Другая история Золушки

      Сюмин замер, его пальцы судорожно сжали телефон. Асия на том конце провода что-то спрашивала, но ее голос доносился как из-под воды. Он не сводил глаз с фигуры, сидящей в кресле. Мужчина был скрыт тенями, но его осанка, сама аура власти, исходящая от него, не оставляла сомнений. Принц. Это он. — Ася, я перезвоню, — его собственный голос прозвучал глухо и отчужденно. Он не дожидаясь ответа, сбросил вызов и медленно опустил телефон.       Сердце колотилось где-то в горле, но годы ответственности за сестру и друзей заставили его взять себя в руки. Он сделал шаг вперед, стараясь, чтобы его голос звучал твердо и вежливо. — Ваше высочество, — Сюмин склонил голову в почтительном поклоне, как того требовал этикет, но его спина оставалась прямой. — Прошу прощения за вторжение, я не знал, что вы здесь. Могу я узнать, что вы делаете в квартире моей подруги? Из тени послышался низкий, размеренный голос. В нем не было ни злости, ни раздражения, лишь холодное, аналитическое спокойствие. — Я мог бы задать вам тот же вопрос, Ким Минсок-сси. Однако, полагаю, вы здесь по ее просьбе. — Да, — Сюмин не стал отрицать. — Асия попросила меня забрать ее вещи. Ей неловко, что вы беспокоитесь о ней, ваше высочество. Она простая студентка, и все это внимание... оно смущает ее и пугает. Я... мы все просим вас оставить ее в покое. Позвольте ей просто учиться и жить своей жизнью. --- На улице       В машине Чен и Чанель мирно болтали, ожидая Сюмина. Внезапно, Чанель, смотревший в окно, нахмурился. — Чен, посмотри на тот внедорожник. Тот, что вон там, под деревом. Чен присмотрелся. Машина была темной, с тонированными стеклами, неприметной и в то же время... слишком дорогой для этого района. Его взгляд скользнул на номерной знак, и он замер. В углу номера был крошечный, но отчетливый символ — королевская печать. — Боже... — прошептал Чен, его лицо побелело. — Это королевская машина. Они здесь.       В этот момент из пассажирской двери внедорожника вышел Пак Чимин. Он невозмутимо облокотился на дверь, закурив сигарету, его взгляд был направлен на подъезд, из которого вошел Сюмин. — Чимин... — Чанель схватил Чена за руку. — Они не просто здесь. Они караулят. Сюмин внутри один! — Что нам делать? — в голосе Чена слышалась паника. — Врываться туда? — Нет! — резко сказал Чанель. — Мы только все испортим и навлечем на себя гнев. Мы не можем с ними бороться. Самое разумное... — он тяжело сглотнул. — Самое разумное — ждать. Но будем наготове. Они отъехали чуть дальше, стараясь не привлекать внимания, и уставились на подъезд, сердце каждого из них бешено колотилось. --- В квартире Асии       Юнги медленно поднялся с кресла. Он вышел из тени, и Сюмин впервые увидел его лицо при свете. Холодное, идеальное, с пронзительным взглядом, который, казалось, видел его насквозь. — Вы неправильно меня поняли, Ким Минсок-сси, — произнес Юнги, его голос был тихим, но каждое слово падало с весом свинца. — Я пришел сюда не для того, чтобы «беспокоить» мисс Петрову. Мне нужен цивилизованный разговор. Мои друзья... перестарались с энтузиазмом.