За кадром

Днём обджекты спали. Да, все троя обджекта, что нас интересуют сейчас, спали в разных палатках, ожидая вечера. Ну как спали... Курасан и Лампчка легко уснули, а вот Кнайф.. Ножик медленно шёл по мрачному и узкому коридору. Стены были белыми, без картин или чего-то ещё. По ощущениям, он идёт уже час или два. Всё дальше и дальше... Иногда попадались железные двери, которые ножик не смог открыть. Заперты почти все, кроме одной... И вот, конец коридора. Опять железная дверь, но... С каким-то до боли знакомым рисунком, нарисованный красной краской, явно баллончиком. Она на удивление, открылась. Теперь его встречала бесконечная лестница вниз. Ну что ж... Ещё один час он бу... Стоп. Перила были идеально гладкими и из дерева, покрытым хорошим таким слоем лака! Сила трения, конечно, на вряд ли пощадит его рукоятку, но это лучше, чем бесконечно долгий спуск по лестнице. Да, он сел и поехал по перилам, молясь. Он быстро погружался в тьму, что словно была плотнее, гуще, страшнее... И вот свет! В дали, возможно, в самом конце, что-то вспыхнуло огнём. Всё ближе и ближе, он всё ближе и ближе и.. Это была свечка. Маленькая, наверное, догорела уже до половины.. Ножик взял её с собой. Сейчас сон видел, осталось несколько ступенек и... Что-то коснулось его за лезвие. За острую сторону, за наиострейшую часть и провёл рукой по ней. Конечно, Из-за этого тёмная фигура порезалась, но от чего-то не остановилась. Из раны пошла кровь, что так красиво текла на ножика. Это было завораживающая картина. Рука показалась слишком родной, а кровь, пару капелек которой затекли случайно в рот, на вкус не как металл, а как сахар, да и запах ванили говорил о многом.. – Не волнуйся... В нашей смерти нет твоей вины... Ну, только если в моей... Хи-хи! Но ты скорее, был как инструмент, о резчик. Хей, ну ты чего? – Кнайф задрожал. До боли родной голос резал и ласкал слух одновременно. Слеза скатилась по щеке. Дорожки крови и слёз были близки, из-за чего через пару секунд уже сладкая, как сироп кровь, смешалась с солёными, как вода в океане слезами. Кошмар это или сладкий сон, не ясно. Было больно и приятно, словно нож мазохист. Ну... Учитывая то, что после всего произошедшего меж ним и Куриком, Кнайф и в правду мазохист.

