Искусство продаваться выгодно

- Что, простите? - У тебя проблемы со слухом? - процедил Валентино, выпуская дым из ноздрей. - Весьма прискорбно - такие большие уши, и бесполезны... Я хочу, чтобы оверлорд Хаскер сдох. Исчез. Помер, захлебываясь собственной кровью - так тебе понятнее? - Вы, должно быть, невнимательно меня слушали в самую первую нашу встречу, - нахмурился Абдулла. - Я не исполняю желания, связанные с вредом для других! - Да, ты говорил что-то по этому поводу, - мотылек насмешливо повел рукой. - Но тогда ты мне ещё не принадлежал, а теперь... Теперь пора бы оставить эти глупости в прошлом и делать, как тебе велю я... Но лицо юноши, прежде отрешенно-покорное, преобразилось. Темные глаза заблестели, а ноздри начали раздуваться: - Наш контракт обговаривает мою принадлежность вам! Обязанность сниматься и обслуживать клиентов - ни слова о том, чтобы нарушать мои главные жизненные принципы! Это что тут началось? Валентино совсем не нравилось, в каком направлении пошел этот разговор. С чего это Шахерезада вдруг стал таким непослушным?! - Ты у меня в студии, - сжал он зубы. - Согласно контракту, я могу делать с тобой все, что захочу! - Да, - вздернул подбородок Абдулла. - Но там не написано, что я обязан убивать кого-то ради вас! Вот ведь упрямец... Сдержав раскат гнева глубоко в груди, Валентино встал. Прошёлся у джинна за спиной, невесомо проводя пальцами по плечам, и смягчил тон: - Верно, не написано... Но ведь это такие бюрократические мелочи! Что тебе стоит - один раз хлопнуть в ладоши, и главный враг твоего папочки исчезнет?.. Подумай об этом. Всего одна смерть - и ты станешь моей главной звездой, ярче самого Энджел Даста! У тебя будут личные апартаменты, и лимузин, и тройной оклад!.. Бесполезно - Абдулла только посуровел ещё сильнее. И стряхнул руку босса с плеча! - Извините, господин Валентино, но этого я не сделаю никогда... Я убивал, когда только попал сюда. Убивал тех, за кого мне платили, но никакие деньги не стоили тех последствий! Я исполню любое ваше желание, в силу своих скромных возможностей, но это? В Аду и без меня достаточно убийц! Вот ведь зазнавшаяся дрянь в разноцветных простынях! Мало ему было Энджела, теперь и этот решил зубы показать?! У мотылька больше не было сил сдерживаться. Рявкнув: - Ах вот, значит, как?! - он замахнулся и опрокинул Шахерезаду на пол одной хорошей пощечиной. - Я дал тебе все! Контракт, содержание, возможность прославиться, и ты мне отплатил этим?! Из разбитой губы парня текла кровь. Лёжа на полу, он не шевелился, только смотрел на босса снизу вверх взглядом, полным ужаса и шока... - Ты такой же, как Энджел Даст! Просто раскрашенная шлюха, что укусила руку, которую кормят! Ты убьешь Хаскера или нет?! Абдулла медленно поднялся. Вытер дрожащей рукой кровь и, подняв на мотылька взгляд, ответил тихим, но уверенным голосом: - Нет... - Тогда проваливай с глаз моих! - закричал Валентино на пределе громкости. - Нахуй я с тобой связался?! Бесполезный, тупорылый членосос!.. Абдулла мигом скрылся за дверью. Вслед ему полетело пресс-папье, подставка для карандашей, файлы с бумагами... Немного выпустив пар, Валентино упал обратно в кресло. Пыхтя сигаретой, он поднял глаза на плакат, висящий на стене. С него улыбался полуобнажённый Энджел Даст, лишенный глаз - они все были утыканы дротиками от дартса. Равно как грудь и паховая область... - Терпеть не могу непокорных шлюх, - пробурчал Валентино в пустоту. - Но ничего, детка, я тебя быстро исправлю. Когда ты снова станешь моим, я тебя так трахну, что член в зад войдёт и через горло выйдет... И больше ты уже никуда, никогда от меня не убежишь!

