Наша история среди пшеничных полей

Ночь была символом покоя и равной любви к каждому живому существу, когда израненные сердца и измождённые тяжёлой жизнью души засыпали под взором Оронис, и забывали о заботах. Но порой прошлое преследовало и цеплялось своими острыми когтями в горло, сдавливая его и заставляя просыпаться в свете холодных луны и звёзд, задыхаясь от ужаса и стоящего в горле кома. Для Фаенона ночи были именно такими. Ночевал ли он под открытым небом, будучи бродячим мальчишкой, или в окружении храпящих воинов, что не замечали насколько тихи и одиноки эти предрассветные часы, всегда тосковал по оставленной родине, ведь лишь она одна была его тихим уголком и счастливым кусочком воспоминаний. Алый вновь нахлынул в его сне, в этот раз представ в виде разрушительного пламени, что сжигало всё дорогое ему на своём пути. Когда тело хрупкой на вид девочки перед ним обуглилось, молодой солдат с колотящимся сердцем открыл глаза и уставился на тёмный потолок. Где… где же… Словно был загипнотизирован кем-то, он вновь и вновь после пробуждения искал взглядом следы жизни поблизости, желая своими ладонями коснуться тёплой ладони или ощутить биение сердца и вздохнуть от облегчения и осознания, что он не один. Желая подняться с кровати, Фаенон краем глаза заметил знакомые волосы мятного цвета и удивлённо застыл на месте, так и не убрав заботливо укрывающего его одеяла. Расположившись на самом краешке, Анакса прижал к себе руки и тихо сопел, точно непрошенным гостем здесь был он, а не раненый солдат, по иронии судьбы забредший в такую глушь. Его лицо больше не покрывала сажа, купающееся в лунном свете оно выглядело бледным и нереальным, хрупким как фарфор, а кожа полупрозрачной. Заторможено молодой солдат смахнул кончиками пальцев прилипшую к лицу прядку и хозяин дома тут же нахмурился и открыл глаза. — Немедленно ложись спать, — сонный голос не мог звучать угрожающе, и Фаенон его не послушался. — Завтра днём мне некогда будет с тобой сидеть. Приподнявшись, он недовольно надавил на крепкое плечо и заставил улечься обратно на тёплую постель, не терпя возражений. Длинные волосы разметались по его плечам, придав особой нежности лицу. Возможно ещё не до конца проснувшись и осознав свои действия, а может нарочно, Анакса закинул на него свою руку и расположил голову у самого уха, тихо выдыхая на него. Пусть говорил, что бросил бы его с первыми лучами солнца, чтобы заняться своими делами, хозяин дома казался слишком добрым для подобного. Фаенон знал, что это было сделано для него. Тихое дыхание на ухо как ничто другое давало ему присутствие живого человека рядом, тогда как руки пусть и казались холодными, их температура была выше, чем у мертвеца. Анакса так старался для незнакомца, неспособного уснуть в одночку, что это трогало, правда… Но теперь молодой солдат не мог успокоить учащённого биения сердца и не из-за страха. Впервые к нему проявили такую заботу с тех пор, как он покинул Элизию Эйдес и материнские объятия. — Что-то ещё? — прямо спросил Анакса, совсем не заботясь о нежных юношеских чувствах. Деревенская жизнь была слишком тяжёлой, чтобы упускать драгоценное время на отдых. — Эм… Если это не сложно, могли бы Вы… Последние слова Фаенона прозвучали столь тихо, что хозяин дома мог разобрать их лишь потому, что лежал рядом. Вздохнув от подобной суеты из-за такого пустяка, он вслепую нащупал широкую ладонь на груди и переплёл с ней пальцы, как если бы успокаивал после ночного кошмара ребёнка. Тут же уснув, Анакса оставил молодого солдата с пунцовым лицом, смущённого такой близостью с незнакомцем. Но благодаря этому, пусть просыпался посреди ночи, он наконец смог немного отдохнуть и позволить телу восстановиться…

