Лисиче сердце

      Птички уже начали щебетать во всю дурь. Поэтому этим утром было хорошо слышно их прекрасное пение. Тем более такое, от которого даже не обидно просыпаться. А шелест ветвей на деревьях создавал свой особенный звук. Приятное скрежетание, которое даже будоражило. Поэтому этим утром Джона Дэйви Харриса ждало замечательное пробуждение с такой природной музыкой, против которой он бы сам не возражал. ‎ ‎      Когда он услышал эти звуки, то стал понемногу просыпаться. Пока что он не открывал глаза, ведь так хотелось ещё понежиться в кровати. Джон только через несколько минут понял, что обнимает в руках что-то. Даже не глядя, он знал ответ — это была обычная подушка. Дэйв уже не первый раз брал её ночью во сне, прижимая к себе. Но всё же так хотелось вместо неё держать кого-то другого: твёрдого, но такого же мягкого. Для него это было невозможно. Лололошка, наверное, давно его возненавидел и вспоминает плохим словом. А он и не против, потому что может понять его точку зрения. ‎       ‎И как же Харрис мог так легко выкинуть его из головы? Как можно забыть такого милого девятихвостого лиса? Даже теперь он скучал по тем временам, когда тот кидался в него подушками. А он, словно какой-то герой, просто отворачивался. Но даже так Лошка умудрялся попасть. И не только по лицу — он попал прямо в его сердце. Так сильно, что уже ничего не поделаешь. Наверное, стоило бы давно перестать думать об этом, но именно в это утро Джон не мог. Всё это казалось слишком настоящим. ‎       ‎Пока он так лежал и думал, в руках он почувствовал какое-то лёгкое движение. До Джона сразу дошло: подушка точно не может двигаться. Поэтому он наконец открыл глаза и посмотрел вниз от своего лица. Теперь Дэйв видел, что в его руках вовсе не подушка. Он обнимал сонного Лололошку, который и сам прижался к нему. В этот момент у оранжевого совсем пропали все мысли. Он просто смотрел на него и ничего не понимал. ‎ ‎— Нет, нет, нет… Этого не может быть! Это уже галлюцинации. Не стоило есть грибной суп… Мне это точно кажется, а значит, в руках у меня до сих пор подушка, ха-ха… да, подушка, — единственное, что пронеслось в его голове. Но эти мысли надолго не задержались, ведь как раз в этот момент начал просыпаться и сам Лололошка. ‎       ‎Харрис удивлённо смотрел на него, всё ещё не веря, будто думая, что это сон. Он уже ждал какого-то момента, когда ему скажут, что это бред. А ждал он этого именно от Лололошки, потому что скорее поверил бы ему, когда тот полностью проснётся. Но всё же он понимал: это реальность. ‎       ‎Когда Ло медленно открыл глаза и посмотрел прямо на него своими голубыми глазами, Джон встретил этот взгляд своими оранжевыми. Он даже не отстранился, а напротив — прижался к нему ещё сильнее. Сам же Дейв неосознанно обнял его крепче и сам удивился таким неожиданным движениям, от которых Лошка вовсе не был против. ‎ ‎— Лололошка?.. — хрипло произнёс Джон его имя, словно не верил, что смог сказать его вслух. Он хотел убедиться, что это правда — Ло действительно перед ним, такой спокойный и расслабленный в их объятиях. ‎       ‎Лошка тем временем снова закрыл глаза, будто собирался уснуть. Но, открыв их снова, посмотрел на него совсем другим взглядом, не таким, как раньше. А потом с губ Лошки сорвался лёгкий смешок. Харрис не понял, откуда и почему он появился. Но всё равно ждал ответа от девятихвостого лиса, которому, похоже, было забавно. ‎       ‎— Ну а кто же ещё, если не Лололошка? — сказал он. ‎       ‎Харрис после этих слов резко поднялся с кровати и сел, глядя на Лошку. Сам же Ло продолжал лежать на боку и смотрел на сидящего Дэйва. Он и сам не ожидал такой реакции, но сейчас она его скорее