Спокойная жизнь

Джо и ТиДжей стояли перед главным входом в отель. Время близилось к часу ночи, и посетителей было не так много, как днем, а персонал в этот час передавал друг другу обязанности. Поэтому, они решили придти сюда именно ночью. Вчера ТиДжей всё-таки показал визитку Джо. – 17 03 1902… Что это могло бы значить? – Джо крутил белый кусок картона в руках. «Да если бы только Чи Ун оставил ещё хоть какую-то подсказку... ». – У меня есть пара идей, – сказал он, смотря на то, как Джо разглядывает каждый миллиметр карточки. – Кажется, что 1902... – Это день рождения Яна, – сказали они одновременно, после чего уставились друг на друга. Джо продолжал лежать на неудобном диване, окончательно смирившись с тем, что сегодня он не выспится. И хоть предложение ТиДжея разделить кровать не имело под собой иного контекста, он выбрал остаться на своём месте. «Хоть последнее время он и добр ко мне... Я думаю, причина этому – поиск Яна... Ничто не объединяет людей так сильно, как общая цель, ведь так?» – Но это всё ещё не имеет никакого смысла без понимания, что значат первые четыре цифры, – задумчиво сказал Джозеф и поднял голову по направлению к сидящему на кровати. – Так куда ты хочешь поехать? – Есть одно место, которое напрямую связано со мной и первыми числами на этом чёртовом куске картона... – пробормотал он, пробивая в телефоне маршрут до отеля, в котором жил до того, как скрылся от всех. О Тэ Джун прожил в этом отеле ровно год — с того момента, как началось строительство загородного дома в Малибу. Ему казалось, что после выхода из тюрьмы Ян безоговорочно вернётся к нему, и они станут жить вдвоём на новом месте. Однако его мечты разбились о суровую реальность, в котором строительство дома, как и любой другой сложный проект, постоянно откладывалось. А их отношения с Яном стали ещё более запутанными. Сдачу переносили несколько раз, и один из последних разов ТиДжей приехал на объект лично, чтобы посмотреть, как идёт внутренняя отделка комнат. Особенно он переживал за гараж, который проектировали специально под мотоциклы. Это был его способ извиниться перед Яном за тот неаккуратный жест, который перечеркнул его мечту. «Как же я был тогда глуп и молод...» — подумал ТиДжей, глядя на проезжавшего мотоциклиста. Стоявший рядом Джо по выражению лица понимал, что устремивший взгляд в никуда ТиДжей сейчас погружён в собственные мысли, но время неминуемо утекало — нужно было поторопиться. Он аккуратно коснулся его за запястье. — Да, идём. Мужчины зашли в холл здания и сразу направились к лифтам. Джозеф был поражён, как дорого выглядит это место: одетые с иголочки ресепшионистки, охрана в черных костюмах, живые цветы, позолоченные предметы интерьера и пол, выложенный мраморной плиткой. В центре зала висела огромная люстра из венецианского стекла, а под ней располагался небольшой декоративный фонтан, в прозрачной воде которого плавали живые рыбы. «Вау... я никогда прежде не был в таких местах...». ТиДжей помнил каждый закуток лобби отеля и потому чувствовал себя уверенно. Он шёл специально медленно, как будто и не хромал, и как будто никуда не торопился. Джо иногда крутил головой по сторонам, но продолжал подыгрывать ТиДжею. Но двое в спортивных толстовках выглядели очень инородно в этом антураже. – Эй, постойте! – один из охранников направился в их сторону. Джо обернулся и почувствовал, что его ладони вспотели, а сердце забилось чаще. «Не думал, что проблемы возникнут уже при входе в это место...» ТиДжей уверенно зашёл в лифт и, дёрнув за рукав застывшего от стресса Джозефа, затащил его за собой. Охранник остановился в дверях лифта, намеренно задерживая мужчин. – Простите, могли бы показать свой ключ от номера? Внутри Джо всё замерло. Он косился на стоящего рядом и ждал, что тот предпримет. ТиДжей улыбнулся и скинул капюшон зелёной толстовки.