сборник зарисовок

      Чёрт бы его побрал, этого репетитора. Стэнли учился только на втором году начальной школы и искренне не понимал, как самый настоящий второклассник, зачем ему репетитор по математике. И математика ему зачем. Когде есть Ксено, который и репетитора легко заменит и математику, если надо.       Он бежал к дому своего лучшего друга, проклиная решение мамы подтянуть его в цифрах. Из математического его волновало только количество часов, проведённых с Ксено и то, сколько раз Уингфилд улыбнулся. Ну правда, мам.       Пока он страдал над тетрадкой в клетку, Ксено уже давно занимался своей любимой наукой. Паршиво! Столько пропускает.       Буквально ворвавшись в дом Хьюстонов Уингфилдов, Стэнли успел только бросить нелепое «Здрасьте» родителям Ксено. И вот он уже в комнате друга.       Интересно, что же Ксено собирает на этот раз? Что создаёт? Какое-нибудь оружие или мини-ракету? Он заглянул через плечо сидящего за столом Ксено и увидел… помаду?       – Э? — леденец упал из его рта от удивления. Прямо на стол.       – Стэн! Фу! — брезгливо воскликнул мальчик, быстро убирая в сторону все материалы, — совсем не элегантно.       – Извини, — он неловко поднял конфету и вытер рукавами стол, — я просто удивился… Помада?       Стэнли чувствовал себя странно. Зачем Ксено делать такие вещи? До этого он собирал всё более… мальчишеское что ли? Неприятное детское мышление подсказало, что такие штуки обычно делают для кого-то. Помада. Возможно ли, что Ксено нравилась какая-нибудь девочка в классе? Что же…       – А что такого? Я при первой нашей встречи сказал, что хочу изучить всё в этом мире. Косметика — не исключение, — поделился Ксено, – ты знал, что для помады нужен пчелиный воск? А ещё миндальное масло, я еле у мамы выпросил. Для пигмента сорвал чернику во дворе. Я ещё не решил, что делать с плёнкообразующими добавками, но…       А? Фух, это всё ещё его Ксено. С наукой и без девочки. Сердце Стэнли немного успокоилось. Он стоял и улыбался так легко, будто бы конец света отменили, а ещё лучше — репетитора по математике.       – Стэн? Стэ-э-эн? Ты меня слушаешь? — упс. Весь научный монолог он пропустил из-за непонятного приступа облегчения.       – А ты…, — Стэнли не верил, что собирался это сказать, но его юное сердце поразила абсолютно детская ревность. Хотя повода не было, — а ты можешь опробовать помаду на мне?       Ксено хлопнул глазами. Да-да, Стэнли снова сказал что-то неэлегантное. Крайне. Однако… Что-то в этом было. Несмотря на малый возраст, взгляд у Стэнли был выразительный и строгий. Ксено представил. Да, что-то в этом было.       Он взял свой образец, встал и подошёл к другу. Его рука ни разу не дрогнула, пока он намазывал фиолетовую помаду на чужие губы. Делал он это так старательно, будто бы собирал очередной механизм. Стэнли замер.       – Ну как? — спросил подопытный, не отрывая взгляд от сосредоточенного лица Ксено.       Тот хмурился и смотрел на накрашенные губы. Чего-то не хватало. У Стэнли было своё мнение о том, чего же всё-таки не хватало — и это была улыбка на лице Ксено.       Стэнли наклонился немного вниз и поцеловал щёку Ксено, немного задерживаясь, чтобы отпечаток точно остался.       – Стэн! Что ты—       И потом чмокнул прямо в губы. И засмеялся.       – Хорошая помада. Или это наоборот плохо, когда она оставляет такие следы? Только посмотри на себя.       Ксено, успокаивая свой поток мыслей и неугомонное сердце, оглянулся в сторону зеркала. И засмеялся тоже.