***

Ножик шёл в быстром темпе в сторону места встречи. Там уже стояла Лампочка. Курик, видимо опоздает. Ладно. Можно пока поговорить с гостьей их встречи с Куриком, с желанной гостьей. Кнайф подошёл к подруге. Они приобняли друг друга, это норма для них. – Привет! Теперь осталось дождаться лишь его. Надеюсь, Курик скоро придёт.. – Лампчка была отвлечена от каких-то явно важных мыслей. В глазах беспокойство, поза закрытая, а речь немного дрожит. Хотя, это скорее всего мерещится ножику, ну или же.. – Ты давно тут? – Дааа... Я поспала пару часов и проснулась... Больше не смогла, из-за чего стою тут уже... Давно. Несколько минут ещё приходил Ёшка и сообщал одну новость, но это так, ерунда... – Хей, теперь мне интересно! – Оххх.. Помнишь за "пенсию" и наш спор? Помнишь за твои диалоги с Ёшкой, что тебе нужно сходить к врачу, чтобы тебе выписали снотворные?.. Так воот... Ёшка говорил о.. – не успела стеклянная собраться с мыслями и сказать, как на неё со спины налетел Курик. – Лампчкааа! – ножик неловко покашлял. – О, я опять последний? Привет всем! Что я пропустил? – Да так, ничего важного! – ответила светобульба булке, замяв тему о диалоге с Ёшкой. Это не порадовало Кнайфа, но и не огорчило, ведь Карасан тут! Можно идти гулять. Лампчка шла по середине. Справа Кнайф, слева Курасан. Темнеет. Солнце медленно опускается за горизонт, окрашивая небо в яркие оттенки оранжевого и розового. В воздухе чувствуется прохлада, а на деревьях начинают загораться первые огоньки светлячков. Легкий ветерок колышет траву и листья, создавая приятный шелест. Вдалеке виднеются силуэты гор, которые кажутся еще более величественными на фоне заходящего солнца. На горизонте появляются звезды, которые начинают мерцать. Наступила ночь. Вокруг царила тишина. Небо было усыпано звездами. Они светили так ярко, что казалось, будто они были ближе, чем в реальности. Деревья стояли неподвижно, словно ждали чего-то. Их листья, окрашенные в различные оттенки зеленого цвета, казались волшебными. Трава была мягкой и нежной, как будто она ждала, чтобы ее погладили. В воздухе пахло свежестью и чистотой. Тишину прервал первый Курасан. – Блин, а у нас какая-то банда получается! Не хватает только ещё парочку обджектов.. Кста, я думаю, нам нужно особенное приветствие! – Да! Хорошая идея! – Лампчка с огромным энтузиазмом поддержала Курика. Кажется, она вспомнила одно из просмотренных в этим месяце аниме, где тоже были особенное, своё преведствие у главного героя и синеволосой девушки, вторых ролей. Кажется, она считает это милым. – Можно и прощание, и свои жесты придумать! – У нас раньше были с Кнайфом что-то на подобие таких сигналов, но этот э было так давно! В школе, где-то в пятом классе, да? – ножик кивнул, потверждая слова булки. Лампчка с удивлением смотрела на них. – Вы были в одном классе? Ого! Я думала, что разделяют всех обджектов... – Их и разделяют, – Кнайф решил сказать пару слов, – но мы попали в один класс из-за болезни. Тогда же была вспышка какой-то заразы.. – М-да... Мне тогда пол бока вырезали и курс назначили жёсткий... Лампчка была в шоке. Её друзья переболели той дрянью? Вау... Так ещё и оказывается, что заражённых не сжигали, как говорили остальные стеклянные, что имели имунитет к этой болезни.

***

Краткий вернулся на поляну. Уставший, весь помятый, он вернулся. Ёшка расспрашивал его обо всём, как и Брялок, Бутылыч и Чашечка, которым повезло увидеть малинового. – Ребят, я устал... – малиновый взмахнул палочкой, чтобы показать письмо. Оно появилось у него в руке. Бумажку он протянул Ёшке. – Ладно, Краткий, иди поспи! – Ёшка с энтузиазмом развернул письмо. Краткий вяло улыбнулся, даже немного печально и телепортировался. – И так... Сейчас, мы узнаем, одобрил ли Аз продолжения шоу!

***

Лампчка шла в центре, по бокам окружили Курик и Кнайфи. Булка и стеклянная что-то упорно обсуждали, возможно, новое приветствие, а возможно, болезнь, что забрала миллионы жизней. Кнайф пытался включится разговор, раз за разом задавал вопросы, что-то говорил и т. д., но выходило неловко и он перестал это делать. Они шли уже час к набережной. Ножик был позади. Он чувствовал себя лишним сейчас. В мыслях было миллион планов, как обезопасить себя от предательства и как заставить их не уходить от себя. Чёрт возьми... Они оставят его одного, просто вдвоём уйдут от него... Они дошли до пристани. Там сидели Пикчер и Клеви. – Ой, ребят! –Лампчка первая сказала хоть слово. – Приветик! Вы тоже гуляете? – Да, приятно посидеть вместе с другом! – Пикчер приобнял Клеви, после своего ответа. Клеви хихикнул. – О, Кнайфик, привет! – клубочек поздоровался с ножом лично. Всё же, Кнайф его друг, в отличие от Лампчки и Курика, которых он мог лишь с натяжкой назвать товарищами. – Ты чего такой вялый и хмурый? – Привет, Клеви! Привет, Пикчер! – ножик вышел из мыслей. – Да так, не выспался, как обычно, спать нормально не могу... – Кнайф отвёл взгляд на стеклянную и Курасана. Клеви знал за некие проблемы ножа со сном, но и знал, что сейчас это не единственная проблема, что мучила Кнайфа. – Да?.. Можешь тогда, ко мне в палатку зайти завтра вечером? Попьём чаю, обсудим твои проблемы со сном, просто поболтаем! И Пикчер тоже придёт, да? – Пикчер кивнул клубочку. – Эээ... Ну ладно? – Кнайф был немного озадачен, такое ощущение, что они играют в гениев психологов, что пытаются прочесть друг друга. – Эм... Ребят, раз мы встретились, может погуляем все вместе? – наконец-то Курик вспомнил, что он не декорация и решил хоть слово вставить. – Нет, спасибо. Мы с Пикчером хотели погулять вдвоём. Да, друг? – друг Клеви вздохнул. – Да, простите ребят, да и мы хотели в оранжерею сходить.. Так что, мы пойдем. – Ничего! Обязательно как-нибудь вместе погуляем! – Лампчка улыбнулась во все тридцать два. – Ага... Как-нибудь вместе... – Клеви вздохнул, кинул загадочный взгляд и ушёл с Пикчером. – Ээээ... Это было ужасно странно, – булка присел на причал, что так гордо зовут "полу мост" и "дорога на дно" тут.

