Искусство продаваться выгодно

      Машина остановилась у казино. Энджел Даст подавал признаки жизни только своим безбожным храпом... Тряска за плечи не заставила его проснуться ни на секунду. - Поняяятно, - вздохнул Хаск. - Значит, придется транспортировать вручную? Конечности паука болтались в воздухе, как переваренные макаронины. Вытащив бесчувственное тело из машины, кот закинул его себе на плечо. Его персонал, конечно, привык не задавать хозяину лишних вопросов, но светиться с таким грузом все равно лишний раз не хотелось... Взмах его крыльев заставил дорожную пыль клубиться. Даже полет до верхних этажей гостиницы не пробудил Энджела - он только забормотал что-то невнятное, всхрапывая. Хаск приземлился на балконе своих личных апартаментов, открыл дверь внутрь одной лапой, второй не забывая придерживать этого идиота на плече. Взял по пути до гостевой спальни трубку внутреннего телефона и услышал бодрый женский голос: - Алло, мистер Хаск! - Матрешка, ты? Нужен комплект постельного. У меня, кхм, переночует гость... - Сейчас буду! В ожидании горничной Хаск посадил Даста в кресло. Смотреть на это лицо, перепачканное потекшей "красотой", было тяжело, и вообще, не будет же он спать в таком виде... Всего через пару прикосновений белая влажная салфетка покрылась гуталиновыми полосами туши. Не самая приятная работа выдалась - тереть чужое лицо снова и снова, снимая эту жуткую косметическую маску! Салфетки улетали в ведро одна за другой. Особенно тяжело было стереть толстый слой тональника под глазами. Один из которых без искусной замазки предстал во всем своем неприглядном виде. Подбитым... Кто это сделал - Валентино? Те адские гончие, может, вообще кто-то другой? Слишком много непрошеных вопросов разрывали оверлорду голову... - Ух ты, - округлила глаза Матрешка при виде гостя. - Это же... ну, как его, тот, из фильмов срамных! Божечки, вроде парень, а выглядит, как девица красная... - Насмотрелась? А теперь - кыш, любопытной Варваре нос оторвали!       Прежде, чем положить эту занозу в заднице на застеленный диван, Хаску предстояла еще более неприятная задача. Поджав уши и проклиная паука последними словами, он начал осторожно расстегивать пуговицы его пиджака... Пышная подушка белоснежного пуха мерно поднималась в такт дыханию. Широкая розовая полоса шла по груди Энджела, образуя форму сердца, и дальше, вдоль плоского живота, и рядом с ней... Рядом с местом, где у людей находится пупок, шерстка была опалена в нескольких местах. Ожоги были круглыми и маленькими, и, посмотрев на них поближе, Хаск подтвердил свои мрачные догадки. О самую большую порнозвезду Ада кто-то тушил сигареты! При легком нажатии на живот Энджел даже сквозь сон передернулся. Забыв уже про всякое стеснение, кот начал ворошить его мех, пытаясь разглядеть кожу. Во многих местах она оказалась сине-фиолетовой... - Ох, боже, - вздохнул он, переворачивая паука задом кверху. - За что меня жизнь тобой наказала?.. Он чувствовал себя ужасно, делая это, но мало ли, что могли сделать, как минимум, те подонки из кабака? Ему же не нужно, чтобы чужая собственность истекла кровью в его казино! Нервно дергая хвостом, Хаск стянул с Энджела черные велосипедки. Ни на них, ни на дебильных стрингах, сшитых из трех ленточек, слава богу, не было никаких следов крови. Хоть тут он мог выдохнуть с облегчением... Ага, как же! Он подскочил от назойливой трели, доносящейся непонятно откуда. От Энджела... От его меховых сисек! Телефон был спрятан там - дисплей просвечивал сквозь белые ворсинки. Покраснев до ушей, оверлорд его вытащил и прищурился, увидев на дисплее: "Валентино"... - Ах ты, дрянь! - от крика по ту сторону провода даже у него, демона не робкого десятка, сердце в пятки ушло. - Ты где шляешься, блядюга?! У нас съемки начинаются через два часа, а ты опять не в студии! Да ты представляешь, что я с тобой сделаю за два прогула