Вечерняя встреча

Отто приходил, когда Визерис приглашал его в гости на семейные ужины, он всегда слушал, когда Визерис рассказывал ему о своей семье, но сам держал свою личную жизнь в секрете. Визерис, конечно же, знал о повзрослевших детях Отто, о его давно умершей жене, но после того случая с Деймоном и загадочной коробочкой, он начал задумываться о том, что его заместитель и когда-то друг начал отдаляться от него. Найдя в документах номер дома и квартиры Отто, Визерис решил, что в это прекрасное субботнее утро должен навестить его. Вино и торт он купил по дороге, цветы в последний момент передумал брать, чтобы никто не подумал, что он едет к любовнице. Когда проснулся Отто, на улице уже было светло, и хоть он обычно не смотрел так долго в окно, в это утро он решил насладиться спокойным голубым небом и маленькой неизвестной птичкой, что прыгала на ветке возле окна. Лёгкое дуновение ветра качнуло ветку, и птичка взлетела, скрывшись из виду. Мысли Отто вернулись к длинноволосому блондину, который и разбудил его минут десять назад, а теперь забравшись пол одеяло, ласкал своими губами его член. — Деймон, ты останешься на завтрак? — спросил Отто, подняв край одеяла. — Или на кофе? Деймон мотнул головой и Отто сразу же отпустил одеяло. Растрепавшиеся волосы, сонный, но жадный взгляд, губы Деймона — всё это взбудоражило Отто, и он, запустив руки под одеяло, зарылся ими в волосы Таргариена. Чтобы прийти в себя после утреннего оргазма, Отто потребовалось время, и когда Деймон ушёл умываться, он остался лежать в кровати. Отто думал о том, что нужно встать и начать готовить завтрак, или просто разбить на сковородку пару яиц, чтобы задержать Деймона и провести с ним ещё немного времени, но вставать так не хотелось. — Поднимай свои старческие косточки, — прервал идиллию голос Деймона. — Кто завтрак готовить будет? — Я думал, ты не хочешь задерживаться. — Вначале не хотел, а потом проголодался. Отто от этих слов чуть повеселел, и поэтому нашёл в себе силы встать. Дома было тепло, и он лишь подтянул свои трусы. На удивление Деймон уже был одет, когда Отто вошёл на кухню. — А где ты ночуешь, когда не остаёшься у меня? — осторожно спросил Отто, выливая масло на сковородку. — Либо у себя, либо у брата, везде, где смогу уснуть. — У себя? У тебя есть дом? — слишком шокировано переспросил Отто, от чего Деймон неодобрительно закатил глаза. — Не дом, квартира в центре, так что я не бездомный. — Такие мысли у меня были только в нашу первую встречу. — Когда ты облапал меня, — снова напомнил Деймон. Пока Отто взбивал вилкой омлет, он несколько раз успел пожалеть, что не надел хотя бы штаны, ведь взгляд Деймона был направлен всё это время прямо на его голое тело. — Омлет не сгорит, если ты не будешь смотреть на него каждую секунду. — То же самое могу сказать и о себе. — О, так ты сгораешь лишь от одного моего взгляда? А если добавить ещё несколько десяток, что почувствуешь? — О чем ты? Деймон поднялся из-за стола и, взяв Отто за руку, повёл его к окну. Внизу уже ходили люди, кто-то спешил по делам и не обращал внимания на окружающих, кто-то неспешно прогуливался, разглядывая дом и улицу. Вновь удивившись умению Деймона перевернуть все слова в свою пользу, Отто попытался выскользнуть из сильных рук, но Деймон крепче прижал его к себе и прислонил к окну. — Если нас увидят, мне придётся съехать. — Будем бомжевать вместе, и спать где придётся. Деймон через одежду потерся своим членом между ягодиц Отто, и почувствовав реакцию, повернул голову Отто к себе, чтобы поцеловать его в губы. Визерис вышел из машины воодушевленный. Он представлял, как будет рад Отто, открыв дверь и увидев его на пороге. Для бара было рановато, но Визерис планировал пригласить Отто где-нибудь перекусить. Дом сразу же понравился Визерису, и он поднял голову, чтобы попытаться найти квартиру Отто. В нескольких окнах свет был выключен, в других виднелись совершенно другие люди, в одном на подоконнике сидела кошка, которой точно у Отто не были. В полуосвещенном окне Визерис заметил двух целующихся мужчин и сразу же отвернулся, поражённый такой распущенностью жильцов. Из нужного подъезда как раз вышел человек и Визерис прошёл в подъезд. Уже в лифте, поднимаясь на нужный этаж, он начал надеяться, что те мужчины не окажутся соседями Отто, и он не встретит их по пути. Насладившись краснеющим Отто, Деймон всё же отпустил его и сам подошёл к плите, чтобы выключить её. — Завтрак готов. Но не успел он разложить омлет по тарелкам, как в дверь позвонили. — Ты кого-то ждёшь? — спросил Деймон. — Нет, подожди здесь, я оденусь и посмотрю кто это. — Конечно. Когда Отто ушёл в комнату, звонок повторился и Деймон, ослушавшись, вышел в коридор, чтобы открыть дверь. «Может ещё спит?» — думал Визерис, стоя напротив двери. — «Надо было дать ему отоспаться после рабочей недели». Дверь, наконец, открылась, и Визерис протянул торт. — Доброе утро, Деймон? Улыбка, с которой он начал говорить, моментально пропала. — Доброе утро, брат, — так спокойно ответил Деймон, будто его и ожидал. — У меня день рождения, а я забыл? — Ты здесь живёшь? — обеспокоенно спросил Визерис. — Ещё нет. — Ты покупаешь эту квартиру? — уже с надеждой спросил Визерис. — Снова мимо, я ночевал у любовника, вот, кстати, и он. Деймон указал на вышедшего из комнаты Отто. Не зная, что и сказать, Визерис некоторое время молчал, переводя взгляд с одного на другого, пока из соседней квартиры не вышла стильно одетая пожилая женщина. — Спать мне не давали всю ночь, — проворчав, она зашла в лифт. — Извращенцы. Визерис скривил лицо, а Отто заметно покраснел. — Вы вместе? Как давно? Отто посмотрел на Деймона прежде чем ответить. — Месяц где-то. — Можно сказать, что годовщина. — Деймон осторожно взял торт из рук Визериса. — Поздравляю, — прошептал тот. Деймон улыбнулся шире и, помахав, закрыл дверь, оставляя Визериса в подъезде. — Деймон, в понедельник я не смогу избежать разговора с ним. — Зато сегодня у нас вкусный завтрак, жаль лишь, что вино осталось у него. — То есть ты уже не спешишь по делам? — Не хочу сейчас снова встречаться с Визерисом, по-моему, он всё ещё стоит у двери. Отто обернулся, пытаясь через дверь увидеть пустой подъезд, но образ Визериса засел прочно в его голове, и так и не покинул его до окончания завтрака.