***

По пути Клеви и Пикчер встретили Пшику с Пыликом, что тоже шли на причал этой ночью. На секунду в голове клубочка высветилась мысль,которую он озвучил шепотом вслух. –Да что всех сегодня тянет к воде?... Пикчер ухмыльнулся. – О! Ребзь, привет! Чё, с причала топаете? – заметив парочку сто процентных друзей, а не гей пару, Пшика автоматом поздоровалась. – Да! Советую не идти туда сейчас, там любовные разборки скорее всего будут или зарождение новой пары. И... Привет, – Клеви решил сразу выложить все карты на стол. Пшика не сплетница, как и Пылик, так что можно. Тем более, понимающая Пшика должна понять, что идти туда сейчас нельзя. – Оу.. Черт, Пылик, тогда куда пойдём? – Хотите с нами в заброшенную оранжерею? – Клеви сделал шаг вперед и со звёздами в глазах предложил им вариант, куда им пойти и с кем. – Хей, Клеви, разве ты не хотел побыть наедине?.. – Пикчер пригнулся к Клеви, чтобы его услышал лишь он. – Пикчер, дорогой мой друг, я рад компании, просто им нельзя с нами. Доверься мне, – взгляд клубочка пал на Пылика. Кажется, ему не очень нравится идея, что с ними будет ещё два обджекта, но он рад, что они никому не помешают и пойдут в заброшенную оранжерею, про которую так часто говорили другие обджекты. Он не знал, где она, как и Пшика, но очень хотел сводить её хоть раз туда. – Мы свалим от них после пяти минут в оранжереи. Хах, да я лучший сваха! Или как там говорят?.. – ООО! Давайте! Я за! А ты, Пылик? – Я тоже. На лицах у обджектах появились улыбки. У Клеви хитрая ухмылка, у Пикчера немного озадаченное выражение лица, даже забавное и глуповатое, что смешило клубочка, от Пшики за километр чувствовалось, как она жаждет уже прийти и узнать, чё за оранжерея всё-таки такая, а Пылик... Ну, тут было слишком много эмоций, что прятались под солнцезащитными очками.