развеселила. ‎       ‎Джон резко схватился за голову. Он совершенно не помнил, что происходило ночью. И уж тем более не помнил, как Лололошка оказался в его кровати. А ведь они провели всю ночь вместе, и это его смущало. Он никак не думал, что его сны могут стать явью… Ну, разве что сюжет немного отличался, но главное — здесь был Лошка. Он лежал рядом. Значит, Ло прочитал письмо. Что это могло значить? Если рассуждать логически, то чувства взаимные? Эти мысли не давали ему покоя. ‎ ‎      — Как я понимаю, ты прочитал письмо? — спросил он саркастично, ведь и так знал ответ. Если бы Лошка его не прочитал, то не пришёл бы к нему и тем более не оказался бы в его кровати. Надо ещё спросить, как он сюда вообще попал. ‎ ‎— Да, — коротко ответил тот, а потом тоже сел на кровать. Он как-то неловко посмотрел на него, а потом отвёл взгляд. Но вскоре быстро вернул его обратно, чтобы не выглядеть мальчишкой, который всего стесняется. — Я ещё несколько раз перечитал его и даже не мог поверить в написанное. Я подумал, что это не ты писал… Но когда я всё правильно понял, то хотел просто выкинуть его подальше и забыть, как страшный сон… А когда пришёл брат и сказал, что скоро женится, просто поставил меня перед фактом, я стал смотреть на это иначе. Всё-таки ты, конечно, человек, всезнайка, типа гений и саркастичный, но с тобой было как-то… комфортно. И я понял, что хотел бы провести с тобой ещё время. ‎       ‎Так много Лошка ещё никогда не говорил, но, глядя прямо на Джона, он ждал хоть каких-то изменений на его лице. Но выражение оставалось всё тем же. Ло уже хотелось добавить что-то ещё, лишь бы привлечь его внимание. Ведь когда тот застыл, как камень, внутри проснулась жалость о сказанном. Может, это всё-таки была шутка, а он тут распинается перед ним, как маленькая девочка, которая признаётся в чувствах какому-то мальчику. ‎       ‎Когда он уже приоткрыл рот, чтобы наконец заговорить снова, его резко прижали к кровати. Теперь Лололошка лежал, а над ним навис Джон. Его тонкая рубашка чуть сползла, и Лошка мог видеть обнажённые участки кожи: шею, ключицу и немного грудной клетки. Казалось, Харрис специально наклонился ближе, показывая всё больше. Он склонился так, что их губы почти соприкоснулись. ‎ ‎      — Джон, ну-ка вставай! Сам же говорил — нужно к тебе прийти. Как раз пришли бумаги, которые… — сначала более бодро и громко начал Саймон, но с каждым словом становился всё тише. Наверное, именно в тот момент он понял, что Джон здесь не один. Да и с кем? С Лололошкой! Видно, он зашёл совсем не в подходящий момент, особенно это было заметно по лицу Харриса. ‎ ‎      — Саймон, потом поговорим про КУП. А сейчас — выйди отсюда! — сразу отстранившись от Ло, Джон поднялся и прямо в глаза сказал это Солусу, чтобы тот точно понял его недовольство. ‎ ‎      Любителю розового не пришлось повторять дважды. Он быстро развернулся и поспешил к выходу. Ну а кто вообще ожидал увидеть такую картину с утра? Вот он точно нет. И, что самое интересное, сам Дэйв не говорил, что у него будет какой-то "гость". Нужно было хотя бы предупредить: вдруг у него там, кхм, кое-что намечалось, а он так бодро врывается. Хорошо хоть, дальше ничего не зашло. ‎ ‎      Когда Саймон Солус всё-таки вышел, оранжевый тяжело выдохнул. Потом повернулся к Лошке, который уже сам немного приподнялся. И теперь, когда Дэйв снова смотрел на него, их лица снова оказались совсем близко. Харрис чуть отстранился, понимая, что момент явно не подходящий. Но, похоже, так думал только он. Потому что внезапно получил подушкой по голове. Сразу стало ясно, кто это сделал: кроме них двоих здесь никого не было. ‎ ‎      В тот же миг он схватился за голову, куда