Охранник посмотрел на открытое лицо вошедшего в лифт и, охнув, отступил назад. Немного наклонившись вперёд, словно извиняясь, опустил голову вниз: – Простите, сэр, я вас не узнал, – сказал он, и двери лифта закрылись. «Что за чёрт...?» Джозефу так много хотелось спросить, но бешеный ритм сердца сбивал все мысли. Раз он не раздумывая пошёл, значит, доверяет ТиДжею. Тот уже нажал кнопку 17-го этажа и повернулся к зеркалу. В доме Яна не было зеркала в полный рост, поэтому, посмотрев на себя целиком, он оценил своей внешний вид: «Хах, а мне и правда идёт зелёный цвет». На этаже не было никого из персонала. ТиДжей двинулся в сторону ставшего ему уже родным номера. Джо следовал за ним, и всю дорогу с улицы никто из них не проронил ни слова. Остановившись напротив двери, О Тэ Джун замер. «За этой дверью может быть абсолютно всё что угодно...» Пошарив в кармане толстовки он вытащил пластиковую карту с выгравированным названием отеля. Ключ от номера лежал в одном из внутренних отделов пиджака, который был надет на ТиДжее, в день, когда Джо нашел его. Было большим везением, что никто из них не выбросил эту одежду, хотя она уже явно была не пригодна для носки. Магнитный ключ был поднесён к считывающему устройству под ручкой. Прозвучал едва слышимый писк. Дверь открылась. Оба мужчины осмотрелись вокруг и быстро проскочили внутрь номера класса «люкс». В комнате никого не оказалось, однако, судя по обстановке, здесь явно кто-то жил. Два чемодана на колёсиках, женская одежда на спинке стула, ноутбуки и множество бумаг лежали на круглом столе при входе. — Что нам теперь делать? — тихо уточнил Джозеф. — Нужно осмотреть всё... Больше никаких подсказок нет, поэтому зови меня, если что-то покажется тебе странным. Они разбрелись по разным частям апартаментов. Джо взял на себя ванну и зал, а ТиДжей занимался спальней, коридором и балконом. Открывая каждый шкафчик, они по очереди обнаруживали лишь то, что почти все они пусты. ТиДжей начинал злиться: «Это какая-то бессмыслица... здесь ничего нет! Чи Ун, что ты хотел этим всем сказать!?». Джо внимательно просматривал и ощупывал каждую полку в поисках спрятанных подсказок, однако ничего не удавалось найти. Везде лежали самые обычные вещи среднестатистического приезжего: парадная одежда, выглаженная для выхода, и более удобная — для экскурсий. Бумаги на столе оказались распечатанными популярными городскими маршрутами, которые выходили по первой же ссылке в поиске. «Хааа... Даже не совсем понимаю, что именно должен искать, но эта комната не выглядит подозрительно. Это обычные туристы, остановившиеся в отеле...» Полчаса спустя они встретились в центре комнаты. Этого времени было достаточно, чтобы проверить каждый закуток номера 1703. — Ничего? — спросил ТиДжей. Джо отрицательно помахал головой. — У меня тоже... — расстроенно выдал тот. — Тогда уходим. Джозеф замер напротив окна. У него впервые появилась свободная минутка в этом номере. «Вау... И ТиДжей видел это каждый день?» Рука сама собой потянулась к телефону: впервые за почти месяц он захотел сфотографировать что-то настолько сильно. В последнее время сердце его постепенно исцелялось от пережитых ран, и душа вновь обретала силы для творчества. Он понимал, что тайминг не самый удачный, но ему хотелось запечатлеть этот момент. Сейчас. — Почему остановился? — ТиДжей заметил, что прихрамывая идёт к выходу один. — Нам пора сваливать отсюда... — Здесь такой красивый вид... Эти звезды, небо и огни города...— Джо не мог оторвать взгляд. — Могу я сделать фото? — он обернулся к ТиДжею. «Какой же он чудак». — Только быстро, — вздохнул тот. Он подумал, что Джозеф и так много делает для него, и ничего страшного не случится, если и он отзовётся на небольшую просьбу. Джо открыл камеру на телефоне и сделал несколько снимков панорамного вида ночного Нью-Йорка с разным приближением. — Это выглядят просто потрясающе... ТиДжей прожил здесь почти год, но никогда по-настоящему не замечал, что открывается за окном. Он любил курить на балконе и смотреть в никуда, не задерживая взгляд на целом пейзаже. Но теперь, после слов Джо и мгновенной реакции того, он снова обратил внимание на вид — словно впервые видя его глазами