***

Три обджекта сидели на пристани, смотря на небо, полное звёзд. Вода была зеркалом неба, что отражало красоту огней далёких небесных тел. Лампчка нежно поглаживала Курика по голове и обнимала другой рукой Кнайфа. Курик в этот момент был похож на кота. Ему явно нравилось это... А Кнайф что-то пытался вспомнить. У него был какой-то эффект дежавю... Словно, это уже было... Только что-то не так. Но что?... Лампчка и Курик иногда обменивались словами, во время этой посиделки. – Курик, помнишь, как мы с тобой пытались приготовить немного пудинга, но вышло пять кило сладкого мессива? – Пхах! Такое грех забыть! Кнайфа удивляло раз за разом то, что они в принципе так сдружились. Да... Они такие разные, но всё же сдружились... Курик, что резок в словах, груб, настойчив и Лампчка, что так любит жизнь, что так любит общаться и дружить со всеми, у которой нет врагов... Но, он же с ними дружит, хотя он абсолютно другой. Значит, ничего странного и необычного? Да... По сути, у них даже больше шансов было стать лучшими друзьями друг с другом, чем с... Ним. Опять эти мысли, что он не заслуживает этой дружбы, что он должен цепляться за неё как за самое дорогое! Но по сути, это и в правду самое дорогое, что у него есть... Что может быть дороже их? Курик спас когда-то его жизнь и разум, да и Лампчка не сильно отставала.. Но когда-то, не они были центром его жизни... Это не важно, надо жить сейчас, а сейчас он может потерять двух самых дорогих обджекта... Снова... Вот она, дружба втроём! А дружба ли это? Что вообще происходит меж ними? Вдруг Курик и Лампчка уже влюбились в друг друга?! А вдруг они считают Кнайфа слишком странным или плохим другом?.. Надо сохранить дружбу любой ценой и цепляться, как за то, без чего он не сможет дышать... Надо.. Ах. Из мыслей его вырвал звон будильника. – Ой, ребят, простите, мне пора.. Завтра рано вставать, точнее, уже сегодня, – Лампчка встала, хихикнув от своего же уточнения по поводу времени, – надо будет подойти к Ёшке с утра... – Блин, так быстро? Чёрт, ладно, давай мы тебя проводим? – предложил Курасан грустным голосом. После этой фразы он сразу же вскочил и потянул с собой Кнайфа. – Вау... Это будет очень мило с вашей стороны! Ножик неохотно встал. Щас они пойдут провожать Лампчку, а потом и Курик домой свалит... Ну уж нет. Курика сегодня он не отпустит домой.

***

Четыре силуэта вышло из Бвтобуса. Два похожи на буквы, а два на какие-то странно знакомые предметы, но из-за мглы ночи их никто не увидит. У каждого по чемодану. Краткий появился за секунды после исчезновения бвтобуса. Он взял у одного из гостей, теперь уже коллег, чемодан. – Я рад вас всех видеть. Спасибо, что решились на это. – Краткий, не стоит даже задумываться! Мне кажется, нам всем приятно помочь с шоу тебе! – силуэт, у которого взял малиновый вещи, приобнял лучшую букву алфавита и ухмыльнулся. – Пхах... Ладно, я провожу вас до ваших палаток... К сожалению, их всего две, так что два из вас пока будут жить со мной и Ёшкой. Пойдёмте... – уставший и замученный Краткий повёл гостей за собой, зевая, что немного, опечалило половину гостей. Точнее, два гостя задалось вопросом, как часто Краткий спит вообще?

