Лисиче сердце

      ‎— Ашра, что ты несёшь? Да такого вообще не может быть! Ты там уже с Матильдой голову потеряла, что ли? — сказал Франческо, скрестив руки на груди и обведя подругу долгим взглядом. ‎ ‎      Пока к ним подходила кареглазая, Лололошка сразу посмотрел на Джона. В его глазах читалось непонимание, капля страха и… недоверие? Харрис понимал, откуда это взялось, но ему было обидно, что Ло думает о нём такое. Пусть даже эти мысли длились всего секунду. Оба были подавлены. Лошка не мог полностью довериться Джону из-за всего, что вертелось у него в голове. А Дейв не мог до конца понять его, хотя и сам чувствовал боль — ведь обидно было им обоим. ‎       ‎— Да чёрт возьми, ты не видишь, как всё крутится туда-сюда? И не забывай, что я сама тренирую воинов и знаю больше! Да и вообще, это уже, наверное, все слышали! Все в панике, хоть посмотри, что творится вокруг, Фран! — девушка надулась и упёрла руки в бока, стараясь как-то вбить информацию ему в голову. ‎ ‎      После её слов не только Франческо начал оглядываться по сторонам, но и Лошка с Харрисом. И правда — вокруг была паника. Кто-то спешил спрятаться по домам, а самые смелые девятихвостые лисы уже готовились к худшему. Все понимали, что сами они не смогут пройти барьер. Но с помощью одного из лисов — возможно. Оставался ещё вариант, что люди останутся по ту сторону и будут ждать, пока они выйдут. ‎«Но кто им рассказал?» ‎       ‎— Твою ж… — только и смог вымолвить Франческо, сжав кулаки так сильно, что на руках выступили вены. ‎ ‎      Лололошка молчал, не зная, что сказать. Это была его вина. Только его. Не нужно было слушать Джона, не нужно было вообще ничего решать. Ведь не зря ему просто следовало провести его туда. Теперь же из-за своей ошибки он заставил всех страдать. Почему он вообще поверил чувствам Джона? Тот обманул его… Ло был для него просто образцом для изучения, экспериментом. Так больно ему не было давно. Первый, кого он полюбил, — и тот предал. ‎       ‎Он и сам не заметил, как по щекам начали скатываться тихие слёзы. Ни звука — только капли, падающие на землю. Первым это заметил Дейв. Он положил руку ему на плечо, но Ло оттолкнул её и отвернулся. Что теперь делать Харрису? Ло думал, что всё из-за него, но ведь Джон не сделал ничего плохого. Он никогда бы не причинил вред любимому. Но, увы, Лошка был уверен: именно Джон виноват в том, что люди подобрались к ним так близко. ‎ ‎      Ашра посмотрела на фигуру в плаще, но быстро перевела взгляд на Лошку. У того по щекам катились слёзы. Девушка удивилась — она привыкла видеть его сильным, готовым ко всему, а теперь… Наверное, всё, что произошло, сильно его задело. Она подошла ближе и без слов обняла его. Лололошка не отстранился, а наоборот — прижался к подруге, как к последней надежде. ‎       ‎— Да это сто процентов Вививилка должн благодарить своего ухажёра. Тот его использовал, и теперь все мы должны расхлёбывать! — пробормотал Фран, видя, как Ашра прижала Лошку к себе. Он заглянул ей через плечо и увидел заплаканного друга. — Ло… ‎ ‎      — Сан-Фран, это не может быть он. Если бы было, они бы не встречались уже как минимум пять лет. Он сам мне об этом говорил, хоть и не хотел. — Ашра сильнее обняла Ло, стараясь его успокоить. — Ло, ты же знаешь, мы сильнее их. Мы постараемся, чтобы все остались живы и здоровы. ‎ ‎      Тихо шептала она, гладя его по голове. Франческо после её слов только фыркнул, но спорить не стал. А Джон, которого оттолкнули, стоял в стороне. Его подруга теперь утешала Ло, стараясь вернуть того к себе. Харрис понимал — теперь Ло не поверит ни одному его слову. Для него Джон — предатель, лжец, и ничего с этим не поделаешь. Он осознал это, поэтому даже не пытался больше что-то сказать. ‎       ‎— Дру… зья… Э-это мо… — сквозь слёзы пытался выговорить Ло, но слова застревали в горле. ‎ ‎      Тот самый Лололошка, на которого равнялись все девятихвостые лисы. Он помогал жителям, когда им было тяжело, был примером для детей, всегда добрым и отзывчивым. А теперь — злодей. Настоящий