Мы еще полетаем!

      В процессе разговора с Беннетом, Итэр, сам того не заметив, ухватил Эмбер за руку: её пальцы, нежные и хрупкие, дрогнули от неожиданного прикосновения и передали свою дрожь всему его телу. В отличие от своего напарника, Фишль заметила это и бросила игривый взгляд в сторону путешественника, спешно уведя Беннета за собой.       — Твоя рука, — это было неожиданно. — Неловко признавалась Эмбер.       — Мой меч… рука по привычке ищет рукоять, — оправдывался Итэр. — Мне нужен новый меч!       По сей день, Итэр даже не вспоминал о существовании меча, потерянного в бою со стражем руин. Однако рано или поздно необходимо было обзавестись новым.       Он стал оглядываться по сторонам: среди множества разноцветных палаток, усеянных витринами с тканями, цветами и фруктами, выделялся блеклый и мрачный шатер кузнеца. Его хозяин, суровый мужчина лет сорока, сидел в широком и, по всей видимости, неудобном для него кресле в ожидании покупателей. Потянув за собой Эмбер, Итэр направился прямиком к нему.       Приблизившись к кузнице, Итэр восхитился ассортиментом товаров: кинжалы, мечи, топоры разных размеров и видов. Оружие, еще не видавшее битвы, мирно лежало на столе, отражая яркие лучики солнца. Завидев покупателей, кузнец неохотно приподнялся и, не проронив ни слова, замер в ожидании действий посетителей. Среди всего оружия, более или менее похожего друг на друга, взор Итэра пал на первый взгляд неприметный длинный меч с черно-бардовой рукоятью, лежащий у самого края стола.       — Моя гордость, — внезапно улыбнулся кузнец, оценив выбор зашедшего к нему молодого парня. — Возьми, посмотри, как в руке хорошо лежит.       Комплимент оружейного мастера льстил. Такие люди, как он, хорошо умели определить в человеке настоящего воина. Взяв клинок, Итэр поразился его непривычной легкости: каждый взмах был наполнен силой и энергией, а лезвие ощущалось продолжением собственной руки.       — Ну как тебе? — кивнул головой кузнец.       — Он прекрасен, сколько стоит?       — Для тебя сделаю скидку — сто восемьдесят тысяч.       Радость от обладания таким оружием быстро улетучилась. «Охота даже на трех стражей руин не сможет позволить мне приобрести такой клинок» — размышлял Итэр. Эмбер, тихо стоявшая позади, осторожно положила руку на его плечо. Она хотела что-то сказать, утешить, возможно предложить помощь. Но ее прервали. Прервал внезапно оживший город: началась суматоха, стражники, что еще оставались в городе, старались увести всех жителей по домам. В глубине города звонко затрезвонил колокол.       — Что? Откуда?       — Где были разведчики?       — К воротам, скорее!       Все голоса смешались. Тело пригвоздилось к земле, притупив даже мысли. Но Эмбер рядом — это главное. А Паймон? Что-то ударило по ногам: мальчик лет десяти врезался в Итэра, упав на землю.       — Ты в порядке? — поднимала мальчика Эмбер.       — Моя мама… и папа… за мостом, — всхлипывал он. — Мама сказала бежать и…       — Ну же, говори! — не сдержался Итэр.       — Очень много хиличурлов… напали на нас у города. Нас пытались спасти, мальчик и девочка, но их…       Речь мальчика прекратилась. Заметным было лишь движение его губ и печальный взгляд, обращенный к ошеломленной Эмбер. Он хотел обнять ее, прижаться, но застыл также, как все остальные. В больших печальных глазах скаута нарастал неподдельный ужас. Все вокруг Итэра замедлилось, и он осознал, что до сих пор держит в руках меч, который вряд ли сможет себе позволить. «Спасти хотя бы кого-нибудь? — думал Итэр. — Я попытаюсь». Он рванул к закрывающимся вратам и спустя минуту оказался за стенами города.              Сильный грохот и звон цепей прогремели за спиной Итэра и десятка стражников, вставших на защиту моста, что был единственный путем для монстров за рекой. На той стороне были видны яркие вспышки огня и сверкающий треск молний, разбивающие ряды противника. «Фишль и Беннет. Вот она — сила стихий. Сила глаза бога», — восхищался Итэр. Стража не двигалась с места.       — Нужно помочь им! Почему вы стоите?       Рыцари колебались, не зная, как поступить. Среди них сильно выделялся командир: высокий, темноволосый, с повязкой на правом глазу. Его пестрая темно-синяя форма была украшена меховым воротником, а на поясе красовался глаз бога с символом снежинки.       — Держать строй! Не наступать! — прокричал молодой командир.       — Вы оставляете людей за рекой на произвол судьбы! — возмущался Итэр.       — Видишь, сколько их там? Ты думаешь, у каждого рыцаря есть глаз бога? Каждый здесь полагается лишь на свой меч. Я должен защитить жизни своих людей, иначе город падет. Встань в строй, если вздумал нам помогать!       Итэр понял, что перед ним тот самый рыцарь со стихией льда, о котором вскользь упоминала Эмбер.       — Так вот ты какой, Кэйа — капитан без кавалерии.       За рекой было несколько десятков монстров. Вспышки огня и молнии были все реже. Итэр со всех ног кинулся через мост. С каждым метром запах гари все сильнее проникал в нос, а картина происходящего становилась все отчетливее: поле, ещё утром покрытое множеством цветов, было полностью выжжено, темные бугры на земле постепенно превращались в монстров с оружием наперевес. Протяжный электрический треск повалил двоих из них наземь. Это Фишль. Еле стоит на ногах, из последних сил защищая уже лежащего Беннета. Колчан пуст, а ее изящные тонкие пальцы пытаются удержать последнюю стрелу. На нее уверенно шло нечто огромное, с большим топором наперевес, готовясь занести оружие. Времени на раздумья не было — меч быстро прошел сквозь двух мелких противников и Итэр приблизился к великану. Легкий, изящный клинок с необычайной плавностью поразил сухожилия и повалил его на колени. Завершающий удар. «Так просто, — вытаскивал меч Итэр, — Фишль, ты жива?». Ее глаза переполняла пустота. Ободранное темное платье было грязным, но не теряло своей красоты. Она упала на колени, из последних сил держась за свой изогнутый лук.       — Их еще много, не сдавайся! — Итэр отгонял приближающихся противников.       Ответа не последовало. Лишь слабые всхлипывания доносились со стороны девушки. Раз за разом клинок проворачивался, извиваясь в руках танцующего Итэра. Что-то сверкнуло на земле, предмет, который привлекал его внимание уже несколько дней. Глаз бога, так близко, остается лишь взять… Сильная тупая боль пронеслась по всей спине Итэра и повалила его на землю. «Неужели сегодня все закончится?» — недоумевал он. Нащупав на земле меч, он приготовился к защищаться.              Внезапно земля медленно начала покрываться льдом, обжигая и царапая спину Итэра. Позади раздалось множество криков, спустя мгновение превратившиеся в скрежет клинков.       — Доволен? — протягивал руку Кэйа.              Поднимаясь, Итэр незаметно схватил глаз бога, бесхозно лежащий на земле. Заметив, что с врагами справляются, он бросился к Беннету и Фишль, лежащими у разрушенной повозки. Кровавые глаза Фишль излучали печаль. Она смотрела на Беннета и двух людей, лежащих рядом с ним, мужчину и женщину: никто не подавал признаков жизни.       — Держись, все будет хорошо. — Итэр упал на колени подле нее.       — Бен-ни,— она протянула руку в сторону Беннета и закрыла глаза.       Звуки боя постепенно стихали. Означало ли это, что одержана победа? Или наоборот, теперь монстрам ничего не остается, как нанести удар в спину. Итэр не знал этого и знать не хотел. Уставший, он упал на холодную землю.       Радостные голоса давали понять, что все закончилось. Капли дождя медленно растекались по лицу Итэра, смывая засохшую грязь. Кто-то подбежал и помог ему подняться на ноги, дойти до города. У самых ворот стояла Эмбер, держа за руку мальчика, что подбежал к ним ранее. Он отчаянно высматривал каждого, кто проходил через ворота. «Те двое у повозки… они…» — мысли Итэра были спутаны, тело изнывало от боли, но он все понимал. Равно как и подошедший капитан кавалерии:       — Эй, малыш, как ты? — присел Кэйя.       — Мои родители… скоро вернутся? — мальчик, совсем недавно переставший плакать, вновь начал тихонько всхлипывать.       — Не волнуйся, все будет хорошо, — капитан обратил его внимание на стражников. — А ты знал, что из тебя выйдет отличный рыцарь? Пойдем со мной.       Капитан поднялся и Эмбер разжала руку, передав мальчика Кэйе. Пока они уходили, она не переставала смотреть им вслед, после чего вопросительно взглянула на Итэра. Он отрицательно помотал головой и прижался к груди девушки-скаута.       — Мы наблюдали за тобой со стены, — заговорила Эмбер. Ты один ринулся в бой на толпу. Безумец, очень храбрый безумец. Я так боялась потерять тебя, Итэр. Ты важен мне. Я, — она коснулась его руки, — я люблю тебя.       Итэр не услышал ни единого слова, сказанного Эмбер. Лишь на секунду опустив тяжелые веки, он тут же рухнул на землю.       Он пришел в себя в теплой кровати в окружении багрово-желтых стен. Его потрепанное в бою одеяние было аккуратно сложено на столе у знакомого окна. В мыслях Итэра было лишь одно: «Где глаз бога? В кармане? Нужно проверить». Попытка встать привела к резкой боли в спине, невольно переросшей в протяжный крик. Этого хватило, чтобы в распахнувшейся двери появились Эмбер и Паймон.       — Итэр! — Эмбер укладывала своего «пациента». — Тебе нужен отдых. Ты потерял сознание прямо на улице. Я теперь ни на шаг от тебя не отойду.       — С Паймон ты всегда был бы под защитой! — горделиво подметила летающая спутница. — В качестве благодарности нам дали еще одну неделю проживания в таверне!       — Оставьте меня! — крикнул Итэр, удивившись самому себе. — Просто. Оставьте. Меня. В покое. Пожалуйста.       В воздухе повисла тишина. Две девушки замерли от изумления и внезапно произнесенных в их адрес слов. Глаза Эмбер наполнились маленькими водянистыми кристалликами, которые она прикрыла рукой, поспешив покинуть комнату. Паймон, растерявшись, смотрела в обе стороны и, в конце концов решила последовать за Эмбер.       Удостоверившись, что он остался один, Итэр, превозмогая боль, направился к столу. Ощупав карманы, он наткнулся на угловато-острый небольшой предмет. Эмблема на нем будто пылала, ослепляя Итэра своей красотой и теми возможностями, которыми, как он считал, откроются ему. «Огонь — не совсем то, что я бы хотел, но все равно лучше, чем ничего», — пробежало у него в мыслях. С трудностью накинув на себя одежду, он решил попрактиковаться в использовании глаза бога. Вспомнив о далеко летевшем фениксе, Итэр понял, что для обучения следует выбрать нечто большее крохотной комнаты. И выбор пал пространство за стенами города.              За окном открывался знакомый вид на крыши домов и высокие стены. Мельница Эмбер. В глубине души он жалел, что так резко ответил своим самым близким людям, но никто не должен был узнать о его находке. По крайней мере в ближайшее время. Надевать планер, висевший на стене, Итэр посчитал плохой идеей в виду его жутких болей в спине. Открыв единственную в комнате дверь, он обнаружил винтовую лестницу, сворачивающуюся глубоко вниз.              Побелевшее солнце ярко ослепляло путь Итэра. Артефакт в его руках слабо вибрировал, дав надежду на его успешное применение. Все же, он чувствовал себя вором, присвоив чужое. Создавалось впечатление, что каждый прохожий с подозрением смотрит ему вслед. Итэр спешил поскорее выбраться за пределы Мондштадта. Внезапно тяжелая рука коснулась плеча Итэра: перед ним оказался высокий человек в сияющих от солнечных лучей доспехах. «Он точно знает», — испугался Итэр, уже нацелившись бежать со всех ног. Однако лицо рыцаря, несмотря на всю суровость, было весьма дружелюбным.       — Прости, что сразу не поспешил в бой вместе с тобой тогда, два дня назад, — начал стражник. — Приказ есть приказ, я не мог его ослушаться.       — Да, — с облегчением вздохнул Итэр. — Я понимаю. Спасибо, что все-таки пришли на помощь.       — Кстати, твои друзья уже не в госпитале, отпустили их, — стражник взмахнул рукой в сторону отдаленной неприметной улицы, которую Итэр никогда не замечал, ранее бродя по городу. — Беннета, правда, отдали под опеку той странной девушки. Все забываю ее имя…       — Фишль?       — Точно. Как в той книге, да? — стражник улыбнулся. — Ну, мне пора продолжать патрулирование, удачи тебе!        Тревожность постепенно исчезала. Итэр и не подозревал, что несколько дней пролежал без сознания из-за обычного удара по спине, хоть и очень сильного. Мондштадские стены становились все ближе до тех пор, пока вовсе не оказались у него за спиной. Встречный холодный ветер освежал мысли, заставляя смотреть в сторону, противоположную от места недавнего боя. Добравшись до поляны, выглядевшей достаточно спокойной для тренировки, Итэр обхватил глаз бога обеими руками и взмахнул ими вперед, пытаясь извергнуть пламя из побрякушки в его ладонях. Ничего не происходило. «Нужно постараться почувствовать его», — посчитал Итэр. Он пытался медитировать, стараясь отыскать его силу в своем подсознании, использовал меч, закрепив глаз бога на поясе. Следовало испробовать все возможные варианты.       Но все попытки были тщетны. Раз за разом, снова и снова он старался пробудить силу, таившуюся в артефакте. Солнце постепенно начинало заходить за горизонт, а вместе с ним и терпение Итэра. Он швырнул глаз бога о землю, достал из ножен свой меч, стремясь уничтожить бесполезную стекляшку. Но вдруг остановился.        «Может, потому что его хозяин все еще жив?» — неожиданно промелькнуло в мыслях, от чего кисть сильнее сжала рукоять меча.       По возвращении, город уже освещала яркая луна, а желтые фонари старались защитить его от нарастающей ночи. В окнах невысокого одноэтажного здания, одиноко стоявшего в конце улицы, на которую указал стражник, тускло горел свет. Каменные стены были украшены рисунком ночного неба, освещенного сияющими звездами. Какое-то внутреннее чутье подсказывало Итэру, что это именно тот дом, который ему нужен. Он осторожно подошел к двери из красного дерева и вознес руку. Раздалось три негромких стука. Девушка с бледной кожей и белыми распущенными волосами, одетая в темную ночную рубашку, вопросительно смотрела на него. Ее левый глаз, вместо элегантной шелковой повязки был обвязан белыми бинтами. «Так она выглядит еще более милой», — думал Итэр, вспоминая разговор незнакомых людей в таверне.       — Привет, я пришел к Беннету.       — Проходи, — Фишль впустила Итэра в дом. — Но он еще не пришел в себя.       Зайдя внутрь, Итэр прошел по длинному коридору, уставленному догорающими свечами, освещавшими картины неизвестного художника: яркие цветочные сады, закат над морем и замок в горах, освещенный луной. «Эти картины такие… умиротворяющие», — пронеслось у Итэра в голове. Исходя из образа девушки, он ожидал увидеть мрачные изображения, например, схватки с невиданными чудовищами или тьму, подстерегавшую человека за углом, но никак не это.       — Сюда, — позвала его Фишль, указывая на одну из комнат.       Итэр, все также невольно держа руку на рукояти меча, последовал за девушкой. В комнате пахло цветами и лечебными травами. У кровати, на которой лежал Беннет, располагалось ведерко с прохладной водой и мокрой тряпкой. Беннет едва слышно дышал: его тело было покрыто синяками, а из свежезашитых ран виднелась засохшая кровь. Итэр наклонился над кроватью и постарался незаметно подложить так же ясно горевший глаз бога под подушку.       — Итэр! — негромко окликнула девушка.       Он обернулся в ее сторону. Фишль все также стояла у двери. В ней не было той пустоты, что заметил в ней Итэр в прошлый раз. Ее единственный глаз теперь излучал какое-то теплое, совершенно незнакомое ему чувство.       — Спасибо тебе, — Фишль опустила голову. — Что спас нас тогда.