***

И вот, треугольник дружбы идёт провожать Лампчку. Звёзды сияют, освещая путь, а легкая прохлада не даёт уснуть потерянным душам, что ищут тепло в других. Ах, вот и палатка стеклянной, всего-то спустя двадцать минут! И вот, она поворачивается к парням, что так любезно проводили её. – Спасибо! Было весело, надо как-нибудь будет повторить! – Да! – с восхищением и радостью сказал Курасан. – Можем прям завтра же, после того, как Кнайф придёт от Клеви к нам! – Ээ... Да... Обязательно... – Кнайфи был немного опечален. – Хи-хи! Ну давайте, удачи! – она улыбнулась и помахала на прощание, а после залезла в палатку. Как давно они все перестали спать вместе и как давно палатки стали настолько большими? – Она милая, да? – Курасан повернулся к Кнайфу. – Ладно, мне наверное, тоже пора идт.. – Стой! – Кнайф схватил Курасана за руку. – Прошу, не уходи... Мы вообще планировали погулять вдвоём, так давай хотя бы чуть-чуть останемся наедине?.. – Ээ... Ладно... Куда пойдём? – Давай в тот домик на дереве! Ох, я смогу тебе наконец-то всё выложить... – Ты сегодня какой-то странный... Ладно, пошли! Только... Отпусти мою руку, мне немного больно от того, как сильно ты её сжимаешь! – Кнайф дёргнулся и отпустил булку. Оу, он слишком сильно его схватил... – Прости... – Ладно, забей, идём? – Да... Два обджекта пошли в сторону того самого домика, что нашёл Курасан. На душе становилось теплее. Теперь Курасан сосредоточен на нём, теперь он не уйдёт... И вот, они идут по холодной и мокрой траве, что скоро будет скрыта листьями деревьев, а потом и снегом. Некоторые листочки уже пожелтели, как и трава в некоторых местах и уже было холодно, но ещё терпимо. Хотелось дышать этой свежестью всегда. Спутник их планеты, что одиноко делала раз за разом, год за годом круг по орбите, сиял. Все плохие мысли у ножа ушли. Ему стоит просто гулять только с Куриком или Лампочкой, только вдвоём. Так, всё будет хорошо... И вот, они дошли. Домик был спрятан в густой листве, но балкон и окно домика были видны, так что маскировка была не очень удачной. Курасан полез первый, а за ним и Кнайф. Когда нож почти забрался, ему резко протянул руку Курик, чтобы помочь забраться, но из-за резкости, Кнайфи вздрогнул, чуть не упав. Слава богу, хватка была крепкой, а лестница сухой и не скользкой. – Ой! Прости! Давай помогу... – Курасан ждал руку Кнайфа. И тот взялся. – Ничего страшного! Просто... Больше не делай слишком резких движений, пока я в таком состоянии, окей? – Да, хорошо, прости ещё раз! – Курасан слегка потянул руку Кнайфа на себя, и когда уже голова ножа торчала, он взял второй рукой за рукоятку и уже почти сам затащил Кнайфа внутрь. – Вау, какой ты сильный, хоть и маленький... – А ты не тяжёлый, хоть у тебя и железное лезвие и деревянная рукоятка! Когда оба обджекта уже были внутри, Курасан хотел включить свет, но Кнайф прервал его. – Давай единственным освещением послужат звёзды, как минимум сейчас? Пошли на балкон... – А.. Как хочешь, Кнайфи! – Кнайф... – Кнайфи! – с легким смешком, Курасан взял за руку ножа и повёл, со словами о том, что тот стоит, словно статуя. И вот, ноги уже свисали с деревянного балкона, а тело приняло горизонтальное положение. – И так... Что ты хотел обсудить? – А? Ах да... – Кнайф даже забыл, что он не придумал нормального предлога, чтобы просто не дать Курасану уйти. А придумать, что именно обсудить, не успел по пути. Он вообще обо всём забыл, было слишком хорошо ему, в душе тепло, да и фантазий и мыслей плохих не было. Лишь удовольствие и легкая слабость. – Ну? – Д-да... Просто... – ножик глазами искал тему для разговора, и тут он увидел ящик, внутри которого были бутылки с вином, а рядом лежала лампочка. Он вспомнил то, что происходило недавно, как он чувствовал себя лишним. – Как ты... Относишься к Лампчке?... – Оу... Она милая и добрая! Жизнерадостная... Я рад, что дружу с ней! – А ко мне ты как относишься?.. – Ты иногда пугаешь своим поведением, но... Ты тоже милый... – Курасан представил Лампчку и Кнайфа в ситуации из сна, что был так сладок.. Это заставило его покраснеть, но скоро он пришёл в норму. – Я... Чувствовал себя немного одиноко сегодня... Вы мне очень дороги и я вас сильно люблю, как друзей конечно же, но черт возьми, глядя на то, как вы общаетесь, пока я думаю о своём... Кажется, мне нельзя общаться в компаниях.. – Хей, стоп, что?! Нет! Мы с Лампчкой думали, что ты не выспался, поэтому и не трогали сильно тебя! Если бы ты сказал, что хочешь общения, мы бы... – Я хотел! Я пытался влиться в разговор, но раз за разом не получалось! Я... Я не знаю что сказать.. Вы мне очень, очень дороги! Я вас люблю как самых близких друзей, – "только ли как друзей?" - на секунду задумался Кнайф. При виде Лампчки душа пела, а от разговора с Курасаном, становилось теплее.. "Пф.. Бред!". – Тебе вообще точно комфортно с нами? – Мне очень нравится ваша компания! Поверь.. – Хмм... О! Давай послезавтра тогда соберёмся компашкой и просто выпьем немного, проводим лето и как раз исправим ошибки сегодняшней прогулки нашей банды? – Ты забыл, что у нас съемки и что я не могу быть рядом с тобой, пока ты пьян? – Черт возьми, съемки... Но.. Почему ты не можешь быть со мной хотя бы в полу трезвом состояние? Ты.. Вообще когда-нибудь сможешь мне рассказать? – Когда-нибудь?.. – у ножа перед глазами пролетели те моменты. Те воспоминания, что мозг старался стереть. Как они напились с друзьями, пошли домой, как Курик лез к нему и... Поцелуй. Да, черт возьми, это его травмировало, такая мелочь, как поцелуй от того, кого любит, но тогда Кнайф любил Курасана? Ответа не будет... Да и после поцелуя, был скандал и драка, после которых он просто не может находиться с пьяным Курасаном рядом. – Когда-нибудь, да, но, – рваный вздох и всхлип сделали речь более грусной, – не сейчас. – Прости, чтобы я тогда не сделал, я не хотел тебя обидеть.. – Я знаю.. Ладно, давай забудем об этом. Кстати, тебе нравится Лампчка? Ну... В романтическом плане? – Что?! Ээ.. Ну... Нет вроде? – это вопрос его удивил. Что за резкая смена темы? – А что такое-то? – Да так... Слушай, а тебе вообще кто-нибудь нравится? В романтическом плане, да... – Нужно быть слишком ахуенным, чтобы мне понравиться! Хехе... А самые ахуенные у нас на поляне, ты, я и Лампчка... А, ну и Замазыч, но он уж точно не птица моего полета. Хех.. – Вау, это мило. И вот, тишина. Звезды по-тихоньку прятались за густыми облаками. Ах, как резко может измениться погода, да? Иногда эмоции и чувства, похожи на неё, на погоду. Вроде от чего-то и зависит, а вроде и нет, вроде можно понять, когда будет дождь, но всё равно есть те, кто мокнут по дождём... – Кнайф... – Да? – А тебе кто-нибудь нравится? – Хах... Нужно быть тобой или Лампочкой, чтобы мне понравиться.