***

После пробуждения по несколько минут рассматривая комнату Анаксы, всё ещё пытаясь понять, не сон ли всё это, Фаенон особенно обращал внимание на тяжёлые книжные полки, на которых не было свободного места. Некогда он слышал, что последователи Керкес были высокомерны и любили кичиться своими знаниями и, полностью подготовленный к строгому обучению, Фаенон не ожидал, что хозяин дома не положит перед ним и одной книги. Лишь стопка бумаги и чернила создавали ощущение школы для простолюдинов. — Уверен, тебе хватит усердия прочесть книги по военной стратегии. Но перед этим я подготовил список слов, которые там будут попадаться. Запомни их, — перед молодым солдатом положили длинный свиток, заполненный специализированной лексикой, и он даже не знал когда тот был подготовлен. За эту ночь?.. — Значит… мне нужно переписать эти слова?.. — Слишком неэффективно, — тут же отмахнулся Анакса. — Мы вместе разберём первые 20 слов и я буду составлять тебе предложения, пока ты не уловишь суть. Позже мне нужно уйти, чтобы заняться делами, и ты будешь обучаться самостоятельно. Фаенон и не думал, что Анакса воспримет его просьбу настолько серьёзно, тут же подготовив методику обучения и материал. Крайне воодушевлённый открывшейся возможностью, недоступной ранее, он уткнулся в свиток перед собой и улыбнулся, румянец украсил его щёки, вернув прежнее очарование юноши, который должен был наслаждаться своей молодостью, а не страдать от травм. — У тебя слишком размашистые буквы. Я начерчу тебе линии, за которые нельзя выходить, — аккуратная рука магическим образом расчертила ровную линейку и вывела изучаемое ими слово. Почерк был простым, но красивым и изящным. — Слушай внимательно ещё раз и записывай: “Боевые действия развернулись у устья реки”... Нет, ты перепутал порядок слов, — спокойный голос разъяснял ему основы, и молодой солдат невольно вспомнил, как готовящаяся к тому, чтобы стать жрицей, девчушка в тени дерева обучала его. — Теперь попробуй составить свой пример… Вот так. Ты молодец, Фаенон. — Уже всё?.. Молодой солдат удивлённо распахнул глаза, когда после похвалы, краткой, но первой за подобного рода заслуги, Анакса поднялся из за стола и направился на второй этаж, видимо, чтобы переодеться. После первого урока стол был завален исписанными листами и Фаенон вряд ли бы разобрался где что лежит. Лишь взглянув на него с лестницы, хозяин дома хитро прищурился и ответил: — Я показал тебе основы, дальше дело за тобой… У нас мало времени, поэтому уже сегодня ты пройдёшь через первый экзамен. Удачи. Оставив это пожелание, Анакса удалился под растерянный взгляд молодого солдата, который, испугавшись, вновь стал повторять изученные слова, как нервный студент перед экзаменом у строгого преподавателя. Но ведь с ним были так мягки в обучении, наверняка и проверять знания будут таким же образом?.. Делая некоторые перерывы с непривычки, Фаенон откладывал перо в сторону и рассматривал свои руки, на которых виднелись следы чернил. Так необычно. С кухни открывался вид на купающиеся в солнце пшеничные поля, и он рассматривал их по получасу без всяких мыслей, просто наслаждаясь спокойным видом, что не ценил в детстве. Иногда в окне мелькал Анакса, который ходил в стойло для животных, превращённое в склад для материалов, чтобы что-то взять, и Фаенон порывался позвать его и спросить чем тот занимается, но останавливался, подпирая голову рукой и вздыхая. Порой пугающая тишина этого дома настигала его, и он брал свой костыль, выходя на улицу и вслушиваясь в простые звуки: шуршание с полей, дуновение ветра и стук откуда-то со