пришёлся удар. Теперь он был абсолютно уверен — перед ним настоящий Лололошка. Ведь в его снах тот никогда его не бил. Напротив, был рядом и говорил приятные слова. Но Ло во сне и здесь были совершенно разными. И если бы Джон мог выбирать, он бы выбрал именно этого, который кидается в него подушкой. Потому что у этого Лошки были настоящие чувства. А не только нежности и сюсюканья. Да и сам Ло явно не любит, когда его трогает Джон — это обижало. ‎       ‎— Больно же! — всё ещё держась за голову, пробурчал он, надеясь, что боль скоро пройдёт. Кто бы мог подумать, что подушкой можно так сильно ударить, что до сих пор болит. ‎ ‎      — Поцеловать, чтобы не болело? — для Харриса это прозвучало, как сарказм. Но Ло, похоже, воспринял свои слова серьёзнее. Он наклонился и действительно поцеловал его в лоб, после чего сразу отстранился. Дейв тут же убрал руки и удивлённо смотрел на него, совсем не ожидая такого. А когда Лошка добавил ещё пару слов и тихо засмеялся, то сказал: — Ну что, лучше? ‎ ‎      — Знаешь, уже лучше. Но если ещё разок поцелуешь, то вообще перестанет болеть, — хитро прищурившись, он улыбнулся, явно дразня его и надеясь получить ещё хотя бы поцелуй в лобик. Но получил лишь ответ. ‎ ‎      — Обойдёшься, — Лошка скрестил руки на груди и просто смотрел на его забавное выражение лица, которое сейчас показалось ему ещё смешнее. ‎ ‎Но Харрис не собирался отказываться от того, чего хотел. И в этот раз он точно смог поцеловать его в губы. Взяв лицо Ло в ладони, он притянул его к себе. Поцелуй вышел жадным и изнуряющим. С той интенсивностью, с которой Дэйв вцепился в его губы, это иначе и не назвать. И Ло вовсе не был против. Поцелуй длился так долго, что у обоих начало заканчиваться дыхание. Они отстранились и просто смотрели друг на друга, словно ничего такого и не случилось. ‎ ‎      Может, когда-нибудь эта странная любовь приведёт к чему-то плохому, но сейчас это не имело значения. Вон у Вививилки всё хорошо, хотя их тоже тяжело назвать любовью. А значит, и у них с Джоном может получиться. Поэтому Ло точно не собирался жалеть об этом. Да и Дейв тоже. Ему уже давно было наплевать на многое, но ещё никогда не было такого человека, которого он хотел бы оставить рядом. Единственной была Саша, его старшая сестра, которая, к сожалению, покинула этот мир два года назад. А родители… на них ему плевать. Он знал только одно — они ещё живы, и всё. ‎ ‎      Пока они оба витали в облаках, у Лололошки резко заурчал живот. И почему он снова его подставляет? Ну почему нельзя было просто промолчать и оставить атмосферу, даже романтическую? На этот звук отреагировал и Джон. Он тут же посмотрел на источник звука, а затем вернул взгляд на Ло. Тот лишь смущённо смотрел на него, но при этом оставался самим собой. ‎       ‎— Ну, видно, пора уже завтракать? Пойдём, а то ещё подумаешь умереть тут с голоду, — Лошок только закатил глаза и встал с кровати. За ним тут же поднялся Харрис. ‎       ‎Одежда Ло была сильно помята. С этим он бы уже ничего не сделал, хотя с радостью хотя бы верх снял бы, но не успел. Хорошо, что шарф лежал рядом с мешочком, а не был на его шее, иначе он вообще не смог бы уснуть. Дейв провёл его долгим взглядом и сделал себе небольшую заметку. После этого взял Лошку за руку и повёл за собой. ‎       ‎Они вместе вышли из комнаты и направились туда, где Джон привык завтракать и ужинать. Обычно он не обедал, для него это не было чем-то важным. А Лошка был там всего один раз — в самом начале, когда познакомился с Солусом. Потом он всегда ел у себя в комнате, принося всё к кровати. А теперь Дейв мог поесть за одним столом вместе с ним, как… парочка? Это слово его самого удивляло, но не