другого человека. «Я никогда не ценил то, что имею... Даже этот вид ночного города сейчас кажется таким красивым, а я... » Он подошёл ближе к Джо и остановился. — Здесь и правда отличный вид... Джо повернулся взглянуть на лицо ТиДжея. Тот смотрел вдаль, и глаза его будто светились от увиденного. Тени, обрамлявшие лицо, подчёркивали красоту, возраст и мужественность. «Глупо. Скорее всего он откажется, но я... всё равно спрошу» — Могу ли я сфотографировать тебя?.. — он сказал это так тихо, словно это было признание. ТиДжей обернулся, и их глаза встретились. Щелчок. Взгляды друг на друга перестали быть мягкими, и зрачки глаз расширились. «Кто-то заходит в номер...» Дверь распахнулась. В коридоре отчётливо послышился хохот двоих человек. — Боже, ты ведь обещала, что мы вернемся сегодня раньше! — прозвучал женский смех. — Не я устроила эти пробки! Ха-ха! Стуки каблуков о пол, вещи, брошенные неаккуратно на стул, звуки металлических вставок с дамской сумочки о поверхность стола — всё это слышали двое, спрятавшихся в тесном шкафу. «Это всё моя безалаберность! Зачем я вообще повёл себя как ребенок и сделал эти фотографии... Если так сильно хотел посмотреть на город, мог бы просто подняться на смотровую площадку, идиот! Но что еще хуже... Зачем я залез в этот шкаф?!» «Все пошло не по плану... Однако, если бы Джо не отвлёкся на фото, мы бы наверняка встретились с ними прямо в дверях номера, и сейчас бы полиция уже скрутила нас лицами в пол...» ТиДжей не успел среагировать так быстро, как Джо. Тот крепко схватил его за руку и повёл к большому встроенному шкафу в зале. Это не решало проблему полностью, но, по крайней мере, позволяло скрыться от глаз постояльцев и избежать поимки. Однако была одна проблема, о которой ТиДжей ещё не знал. Свет в комнате включился, и сквозь крошечную щель между створками дверей внутрь шкафа просачивался свет, едва освещающий обоих. ТиДжей стоял, уперевшись в боковую часть деревянной стенки гардероба на полусогнутых ногах. Спиной к нему находился Джо, согнув голову в шее, поскольку не помещался в полный рост. Шкаф не был занят вещами, так как в номере были и другие места для хранения. Но места в нем все равно было крайне мало. В комнате продолжала кипеть жизнь: — Я просто обожаю этот город! Возвращаться сюда раз за разом одно удовольствие! — Дааа, хорошо, что мы снова здесь, да и экскурсия прошла отлично. Две девушки по очереди делились впечатлениями от проведённого дня в Нью-Йорке, параллельно снимая украшения и распуская волосы. «И как долго это продлится?... » — обезболивающее утрачивало свой эффект, и ТиДжей начинал чувствовать нарастающую боль в перебинтованных лодыжках. «ТиДжей дышит мне прямо в шею... Черт, здесь слишком тесно и темно... Хоть бы не сейчас... Хоть бы не сегодня... » — Джозеф всячески пытался отпрянуть телом от мужчины сзади, но в запертом пространстве не было достаточно места для этого манёвра. Его мысли были заняты совсем другим, а воспоминания накатывали с новой силой. Проблема Джо была странной и тихой: он боялся тьмы и замкнутых пространств одновременно. Но этот страх не мешал ему жить обычной жизнью — ездить в лифте, гулять ночью, водить машину. Но оказаться в крошечном темном помещении для него означало одно — страх, который душил сильнее смерти. Всё это началось после инцидента, когда он, будучи ребёнком, пошёл на вылазку с отцом в компании его друзей. Была осень, и сезон охоты только начался. Отец шёл по следам дикого оленя, но маленький Джозеф постоянно отставал, хотя изо всех сил старался догнать папу. Память стёрла некоторые детали того дня, но то, что он запомнил на всю жизнь, — это холодная влажная земля с торчащими из неё деревянными кольями, которые едва не изранили упавшего вниз ребёнка. Джо оказался на дне ямы: два метра вглубь, без возможности выбраться. То была ловушка для медведя, в которую зверь должен был свалиться и умереть за минуту, но попало в неё совсем другое создание. Солнце постепенно садилось, день сменялся ночью. Джозеф кричал и без