подряд?!.. - Привет, Валентино, - сдержанно поздоровался Хаск, и вопли тут же как отрезало. - А-алло... алло, кто это? Где мой кексик?! - Это Хаскер, - кот покачался с носка на пятку, засунув свободную лапу в карман. - Вышел тут погулять, выпить, встретил случайно этого твоего, отдыхал после съемок, слово за слово, ну и... Спит сейчас. Сосет он у тебя отменно, кстати! - Это да... Сам его учил, - подобострастно захихикал мотылек. - Слушай, Хаскер, ты там разбуди его, скажи, чтобы сейчас же дул на съемки! Сам понимаешь, звезда, мы без него как без рук... - Понимаю, понимаю, но... может, договоримся? Уж очень мне понравились его дырки, так что я его у тебя покупаю на день! Сколько хочешь? - Э-э, - в голосе Валентино зазвучало сомнение. - В любой другой день - с радостью, но съемка... - Оплачу неустойку на день, и сверху за день его услуг! По рукам? - И-и десять процентов сверху за внеурочный вызов!.. Вот ведь хапуга лысый - скрипнул Хаск зубами, а сам ответил не дрогнувшим голосом: - Отлично, я пришлю тебе чек! Итак, от мотылька успешно избавились. Теперь дело оставалось за малым - сходив к себе в спальню, он нашел безразмерную домашнюю футболку с принтом игральных карт и хоть как-то прикрыл паучий срам. Закутал Энджела в одеяло, как буррито, и, уходя, выключил свет... - Ебаный Энджел Даст. На кой черт я вообще с тобой вожусь?..

***

- Где я?.. Утро, что удивительно, встретило Энджела не в канаве. Более того, его посетило странное чувство дежавю... Держась за больную голову, Даст резко сел. Он лежал на диване, застеленном белоснежным бельем, в комнате, которую точно раньше видел. На нем была футболка, от которой слегка пахло виски и табаком... Приятный аромат. Солнце за окном светило слепяще-ярко... Блядь! Ужас накрыл Энджела с головой. Он что, проспал съемку?! Ахнув, он сцапнул свой телефон, лежавший на тумбочке, и взвыл - полдень! Странно... Почему телефон еще не лопнул от звонков и разгневанных сообщений Валентино? Что вообще было вчера?! От панических мыслей его отвлек стук в дверь. - Входите! В комнату вошла девушка в черном платье горничной с накрахмаленным передником. Ее лицо было очень бледным, но с пылающим румянцем на щеках, русые волосы, заплетенные в косу, прикрывал по-старомодному повязанный пестрый платок. При виде Энджела она улыбнулась, оскалив бритвенно-острые зубы: - Проснулся, голубчик? - и поставила на тумбочку поднос. - Хаск сказал тебе завтрак подать! При виде блинчиков, украшенных стружкой шоколада и клубничками, в животе у Даста повело. Ему нельзя было такое есть! Но пахло слишком заманчиво... - Х-хаск? - к щекам почему-то прилил румянец. - М-меня Энджел зовут, а вас?.. - Матрешка я! - Слушайте, Матрешка, можете... можете позвать Хаска? - Да не вопрос! Наш барин сейчас немного занят, но я ему скажу... Чувство дежавю становилось только сильнее. Кофе, апельсиновый сок, пара булочек, масло и джем в порционных упаковках, большая таблетка средства от похмелья, которым Энджел сам часто пользовался... Он чувствовал себя так, будто попал в кино - не в то, где обычно снимался, а в нормальное. Ему стоило бежать отсюда, роняя тапки. Бежать и встретить достойно гнев Валентино, а он... Он не хотел отсюда уходить. Не хотел вылезать из-под одеяла, снимать эту гребаную футболку. И эти блинчики были такими чертовски вкусными! - Очнулась, Спящая Красавица? При виде кота Энджел чуть не поперхнулся соком. В таком виде он вряд ли бы кого-то соблазнил, но попытка не пытка - поправив волосы, он соблазнительно выпятил грудь и томно прошептал: - Завтрак в постель? Как романтично с вашей стороны... - Оставь эти штучки, на мне они не проканают, - только поморщился Хаск. - Если тебя это волнует, у нас ничего не было! Ты вообще хоть что-то помнишь? Призадумавшись, Энджел честно покачал головой. - Неудивительно... Надо следить, с кем ты пьешь и что ты пьешь, - оверлорд