сейчас. Может, именно так они потом и будут выглядеть. Так действительно думал Джон. А вот что мог подумать Лошка — это было непонятно. Да и спрашивать у него такое глупо. ‎ ‎      Когда они дошли до дверей, Харрис всё же отпустил его руку. Очень уж хотелось держать её дольше, но как настоящий джентльмен он должен был пропустить «даму» вперёд. Хотя вместо дамы оказался девятихвостый лис, который быстро вошёл внутрь, а за ним и сам «джентльмен». ‎       ‎Когда они зашли, на столе уже всё было накрыто… И даже не на одного, а сразу на двоих. Это что, Саймон так постарался? Обычно еду приносили только тогда, когда Джон уже садился за стол и ждал блюда. Но это даже упростило задачу для оранжевого. Не придётся просить принести дополнительную тарелку и приборы — всё было готово. ‎       ‎Лололошка, особо не раздумывая, быстро сел на стул и сразу начал есть, даже не дождавшись хозяина дома. Уголки его губ слегка приподнялись, и Джон тоже сел за стол. Теперь он оказался напротив Ло, который спокойно набивал живот. Главное, что ел он не спеша, чтобы не подавиться прямо во время завтрака. ‎ ‎      Джон медленно начал класть еду в рот. В комнате стояла тишина, они оба просто наслаждались завтраком. Неожиданно для Ло это оказался первый случай, когда он мог чувствовать себя комфортно в молчании. Обычно у него начинался сильный стресс, если рядом никто не говорил или он оставался один. Хорошо, что во время пополнения сил наедине он всегда был готов и знал, чем себя занять. Но Харрис почему-то захотел прервать тишину. ‎ ‎      — Кстати, как ты оказался у меня в постели? Сам залез? Вспомнил, что я самый лучший, да, симпампусик? — закинув в рот ещё кусочек завтрака, он начал медленно его жевать. ‎       ‎— Ну… вообще-то это твоя вина, — на сказанное Лошкой Дейв приподнял бровь, не понимая, причём тут он. — Я, короче, пришёл, чтобы ты мне всё объяснил, а ты уже спал. Ну а я что? Решил на тебя посмотреть. А когда начал разглядывать, ты резко проснулся. Увидел меня и сразу в свои объятия схватил. Так прижал к себе, что даже вырваться нельзя было. ‎ ‎      Теперь стало ясно, почему он этого не помнил. И всё же как ему удалось сделать это самому, да ещё и без стыда? Даже странно. Ведь Ло точно начал бы отбиваться. Может, он не хотел его будить… а может, просто захотел провести ночь рядом с ним. Стало любопытно, как бы всё пошло по-другому. Но эта мысль быстро исчезла, когда он снова посмотрел на Лошку, который продолжал есть, делая паузы только тогда, когда на него что-то спрашивали. ‎       ‎— Знаешь, Ло, меня ещё кое-что интересует. Ты никогда не говорил про семью. Я только знаю, что у тебя есть брат Вививилка, и всё. А остальные? — он задал этот вопрос не просто так. Ведь он до сих пор помнил слова Абер, когда она сказала, что у них с Лошкой, скорее всего, одна родословная. Вот Харрис и хотел узнать, догадывался ли сам Лошка хоть о чём-то. Но, похоже, нет. ‎       ‎Сначала Ло скептически посмотрел на него и отложил прибор. Взяв чашку, он сделал несколько глотков ароматного чая. Но всё равно его собственный чай куда лучше этого — тут будто просто что-то накидали. Сделав ещё один небольшой глоток, он отставил чашку в сторону. Сложив руки в замок, Ло наконец заговорил: ‎ ‎      — Если ты тоже расскажешь про свою — Джон только цокнул языком — не очень-то ему хотелось говорить о своей семье. Но нужно было мягко поделиться этим с Ло. Просто кивнув, он ждал ответа. А Ло довольно промурлыкал и всё же продолжил: ‎ ‎      — У меня тут всё скромно. Брат, про которого ты знаешь, и нас воспитывала тётя. Родители… они умерли, когда мы были маленькими. А дальних родственников у меня нет. ‎ ‎      Когда он вспомнил