***

И вот, Пшика и Пылик сидят рядом в корнях могучего древа, а на против их, Клеви и Пикчер, что были ближе к выходу. Тишина... Неловкое молчание? Нет.. Просто... Приятная тишина, просто приятная, пустая, заброшенная Богом оранжерея, которую они наполняют жизнью и теплом своим присутствием. Клеви ждал, пока последняя звезда потухнет в небе и ждал светлячков, что начали сиять как звёзды на земле, что пришли на замену космическим телам из далекого космоса. Как только это всё случилось, он тихо чмокнул в щеку Пикчера, переведя внимание на себя и встал. – Что-то мы засиделись. Простите, нам пора! Удачи вам... Вы же найдете путь до палаток сами? – А... Да! Жаль, что вы уже уходите, круто потусовались! –Пшика улыбнулась, немного опечалено,но с некой надеждой. – Как-нибудь ещё повторим! – Да...– Клеви тяжело вздохнул. – Обязательно.. – они вышли из оранжереи и пошли просто прогуляться. Им никуда не надо, просто хотели остаться вдвоём и помочь ребятам отдохнуть этой ночью в другом месте. – Забавно... Похоже, все решили не спать этой ночью, а гулять да гулять.. – Пикчера немного удивило это. – Да... Пойдём на причал? Голубки должны были уже разойтись по палаткам.. – С тобой хоть на край света! Два лучших друга, что любили друг друга, сегодня ночью помогли зарождению новых отношений, как это мило, не правда ли?..