скривился в отвращении. - Тебя чем-то накачали! - Ну, это я еще помню, - дернул он плечом. - Думаете, я бы не заметил, что меня накачивают? Я этим все время занимаюсь! - Ты... - от шока у Хаска даже дар речи пропал. - Ты что, просто позволяешь кому попало себя накачивать?! От его интонации пауку даже стало стыдно, но, защищаясь, он огрызнулся, вздыбив шерсть на загривке: - А вам какая разница?! Вы мной не владеете! - Кхм... Ты прав, - глубоко вдохнул и выдохнул кот. - Пусть Валентино с этим разбирается... Кстати, о нем. Он звонил насчет съемок, но не переживай - я договорился. Сегодня у тебя выходной... Договорился? С Валентино? Эти два предложения явно друг другу противоречили! Договорился... С Валентино! Постепенно до Даста начало доходить. - Вы... Вы опять мне помогли. И ничего не просите взамен, даже от моих услуг отказываетесь... Почему? Чего вы от меня хотите? - Ничего, - пожал плечами кот. - Что мне может быть нужно от кого-то вроде тебя? И он поставил что-то на тумбочку. Колбу из темного стекла, заткнутую пробковой крышкой... - Выпьешь после еды. Это зелье для ускорения регенерации... - Вы с ума сошли? - сглотнул паук. - Оно же дорогущее... И вы его потратите на шлюху? - Я бы на твоем месте не отказывался, - Хаск смерил его строгим взглядом золотистых глаз. - У тебя весь живот синий... Столько доброты за один раз? Это уже слишком! У Энджела разрывался мозг. Быстро прикончив завтрак, он вытащил пробку из горлышка. Поколебавшись, отпил зелья и скривился, высунув язык: - Горькое! - А ты думал, - усмехнулся кот. - Давай-давай, до дна пей, не халтурь! Какая немыслимая гадость... Допить всю бутылочку оказалось тем еще испытанием, зато сразу стало намного легче. И ничего больше не болело! - Ну так, - проморгавшись, он игриво подмигнул Хаску. - Чем займемся? - Я - своими делами, - лишая всякой возможности отработать доброту, отрезал оверлорд. - А ты иди, куда хочешь!

***

- Бляяядь, Даст, ну ты дал, конечно! Кто еще додумается на чужих мозгах чечетку танцевать?! Совет Хаска идти, куда хочется, Энджел использовал на всю катушку. Сперва, удачно прошмыгнув мимо охраны в студию, немного провел времени с Толстым Наггетсом, чтобы малыш не скучал, а потом таким же шпионским методом улизнул к Черри. Рассказал ей, что случилось, и старая подруга пришла к выводу, что Хаск к нему не равнодушен, как минимум, иначе откуда столько заботы? Хотелось бы верить! Простая посиделка у титюлечки дома плавно перетекла в ближайший бар, а там они случайно оказались втянуты в перестрелку... В общем и целом, выходной прошел отлично! Уже была глубокая ночь, и они шли по пустой улице, поддерживая друг друга и хохотали, как дебилы. Мартини с коксом - сочетание беспроигрышное, но даже оно не спасало от осознания, что свободный денек закончился. Что сейчас придется возвращаться на студию... - Ну, пока, чудила! - помахав ему рукой, шатающаяся Черри скрылась за поворотом. Оставшись один, Энджел оперся спиной о фонарный столб и закурил. Его легкий топик и мини-юбка в оборку явно не годились для поздних прогулок - пушок встал дыбом от холода. Противная сладость сигареты разлилась по носоглотке... Он весь уже пропитался запахом Валентино. Противным, тошнотворным, и в то же время - вызывающим болезненную зависимость... Рядом скрипнули колеса. Машинально оглянувшись, Энджел широко распахнул глаза и, бросив сигарету, кинулся наутёк... Дверь лимузина медленно открылась. Дурак! Какой же он дурак! - Да что я опять-то сделал?! - с обидой закричал он, чувствуя, как цепь из дыма затягивается удавкой вокруг шеи. - Отпусти! Я сам домой вернусь!.. - В машину, - прошипел Валентино таким тоном, что Даст предпочел сразу же засунуть язык туда, где солнце не светит, и подчиниться. Когда босс искал его по городу лично, ничем хорошим это никогда не заканчивалось!       