конца звал отца на помощь. Темнота постепенно заполнила собой всё пространство, и ребёнку показалось, что он просто перестал существовать. Ведь что бы он ни делал, кого бы ни звал на помощь, как бы ни карабкался из этой ямы — ничего не менялось. «Мне рассказывали про это родители... Получается... я умер...». Живот сводило от голода, маленькие пальцы с землёй под ногтями продрогли от холода. Джозеф плакал без перерыва и звал родителей снова и снова. Как вдруг послышался хруст мелких веток под ногами. Маленький Джо поднял голову наверх, в надежде увидеть маму или папу, но на краю ямы стояло существо, даже близко не похожее на человека. Черный мех, острые уши, жёлтые глаза, белые клыки. Существо рычало низким тоном и будто вот-вот готовилось к прыжку в яму. Джо заплакал сильнее обычного. Он еще никогда не встречался с чем-то подобным. — Мамааа... — молил малыш о спасении, а животное, заслышав посторонние звуки из леса, сбежало, скрывшись за деревьями. Спустя время маленький Джозеф перестал плакать. Наступила кромешная ночь. От усталости, от перегрузки, к которой неподготовленная детская нервная система не могла приспособиться, Джо чувствовал себя очень уставшим. Ребёнок лёг на холодную мокрую землю и, моргая всё реже, продолжал смотреть вверх. Хотя в темноте леса было абсолютно не видно, где заканчивается яма и начинается свобода. Все было однородным. Облака, закрывающие небо, уплывали вдаль, и постепенно сквозь абсолютно беспросветную темноту стали появляться лучики света. — Звёзды... — Джо смотрел на них с придыханием. — Если они светятся на небе, значит, я не один... Он закрыл глаза и уже был готов отдаться этой темноте полностью, как вдруг сквозь сон послышались голоса людей. Дремоту нарушил свет фонарика направленный в лицо и чьи-то грубые руки, поднимающие маленькое тело с земли. Вся деревня, где жила тогда семья Лэнди, отправилась на поиски пропавшего, прочёсывая лес в течение пяти часов. Малыш был обезвожен и холоден: ещё бы пару часов — и спасательную операцию можно было бы назвать полностью провальной. Ребёнок услышал крики матери и то, как она рыдала во весь голос. Она перехватила его в свои нежные мягкие руки и, прижав к себе, заплакала ещё сильнее. Сзади малыша обнял отец, лицо которого тоже было мокрым от слёз. — Джозеф, мальчик мой, прости... Прости, что всё это случилось с тобой... — малыш закрыл глаза, не ответив ничего от бессилия. — Ой, а ты слышала, что она сказал? Это просто бред! — одна девушка перебивала другую. — Я тоже не верю, что она это сделает. Кем она себя возомнила? Ха-ха! — обе девушки громко засмеялись. Одна из них взяла пульт в руки и включила телевизор, висящий на стене. По комнате разносились звуки музыки. ТиДжей точно знал, что когда включён телевизор, не слышно даже того, что происходит в соседней комнате, поэтому решил обсудить дальнейший план действий с Джо. Наклонившись чуть вперёд и почти коснувшись губами его уха, он сказал: — Предлагаю дождаться, когда они лягут спать, и аккуратно выйти в коридор отеля. Джозеф немного дёрнулся от неожиданности и от тёплого, едва влажного воздуха на своей шее. Он молча кивнул. Сердце забилось чаще. Но вовсе не от дыхания. «Только не сейчас». Каждый вдох ощущался тяжелее предыдущего. Резкий всплеск кортизола в крови вырывал наружу самые мрачные фантазии. Стенки шкафа словно двигались, сжимая Джо в тиски. Сердце бешено билось, что кажется, будто его стук слышен снаружи, а тело всё меньше поддавалось контролю. Он будто снова почувствовал себя ребенком, брошенным в яму. — Мне это мешает, могу куда-то убрать? — девушка сняла со стула неаккуратно висевший пиджак. — Да, повесь в шкаф! — ответила другая. Двое затаившихся внутри услышали шаги в свою сторону. «Все пропало!» Эмоции Джо сплелись в тугой, неразрываемый узел. Паника от темноты и тесноты душила, но рядом было дыхание ТиДжея — тёплое и реальное. Присутствие этого мужчины было единственным, что удерживало его от полного безумия. Джо метался внутри себя, разрываясь между желанием