***

- Вы в порядке? - обеспокоенно спросил крыс, коснувшись запястья Энджела. - Что-то случилось?.. Вскрикнув, паук в ужасе шарахнулся от прикосновения. Все в его голове поехало куда-то набекрень! Отрывки воспоминаний о бункере проносились перед глазами тошнотворной каруселью - цепи. Клещи. Кнут. Фигуры в плащах, разного роста и комплекции - но лиц он не помнил. Ни одного... - Постойте, Энджел!.. Он побежал, сам не зная, куда. Запнувшись о подол длинного платья, рухнул в кусты, оказавшись на позорных четвереньках. Его трясло, липкий пот бежал по спине. Дышать... Дышать! Все тело сотрясло спазмом. Попытавшись зажать рот, Энджел только испачкал пальцы вырвавшейся желчью! И пальцы, и подбородок, и платье, которое и так уже извалялось в земле... В уши внезапно ворвался гомон. С десяток папарацци фотографировали его в столь неприглядном виде, галдя так, будто увидели диковинную зверюшку в зоопарке, а он, ничего не в силах сказать, смог только вздыбить мех и беспомощно зашипеть... - Что за?! - в объективы влетело несколько игральных карт, разбивая их к чертовой матери. У журналистов, впрочем, были проблемы и посерьёзнее испорченной аппаратуры - например, огромная кошка, которую только самоубийца попытался бы погладить... От раскатистого рыка они все кинулись наутёк. Трансформировавшись в обычную форму, Хаск кинулся к Энджелу: - Что случилось, детка?! Сейчас, сейчас...       Белый носовой платок тут же испачкался в рвоте. Без всякой брезгливости вытирая Даста от этой гадости, босс прикрыл его крылом. Энджел пытался сказать хоть что-то, но зубы стучали, как будто его кинули зимой в прорубь! - Вот вы где, Энджел! Что с вами случилось? Вы так резко побежали!.. При виде бывшего клиента стало только хуже. Всхлипнув, он прижался к Хаску, стремясь стать как можно незаметнее, а тот, подозрительно прищурившись, спросил крыса: - Что случилось? - Ничего! Я просто дал ему прикурить, мы разговаривали, а потом он вдруг изменился в лице и куда-то побежал... Вот скотина! Врать так спокойно и непринужденно - тоже своего рода талант... - Ш-шелк... - преодолевая дробный стук зубов, шепнул он Хаску. - Шелковые... узы!.. Глаза кота расширились на секунду. И шок быстро сменился холодной яростью... Обняв Энджела покрепче, он заложил два пальца в рот и заливисто свистнул: - Охрана! Несколько гончих тут же появились рядом. Гладя подчинённого по спине свободной лапой, Хаск показал на крыса и недрогнувшим голосом велел: - Этого - в застенки. Разберусь с ним позже... Во рту все ещё чувствовался мерзкий привкус желчи. Все вокруг было... слишком. Слишком открыто, ярко, шумно, громко... Энджелу казалось, он вот-вот сойдёт с ума. Лишь ощущение перьев, щекочущих кожу, и обнимающих его теплых лап хоть как-то связывало с реальностью! - Вы... вы что себе позволяете?! - слышал он отдаленные крики. - Я ни в чем не виноват! Я напишу жалобу на имя Люцифееерааа!.. - Все хорошо, Энджел. Сейчас мы будем дома... - Дома? - резко замотал он головой. - Нет, нееет, не надо домой! Я в порядке, мне надо только собраться!.. - Энджел, - голос босса стал твёрже. - Тебе же плохо... - Ну и что?! - квакающий припизднутый смех сам вырвался из горла. - Да, я тебя опозорил блёвом перед журналистами, но больше я не подведу! У тебя же такой важный прием!.. - Энджел! - гаркнул Хаск, заставив его вздрогнуть от неожиданности. - Плевал я и на журналистов, и на этот прием... Ты - важнее! - Х-хаск... Дышать вдруг стало гораздо легче. Это босс незаметно потянул за ленты сзади, ослабляя корсет... Наверное, сука Трикси позлорадоствовала бы, увидев его сейчас. Растрёпанная прическа, пятна на платье, дрожащие губы... Хорошо, что крылья Хаска закрывали его от чужих любопытных взглядов не хуже щита. Из салона этого лимузина Энджел выходил, как звезда. А вернулся обратно, как полное чмо... Всю дорогу он не сказал и слова, положив гудящую голову на плечо кота. Наверное, дома и правда будет лучше...

***

- Вот успокоительное, - Хаск поставил стеклянный флакон на тумбочку. - Тебе принести воды, поесть? Открыть окно? Мне лучше уйти, или побыть с тобой? - Ничего не нужно, - Энджел поджал колени к груди. - Просто не уходи... Толстый Наггетс свернулся около его живота теплым розовым комком. Хаск забрался на диван и лег рядом, лицом к нему. Что-то в этом уже было знакомое... - Хаск, - не смог сдержать паук любопытства. - Что с этим парнем будет в твоих... застенках? - Он умрет, - буднично ответил кот. - Я лично перережу ему горло ангельским ножом, а ногти принесу тебе в подарок... - А не слишком жёстко? - По мне, так в самый раз для таких больных ублюдков, как посетители "Шелковых уз"... Только не говори, что тебе его жалко, - фыркнув, Хаск откинул прядь волос со лба подчинённого. - Если встретим кого-то ещё из той клиентуры, я сделаю с ними то же самое. Сотру в порошок каждого, кто тебя тронул... - Это же было так давно! - Ну и что? Судя по тому, что я уже видел, для тебя "Шелковые узы" нихуя не прошли бесследно! Это точно... Может, ангельское оружие и было крайней мерой, но Энджел почувствовал мрачное удовлетворение от мысли, что крыс переживет хотя бы часть того, что пережил он. В каменном мешке, где никто не услышит криков, не проявит сострадания и уж точно не придёт на помощь! - Прости меня, - пробормотал он, закрывая глаза. - Я был таким слабым и бесполезным сегодня! - Не говори так про себя, - нахмурился Хаск. - Ты нихуя не слабый! Просто пережил слишком много дерьма, от которого у другого демона уже крыша бы поехала... Того, что было, я исправить не смогу. Но впереди у нас целая вечность, чтобы я мог о тебе заботиться. Оберегать, поддерживать... - И наказывать! - Ага, - усмехнулся босс. - И наказывать... И, может быть, настанет день, когда тебе станет легче. Когда Валентино, порно и "Шелковые узы" станут лишь далёким воспоминанием... Вечность рядом с котиком? Энджелу очень даже нравилась эта идея... Голову уже начало заволакивать туманом успокоительного. Зевнув, он придвинулся к Хаску поближе, они соприкоснулись лбами. Послышалось тихое урчание... - Ты что, мурлычешь? Ничего не ответив, Хаск обнял его. Уткнувшись лицом в грудь, завозился там, потираясь подбородком о пушок, и Энджел не смог удержаться - почесал босса за ушами... Раньше чувство того, что посмертная жизнь не закончится никогда, вызывала у него лишь желание найти какую-нибудь экзорцистку и броситься прямиком на ее копьё. Но такой клуб одиноких сердец стоил того, чтобы жить. Он и Хаск, вместе за одно - самый лучший на свете босс и самый преданный эффективный сотрудник...