стороны. Кого-то это могло раздражать, но Фаенон находил в этом свой покой и возвращался к столу, чтобы продолжить заниматься. Хозяин дома вернулся лишь к обеду и вновь занялся приготовлением еды, параллельно проведя ему обещанный экзамен. У молодого солдата не было никаких других дел, кроме учёбы, поэтому он легко сдал и Анакса остался доволен, вернувшись к их обычной беседе. — Мне нужно отправиться на рынок, чтобы купить деталь для комбайна. Это может занять дня два. — Что?.. Погружённый в радость от первого сданного экзамена, в подготовку к которому он вложил столько усилий, Фаенон вдруг замер, чувствуя растерянность. Он смотрел на спину хозяина дома, надеясь, что тот прочтёт всё по его испуганному взгляду, а затем отвернулся, понимая насколько ребячески себя ведёт. Анакса был лишь добрым незнакомцем, который приютил раненого, и когда он желал уехать по делам, ему не стоило и думать об этой обузе. Уткнувшись носом в поставленную перед ним тарелку с толчёным картофелем и овощами, молодой солдат постарался выглядеть расслабленными, но напряжённая поза выдавала его состояние с головой. — Тебя что-то беспокоит? — А, ну… Когда Вы примерно вернётесь? — Завтра ближе к вечеру. Мне нужно также закончить несколько дел. — Вот как. Если бы мог, Фаенон напросился бы с ним, чтобы не оставаться здесь одному. Но его нога была в ужасном состоянии, он едва спускался по лестнице с утра и Анакса уже был крайне недоволен этой нагрузкой, размышляя над тем, чтобы сделать вторую кровать на первом этаже. После такого длительного путешествия, возможно, ему придётся попрощаться со способностью ходить. Предсказав поведение своего гостя, хозяин дома лишь самодовольно сложил руки на груди и озвучил то, что тот желал сказать, но не осмеливался: — Было бы неправильно оставить раненого без присмотра. Ты отправишься со мной верхом на телеге. — … но здесь нет ни одного геозавра? Это было бы отличным решением, проехать на телеге весь путь, но здесь не было и следа животного, что будет тянуть её… Взглянув на такого уверенного в себе Анаксу, молодой солдат боялся предположить что тот задумал, вдруг вспомнив рассказы о безумных деяниях алхимиков. Воскрешение животных из костей? Или запрягание призрака в повозку? Или Фаенон сам превратился в большого геозавра и повезёт их?.. Его фантазия разгулялась не на шутку во время обеда, благодаря отсутствию каких-либо знаний об алхимии. Но ответ оказался довольно прост и сложен одновременно. — Это моё новое изобретение. Ну как тебе? — Эм-м, господин Анакскагор… Вы уверены, что всё в порядке?.. — Конечно. Это была столь сюрреалистичная картина. Вместо геозавра телегу запряг сам Анакса, пока его раненый гость сидел на ней и наблюдал за этими ужасающими действиями. Как он, солдат из Охемы, что провёл несколько лет в битвах, мог позволить такому хрупкому учёному везти его весь этот путь? Смотря прямо на узкую спину, скрытую за комбинезоном, что не способна была выдержать веса и одного мешка картошки, Фаенон порывался спуститься вниз и обречь себя на двухдневное одиночество. Но противореча его ожиданиям, телега с лёгкостью тронулась с места. Хозяин дома даже не согнулся под её весом и шёл прогулочным шагом, заставив Фаенона восхититься этой скрытой внутри него силе. — Вы… Не ожидал, что Вы так сильны. Теперь я действительно верю, для Вас не составит труда сразиться с воинами Кремноса. — О, я всего лишь слабый учёный, — пожал плечами Анакса. — Просто кое-что добавил к обычной телеге и переместил центр тяжести. Фаенон ничего не понял из того, что тот сказал, но в очередной раз был покорён силой знаний, способной как предсказать действие вражеской