бежать и прятаться — и таким же сильным, животным влечением прижаться ближе, потому что в темноте страшнее оставаться одному. Он повернул голову назад и посмотрел на едва освещённое лицо ТиДжея. Их напряжённые взгляды встретились, ещё секунда — и произойдёт неизбежное. Девушка открыла шкаф и издала звук, похожий на разочарование: — Мда, здесь нет вешалок! — развернулась она, чтобы пожаловаться подруге. Это был соседний отсек большого встроенного гардероба, в котором прятались двое. — Ты чего? Вот же лежат на полке выше! — ответила другая, показывая рукой наверх. От стресса, от всего того, о чём думал и что абсолютно не мог контролировать в эту секунду, сознание Джозефа начало плыть. Сердце бешено колотилось, а разум постепенно проваливался в ничто, оставляя за собой лишь ощущение холодного ужаса. Джо больше не контролировал свое тело, оно само подалось назад: его спина упала на грудь ТиДжея, а голова оказалась на его плече. «Да что с ним? Этот парень...» ТиДжей смягчил удар своим телом. Едва ли этот звук слышал, ведь в комнате все были заняты чем-то своим. Смех и обрывки разговора стихли, растворившись в музыке, что продолжала играть из динамиков. Девушки, сбросив одежду, скрылись за дверью ванной, и в комнате воцарилась пустота. «Они что, и в душ вместе пошли?..» – ТиДжей наклонился ближе к щели, тщетно пытаясь уловить хоть какое-то движение за дверью. «Твою мать, о чём я думаю?! Надо сматываться, пока ещё есть шанс» – он рывком распахнул дверцу шкафа и, выставив ногу на мягкий ковёр, бросил через плечо: — Давай, нам пора убираться! Он не стал оглядываться — до тех пор, пока не понял, что за спиной не слышно даже шороха. После того как девушки скрылись в ванной и погасили свет в зале, комната погрузилась в полумрак. Для Джо же и вовсе не существовало разницы: тьма вокруг была продолжением пустоты шкафа. ТиДжей резко обернулся и замер: Джозеф медленно сползал вдоль стенки, едва моргая и неровно дыша. «Что за черт?..» — Эй, пацан, очнись! Нам надо уходить! — он схватил того за плечи, но Джо лишь бормотал себе что-то под нос, будто находился где-то очень далеко. — Чёрт возьми… — ТиДжей выругался, просунул руки под его тело и, сжав зубы, уже был готов поднять его, после чего закинуть на плечо. Ради побега он был готов напрячься, даже жертвуя собственным здоровьем. «Это я все заварил, черт!» – но не успел он применить усилие, как лежавший на столе телефон громко зазвонил, перебивая звуки музыки. ТиДжей не раздумывая прижал к себе Джо, которого уже почти вытянул из шкафа, и вернулся на прежнюю позицию, закрывая за собой дверцу. В эту же секунду дверь ванной распахнулась, и оттуда вышла обнажённая девушка, с тела которой стекала вода. Она на цыпочках побежала к столу и, стряхнув с кисти своей тонкой руки капли воды, нажала на зелёную кнопку вызова. – Ой, не успела... – с обидной в голосе сказала она, взяв телефон в обе руки – Это он? – под звуки льющейся воды спросила вторая девушка, которая оставалась в ванной. Телефон в руках издал пиликанье, похожее на уведомление о сообщении, и обнаженная девушка улыбнулась. – Да, будет через 10 минут! – крикнула она в ответ, после чего заколола волосы и принялась разгребать наведенный ими обеими бардак в комнате. «10 минут... Возможно они скоро снова уйдут. Нужно лишь немного потерпеть». Облокотившийся на ТиДжея Джо значительно добавлял тому нагрузку, от чего боль в ногах ощущалась острее, но в тоже время он внутренне переживал за парня, поэтому не отталкивал. А скорее наоборот. Джозеф же опрокинул голову назад, положив затылок на плечо стоящего за ним, и смотрел на подбородок ТиДжея. Теснота шкафа пугала его больше, чем страх быть обнаруженным. Сознание становилось все более мутным, вслед за телом, он пытался сосредоточиться на деталях, рассматривая в упор шрам на лице и небольшую щетину. Стук в дверь. Обе девушки засуетились еще сильнее и накинув на себя белые банные халаты с эмблемой отеля поспешили к выходу. ТиДжей замер, Джо вовсе перестал концентрировался на внешних