Семейка бродячих детей

      Хан на удивление пошел с ними. Субботний вечер обещал быть отличным. Погода для ноября была удивительно тёплой и сухой. Чанбин должен был прийти первым.       - Поверить не могу что у тебя тут появился приятель.       - Эй, кто бы говорил!       - Я просто интроверт.       - Я, может, тоже.       - Нет, ты липучка.       - Какой дерзкий грызун.       - Отвали, волчара, - Хан первым заходит в бар, - ну и где этот несчастный?       - Ищи кого-то похожего на тебя, но без щёк.       - Мои щёки прекрасны, ты просто ничего не понимаешь в естественной красоте.       Чанбин машет им, он сидит у бара.       - Здоров. Это Хан.       Они обменялись рукопожатиями.       - А что со столами?       - Я решил дождаться вас.       - Чтобы вместе внести депозит? – Хан усмехается.       - Чан, да твой сосед гений дедукции. Ну да, белка, у меня, знаешь ли, не хватило.       Хан насупился, он не любил когда его называли белкой, Чанбин как угадал.       - Эй, спокойно, - Чан встаёт между ними, разводя руки в стороны, - Я пригласил, так что как минимум депозит с меня.       - Вот это я понимаю, – радуется Чанбин, - Приглашай чаще. Что насчет выйти за рамки депозита?       Чан критически рассматривает своих спутников.       - Категорически нет, я вас на себе не потащу.       - Да я скала, - Хан дует щёки, - меня вообще алкоголь не берёт.       - Это мы сейчас увидим. Пошли к столам.       Хана срубает первым. Кажется, он даже стакан не допил, когда у него начал заплетаться язык. На втором он стал время от времени всхрапывать.       Постепенно в бар набивается народ. Музыка играет громче, через полчаса должна начаться программа, состоящая из местных групп. Чан уходит в туалет, а по возвращении видит, что к их столику подошли двое, слышит обрывок разговора:       - Пацаны, я-то не против, - Хан проснулся и сейчас перекрикивает музыку, - но сейчас тут появится большой и страшный серый волк и вам пиз…       - Привет, - Чан решил поздороваться.       - Привет, - вновь подошедшие поворачиваются к нему. Чан их рассматривает ближе: один альфа гибрид рыжей лисы с совсем детским лицом, второй - лабрадора, бета.       - Мой сосед совсем уж меня за зверя держит, - Чан смеется.       - В лесу он бы вас порвал! – Хан машет указательным пальцем над головой.       - В лесу ты бы не выжил. У Хана своеобразный юмор. Чем помочь?       - Да, - тот, что повыше откашливается, - у бара совсем нет мест и столы все забиты, вы не против, если мы к вам подсядем?       - С нас выпивка, - вступает второй.       - Так с этого надо было начинать! – Чанбин оживляется, - Садитесь пацаны. Я – Со Чанбин.       - Ким Сынмин.       - Ян Чонин.       Они знакомятся, заказывают еще пива. Оказалось, что новые знакомые с факультета управления, также первокурсники.       - Вы тут уже были? – Чану интересно завязать новое знакомство.       - Да, каждые выходные тут отвисаем. Тут выступает группа нашего сокурсника.       - Вы тут как группа поддержки?       - Скорее, как сасэнки - Чонин ухмыляется, - этот, - указывает на Сынмина, - приходит слюни пускать.       - Заткнись.       - Трусами в сцену кинешь? – Хан оживляется. – Предупреди, я камеру включу.       Все ржут. Сынмин закатывает глаза.       - Когда у меня будет самый охрененный омега универа вы утрётесь.       - Ага, он про тебя вообще знает?       - Ты выбрал отличную стратегию. Продолжай ходить на концерты и хлопай погромче. – Ян подмигивает одногруппнику, - однажды это сработает.       - О, так вот как это делается, - смеется Чанбин.       - Если не сработает, кинь трусы, он сразу влюбится, - Хан продолжает настаивать.       Диджей уходит от пульта на сцене уже первая группа.       - Который? – Все смотрят на Сынмина, но тот сидит с непроницаемым лицом. Все поворачиваются к Чонину, - Ну?       - Да вон, блондин, ща он к микрофону подойдет, он солист.       Группа состоит из барабанщика, двух гитаристов, саксофониста и солиста. Когда омега подходит к микрофону, на сцену наконец направляют свет. Вступают музыканты.       - Коооот??? Ты серьёзно? – Хан задыхается от смеха.       - Я говорю, нюх потерял, - Чонин тоже смеётся. – У бет беда с нюхом.       - Бета, это кот, - Хан тянется рукой к Сынмину, - тебе ничего не светит, только если в глаз.       Чан завороженно смотрит на сцену. По логике Хана, ему тоже ничего не светит, но это не мешает залипнуть, потому что омега по-настоящему красив. Когда тот начинает петь чуть мяукающим голосом, у Чана заходится сердце. Ему хочется сгрести омегу со сцены, закинуть на плечо и унести его далеко, в свою нору, чтобы никто кроме Чана на него не смотрел. И плевать что никакой норы нет. Похоже, сегодня у омеги появился ещё один поклонник из семейства псовых.