предатель, заслуживший изгнание… или даже казнь. Ему было невыносимо произнести это вслух. Впервые он хотел признаться, но не мог — каждое слово будто резало изнутри. ‎       ‎— Лололошка, возьми себя в руки. Вдох — и выдох, — мягко повторяла Ашра, показывая движение, чтобы он повторял за ней. Но это не помогало. Сейчас ему был нужен Вививилка — только он мог сказать то, что вернуло бы спокойствие. Но его здесь не было. Только Ашра, Сан-Фран… и Джон. ‎ ‎      Но слёзы прекратились, когда к ним, запыхавшись и бледный от страха, подбежал Седрик. Его дыхание было сбивчивым — видно, что он долго бегал, пытаясь найти всех, а особенно Лололошку. Именно поэтому Ло перестал плакать и с удивлёнными глазами, в которых всё ещё отражались капли страха, посмотрел на своего друга. ‎       ‎— Фух… Еле вас нашёл. Лололошка, тебя вызывает старейшина. Не знаю зачем, но сказал, что это срочно. И… велел взять с собой кого-то, кто весь в чёрном, — наконец отдышавшись, он поднял голову и оглядел всех. Его взгляд остановился на Джоне. — Наверное, речь о тебе… И как он вообще узнал, что ты будешь с Ло?.. Ладно, вам нужно идти прямо сейчас. ‎       ‎Теперь Ло был уверен — ему конец. Откуда старейшина узнал, что всё из-за него? И как — про Джона? Сегодня всё закончится. Его приговорят, а Джона, скорее всего, убьют на месте. Он не знал, что буде́т дальше, але відчував — тепер доля вже вирішена. ‎ ‎      Лололошка молча посмотрел на свою подругу и лишь тихо кивнул. Затем он отошёл от неё и обвёл друзей долгим, твёрдым взглядом. Они смотрели на него с грустью и тревогой, иногда бросая короткие взгляды на Харриса. А тот не отводил глаз от Ло. Он понимал — для них обоих это конец. Может, те слова, которые когда-то кто-то сказал — «эта любовь приведёт к беде» — сбываются прямо сейчас.       После этого Ло молча развернулся и пошёл вперёд. За ним сразу же пошёл Джон. Ему уже было всё равно, куда идти — словно мышке, попавшей в ловушку, из которой нет выхода. И не только он чувствовал себя добычей — сам Лололошка тоже. Его пушистые девять хвостов свисали вниз, уши были опущены. Такие красивые белые уши и хвосты не должны были быть в таком состоянии. Но Джон ничего не сказал — он понимал, что сейчас любые слова только всё ухудшат.       Они шли вместе, молча, почти до самого конца дороги. Ло не хотел ничего говорить — зачем? Если начать кричать или плакать, ничего ведь не изменится. Он просто молчал, надеясь, что хотя бы так Харрис почувствует вину. Хотя вряд ли — у него, наверное, и совести нет. Как говорили другие, видно, это правда. И почему же Ло было так больно? Из-за этого идиота. Но любовь к нему почему-то не могла просто исчезнуть. Из-за этого он будет страдать ещё долго.       Ближе к концу дороги Джон, сам того не осознавая, подошёл ближе к Ло. Тот инстинктивно отстранился, но Дейв был упрям. Он сделал ещё пару шагов и тихо прошептал, чтобы никто другой не услышал:       — Ло, я понимаю, о чём ты думаешь… но в этом нет моей вины, — после этих слов он посмотрел ему в глаза. Они изменились — стали тёмными, холодными, полными боли, которую Джон никогда раньше не видел. И он надеялся, что больше никогда не увидит их такими.       — Не говори со мной. Последнее, чего я не хочу, — это слышать твой… голос, — произнёс Лололошка, пытаясь сдержать эмоции. Но как? Когда из-за него самого сейчас паника, страх и разруха. Всё потому, что он влюбился в этого… этого умника.       Вспоминая все моменты, проведённые вместе, он не мог понять: зачем Джон так старался? Хотел, чтобы Ло ослеп от чувств? Или просто запутал ему голову? Похоже, у него это получилось. Да и мана ещё не полностью восстановилась — вот беда. Как теперь смотреть в глаза старейшине?       Но ответы уже близко. Лололошка остановился у одного из домов. Снаружи он казался небольшим, но внутри, говорили, места было гораздо больше. Кто-то из девятихвостых когда-то так говорил — но Ло не знал, правда ли это. Сейчас он узнает.       