звуках и ничего не слышал, продолжая разглядывать острые черты лица ТиДжея. На пороге стоял мужчина с двумя пышными букетами розовых пионов и несколькими брендовыми пакетами. — Начнём с еды? Или с меня? Все трое засмеялись и стали приветственно обнимать пришедшего. В шкафу же ТиДжей, морально настроившийся, что девушки вскоре уйдут спать, пришёл к осознанию: вечеринка только начинается. На его груди лежал тяжело дышавший Джо. Он словно боролся сам с собой. С одной стороны — взрослый мужчина, ясно понимающий, что это всего лишь шкаф, и ничего опасного не таится в его тёмных закутках. Но другой, маленький Джозеф, брошенный однажды в холодной яме ночью, не отпускал его. Он взывал о помощи, и от этого Джо крепко зажмурил глаза, стараясь вытеснить из сознания образы прошлого. Дамы поцеловали гостя в обе щёки, после чего одна перехватила букеты и взяла вазу, стоявшую на тумбочке. — Кажется, нам нужна ещё одна... — с легкой грустью в голосе сообщила она. — Сейчас позвоню на ресепшен и спрошу, могут ли они помочь, — уверенно сказал мужчина. Девушки принялись фотографировать цветы на белой простыне кровати, а только что пришедший гость вплотную подошёл к шкафу, около которого располагался стационарный телефон для внутренней связи в отеле. ТиДжей по неровному дыханию Джо понимал, что тот находился на грани: частые прерывистые вздохи становились всё громче, и из-за чего они могли быть обнаружены. Он резко, но аккуратно, обнял его за живот левой рукой, правой же накрыл ладонью рот. Плотно зажав его. Джозефу хотелось кричать от окутавшего его страха. Он чувствовал, как каждая клетка его тела теперь принадлежит этой всепоглощающей темноте, и только чудо может спасти его. Оставаться здесь или выйти наружу – все сулит смерть. Но руки, схватившие его сзади, будто пытались спасти. «Какой он горячий... Вот бы просто сгореть в его объятьях прямо здесь...» Мужчина же в это время закончил разговор с администратором отеля, но, не убирая трубку, позвонил в обслуживание номеров: — Добрый вечер! Пожалуйста, будьте так любезны, принесите нам... — по перечню всего того, что он заказывал, ТиДжею стало ясно, он заказывал еду из ресторана на первом этаже. — Ну где ты? — с легкой претензией в голосе кинула одна из девушек. — Ты пришёл по телефону болтать? — добавила вторая. — Уже бегу! — ответил он, положив трубку на место. По прошествии двадцати минут компании принесли закуски и напитки. Маленький стол перед диваном напротив телевизора ломился от еды. По обе стороны, в стеклянных вазах, находились шикарные букеты свежих цветов. Трое раскинулись на диване и болтали обо всём на свете. ТиДжей, прижимающий к себе Джо, немного отпускал хват, замечая, что тело Джозефа перестало быть таким напряжённым. О Тэ Джун больше не мог стоять и начал по миллиметру спускаться вниз, чтобы сесть на ягодицы и тем самым убрать давление с пульсирующих от боли ног. Джозеф же больше не пытался отпрянуть от ТиДжея или действовать как-либо сам. Находясь где-то в беспамятстве, он окончательно перестал мыслить рационально и всё сильнее прижимался к ТиДжею. Однако и этого было мало. Трое на диване в это время отлично проводили вечер. Они постепенно пробовали ресторанную еду и опустошали одну бутылку вина за другой. Музыка на фоне сменилась с попсовых хитов на более мелодичную и спокойную, атмосфера в комнате изменилась вслед за ней. Звонкий смех девушек стихал, разговор ушёл в русло, где каждый из присутствующих становился всё более откровенным. Спустя несколько аккуратных движений вниз ТиДжей сел на дно шкафа, утянув за собой Джо, которого продолжал держать. Только когда он смог расслабиться и выдохнуть. Убирая руку с лица, он задел влажные мягкие губы лежавшего на нём. Этого хватило, чтобы вызвать по всему телу импульс. «Хааа... чёрт». ТиДжей чувствовал движение внизу живота. «Как же это всё не вовремя...» Джозеф моргая все медленнее словно прибывал в дереализации. Он смотрел в тьму перед ним, а она словно глядела на него в ответ. Геометрия шкафа напоминала