Несмотря на поздний час, студия еще работала - тут и там слышались стоны и шлепки. Скрестив нижние руки на животе, он покорно шел за мотыльком, гадая, как именно ему влетит на этот раз... Открылась тяжелая дверь рабочего кабинета. Упав на кожаный диванчик, Вал широко расставил ноги и, вальяжно запрокинув голову, поднес мундштук к губам. - Итак, кексик, этот картежник Хаскер выкупил тебя со съемок на целый день... Как все прошло? Хаск его выкупил? Ну и ну! Благодаря своему таланту актера Энджел не показал удивления: - Неплохо... Он был неутомим и страстен, но... но при этом очень нежен!.. Валентино неодобрительно скривился - видать, не понравились такие хвалебные эпитеты в адрес кого-то, кроме него самого. Прищурившись, он выдохнул в сторону своей любимой игрушки дым... - Он заплатил щедро, и только это тебя спасло. Но после ты, конечно же, сразу решил все испортить и ввязаться в кабацкие приключения с этим отребьем, которое ты почему-то зовешь подругой... Думаешь, у меня других дел нет, кроме как гоняться за тобой по всему городу? - Так не гоняйся, - буркнул Энджел, не подумав, и тут же пожалел, ведь глаза мотылька загорелись злобой: - Прости, что? Ты мне еще и огрызаться будешь?! В последнее время ты только и делаешь, что мотаешь мне нервы, сладкий. Пора бы преподать тебе урок... Вжав голову в плечи, паук застыл. Как это будет - в живот? По носу? Пощечина? Опять цепь. Плавно перебирая одно звено за другим, Вал подтянул его ближе. Обхватил талию, укладывая животом себе на колени, и хмыкнул, подцепив золотым когтем подол юбки... Вот, значит, как? - Думаешь, тебе позволено просто бегать по Пентаграмм-сити и творить, что в голову взбредет? Ты же моя главная звезда, Энджи. От тебя зависит мой имидж... Полный пиздеж. Валу просто не нравилось, когда его любимая кукла пачкала руки. Когда позволяла себе быть неидеальной, а то и, того хуже, некрасивой... Когда проявляла интерес хоть к чему-то, не связанному со студией и ее бессменным главой! Все это Даст понимал прекрасно. Но, когда лежишь у того, кому продал свою душу, на коленках с задранной юбкой, как-то не особо тянет умничать... Мягко засмеявшись, Валентино медленно потянул вниз его стринги, спуская их до самых щиколоток. - Тебе есть, что сказать по этому поводу? Увы, суд имени великого Вала никаких оправданий никогда не принимал, так что Энджел выбрал хранить молчание. Ровно до той секунды, как первый хлесткий удар обжег ягодицу... Похоже, сегодня у мотылька был настрой в сторону унижения, а не реальной физической расправы. Можно сказать, Энджелу повезло! После третьего удара он начал тихо похныкивать. Стоило бы заплакать поскорее, чтобы босс увидел, что наказание действует, как положено... - Ты. Мне. Принадлежишь, - каждое слово мотылек отчеканил особо крепкими ударами. - Жаль, что ты никак это не усвоишь своей пустой головой... Ну ничего, мне не жалко - буду напоминать столько, сколько потребуется! Грабли у него были большие и жесткие, лупили сильно и со знанием дела - шлепки шли с небольшими перерывами, чтобы боль от предыдущего не заглушала следующий, и особенно размашисто прилетало по нижней части задницы, чтобы Даст еще долго вспоминал папочку при каждой попытке сесть... Вот, наконец-то - слезы брызнули из глаз. Двадцатый это был шлепок или тридцатый, он уже сбился со счета, но уже точно подошел к стадии, когда начинал извиняться: - П-пожалуйста, Вал, х-хватит! Я в-все понял... Ага, как же! Это Вал тут решал, понял он или еще нет. А мягкое место уже хорошо так горело! Слезы капали на кожаную обивку. Вцепившись ногтями в подлокотник, он взвизгивал все громче и пытался увернуться, прикрыться нижними руками, только получая еще сильнее. И вот этот демон - тот, кого он любил? Любил настолько, чтобы подписать ебучий контракт на душу? Чтобы в итоге прийти вот к этому. Чтобы всю свою вечную жизнь после смерти быть маленькой наказанной сучкой на коленках у хозяина... Физически Энджел