родителей, в горле будто встал ком. Говорить об этом было не слишком тяжело, но он ведь и не знал о них ничего. Зато благодаря Бастиану теперь знал, что его мама любила разговаривать с людьми. Если и правда думать, что речь шла об одной и той же Мэри… Это было хоть что-то. Главное, что он был доволен своей жизнью с братом и тётей. Жалко только, что она никогда ничего не рассказывала про родителей. Единственное, что он знал: она была сестрой по маминой линии. И ещё говорила, что отца она не любила. Почему? Ло так и не узнал, а она никогда не объясняла. ‎       ‎— Оу… Ло, извини, что… — начал было Харрис, но его перебили. ‎       ‎— Ничего страшного, мне-то что? Я их по факту не знал. Да и ты зачем меня спросил? Правильно, чтобы узнать про семью, — взяв в руки прибор, он ещё не начал есть. Сначала ткнул им в сторону Дейва и сказал: — Теперь твоя очередь. ‎       ‎После своих слов он всё-таки зачерпнул еду и сразу же положил в рот. Наслаждаясь вкусом, Ло издавал тихие звуки удовольствия и медленно жевал. Джон наблюдал за ним и невольно улыбался. Ещё будут у него такие дни, когда он сможет так же улыбаться — не как Джодаху, а именно дерзко, насмешливо и слегка свысока. Таким он был рядом с Лололошкой. Ну раз он здесь, значит, так будет и дальше. Правда? ‎ ‎      — Ну что я могу сказать… родители ещё живы, — как-то безразлично вспомнив о них, он закатил глаза, прямо показывая Лололошке, что не питает к ним тёплых чувств. — Они меня не любили. А вот Саша… моя старшая сестра, единственная, кто всегда поддерживал меня и был на моей стороне… но её уже два года как нет. ‎       ‎Когда Харрис заговорил о Саше, его голос стал мягче и спокойнее. Но как только он упомянул её смерть, он сразу же потускнел и стал тише. Он всё ещё не мог «нормально» смириться с её уходом. Но когда он действительно сможет её отпустить? У Лололошки была другая ситуация: он не знал своих родителей — были ли они хорошими или плохими. А вот Саша всегда была рядом с Джоном, и теперь её не стало, и это было тяжело. Может, Лололошка сможет заменить её для него? Показать ему другой мир? ‎ ‎      Лошка хотел что-то сказать, но жестом руки Джон дал понять, чтобы тот промолчал. И действительно, Ло ничего не сказал. У каждого своя боль, и каждый проходит её по-своему. И, конечно, это не будет легко. Джон ещё несколько минут сидел в поисках слов, но всё-таки нашёл их. ‎       ‎— Я это как-то переживу, всё-таки уже два года прошло, — он махнул рукой, показывая, что больше не хочет поднимать эту тему. — Лололошка, я не просто так тебе это рассказываю. Помнишь, когда Райя брала у тебя кровь? Я не знаю зачем, но она захотела проверить твою и свою кровь на родословную… и тест показал ошеломительные результаты. В них было сказано, что вы родственники. ‎       ‎У Ло даже прибор выпал из рук, когда он услышал эти слова. Да как такое вообще может быть?! Он — девятихвостый лис, а она — человек! Это невозможно, просто издёвка какая-то. Иначе объяснить нельзя. Может, тест был неправильный, показал неверные результаты. Сто процентов! И Джон просто неправильно понял всё. ‎       ‎— Джон, ты же знаешь, что такого просто не может быть! Райя — человек, а я девятихвостый лис. Мы разные расы! — не понимая зачем, Ло начал что-то объяснять Джону, хотя тут и без объяснений всё ясно. Да и сам Харрис прекрасно понимал, о чём речь. ‎ ‎      — Лололошка, ты же знаешь, что я уверен в своих сотрудниках. А если бы нет — они бы тут не работали, — пытался доказать Джон, хотя это и выглядело слабой попыткой. Он видел, что для Ло это тяжёлая информация. — Райя уже начала сама искать хоть какие-то следы по своей линии, спрашивать у ещё живых родственников. Она сказала, что