Он подошёл к двери и, к удивлению, не постучал. Просто взялся за ручку и вошёл внутрь, а следом за ним и Джон. Внутри был простой коридор. Ло сразу повернул направо — наверное, все девятихвостые идут именно так, когда направляются к старейшине. Но сейчас это не имело значения. Джон просто шёл за ним, ведомый лишь одним — любовью, которая была сильнее страха. ‎      И вот Ло открыл дверь, думая, что входит в его «кабинет», — но перед ним предстала совсем иная картина. Вроде всё как должно быть, как о том говорили другие. Только была одна лишняя деталь: в дальнем углу на кровати лежал старейшина. А рядом с ним — его жена, державшая его за руку. Фарагонда. Так звали супругу вожака. ‎       ‎Получается, сейчас такой момент — и их вожак чем-то болен? Это объясняло, почему его никто не видел, только его женщину, которая, судя по всему, старалась держать всё под контролем. Глядя на состояние мужа, можно было так подумать. Теперь, видя это воочию, всем им стало ещё страшнее: вожака нет в строю, а значит проблемы будут без него. ‎       ‎Фарагонда заметила, что дверь открылась, и пригласила их подойти ближе. Ло покорно подошёл и сёл на пол рядом с женщиной. Джон держался отчуждённо и сел чуть дальше. Она внимательно их обвела взглядом, но из-за очередного тяжёлого кашля старейшины сразу же повернула внимание к нему и поддерживала его, чтобы ему было легче. ‎ ‎      Потом она помогла ему усесться, и он, собрав силы, смог рассмотреть двух пришедших: Лололошку и юношу в чёрном. Фоне, что-то обдумывая, но снова раздался сильный кашель. Фарагонда рядом делала всё, что могла. Наконец он сумел произнести несколько слов, которые показались двоим странными. ‎       ‎— Значит, пророчество... — голос его звучал изнурённо. — Оно оказалось верным. ‎       ‎Лололошка не понимал, что происходит; это было видно по его глазам. Что за пророчество? Разве его не должны были сейчас наказать, или даже приговорить? И как это касается Дейва, который сидел рядом в плаще? Что это всё может значить для них и для остальных? Может, старейшина так плохо себя чувствует и путает слова? Это какой-то кошмарный день.       ‎— Пророчество. О «белом» девятихвостом лисе, который положит конец раздорам между людьми и девятихвостыми, — его голос звучал уставшим, но он всё же пытался рассказать всё сам. — Когда ты родился, Лололошка, это было неправильно со стороны твоей матери… но из-за этой странной любви появился ты — вместе со своим братом. Как было сказано в строках одного знахаря: «Из странной любви родится девятихвостый лис с белым мехом. И будет он вместе с человеком. Только они вдвоём положат этому конец».       Теперь всё замолкло. Обида Лололошки сразу исчезла, хотя он всё равно не понимал, к чему это всё. Да и вообще — разве в их время кто-то ещё верит в какие-то пророчества? Вождь снова начал кашлять, поэтому Фарагонда помогла ему лечь обратно, чтобы ему стало легче. Ведь в любом другом положении кашель становился чаще и причинял сильнее боль. А она так хотела, чтобы её муж выздоровел…       Теперь вместо него говорила она. Старейшина снова закашлялся, и Фарагонда помогла уложить его обратно, чтобы облегчить состояние — в другой позе кашель становился сильнее и мучительнее. Она явно желала, чтобы муж выздоровел. Теперь говорить будет она.        ‎      — Как вы понимаете, время настало. И если вы думали, что мы не замечаем, как кто-то проходит через барьер, — вы ошибаетесь. Мы наблюдали. То же могу сказать и о твоём брате. Мы думали, что всё начнётся из-за него и той человеческой... но оказалось иначе. — Она подошла к Харрису и сняла с него капюшон, словно желая увидеть выражение его лица. — Хмм... думала, это будет девушка, а не мужчина. Хмм... твоё дело, Лололошка. ‎ ‎      Теперь он был полностью выставлен напоказ. Ему это не понравилось, но сейчас лучше промолчать и отложить вопросы до времени. Лололошка сразу посмотрел на Джона: теперь он видел его лицо — такое же, но иное одновременно. У Джона было мрачное выражение, у Ло — смятение. ‎ ‎      — И как это понять? — спросил Джон больше для себя. — Мы