Я пришел, чтобы лично извиниться. Сюмин не смог сдержать горькую усмешку. — Извиниться? Проникнув в ее квартиру в ее отсутствие? Вы называете это цивилизованным разговором? — Альтернативы, как вы сами понимаете, не было, — холодно парировал Юнги. — Ваша «система безопасности» оказалась весьма эффективной. Это, кстати, заслуживает уважения. — Мы просто защищаем подругу, — жестко сказал Сюмин. — От нежелательного внимания. От чего бы оно ни исходило. — Нежелательного? — Юнги слегка наклонил голову. — А вы уверены, что говорите от ее имени, Ким Минсок? Может, ей самой стоит решить, чего она хочет? — После того, как ваш посланник, Чон Хосок, прямо угрожал ей в академии? — голос Сюмина дрогнул от гнева. — Она напугана до смерти! Она плакала всю ночь! Она боится выходить на улицу одна! Вы называете это интересом? Это похоже на травлю! Юнги замер. На его идеально властном лице на мгновение мелькнула тень неподдельного удивления, быстро сменившаяся холодной яростью, направленной не на Сюмина, а куда-то в пространство. — Хосок... что именно он сказал? — Он сказал, что она «играет с огнем», что не представляет, «с кем связалась», и что ее отказы лишь «разжигают охоту»! — выпалил Сюмин. — Звучало как прямая угроза. Или вы считаете это нормальной формой ухаживания? Юнги медленно поднялся с кресла. Его фигура, даже в тесной гостиной, казалась огромной и подавляющей. — Нет. Это не было частью моих указаний. За это последует разговор. Он сделал шаг вперед, и теперь они стояли друг напротив друга. — Что касается мисс Петровой... мой интерес к ней неподделен. И я не привык, чтобы мне мешали. — Она не вещь, ваше высочество, — Сюмин не отступил ни на шаг, сжимая папку так, что костяшки его пальцев побелели. — У нее есть своя жизнь, свои мечты. И она не включает в себя быть частью чьего-то... гарема. Глаза Юнги сузились до щелочек. Слово «гарем», видимо, задело его за живое. — Вы слишком многого о себе возомнили, простой студент, если думаете, что можете читать мне лекции о моих намерениях. Вы слишком мало знаете. Он прошел мимо Сюмина к выходу, остановившись в дверном проеме. — Передайте Асии, что я приношу свои извинения за недостойное поведение моих подчиненных. И что мы еще увидимся. При более подходящих обстоятельствах. Не дожидаясь ответа, он вышел, бесшумно закрыв за собой дверь. Фраза прозвучала как приказ, как напутствие и как скрытая угроза одновременно. Сюмин остался стоять посреди гостиной, чувствуя, как по его спине струится холодный пот. Его руки дрожали. Эта встреча была куда страшнее, чем открытая конфронтация. Спокойствие и вежливость принца были пугающими. Они показывали, что он абсолютно уверен в себе и в своем праве быть здесь. --- На улице — Смотри! — Чанель ткнул пальцем в лобовое стекло. Из подъезда вышел Юнги. Он не спеша прошел к своему внедорожнику. Чимин тут же потушил сигарету и открыл перед ним дверь. Прежде чем исчезнуть внутри, принц на секунду повернул голову и его взгляд, холодный и всевидящий, скользнул по их машине. Казалось, он на мгновение задержался на них, затем исчез в салоне. Внедорожник плавно тронулся с места и растворился в потоке машин. Как только он скрылся из виду, Чанель схватил телефон. — Звоню Сюмину. В квартире у Сюмина зазвонил телефон, вырывая его из ступора. Он с трудом поднес его к уху. — Алло? — Хён! Ты в порядке? Мы только что видели, как принц уехал! Что случилось? Что он тебе сказал? Голос Сюмина звучал уставшим и опустошенным. — Он... он извинился. Сказал, что его друзья были слишком настойчивы. — Что? — в трубке послышался вздох недоверия. — И все? — Нет... — Сюмин медленно покачал головой, глядя на закрытую дверь. — Не все. Попросил передать Асе, что они еще встретятся. На другом конце провода воцарилась тишина. Все все поняли и без слов. Это была не просьба. Это было напоминание о том, кто здесь главный. И предупреждение о том, что его интерес никуда не делся. Охота продолжалась.