армии, так и поднять взрослого мужчину с такой лёгкостью. Рассеянно молодой солдат наблюдал за пшеничными полями, пока его медленно тянули вперёд. Такая идиллия. Сейчас он думал о том, стоит ли ему вернуться в армию и вновь выйти на то покрытое алым поле брани, чтобы защищать чуждый ему полис. Лишь страх, что остальные повторят судьбу его дорогой и горячо любимой Элизии Эйдес, а также отсутствие выбора толкали вперёд. Но теперь, когда столкнулся с незначительностью простого солдата, которого сметает ужас войны, и тот остаётся лишь в сердцах близких, если те есть, Фаенон задумался о том, правильный ли это выбор. Посмотрев на спину Анаксы, он было порывался спросить его, но передумал. Должен ли солдат спрашивать простого человека, которого поклялся когда-то защищать, как и всех жителей Охемы, стоит ли ему дезертировать? Поэтому, отложив этот вопрос до своего выздоровления, Фаенон завёл с хозяином дома расслабленную беседу ни о чём. — Здесь так много посевов. Их Вы тоже продаёте на рынке? — Этим занимается одна моя знакомая, что лучше разбирается в торговле. — Хе-хе, я бы посмотрел, как Вы стоите за прилавком. Думаю, очередь была бы длинная. — … о, стоило немного поправиться и сразу появился острый язык. Фаенон удивлённо взглянул на него. Он искренне считал, что покупатели с радостью подойдут к такому красивому и отзывчивому продавцу, стоит тому лишь улыбнуться и предложить свой товар. Хотя… Он не помнит, чтобы Анакса так уж часто улыбался, а терпеливым он был лишь в обучении, безжалостно срывая бинты с его тела, когда приходил черёд их менять. Интересно, он стал таким резким после жизни в одиночестве? Задумавшись, он рассматривал чужую спину и продолжал беседу. Лишь когда они достигли деревушки, что скорее напоминала небольшой город с двухэтажными зданиями в центре и людной ярмаркой, Фаенон прикусил свой язык и стыдливо спрятал лицо за руками. Ничуть не смущённый тем, что выступал в роли тяглового животного, Анакса вёз своего раненого гостя по улицам, пока любопытные прохожие с интересом останавливались, чтобы поглазеть, а дети тыкали в них пальцем. “Нужно было остаться дома”, — промелькнула в голове молодого солдата мысль. Шокированный в тот раз, он совсем позабыл насколько нелепо он с Анаксой выглядели со стороны. Впрочем, они достаточно быстро добрались до нужного места, и хозяин дома наконец перестал тянуть телегу, оставив её перед входом в небольшой постоялый двор, и Фаенон поспешил взять трость и спуститься. Под заинтересованные взгляды окружающих двое мужчин вошли внутрь, и их встретил ехидный смех владелицы, что уже дожидалась их. — Ня-ха-ха, мальчишка из Рощи, даже если ты предоставил мне такое представление, я не сделаю тебе скидки, — из-за её стойки выбежал маленький ребёнок, что передал весть о странной картине, ещё когда Анакса и Фаенон приближались к деревне. Он взглянул на покрасневшего солдата и хихикнул, пряча за ладошками улыбку. Ничуть не смущённый словами девушки, Анакса положил на стол монету и спокойно сказал: — Одноместная комната на одну ночь. Если понадобится еда, я сделаю отдельный заказ. — О Загрей, неужели ты потратился на такого крепкого мальчика и совсем обеднел? Тётушка Цифера может побаловать тебя сладостями, так уж и быть~ — Хах, не набивайся ко мне в родственники и быстрее давай ключи. Фаенон удивлённо распахнул глаза, когда из-за стойки показался серебристый хвост, что вилял в разные стороны, словно хозяйка постоялого двора раздумывала над его требованием. Если так подумать, у неё были и кошачьи уши, что он не увидел ранее, неужели она не человек?.. Заметив его пристальный взгляд, Цифер загадочно улыбнулась и пропела