поняли, что Ло особенный, но как, по-вашему, это остановить? Они что, просто встанут и обвинят нас при всех? — для него это казалось невозможным. ‎       ‎Женщина косо глянула на него и тяжело вздохнула — видно, и сама она ответа не знала. К сожалению, в пророчестве не записано, как всё будет разворачиваться. Поэтому им оставалось только держать оборону, пока это не случится. ‎ ‎      — Мы сами не знаем. Потому сейчас остаётся только обороняться, пока время не придёт. Вставайте и идите помогать другим с укреплениями. И ты, человек, тоже пойдёшь, — сказала она, подходя ближе, чем нужно было. Сначала она грозно посмотрела на Джона, а затем отвела взгляд к Ло; у него глаза были опухшими от слёз. — Вставай. Я дам тебе капель. ‎       ‎Вожак лишь кивнул своей жене — сил у него уже не осталось. Он просто закрыл глаза, ничего больше не говоря. Фарагонда коротко взглянула на него, но быстро взяла себя в руки, понимая, что сейчас должна защищать свой народ. Пока она искала лекарственные капли, выглядел он по-настоящему плохо. Тогда Джон решил подойти ближе. ‎       ‎— Теперь ты мне веришь? — слова Дейва прозвучали прямо у уха Лололошки. Его уши дрогнули, когда он это услышал. ‎       ‎Он не знал, что ответить. Что теперь думать? Неужели Джон всё это время говорил правду? Конечно, многие говорили, что Харрис никогда не лгал, но разве у каждого нет хотя бы одного грешка? Видимо, у него всё действительно было идеально. В отличие от самого Лололошки — того, кто решил, что Джон его обманул и предал. А выходит, это он сам предал Харриса, даже не попытавшись выслушать его. А стоило бы. ‎       ‎— Прости… Я… я думал… — только и смог прошептать Ло дрожащим голосом. Он и сам не знал, как объяснить свои чувства, но не успел сказать ничего больше — его рот закрыли горячим поцелуем. ‎       ‎Ло, не ожидавший такого, быстро открыл глаза. Перед ним — лицо Джона, его глаза были открыты и смотрели прямо на него. По всем законам жанра, он должен был закрыть их от удовольствия… Наверное, так и должно было быть. Но когда его веки уже начали опускаться, сбоку послышалось недовольное покашливание Фарагонды. Лололошка тут же прервал их поцелуй. ‎       ‎Он встретился с её взглядом и заметил в её руках небольшой пузырёк. Быстро отвёл глаза и немного покраснел. Женщина только покачала головой, но ничего не сказала и повернулась обратно к белому девятихвостому лису. Лололошка не стал тратить время — сразу подошёл к ней. После недавних слёз глаза жгло, поэтому Фарагонда достала надёжное средство, чтобы облегчить раздражение. Когда Ло немного запрокинул голову, она аккуратно закапала ему в глаз, и вокруг появилась лёгкая искра магии. Он несколько раз моргнул — и зрение прояснилось. ‎ ‎      Он хотел поблагодарить, но не успел — женщина уже заговорила: ‎ ‎      — Идём. У нас, как вы двое знаете, времени немного, — сказала она, проходя мимо него и встав рядом с Джоном. — Можешь не надевать плащ, тебя всё равно никто не тронет, пока ты рядом со мной. Так что иди следом. Это облегчит задачу всем нам. ‎ ‎      После этого она сразу пошла вперёд, а за ней — они оба. Харрис не хотел испытывать судьбу, поэтому вынужден был идти следом, буквально «хвостиком». Для Ло всё это казалось странным. Почему он особенный? Только из-за цвета меха? Ведь все остальные — рыжие. Но теперь в этом явно скрывался другой смысл, о котором ни он, ни Джон, ни остальные не догадывались. ‎ ‎      Теперь все могли видеть лицо Джона и его облик полностью. Можно было бы подумать, что это девятихвостый лис принял человеческую форму, но был один признак, который его выдавал — у него не было ауры. Даже Франческо говорил, что не чувствует её. Но он поверил другу на слово и не обратил внимания. Остальные же смотрели со смесью страха и удивления. Как это вообще возможно? Да ещё рядом с самой Фарагондой! ‎ ‎      Так они втроём шли весь путь, пока не подошли к другой стороне барьера, где уже стояли подготовленные к бою воины. Некоторые были в доспехах и оттачивали удары мечом — им помогала