая комната, очень хорошо напоминала их жилище в общежитии. Без пары нюансов это помещение можно было бы не отличить от оригинала. Эймс на несколько секунд застыл в дверном проеме, и всё шло бы хорошо, если б не его медлительность, которая привлекла внимание шатена. — Удивлён, да? — парень сказал это с восхищением. — Ну, удивлен ведь, я вижу! — он снова посмотрел в комнату. — Скажи, очень похоже! Как будто и не уезжали вовсе. Только вот... — его резко прервали. — Ничего особенного. — мужчина прошёл вглубь апартаментов, проходя мимо Макса к матрасу, который стоял так же, как и в его покоях в общежитии Адлера. Он находился справа от двери, и над ним не было полупустых полок со старыми комиксами. — Она похожа, но совсем чуть-чуть, — сказал как отрезал. Двухцветный сел на кровать. — Да ну, не верю. — Лэнд сделал так же, как и его друг, пару минут назад: он положил свои немногочисленные вещи на кровать и повернулся к Рэйну, разведя руки в стороны. — Ты просто посмотри на неё, она же почти точная копия нашей комнаты! — "Почти" - здесь играет основную роль, Макс. — Ой, ты как всегда... — парень отвернулся от соседа и сел на матрас в его сторону. — Слышал такую поговорку: "Душнила - брат глупца"? Старший Эймс молчал, но казалось, он нарочно сохраняет спокойствие. У Лэнда одна бровь стала выше другой, когда складка на бровях его соседа стала темнее. — Что, нечего сказать?! — с серьёзным лицом съязвил Макс. Посох меча терпел, честное слово терпел, но потом сдался. — В той пословице говорилось: "Занудство - сестра глупца"... — после этой фразы, в комнате между двумя подростками воцарилась тишина. — Что и требовалось доказать... — Пальцы Макса стучали по коленке, когда он с хмурого лица перешёл на улыбку. — Ты такой деревянный, Рэйн, я просто не могу с тебя. — парень как и сидел, так и облокотился о стену позади себя. Его губы растянулись в мягком оскале. — Я вполне человечный. Мясо и кости присутствуют. — мужчина сказал это с такой серьезностью, как если бы выносил приговор по самому тяжелому преступлению. Видимо, он и вправду не понимает шуток. — Да я не про это, чувак... — улыбка с лица шатена медленно уползла. Парень посмотрел перед собой. Рэйн не понимал, что с его другом. Да что там, он не знал, в какую сторону смотреть, чтобы узнать, что с ним. Это было как играть в театр одного актёра. В какие бы ты ворота ни попал, все будут твоими. Когда Эймс понял, что молчание затянулось, он решил посмотреть в сторону своего лучшего друга. Тот почему-то был красный, а вернее: щеки, немного лба и кончики ушей. Рэйн мог бы подумать, что тот болен, но как выглядит больной человек он знает слишком хорошо, по брату так точно. Поэтому, исходя из загадок и способа исключения, шатен точно не болен и точно, что? На несколько секунд старший задумался о том, что думать так сильно не нужно. Обычно ответы всегда на поверхности. А вдруг в этом случае не так? Макс, что, реально болен? Рэйн стал внимательнее наблюдать за Лэндом, чтобы уж точно ничего не пропустить. Мужчина не знал, но в реале он больше подходил на ненормального маньяка, который смотрит на своих жертв, не отрываясь от них. Шатен, в свою очередь, мельком взглянул на него и отвел глаза в сторону очень "интересной " половицы. Он покраснел ещё больше. Рэйн решил поинтересоваться. — Тебе плохо? — тот не обратил внимания на то, что из-за таких слов Лэнд чуть ли не подавился воздухом. — С чего вдруг ты задал этот вопрос? — парень заинтересованно посмотрел на соседа. — Ну, — он сделал паузу, очерчивая овал своего лица. — ты красный. Я подумал, что что-то не так и решил спросить. В этом есть проблемы? — А? Нет, нет, просто неожиданно, — он хотел сказать что-то другое, но слова путались во рту, так и не выйдя на свободу. — Скоро будет обед. Пошли вниз! — парень отчаялся. Он чувствовал, как нелепо выглядел, пытаясь выкрутиться из подобной ситуации. — Пошли, я не против! — Рэйн встал на ноги. Мужчина не заметил проблемы. — Прекрасно... — под тишину, так как оба молчали, они спустились вниз. Там двоих друзей уже ждал ужин. . . . — Спасибо большое, миссис Лэнд! Было очень вкусно, — сказал Рэйн, после чего поднялся наверх и зашел в комнату, где его уже ждал Макс. Мужчина закрыл за собой дверь. — Приятная женщина... — сказал парень после нескольких секунд тишины. — Ооо, ну я польщён, — шатен показал на себя большим пальцем. — Я, если что, её сын! — он проследил за тем, как его друг сел на кровать, разулся и скрестил ноги. Прямо как дома... — Знаю. Лэнд удручающе вздохнул на такой простой ответ. Парни притихли. Было тихо... Даже очень. После