Все виды предательства

      Глубокой зимней ночью, накануне Нового года, когда семьи собираются вокруг стола, чтобы устроить веселые праздники, группа людей в темно-серых мантиях кралась к выглядящему заброшенным дому. Здание было трёхэтажное, мрачное и от него веяло обречённостью запустения. Люди, бесшумными шагами стягивали кольцо вокруг обрушенной с одной стороны ограды, медленно приближаясь к входной, из кованого, но покрытого ржавчиной, железа двери.       Вдруг тот, который командовал операцией, резко поднял руку и все остановились. Он вытащил из наплечного рюкзака маленькую шарообразную вещицу, что-то в ней прокрутил и в одно мгновение это привело к появлению полусферического и полупрозрачного купола над зданием. Мигнул свет и купол стал невидимым для глаз.       Артефакт вернули обратно в рюкзак и был дан знак, что движение вперед безопасно.       Круг замкнулся. Мужчины, уже плотным строем окружили вход в дом.       Главный снова порылся в рюкзаке, на этот раз был извлечён другой артефакт, который с тихим жужжанием возвестил о включении антиаппарационного щита. Засветился Люмос на кончике палочки одного из группы облавы и мигнула два раза. Второй этаж.       Полотно подвисшая в одну сторону дверь беззвучно повернулась на единственной петле, открывая темный зев прихожей. Одетые в серое мужчины одним за другим прыгнули в темноту и исчезли в полной неизведанных опасностей тьме.       Комната, к которой вереницей продвигались нежданные гости, была небольшой и неосвещенной свечами или факелами. Единственным источником света был огонь в камине, который служил и как источник тепла. Дверь комнаты медленно приоткрылась и сквозь тесный проём было видно только повернутое спинкой к ним кресло.       Вдруг из глубин этого кресла раздался ледяной голос, от звуков которого по спинам прислушивающихся чужаков пробежали такие же ледяные мурашки:       — Хвост, мне нужен человек умный и преданный, а ты ни тем, ни другим не блещешь.       — Но это я вас нашел, милорд! — воскликнул тот, которого назвали Хвост. — Только я вас искал и нашел…       — Что правда, то правда, — подтвердил холодный голос. — За это тебя ждет награда.       — В-вы меня убьете, Повелитель?       — Хотелось бы, но пока нет. Ты будешь участвовать в самом главном, будешь проводить ритуал возрождения. Знаешь, многие из моих последователей дали бы себе отрубить правую руку за это…       — П-правда, милорд? Что за ритуал?       — Сюрприз… ты же не хочешь испортить мне удовольствие? И, Нагайна, тебе сегодня не повезло. Хвосту я дарю жизнь до конца ритуала. В то время к столу будем ждать и Гарри Поттера, моя любимица… Хе-хе-хе!       Одна из фигур в серых мантиях вздрогнула и замерла. Нагайна зашипела, из кресла донеслось ответное шипение.       Замерзшая фигура вдруг резко дернула за рукав того, кто зыркал сквозь проём. Тот среагировал моментально, толкнул с силой дверь и, так и не произнося ни звука, взмахнул палочкой. Кресло развернулось и все увидели собственника ледяного голоса.       Кто-то засветил направленным Люмосом, послышались крики отвращения.       Это было существо, которое напоминало скорчившегося младенца. Но только на первый взгляд. Присмотревшись к нему в скудном свете огня сзади кресла, оно больше походило на маленького рептилоида. Бледное чешуйчатое уродливое безносое лицо треугольной формы, приплюснутое, как у змеи, с блестящими красноватыми глазами-щёлками. Одеяло, в котором куталось существо придерживала слабая, костлявая ручка с пальцами тонкими, как ножки паука.       Существо, хоть и противное, казалось беспомощным, пока не заметило нежданных гостей. Резкие шипучие выкрики привели огромную, диаметром не меньше двадцати пяти сантиметров змею в движение и она броском полетела на вторженцев. В полёте и окаменела от невербального Петрификуса и толстым шлангом упала на пол.       Уродливое существо неожиданно вынуло свою вторую ручку, уже держащую палочку и намеревалось чем-то защитить себя… Или напасть на врагов. Но в комнату толпой, с ощетинившимися вперед палочками вторглись не менее дюжины умело, по бойцовски движущихся напавших. Они не стали церемонится.       Существо настигла судьба змеи и оно так и замерзло, с поднятой вперед рукой, с горящим зеленым светом кончиком палочки. Зеленая звездочка постепенно тускнела и наконец угасла.       — Пакуйте урода негаторами и дуйте в Отдел, пока чары не спали! — скомандовал командовавший операцией. — Змею тоже забирайте, говорят, это маледиктус. Будем изучать и возвращать её в человеческий вид. О, а здесь притаился крысюк. Геройчик нашелся! Петрификус, Питер Петтигрю! Этого в клетку, чтобы не сбежал. Отдадим в Департамент, Амелии и будем его судить.       Операция по захвату подготовленного к возрождению гоммункулуса Того-которого, отняла у Невыразимцев не больше часа. Гарри Поттера, которого включили в команду Отдела тайн, вернули обратно в Хогвартс до отбоя.       Никто из проживающих там в то время, ни преподаватели, ни ученики, ни гости, так и не узнал, что четвёртый чемпион Турнира куда-то отлучался. Единственно мисс Гермиона Грейнджер была допущена к группе осведомленных.       

***

      Потом, одним холодным февральским утром было проведено второе задание Турнира.       Впрочем, тоже ничего особо сложного в котором не было. Тем более, что подготовился Гарри к нему по полной программе. В общем, прожевав данные ему Невиллом Лонгботтомом жабрросли, он спокойно нырнул он в Чёрное озеро, доплыл до деревни русалок, которые в этом озере обитали. Там, на центральной площади, к толстым столбам были привязаны заложники чемпионов. Китаянка Чо Чанг, спутница Седрика Диггори на Рождественском балу, маленькая девяти/десятилетняя незнакомая девочка, Гермиона Грейнджер и, почему-то, Джинни Уизли.       Гарри быстро освободил Гермиону и доставил её на поверхность первым из соревнующихся. Кстати, по дороге он ещё и Флёр Делакур помог от гриндилоу отбиться.       В общем, ничего сложного в самом испытании не было. Проблемы возникли ПОСЛЕ, когда они с Гермионой, вышли на берег.       Оказывается, кому-то из организаторов сбрендило, что для него, для Гарри Поттера, самое ценное в мире, это та доставучая рыжая прилипучка, которая всюду себя выставляла как будущая миссис Поттер.       Пришлось урезонивать на месте и укоризненно ворчащего директора Дамблдора, и родительницу рыжего таракана женского пола.       — Не знаю у кого в голове могла возникнуть даже тень идеи, что я стану за вашу дочь, миссис Уизли, собственной жизнью рисковать. Во второй раз. Я за первый раз еще Долг жизни у вас не взыскал, или вы забыли?       — Гарричка, что ты говоришь? — пискнула плачущая женщина. — Что мешало тебе спасти мою доченьку?       — То, что моя собственная невеста, мисс Гермиона Грейнджер, находилась в такой же опасности, мадам. Я невесту спасал, на кой мне некая левая девка. Пусть её теперь собственные братья спасают. Ну, чао, мы с Гермионой уходим, а то замерзли. В этой, «самой безопасной в мире школе» за нашу с ней жизнь по три-четыре раза в год, что не окаменение от взгляда василиска, то погоня с горным троллем или трехголовым цербером происходит.       И он, укрыв себя и мисс Грейнджер одним пуховым одеялом, удалился в палатку мадам Помфри.