Ашра. Девушка тоже была полностью экипирована и, похоже, обсуждала что-то с Седриком и Франческо. Все были в броне, кроме Седрика — видимо, он должен был помогать не в атаке, а где-то в тылу. ‎       ‎Издалека Ашра заметила Фарагонду и Лололошку, идущих рядом. Она помахала рукой, приглашая подойти, но, чем ближе они подходили, тем быстрее исчезала улыбка с её лица. Остальные девятихвостые тоже изменились в лице, когда увидели, кто шёл позади Фарагонды и Лололошки. Джон Дейви Харрис. ‎ ‎      — Какого хре... — не договорил Франческо, вовремя прикусив язык, чтобы не ругнуться при Фарагонде. Та, казалось, ничего не услышала, хотя прекрасно поняла, что он хотел сказать. ‎       ‎— Мисс Фарагонда, это же… за вами один из нас или?.. — начал было один из воинов, но, встретив её взгляд, сразу замолчал. ‎ ‎      — Это человек, Филеген, — спокойно ответила она. Те, кто стоял ближе, тут же начали возмущаться, послышались крики: «Что он тут делает?!», некоторые уже подняли мечи, собираясь нанести удар. Фарагонда мгновенно отреагировала: она схватила Лололошку и Джона за плечи и поставила рядом друг с другом. — Успокойтесь. Этот человек с нами. Он поможет нам. ‎       ‎В рядах прошёл гул — никто не мог поверить. Впереди битва между людьми и девятихвостыми, а им привели врага! Как он вообще сюда попал? Только если ему помог кто-то из лисов… Все взгляды тут же обратились к Лололошке, стоявшему рядом. По выражению его лица было видно — он не боится Джона. И этим всё сказано. ‎ ‎      Ло не мог ничего поделать с этими взглядами. Особенно тяжело было встретиться глазами с друзьями, которые смотрели прямо в душу. Ему было стыдно. Но, находясь рядом с Джоном, он чувствовал себя чуть увереннее. ‎ ‎      — Знайте, — произнесла Фарагонда. — Благодаря нашему Лололошке и… кхм, Джону, всё это закончится. Берите мечи и ждите моего приказа. ‎       ‎После этих слов она оставила их среди лисов, чьи взгляды прожигали их насквозь, и направилась к старшему — вероятно, отцу Ашры, чтобы обсудить план действий. ‎       ‎Пока они стояли на месте, Ло окружили со всех сторон — трое его лучших друзей. Они смотрели на него серьёзно, почти с упрёком. Лишь Седрик выглядел немного растерянным. Лололошка опустил взгляд — ему действительно было стыдно. Но за что? За то, что любит Джона? За то, что простил его, несмотря на всё? Этого не стоило стыдиться. Наверное, Вививилка поступил бы так же. Поэтому он поднял голову и посмотрел прямо в глаза каждому. ‎ ‎      — Почему наш Лололошка всегда попадает в неприятности? — усмехнулся Сан-Фран, закрыв лицо руками, а потом убрал их. — Серьёзно, Ло, как так? Мне вот интересно — что вообще делает этот "Джек" здесь? ‎ ‎      Джон возмутился таким обращением. Его словно отстранили от Лололошки, и ему это совсем не понравилось. Он уже не скрывал своих чувств, поэтому, проскользнув между ними, обнял Ло за талию, прижав к себе — словно защищая. ‎       ‎— А "Джек" сейчас скажет: не твоё дело, — холодно произнёс Харрис. ‎       ‎Франческо слегка офигел от такого ответа, уже хотел что-то сказать, но Ашра опередила его: ‎ ‎      — Похоже, у вас с братом это семейное — одинаковые вкусы, — поддела она, стараясь разрядить напряжение, но вскоре снова посерьёзнела. — Ладно, потом обсудим. А сейчас нужно… ‎       ‎Все услышали громкий удар барабана — знак того, что пора идти за невидимую стену и начать то, что должно было закончиться уже давным-давно. Девушка тяжело вздохнула, быстро надела на голову что-то вроде шлема и уже потом сказала своим необычно серьёзным для друзей голосом: ‎       ‎— Не знаю, о чём говорила Фарагонда, но я верю её словам, что ты поможешь нам, Джон. — после её слов в голове Ло появился лёгкий туман. ‎       ‎Он и сам не хотел этого, но тоже был готов и шёл вместе с Дейвом, держась за руку. Когда они прошли сквозь барьер, то сразу увидели издалека людей. Некоторым лисам было непривычно видеть их, так же, как и людям — видеть лисов. Но когда кто-то из врагов бросил стрелу в их сторону, это могло означать только одно — началась битва, которой давно пора было закончиться, но никто не знал, как долго она продлится. ‎       ‎Деревья мешали обзору, но проворные девятихвостые лисы чувствовали себя в лесу лучше, чем люди. Однако численное превосходство врагов давало тем преимущество. Сейчас Ло сражался с кем-то на мечах, стараясь отбиваться, но противник был раза в два крупнее его, и отразить удары было трудно. Он уже собирался использовать остаток своей магии, чтобы победить, как вдруг на помощь подоспел Джон. Ему выдали меч, и он тут же нанёс удар по ноге нападавшего. Тот упал от боли, но Джон не стал добивать его. Человек, лежавший на земле, с расширенными от удивления глазами смотрел на того, кто помог лису — ведь это был человек! ‎ ‎      — Похоже, я как раз вовремя… Он тебя не ранил? — спросил Джон, глядя на своего любимого. ‎       ‎Но за спиной у Джона кто-то замахнулся мечом, и Ло быстро среагировал — толкнул Харриса в сторону и сам принял удар, начав отбиваться от врага. ‎       ‎Теперь, из-за суматохи и смеси двух рас, Ло не мог разглядеть Джона. Но надеялся, что тот не пострадал. Меч врага прошёл совсем близко от его щеки, и, резко взмахнув руками, Ло ударил противника прямо в грудь. Тот упал вместе с мечом, а Лололошка, не теряя ни секунды, вытащил окровавленный клинок. Сколько же невинных смертей произойдёт сегодня — среди людей и девятихвостых лисов? ‎       ‎Теперь нужно было найти Харриса. Он хотел убедиться, что с тем всё в порядке. Но как искать его, когда в любую секунду тебе могут ударить в спину? Оглядываясь по сторонам, он понял, что Джона поблизости нет. Значит, придётся потратить остаток маны, хоть він и ослабнет, но хотя бы узнает, где Джон. ‎       ‎Под ногами у нього появилась небольшая вспышка магии, и благодаря ей он поднялся в воздух. Пролетел он всего десять секунд, но успел увидеть главное: Джон оказался далеко, и, что хуже всего, он сражался и уже лежал на земле, побеждённый. ‎ ‎      Стоя на ногах, Ло не мог сдержать злость. Как теперь помочь? Он так далеко! Его челюсть напряглась, кулаки сжались до боли. Вокруг него начали кружить белые частицы, которых становилось всё больше по мере роста ярости. Когда один из врагов попытался напасть на него, Ло лишь рявкнул и отшвырнул того прочь. ‎ ‎      Он не заметил, как весь мир вокруг замер. Никто не двигался. Да ему и не было дела — он шёл вперёд, его белые хвосты развевались в разные стороны, а те, кто замер, провожали его долгими взглядами. ‎ ‎      Подойдя к цели, він немного успокоился, но всё ещё держал кулаки с силой. Перед ним стоял человек, поднявший меч над Харрисом. Только Джон мог двигаться, но не мог пошевелиться из-за угрозы удара. Ло подошёл, схватил врага за шиворот и откинул в сторону, стараясь не задеть Джона. Тот наконец смог подняться на ноги. ‎       ‎Харрис осмотрел всё вокруг и потом посмотрел на Лололошку:       ‎— Теперь понятно, как ты сможешь это всё остановить. Но выглядишь ты сейчас, будто вышел из сказки, — сказал Джон, а потом почувствовал, как земля под ногами задрожала и начала подниматься. ‎       ‎Лололошка прижался к нему плечом, успокаиваясь — теперь оранжевый был рядом, он чувствовал его тепло. А значит, можно было сказать всё, что должно было положить конец войне и принести мир между людьми и лисами. Земля под ногами остановилась, и теперь они стояли на высокой точке. Сквозь деревья было плохо видно, но их слышали все. ‎       ‎— Да остановитесь же! — крикнул Лололошка. Его голос звучал странно, ведь все вокруг и так застыли. — Мне кажется, пора всё закончить! Вы хоть знаете, почему началась эта вражда между нами? Никто не знает, да и было это так давно! Мы всё ещё злимся за старое и тащим обиды до сих пор. Разве это не безумие? Вы хотите, чтобы и наши дети так жили? Это всё детские обиды, которые пора прекратить! Так что я думаю — вожак или король, кто бы ни был, — пора поговорить и... ‎

‎Белые частицы исчезли, и Лололошка сразу потерял сознание, упав без сил.

‎                             ‎              

Конец?

‎