нескольких минут ничего не изменилось. И после ещё двух тоже. Пока старший мужчина молчал и совмещал это с успокоением, ибо он облокотился об стенку, положив голову на неё и закрыв глаза, младший практиковался в дыхании, то открывая, то закрывая рот в желании что-то предложить соседу. Зачастую он хотел посоветовать Рэйну сыграть в какую-нибудь игру, по типу "в слова" или "какой цвет я вижу?", но, после понимания того, что это может стать причиной непонимающего взгляда со стороны, отбрасывал эту идею. В мире, как будто бы, не существовало игр, которые можно было бы предложить взрослому, состоявшемуся человеку, до безумия любящему кроликов и брата. По последнему пункту Макс знал, что Эймс старший - цундере, и недавняя ситуация с ними двумя заставила убедиться его в этом сполна. Но это уже совсем другая история... — У тебя ведь... братья есть? — тихо сказал Рэйн, на что Макс вопросительно на него посмотрел. — Там была фотография в коридоре. Я посмотрел на неё, просто в глаза попала... Видно, что там целая семья: мистер и миссис Лэнд, ты и двое мужчин, по возрасту отличавшихся друг от друга на несколько лет. — двухцветный вздохнул и поднял глаза на эмоциональное состояние соседа. — Ты... самый младший из них всех. Сказать, что Макс удивился, ничего не сказать. В их разговоре обычно Лэнд проявлял активную роль, в то время как старший покорно слушал и вникал в речь товарища, даже если половину того, что парень говорил, он не знал. Но сейчас... это совсем другое. Макс улыбнулся. Видимо, Рэйн и вправду интересуется, раз спрашивает такое... — Ну, есть. А что? — парень улыбался своей самой большой улыбкой. Эймс на такое только почесал затылок и убрал руку обратно на колени. — Расскажи о них! — потребовал, но не приказал мужчина. — Ооо, так сразу и не вспомнишь про них. — Почему? — Я их со средней ступени в Академии не видел. Хорошо помню, как мой старший брат, перед тем как я уехал учиться, похлопал меня по плечу и сказал: "Запомни, Макс, если ты хочешь переплыть океан, то не должен бояться потерять берег из виду!", и "О, нихрена я сочинять!". Как-то так... Рэйн хотел спросить про второго брата, как его перебили. — Причём… Самый лучший из нас всех, был, конечно же, средний брат. Золотая середина, как говорится. Я его в последний раз видел, когда тот на метле улетал учиться за границу. — Видать, не самый лучший, как ты говоришь, раз от семьи ушел, — двухцветный съязвил. — Почему же? — Макс посмотрел на Рэйна. — Очень даже хороший. Та фотография, которую ты видел, была сделана за шесть часов до вылета брата. Сосед кивнул. — Первые два года он слал нам подарки из-за границы, а после с каждым годом их становилось всё меньше и меньше, ровно до тех пор, пока они и вовсе не кончились. Один мужчина глубоко молчал, в то время как другой говорил. — С ним всё в порядке? — после долгой паузы между ними спросил провидец. — Да, да, даже очень. У него есть девушка, он учится лучше меня и работает учителем зельеварения в другой академии магии, — парень мягко улыбнулся, предоставляя свою семью снова вместе. — К нему мама с папой недавно летали, поэтому мы хорошо знаем, что с ним на другом конце карты. — Ему сейчас... Двадцать пять? — Точно... — Лэнд отреагировал на этот вопрос слишком сильно. Эймс сразу же понял, что тот начал углубляться в самосознание и теребить старое. Самое главное: для этого не нужно было даже смотреть на парня с каштановыми волосами, достаточно было услышать одно слово, которое тот растянул, будто бы оно являлось мармеладом. — Ему двадцать пять, а мне восемнадцать... Старшему вообще двадцать девять… Как же быстро время летит, просто чудо. — старший вроде бы и чувствовал, что его другу радостно от такой мысли, а вроде бы и нет. — Они приедут? — спросил Эймс. — Не-а, мама сказала, что старший занят на работе, а средний не может, ибо я скоро стану дядей… Двухцветный сперва не понял, но после нескольких секунд до него дошёл посыл этих слов. — Поздравляю!... — Спасибо! После этого они больше не трогали эту ситуацию. Поговорив о какой-нибудь другой истории про общих братьев (Макс считал Финна своим младшим братом), оба замолчали. Парни устали и ладно бы Макс, но Рэйн. Мужчина побил свой мировой рекорд по количеству вопросов за сегодня. Друзья растворились в атмосфере друг друга. — Не против в слова? — всё же спросил Лэнд. — Давай! — после недолгой паузы сказал Эймс. — Всё равно ты не дашь мне спать еще часа три. — Ты слишком хорошо меня знаешь! — съязвил Лэнд, на что божественный провидец улыбнулся. Как же он любил эту улыбку. На следующее утро парни улетели в Академию Истон.