гроб, куда кто-то поместил еще живого Джо. Девушки, сидевшие по бокам от джентльмена в костюме, поочерёдно играючи закинули на него свои аккуратные тонкие ножки. Мужчина же, подыгрывая ситуации, отвешивал каждой из них комплементы и гладил голени ног, откинувшись назад. Руки троих постепенно сплетались между собой. Джозеф чувствовал, как в его поясницу упирается нечто твёрдое, но не придавал этому значения. Спёртый воздух маленького пространства, который он глотал, будто это был его единственный способ выжить, а горячие руки, державшие его в объятиях, тем самым спасали его. Приглушённые разговоры между тремя людьми всё больше переходили во флирт и дерзкий подтекст. Мужчина поднимал руки всё выше, убирая с бёдер подол халата у каждой из сидящих рядом. Девушка справа прильнула к воротнику рубашки и, аккуратно просунув пальцы под основание галстука, начала стягивать его вниз. Другая девушка облизывала губы мужчины, проникая языком внутрь, после чего они слились в поцелуе. Джо больше не мог наблюдать это абсолютно темное пространство перед собой. «Я... я должен отвернуться... мне нужно поменять положение...я... спасу себя... тогда я ничего не мог, но сейчас...» ТиДжей чувствовал полностью эрегированный член в штанах. Каждое движение, каждый глубокий вдох Джозефа словно дополнительно стимулировали его. «Здесь просто тесно, и ничего больше. У меня просто давно не было...» Теперь другая девушка поднесла лицо к мужчине и поцеловала его, вторая же в это время немного развязала пояс своего халата и положила руку мужчины к себе на грудь. Играя его пальцами, она стянула кружевную чашечку бюстгалтера вниз. Между ними тремя вот-вот должно было что-то случиться. Чего все страстно хотели прямо сейчас. Джозеф со спины постепенно переворачивался на бок и, развернувшись полностью лицом к ТиДжею, умоляюще произнёс: — Я... я знаю... что ты ненавидишь меня... но... — он говорил тихо и прерывисто, стараясь дышать ровно, и зная, что скорее всего получит отказ — обними меня, прошу... мне это очень необходимо... Джо держался до последнего, но больше ему не удавалось терпеть. Возбуждение ТиДжея за секунду пропало. «Чёрт...» — не успел додумать он, как его руки, будто действуя сами по себе, обняли тело Джозефа, прижав к себе еще сильнее. Теперь их лица были повернуты друг к другу. Джо опустил голову на плечо ТиДжея и, обвив его руками в ответ, закрыл глаза. Ремень, галстук и один белый пояс от махрового халата лежали на полу. Обе девушки опустили головы в район таза сидевшего и, расстегнув ширинку до конца, удовлетворяли его по очереди ртом. Иногда сменяя друг друга и целуясь между собой во время процесса, иногда соединяя губы, чтобы сделать мужчине приятней. Тот постанывал от удовольствия и одновременно с этим гладил одну девушку по небольшой груди, на которой красовался аккуратный розовый сосок; другую же начал разрабатывать, запустив смоченные в слюне пальцы в нежную влажную плоть. ТиДжей слышал всё, что происходило снаружи. Но его главным приоритетом оставался Джозеф, которого он заключил в объятия. Тот продолжал тяжело вдыхать и прижиматься к нему. Тэ Джун чувствовал как бъется его сердце и в ответ положил свою голову ему на шею. «Хаа... Он пахнет как Ён У...» — Как... как мне хорошо сейчас... — Джозеф снова оказался где-то за гранью беспамятства и не отдавал отчёт своим словам. Темнота больше не преследовала его, но разобрать, где реальность, а где вымысел, всё ещё не представлялось возможным. Он чувствовал что находится в безопасности, он больше не в яме. А в объятьях человека, которого любит. ТиДжей же снова начал чувствовать взволнованно от одной лишь этой фразы Джозефа. Он прижал Джо к себе, но до его ушей дошёл женский стон из комнаты. Мужчина распластавшись лежал на диване с опущенными до колен брюками. С одной стороны девушка, скинув халат, сидела на его лице, зажав между пальцами короткие волосы, будто контролируя процесс. С другой стороны тела, девушка в аккуратном розовом нижнем белье совершала поступательные