через неделю придёт ко мне. Тогда можешь прийти и сам её послушать. ‎       ‎— Всё равно это невозможно, Джон, — Ло никак не мог поверить в это и отвернулся к окну. Был солнечный день, уже давно не раннее утро. И именно в этот момент он вспомнил, что срочно должен вернуться домой, задерживаться больше нельзя. Если уйдёт сейчас, то к вечеру как раз успеет, а значит, терять время нельзя. — Джон, к сожалению, мне уже срочно нужно идти, я и так задержался… ‎       ‎Лололошка встал из-за стола, отодвинув тарелку, и коротко взглянул на Харриса. Тот удивлённо посмотрел на него и, пока Ло не ушёл, взял его за руку, словно пытаясь удержать. Но это вряд ли могло сработать. Лошка снова внимательно посмотрел на него и тяжело выдохнул. Ему самой хотелось остаться подольше… но он не мог. ‎       ‎— Давай я тебя подвезу? — предложение показалось Ло странным, и он скептически взглянул на Джона, будто ждал нормального объяснения. ‎       ‎Ответ услышал только тогда, когда они оказались в конюшне. Лошка удивился, что у Джона вообще она есть. Хотя логично: ведь карета не может ездить сама, нужны кони. Пока Ло всё ещё стоял в замешательстве, к нему как раз подошёл оранжевый с конём на поводу. Сам Джон надел какой-то странный наряд, который Ло впервые видел в жизни. ‎       ‎— Вот твой принц на белом коне, симпампусик, — подмигнув, Джон легко оседлал коня. Сначала животное недовольно фыркнуло, но быстро успокоилось. Лололошка же продолжал таращиться на него с округлившимися глазами. ‎ ‎      Джон заметил его замешательство и протянул руку. Ло перевёл взгляд на неё, постоял пару секунд и всё же взялся за неё. В тот же миг Джон легко поднял его и усадил на коня. Теперь они сидели вместе. Джон мягко улыбнулся, положил руки Ло себе на талию, чтобы тот держался, и сделал лёгкое движение — конь тут же поскакал. Девятихвостый лис неожиданно прижался к Харрису крепче. ‎       Всё было подготовлено заранее, поэтому они быстро выехали за пределы владений Джона и углубились в лес. Лололошка, не ожидавший такого, всё ещё смотрел на спину Харриса. Но вскоре вспомнил, что тот не знает дороги. Выкинув посторонние мысли, он тихо сказал прямо ему в ухо: ‎ ‎      — Джон, сейчас будет поворот, будь аккуратен. Здесь деревья близко друг к другу, — сказал Ло и крепче обнял его за талию, когда маршрут сменился благодаря ему. Прошло ещё несколько секунд, и он всё-таки задал вопрос: — А где ты научился ездить верхом? ‎       ‎— Хм… родители заставили. Наша семья была знатной кровей, и каждый ребёнок обязан был уметь ездить верхом, — ответил Джон. Лололошка кивнул, даже если Харрис этого не видел. ‎ ‎      Дальше они ехали спокойнее. Иногда разговаривали, но чаще молчали. Им двоим было хорошо просто находиться рядом, будто больше ничего в мире и не нужно. Но даже такие тихие, спокойные моменты заканчиваются. Проехав ещё немного, Ло сказал остановиться: дальше он пойдёт сам. Джон тут же послушался, как собака на команду, и помог Ло слезть с коня. ‎       ‎— Мы ведь типа вместе, да? — наверное, впервые в жизни Джон задал такой глупый вопрос. Но ему важно было услышать мнение того, кого он так любил. ‎ ‎— Хммм… — будто специально раздумывая, Ло хотел немного подразнить его. — Знаешь, у девятихвостых лисов есть «трия трёх дней». Если коротко: тот, кто признался, должен доказать свою любовь и верность за это время. Три дня даны, чтобы оба могли понять, стоит ли быть вместе. И сразу видно, как вторая половинка будет относиться к тебе. ‎       ‎— Докажу, — тихо пробормотал Джон, обнял Ло за талию и нежно поцеловал в губы, после чего отстранился от его манящих губ. ‎       ‎— Тогда завтра вечером, на этом месте. ‎ ‎                      ‎