Дитя февраля

С полными кроссовками снега Илья брёл по тёмной улице. Ветер страшно выл, Виногорский не чувствовал от холода своих конечностей, пытаясь согреть хотя бы руки в карманах. Но эта весенняя куртка совсем не грела, оставалась такой же ледяной и внутри. Илья уткнулся носом в шарф, пытаясь ускориться хоть на чуть-чуть, но на льду это сделать не выходило. И вот на кой чёрт он только так оделся? Сугробы завалили все улицы, укутывая весь город в белую простыню. В спину резко ударило что-то. Сначала Илье показалось, что у него просто защемило спину, но оказалось, это был снежок, рассыпавшийся уже внизу. Сзади резво и весело подлетел Женя, чуть ли не сбивая с дороги промёрзшего Виногорского. — Виногорский! — Шварц ловко проскользил по льду, но, не рассчитав свои силы, упал и за собой утянул Илью. — А ты что, только домой, что ли, идёшь? — Поправляя куртку и сидя на куче снега, поинтересовался Женя. — Ну, как видишь. Автобус последний проехал, — запуская красные пальцы в снег, Виногорский с горем пополам поднялся на ноги. — Илья, ты весь красный... У тебя куртка, что ли, весенняя? — Поднявшись и отряхиваясь, с ужасом спросил Шварц. Виногорский ничего на это не ответил, он весь продрог. Уже просто хотелось побыстрее домой, а тут Женя... Шварц — сын маминой подруги, весь из себя такой хороший, активный, старше на пару лет, так ещё и Илье в 8 классе помогал с задачами по химии. Но никаких чувств он у Виногорского не вызывал, просто друг. А у Жени что ни день, то новая влюблённость. И этого Илья искренне не понимал, злился, а может, просто завидовал. Ну откуда у этого урода может быть столько поклонниц? Аж тошно. Илья с головой погрузился в свои мысли, но, увидев перед собой протянутые меховые варежки, поднял голову на Шварца. — Возьми, или ты хочешь быть поцелованным обморожением? — С самодовольной улыбкой протянул Женя. Виногорский помялся, мямлил, мол, не нужно. Ему максимально не хотелось принимать никаких подачек от Жени, просто, блять, быстрее уйти домой. Но Шварц был упертый, как баран, вытянул поочерёдно руки Илья из карманов и натянул тёплые варежки. Пальцы начало больно колоть от тепла, неприятно, но потерпеть было можно. Теперь Виногорский чувствовал тепло, укутанный в шарф, Илья посмотрел на Женю. Старший тоже был красный, но немного, в зимней куртке, поверх кудрей натянут капюшон, но только чужие варежки теперь были у Виногорского. Шварц улыбался, как дурак, что аж Илье стало немного неловко. — Спасибо большое.. Женя в миг стал еще довольнее. — Пойдём, я тебя провожу. — Шварц взял Виногорского за руку, и аккуратно потянул за собой, уходя вперёд. Виногорскому ничего не оставалось кроме того, как пойти за Женей, перебирая все свои принципы. Шварц был немного впереди, продолжая держать Илью под локоть, ибо его кроссовки не внушали никакого доверия. И Виногорский так и погрузился в свои мысли, грея холодные руки и следовать Жене. Шварц изредка оборачивался на младшего, тот смотрел под ноги и, полностью доверевшись, плёлся дальше. Оба выглядели странно, если сравнить с другими прохожими. Вот дети с санками, бабульки с сумками..И Илья с Женей. Больше было похоже на то, что Шварц тащил его за собой. Ещё эта глупая лёгкая куртка, вовсе не греющая. А у Виногорского кажется глаза закрывались, холод уже даже не чувствовался, просто хотелось скорее дойти до дома. Мимо менялись высокие фонари, они то ярко светились, то вовсе не горели. Женя на удивление ничего не спрашивал, обычно при встрече Ильи он устраивал допрос, может, поменялся? Но даже это не так сильно волновало Виногорского. Краем глаза Илья увидел дверь своего подъезда и поднял голову. И вправду, дошли. Всю детскую площадку накрыл снег, в окнах по-разному светились гирлянды. Шварц остановился около входа и повернулся на Виногорского. Илья оставался такой же раскрасневшийся, с сонными глазами, прятал лицо в шарф, держа в карманах руки, хоть они и были в варежках. —Завтра постарайся переодеть куртку, пожалуйста. — Улыбнулся Женя, поправляя чужой капюшон. Виногорский лишь одобрительно покивал, завтра он уж точно сляжет с температурой, и никакого дело ему не будет до тёплой куртки. Шварц попрощался, напоследок развернулся, убедившись что Илья сможет зайти в подъезд, а не упасть на скользких ступеньках. Младший достал связку ключей, и только зайдя в подъезд обратил внимание на свои руки, забыл отдать варежки. *** Не то что бы Шварц часто писал Илье, но в последнее время стал назойлевее. Виногорский из вежливости отвечал раз в час, но сильно корил себя за эту черту, ставя себя на место Жени. Старший опять втирал то про колледж, то про свою новую пассию. Илья проявлял ровно ноль интереса к таким диалогам, Шварц—бредил девушкой, Илья—делал вид что интересно. И вот вновь, Виногорский открыл переписку, пытаясь сосредоточиться на новых сообщениях. –Ну я короче в кино с ней был, фильм –хуйня еще та, но я ее к себе на плечо уложил)) а она еще потом пыталась ближе подвинуться –В кинозале