движения бёдрами, постанывая после каждой итерации. Он пытался уследить за всем одновременно — легкими прикосновениями и собственными движениями разными частями тела. Девушки иногда тянулись друг к другу, через лежащего под ними мужчину, и их губы встречались в коротком, но страстном поцелуе. Воздух вокруг них будто заряжался искрами. ТиДжей не мог не возбудиться от происходящего вокруг. Мускулистое тело Джозефа по комплекции напоминало формы Яна, только чуть больше в размерах. Из-за того, что Джо жил в квартире Яна – запахи его тела были почти идентичны тем, что он вдыхал годами. А сам номер 1703 был главным напоминанием о том, что между ним и Яном происходило неоднократно. Все ссоры и дальнейшие примирения. Как грубо он брал его на этом же самом диване, и как после этого они засыпали вместе в кровати. «Ён У...». Воспоминания о том времени снова пробудили его животную часть. И здесь, в этом тесном запертом помещении, под звуки любви других людей он больше не мог бороться со своими демонами. Брюки в районе промежности давили, мысли путались, а тело, изголодавшееся по физическим удовольствиям, молило прекратить этот целибат немедленно. «Чёрт, это неправильно, но... » ТиДжей рукой приподнял голову Джо со своего плеча и потянулся к его губам. — Мне... лучше... мне сильно лучше... — шепотом бубнил себе Джозеф в беспамятстве. «Тем более и он будто не против... Может если мы уже оказались в этих дерьмовых обстоятельствах, то можно вынести из них хоть что-то приятное?» ТиДжей придвигался аккуратно, не издавая ни звука. Всё-таки, несмотря на ситуацию, они всё ещё были в тяжёлом положении. Что тоже немного подстёгивало его. Это ощущение опасности, скрытности и страх быть пойманным. Расстояние между губами стремительно сокращалось. Джо расплывался в объятиях ТиДжея. — Держи... держи меня... крепче... умоляю...— шептал он. ТиДжей на секунду остановился, задержав дыхание, чтобы посмотреть на его лицо целиком. «Он ведь тоже этого хочет, ведь так?...». Снаружи, поверх музыки, поочерёдно раздавались женские стоны. Вся троица преодолела пик возбуждения и уже стремилась к финалу. Движения были быстрыми, дыхание прерывистым, удовольствие осязаемым. ТиДжей чувствовал, что и сам вот-вот готов излиться от переполнявших его противоречивых чувств. Джо едва двигал губами, словно пытался что-то сказать, но настолько тихо, что слышно не было вовсе. Его глаза были закрыты. Рукой держа лицо Джозефа в районе челюсти, ТиДжей едва коснулся его влажных губ. Одна девушка закричала от удовольствия, сжимая бёдрами лицо мужчины с обеих сторон. Её пальцы вцепились в коротко стриженные волосы, а тело начало изгибаться словно в конвульсиях. Через секунду вторая девушка, стимулируя себя спереди, застонала от наслаждения, упав телом вперёд на подругу. Последним сжатые звуки издал мужчина, полностью завершив процесс. — Держи меня... — ТиДжей словно выполняя приказ сжал одной рукой талию Джо, их губы вот вот сольются в поцелуе, но ТиДжей действовал осторожно, прислушиваясь ко второй стороне процесса, — Держи меня крепче, Ян... За секунду всё поменялось. Вязкое возбуждение, витавшее в сжатом воздухе, сменилось резким осознанием. ТиДжей отпрянул лицом от лежавшего у него на руках и смотрел в темноту шкафа перед собой. «Что я творю?! Я на секунду вспомнил о Ён У и чуть не... ». Джо обратно уронил голову на плечо ТиДжея и ещё несколько раз произнёс имя человека, который был в мыслях обоих в этот момент: — Ян... Ян... – бормотал он в беспамятстве, представляя перед собой образ любимого человека с фиолетовыми глазами. Вся троица ласкалась, лёжа на диване. Каждый из участников процесса получил то, что хотел. И хоть это было чем-то запретным для каждого по отдельности, когда они собирались вместе, стыд уходил, и оставалась только правда. А правда заключалась в том, что им троим это нравилось. Рядом друг с другом они могли не бояться и быть собой. Мужчина глади каждую из девушек по волосам, пока одна из них не приподнялась и спросила: – Может, повторим?