ожидающему ключа от комнаты Анаксе. — Ну-ну, обо мне пойдут нелестные сплетни, если я позволю дорогому коллеге делить одну комнату с другим мужчиной. Как ты можешь так подставлять мой бизнес, а? — Хах, будто не у тебя сеть информаторов. Если захочешь, никто об этом не узнает. — Твоё появление было столь грандиозным, что и мне не скрыть его, ня-ха-ха. Возможно они могли бы долго продолжать этот бессмысленный спор, задуманный лишь из скуки хозяйки постоялого двора, если бы у Фаенона внезапно не защемило в ноге и он не прошипел. Слегка согнувшись, он схватился за своё бедро, стараясь сдержать вскрик боли, и Анакса подскочил к нему, поддерживая молодого солдата. Цифер взглянула на них, явно не ожидая подобной сцены, и поспешила из-за стойки, чтобы принести из столовой на первом этаже стул. После того, как они вдвоём усадили крупного телосложения солдата на него, девушка-кошка лишь вздохнула. — Хорошо, я тебя поняла. Одна комната, так одна комната. Просто проследи, чтобы этот мальчишка здесь не окочурился. — И где же твоя прежняя гостеприимность для “дорогого коллеги”? Добавь в перечень услуг бесплатные бинты, за обезболивающее я доплачу. — Тц, стоит немного расслабиться, как ты начинаешь наглеть. Хорошо, но лишь потому, что тётушка Цифера сегодня добра. Элегантно, как кошка, она вновь запрыгнула за стойку и позвонила в звоночек. В тот же момент к ней прибежало несколько ребят, которым она дала поручение посетить местного травника и запастись медикаментами с бинтами. Несколько монет упало из её рук в протянутые ладошки детишек и там явно было больше суммы, что требовалась. После того, как он сел, боль стала легче, и Фаенон слабо улыбнулся. Даже друзья у Анаксы были добрыми. — Что за глупая улыбка, — лишь хмыкнула Цифер, не особо довольная тем, что гость успел надумать в своей голове, и обратилась к хозяину дома. — Так что у тебя за дело здесь? Вижу, что урожая с собой для продажи нет, а ярмарка вряд ли интересует. — Я ищу замену для детали, встречалась ли тебе похожая? — он положил на стол небольшую механическую деталь, слегка проржавевшую за время использования. Лишь взглянув на неё, она тут же дала ответ. — Слишком сложная, здесь такого не найдёшь. Но если сделаешь заказ, за особую плату, я, великая Цифера, так уж и быть поищу. — Договорились. Это предоплата, — Анакса только успел положить мешочек с монетами, как его тут же смахнул ловкий хвост за стойку, и хозяйка постоялого двора принялась пересчитывать их. — Как щедро, что и следовало ожидать от мальчишки из Рощи. — Когда ты уже перестанешь меня так называть, — буркнул он напоследок уже не слушающей его Цифер и вернулся к пришедшему в себя Фаенону, окинув взволнованным взглядом. — Возможно тебе будет лучше остаться здесь. Его травма ноги могла отзываться такими внезапными болями, и Анакса не хотел излишне перегружать её прогулками. Но впервые за долгое время выбравшись в мирную деревушку, Фаенону не терпелось прогуляться и вкусить давно забытый вкус деревенского праздника, намного более свободного и шумного, чем столичные пиры. Вцепившись в рукав хозяина дома, как провинившийся щенок, он смотрел на него снизу-вверх умоляющими глазами, под напором которых мужчина быстро сдался. — Хорошо, но мы будем делать перерывы. И не отходи от меня далеко. — Хе-хе, куда я уйду с такой ногой, господин Анаксагор. Наблюдающая за ними Цифер облокотилась на стойку и с любопытством рассматривала часть военной формы Фаенона, её вряд ли бы распознали простые деревенские, но девушке-кошке она была прекрасно знакома. Подумав о чём-то своём, она посчитала лишь, что разворачивающиеся события были крайне интересны. Вот и всё.