никак не мог сбежать от своей судьбы. А вот разумом - вполне... Он думал о Хаске. Черри говорит, что он неравнодушен, но так ли это? Он уже дважды впустил Энджела в свой дом, заставил выпить дорогущее зелье, выкупил со съемок, но при этом не хочет его душу. Даже тело не хочет! Говорит, что ему не нужны шлюхи... Такой странный. И глаза у него такие красивые, пронзительные, властные, но не как у Вала - убийственные и подавляющие, а просто уверенные и спокойные. В студию к мотыльку зайдешь - сразу будет видно, какие там все зашуганные, работающие из-под палки, а у Хаска все выглядели вполне нормально. И крупье, и официанты, и та прачка-енот, и горничная Матрешка... Энджел был уверен, что на котика ему точно бы понравилось работать. Что он был бы доволен жизнью, даже не будучи свободным... И лапы у оверлорда азарта ему тоже нравились. Широкие, сильные, но такие мягкие! Он еще помнил их прикосновение. Интересно, а каково это - быть отшлепанным такими пушистыми лапками?.. - Ну, ну, не реви, кексик, - Валентино приостановился, взлохмачивая короткий пушок на ягодицах. Под ним, должно быть, кожа уже стала ярко-красной! - Я сучек и за меньшее убивал, а тебя так, пожурил... Ты должен мне быть благодарен. Где моя благодарность? - С-с-спасибо, папочка... Новая фантазия, пришедшая на ум, оказалась слишком интересной, чтобы Энджел не нырнул в нее мыслями как следует. Вместо Валентино он теперь представлял Хаска... Сияющие кошачьи глаза, пестрые крылья. Легкий запах табака и виски, идеально сидящий классический костюм, рукава которого кот, конечно, закатает повыше перед тем, как взяться за воспитание плохого, очень плохого мальчика... Паук невольно прикусил нижнюю губу, в животе неожиданно приятно повело. Черная лапа медленно гладит белый мех с розовыми пятнышками, примериваясь по-хозяйски, замахивается, и... - Знаешь, по-моему, тебе пора поставить клеймо! Увы, реальность, в отличие от фантазий, была жестока. Хлюпая носом, Энджел пролепетал: - К-какое еще клеймо? - Если заказать у Кармиллы букву из ангельской стали, букву "V", накалить и приставить, скажем... вот сюда! - и с глумливой ухмылкой Вал снова его шлепнул. - То этот шрам не исчезнет никогда. И другие не забудут, кому ты принадлежишь, и ты будешь вспоминать об этом, когда снова решишь сотворить какую-то херню... Разве не чудная идея, золотко? Ну, а теперь вставай. Твое нытье мне уже надоело... Неужели все? И руки, и ноги тряслись. Кое-как собрав себя в кучу, Энджел встал. Коснувшись себя под юбкой, зашипел от боли и натянул трусы обратно. - Что нужно сказать, сладкий? - Прости меня, Валентино, - опустил он голову. - Я больше не буду... Расплывшись в улыбке, босс навис над ним, гладя по щеке. - Когда я говорю, чтобы ты не участвовал в пьяных заварушках, ты говоришь?.. - Да, Валентино. - Когда я говорю - не опаздывать на съемки, ты говоришь?.. - Да, Валентино... - Хороший мальчик, - мотылек поцеловал его. - Съемка в девять утра. А теперь проваливай с глаз моих! Слава богу, отделался легким испугом и малой кровью... Коридоры студии были пусты. Задницу пекло огнем... Толстый Наггетс проснулся, услышав скрип двери, и радостно закружился вокруг ног Энджела. Теперь он мог переодеться, лечь и получить хоть какую-то передышку... Фривольный наряд сменился просторной пижамой. Устроившись на боку, паук заохал, потирая пятую точку нижней рукой. Наггетс забился к нему под бок, довольно урча. Валентино мог сделать с ним все, что угодно - заставить трахаться с двадцатью парнями до обеда, избить, унизить, принудить к сексу, даже собственная душа Энджелу не принадлежала, и только мечтать ему никто не мог запретить. Засыпая, он вспоминал дом Хаска. Белоснежную постель, широкую футболку, блинчики на завтрак, пронзительный и строгий кошачий взгляд... Даже если мечта его никогда не сбудется, надо же ему куда-то убегать мыслями в тяжелые моменты?