что-ли холодно было? Виногорский потупил пару секунд в телефон, осознавая тупость сообщения, уже готовясь удалить его. –Никакой в тебе романтики, Илюха Не успел. Илья отключил телефон и сунул его в карман, разглядывая до ужаса знакомые многоэтажки с окна. Автобус был полупустой, лишь пару человек. Виногорский тяжко вздохнул, хоть он и не опоздал сегодня, но, что-то тяготило, сильно-сильно, аж до боли. Он даже надел тёплую куртку, поменял кроссовки, а еще Женя разрешил оставить ему свои варежки, как оказалось, больно они уж тёплые. С автобуса даже и выходить не хотелось, с такого тёплого места в промерзлую улицу. Илья плелся по темным улицам, только он, снег и лёд. Рутина — убивала. Виногорский сбился со счету какой это такой однотипный день, такой же, как и вчера, позавчера.. Виногорский очнулся когда понял что прошёл свой подъезд, быстро среагировал увидев то, что зашел в чужой двор, выдохнул и вернулся. Домофон глухо пропищал, дверь со скрежетом хлопнула и Илья стал подниматься выше. Виногорский встал напротив двери квартиры, будто, она стала другой, чужой что-ли. Даже такое большое желание вернуться домой быстро одбилось. Но Илье слишком сильно соскучился по своей комнате. Ключи быстро повернулись и вот дверь уже со скрипом открылась. Виногорский громко хлопнул дверью, и осмотрел коридор. На ковре у входа стояла чужая обувь, да и мама вроде никого не ждёт. Из кухни первая выглянула мама, а за ней, неожиданно, вышел отец. На миг Илье показалось что ему почудилось, он так и остался стоять с развязанным шарфом в коридоре. А дело было в том, что родители его развелись уже как несколько лет. Виногорский с ужасом вспоминал как его таскали на суды, отец сошёл с ума от наркотиков и стал выносить всю мебель из квартиры, а мама только успевала закрывать маленького Илюшу в своей комнате. А потом Виногорский и вовсе не слышал ничего про отца, он периодически звонил, поздравлял с днем рождения, новым годом, но сам никогда не приезжал. Проявлять инициативу Илья и не собирался, он даже ему не писал, обида так и осталась внутри, а ведь он даже не извинился. —Реально что-ли обморожение поцеловало..— Глухо спросил Виногорский сам у себя. Отец мялся, чесал затылок, искал какие-то слова, но, так и не смог связать ничего толкового. Мама уставши посмотрела с тоской на мужчину, выдохнула, и начала разговор сама. —Илюш, как разденешься, приходи на кухню. В её голосе было слышно столько боли, а у Ильи внутри закипало. И как только у этого человека хватило смелости явиться обратно? Совсем что-ли вина его не гложет. Виногорский сжал губы, стиснул зубы и одобрительно покивал, скрываясь за дверями ванной. Да только до него как не могло дойти, а смысл его визита? Праздник? День цемента? Ну и бред. Илья зачерпнул в ладони холодной воды, по телу тут же пробежали мурашки. Виногорский упёрся руками в раковину, пытаясь выдавить из себя искренне радостную улыбку, да только это больше походило на то, что у него свело челюсть. Илья протёр глаза и сделал пару глубоких вдохов, сейчас у него мало сил что б не сцепиться и не брякнуть что-нибудь язвительное в адрес отца. Поправив рыжую капну, Виногорский нехотя вышел из ванной, с сжатыми кулаками направляясь на кухню. Оттодвинув со скрежетом стул, Илья сел, неестественно улыбаясь уголками губ. Перед Ильей поставили тарелку с едой, Виногорский без интереса стал ковырять вилкой и возить еду по тарелке —А ты вырос..— Робко подал голос Отец. —Да, за 8 лет вырасти ‐ это чудо дивное..— Ядовито выпленул Илья. Он честно старался, но после стольких лет держать язык за зубами было равно простить ужасные поступки со стороны папы, за которые он даже не извинился. Мама со злобой посмотрела на сына, под столом стукнув его по коленке, но Илья уже гнал без тормозов. Отец пододвинул ближе к Виногорскому конверт, на котором ярко красовалась надпись "с днем рождения", а с другой стороны были написаны самые банальные пожелания. М-да, и чего он только ожидал от этого человека? Да вообщем ничего, но внутри у Ильи оставалась надежда что он хотя-бы немного раскаивается, но, походу Виногорский сильно ошибался. —Это всё хорошо, но мне не нужно. — С обидой и даже какой-то тоской на выдохе сказал Илья. —Илья! Это не вежливо. — Зло прошептала мама, но сделала она это так, что услышал и отец. —А что по-твоему вежливо? Если хочешь, я тоже могу вынести пол квартиры и вернутся через 8 лет, извиняясь деньгами. — Виногорский зло посмотрел на обоих, а после перевёл взгляд на папу. — И день рождение у меня в сентябре. Илья был полностью доволен собой, оставив этих двух, он вышел из кухни. Виногорский точно отхватит после этого, но больше его ничего так сильно не тяготило. Этот ком в горле Илья с удовольствием выплеснул, еще и прямо в лицо. Самодовльный Виногорский присел на кровать, включая телефон. Как по зову сердца, тут же прилетело сообщение, это Шварц. –Если не выйдешь во двор то я умру от холода и ты будешь последним, кто увидит меня еще живым.