***

Пошел дождь. Слабый, можно сказать, грибной, но всё же дождь. Кнайф и Курик быстро забежали в дом. – Черт.. – тихо ругался Курасан. – Похоже, пора по палаткам! – Ты сможешь проводить меня?.. – ножик с надеждой посмотрел на булку. – Пхах.. Конечно! Обджекты начали спускаться но лестнице, которая какого-то черта была мокрой и скользкой. Первым слез Курасан, что страховал Кнайфа. Ножик был иногда неуклюж, поэтому булка решил на всякий случай... Конечности Кнайфа стали холодными и тяжелыми. В глазах темнеет, а пальцы сами отпускают лестницу, когда он почти спустился. Ну, для этого тут и Курасан страховал ножа! Поймав его, Курик сам чуть не упал из-за скользкой травы, но всё же устоял и поставил бедолагу на ноги. – Кнайф блять, ты в норме?! – Д-да.. В глазах потемнело... О боже, Курик, а ты как? – В норме.. Напугал бля.. – Хехе... Прости.. – Не извиняйся... Ну так, идём? – Идём. Два обджекта, что нашли тепло в друг друге и своей подруге, шли к палатке Кнайфи, что была не так уж и далеко.. Пока они шли, можно было что-нибудь обсудить... Не важно, это будет о их травмах или что-то банальное, да? – Хей, Кнайф, как спалось? – Странный вопрос.. Ну.. Мой сон сегодня днем... Был и кошмаром, и раем.. Мне, сложно объяснить.. Ээ.. А как тебе спалось? – Ну... Что-то похожее, я думаю?... Неловкое молчание сковало их, но черт возьми, оно было божественным. Так приятно просто идти рядом с другом и молчать... И вот, они дошли. Дождь уже шел сильнее, а Курик сильно промок и набух. Кнайф глядя на него такого, невольно начинал смеяться. – Эй! Всё, ладно... Кхм... Было весело! До завтра? – Д-да... До завтра.. – Кнайф на секунду из-за смеха, забыл обо всём, но как только Курик сказал: "прощай, " - и развернулся, ножик вспомнил весь план и его желание не отпускать его. – Нет... Стой! – Кнайф схватил Курасана за руку. Курик в шоке повернулся к ножу. Это выражение лица немного смешило ножа. – Ты чё творишь?.. – Эээ... Я подумал, что... На улице слишком сильный дождь, а ты уже весь мокрый... Может, останешься? – Остаться на ночь у тебя? – Ну... А.. Ой! Блять... Сука, да... Я не умею приглашать нормально к себе... – Я... Ладно, я не хочу, чтобы у меня в палатке был потом, так что устрою его у тебя! – А... Да.. Хах! Ладно, заходи ко мне! Они неловко посмотрели друг на друга, после чего Кнайф отпустил руку низкого и зашел в палатку, сразу подойдя к чемодану с вещами. В поисках полотенца, он заметил то, что одна из тряпок, как он называет всю свою одежду и вещи из ткани, лежит не так, как он обычно ложит вещи. Мало того, она была в крошках и пахла выпечкой... Сейчас не время об этом думать, так что нож забил на это и достал полотенце, что сразу же дал гостю, пока тот не устроил потоп. – Спасибо! И так, что бы ты хотел поделать? – воодушевлённо спросил Курасан. – Ну, сначала напоить тебя чаем, а потом и спать... – Ладно, ставь чайник, хозяин палатки! Ножику второй раз повторять не надо. Пока Курасан сох, Кнайф делал чай. Как? Взял железный чайник, налил воды, проверил исправность баллона с газом, включил газовую горелку, поставил чайник кипяться, достал две кружки и... Задумался. "Я знаю его норму, ничего страшного не будет, если чай будет с процентом? Я не буду его спаивать, просто помогу расслабиться ему и себе. Всё будет под контролем, тем более это поможет это избавиться от страха." Кнайф достал бутылку с коньяком. Сначала надо сделать сам чай и слегка остудить его... Два пакетика черного чая уже были в кружках, как и кипяток, что по-тихоньку менял цвет и приобретал запах. Гость уже был сухим.. Пора добавить два кусочка льда, сахар и секретный ингридиент! Пол рюмки на каждую кружку. И вот, сей напиток нож протягивает Курасану. – Вот, не сильно горячий, как ты любишь, с двумя чайными ложками сахара! – Спасибо, деревянный мой друг! Хихи.. Сделав глоток, на лице Курасана не было какого-то удивления, озадаченности и т. д... Значит, можно расслабиться... Говорят, алкоголь прогревает тело изнутри и помогает побыстрее вырубиться... Щас и проверим, хватит ли пол рюмки на это. Ножик сделал глоток чая. Нет ни намека на градус. – У тебя милая палаточка! – сказал Курасан, чтобы прервать тишину. – Спасибо, я часто не могу уснуть и тогда начинаю читать книги или играть в онлайн игры на ноутбуке... Это помогает быстро устать и вырубиться. А чем ты занимаешься, когда не можешь уснуть? – Думаю... – Ого! И о чём же? – О ком, скорее... О тебе, в основном и Лампчке. – Что?.. – Ты не подумай, просто... Вы мне стали очень близкими и дорогими обджектами. Иногда из-за этого вижу вас во снах... Это пугает иногда... – Вау, это мило! Ты и Лампчка тоже мне иногда снитесь, но ещё сняться те, кого я плохо помню, но они были... Очень похожи на вас.. – Ого! А что с ними случилось? – Они... Мертвы. Я... Плохо помню их и всю эту ситуацию, но я помню, что.. В смерти одного из, отчасти, виноват я... – Оу... Мне жаль.. Я могу узнать, как это случилось? – Прости, я не сильно помню причину первого, но вот второй, или вторая? Я не знаю точного гендера... Никогда не знал гендера этого милашки.. Он умер у меня на руках, он умер от моего лезвия.. О боги... Я не хочу вспоминать! Я... Я не хотел! Н-но... Он был в такой печали! Он сам... Она сама... Просто сам себя разрезал, я даже сказать ничего не успел, я не знал, что он хотел сделать... Суицид... Я и сам бы его сделал, если бы не... Ты... – Что? – Я помню, как уже не моё лезвие, касалось уже не её, а меня. Я помню, что тогда то тебе и понадобилась резко моя помощь в какой-то ерунде, что тогда ты меня вытащил из ямы отчаяния! Спасибо тебе, чёрт возьми... – Хах, чувствую себя, странно.. – Спасибо, тебе, блять... Ладно... А... Как именно мы тебе снимся? В плане, что мы делаем в твоих снах? – АЭ.. Ну, чаще всего просто, гуляем? – Курасан слегка покрылся румянцем. И как сказать, что они во сне сосутся другу, что только что рассказывал, что был готов сдохнуть? Это как минимум, невежливо, а как максимум, пиздец как странно и стыдно. – Пхах... Ладно, давай спать уже, расскажешь потом, что в этот раз делали во сне! Хех... – Окей! А где мне спать то? – Курик залпом выпил чай и поставил кружку на столик. – Ну, кровать у меня одна, так что со мной. Мы с тобой сто раз раньше спали в одной кровати, так что ничего сверхъестественного тут нет... – А... Лады! Только что-нибудь на лезвие надень, не хочу быть нарезанным! – Как скажешь... – Кнайф подошёл к чемодану и вытащил оттуда специальную, белую, мягкую и липную внутри насадку на лезвие. Она есть у каждого обджекта, что может ранить остротой. После этого, он лег рядом с Куриком, что уже так сладко спал. Кнайф долго смотрел на своего друга и думал долго-долго но в конце концов, не смог противостоять навязчивым мыслям. – Прости, давай будем считать это местью за прошлый раз? – он потянул Курасана с себе и втянул в поцелуй. Ах, как было горячо в тот момент. Ножик просто затянул в обычный поцелуй, не в страстный поцелуй из книжек, где языки переплетаются, а партнёры чуть ли не уже ебутся, а просто Кнайф целует в губы своего друга. Но черт возьми! Этот поцелуй вызывает столько эмоций. В животе словно бабочки танцуют, а мысли уходят куда-то не туда. На секунду, Кнайф захотел чего-то большего, но поджав ноги, забыл об этом желании. Какой Курасан тёплый, а его губы на вкус как карамель... Ах, вот бы это длилось вечно... Но от того, что Курасан захмыках и заёрзал во сне, Кнайф отстранился. – Спокойной ночи, Курасан... Надеюсь, я никогда не вспомню об этом. И как же он ошибается, что это ничего для него не будет значить в будущем...