Рассекая тишину

Эмма стояла перед зеркалом, в тысячный раз осматривая свое отражение. Черное платье, которое она надела, казалось одновременно слишком формальным и недостаточно элегантным. Она не могла вспомнить, когда в последний раз так нервничала перед ужином. “Это просто деловая встреча,” - в сотый раз напомнила она себе, поправляя прическу. Но внутренний голос упрямо возражал: деловые встречи не проводят в дорогих итальянских ресторанах в пятницу вечером. Телефон завибрировал, отвлекая ее от размышлений. Это была Мэри Маргарет. “Удачи сегодня! Не забудь рассказать все подробности ;)” - гласило сообщение. Эмма закатила глаза. После того как она упомянула о предстоящем ужине с Реджиной, Мэри Маргарет не переставала подшучивать над ней. “Это не свидание,” - быстро напечатала Эмма в ответ. “Конечно-конечно,” - тут же пришел ответ, сопровождаемый подмигивающим смайликом. Эмма вздохнула и убрала телефон. Часы показывали 19:45. Пора было выходить, если она не хотела опоздать. Ресторан “La Stella” располагался в уютном переулке недалеко от центра города. Когда Эмма вошла, метрдотель провел ее к столику в углу, где уже сидела Реджина. Адвокат выглядела сногсшибательно в темно-бордовом платье, которое идеально подчеркивало ее фигуру. Увидев Эмму, она поднялась с легкой улыбкой. — Доктор Свон, рада, что вы смогли прийти, - сказала Реджина. — Эмма, пожалуйста, - ответила она, садясь напротив. — Мне кажется, мы уже перешли ту стадию, когда нужно обращаться по титулам. Реджина кивнула: — Хорошо, Эмма. Тогда и ты зови меня Реджиной. Первые минуты прошли в неловком молчании, пока они изучали меню. Эмма чувствовала странное напряжение, которое, казалось, можно было потрогать руками. — Итак, - наконец сказала она, когда официант принял их заказ и удалился, — это место выглядит… впечатляюще. — Один из моих любимых ресторанов в городе, - ответила Реджина. — Здесь подают лучшие равиоли с лобстером, которые я когда-либо пробовала. Разговор постепенно стал более непринужденным. Они обсуждали любимые блюда, рестораны, культурную жизнь Бостона. Эмма с удивлением обнаружила, что Реджина обладает острым чувством юмора и широким кругозором. — Знаешь, - сказала Эмма, когда им принесли основные блюда, — я должна признать, что была удивлена твоим приглашением.  Реджина подняла бровь: — Почему? — Ну, учитывая наше… непростое начало, я не ожидала, что мы когда-нибудь будем сидеть здесь и мирно ужинать.- Реджина задумчиво покрутила бокал с вином. — Я тоже не ожидала этого. Но знаешь, иногда первое впечатление бывает обманчивым. Ты оказалась… не такой, как я думала изначально. — И какой же? - спросила Эмма с любопытством. — Более сложной. Интересной. И определенно более упрямой, чем я предполагала, - с легкой улыбкой ответила Реджина. Эмма почувствовала, как ее щеки слегка покраснели от этого комплимента. — Ну, ты тоже оказалась не совсем такой, какой я тебя представляла. — И какой же ты меня представляла?- в глазах Реджины мелькнуло любопытство. — Холодной. Расчетливой. Которая видит в людях только потенциальные судебные иски, - честно ответила Эмма. — Но теперь я вижу, что за этим профессиональным фасадом скрывается гораздо больше. Их взгляды встретились, и Эмма почувствовала, как по спине пробежали мурашки. В глазах Реджины было что-то теплое, почти нежное. Момент был прерван звонком телефона Эммы. Она извинилась и посмотрела на экран. Это был номер больницы. — Прости, я должна ответить, - сказала она Реджине и поднесла телефон к уху. — Доктор Свон слушает. Через несколько секунд выражение ее лица изменилось. — Что? Когда это случилось? … Да, я буду через двадцать минут. Она повесила трубку и виновато посмотрела на Реджину. — Мне очень жаль, но мне нужно срочно в больницу. У одного из моих пациентов осложнение после операции. К ее удивлению, Реджина не выглядела раздраженной. Вместо этого она быстро подозвала официанта. — Принесите нам счет, пожалуйста. И упакуйте наш заказ с собой. Повернувшись к Эмме, она сказала: — Я поеду с тобой. Возможно, моя помощь пригодится. — Ты не обязана… - начала Эмма, но Реджина перебила ее: — Я знаю. Но я хочу помочь. К тому же, мы еще не закончили наш разговор. Двадцать минут спустя они уже входили в приемное отделение больницы. Эмма быстро направилась к лифтам, на ходу надевая белый халат, который ей протянула дежурная медсестра. — Что случилось? - спросила она у встретившего их Дэвида. — Томас Кларк. У него начались судороги и потеря сознания. КТ показывает возможное кровоизлияние в области недавней операции. Эмма кивнула, мысленно прокручивая возможные варианты действий. — Мне нужно осмотреть его немедленно. Приготовьте операционную, возможно, потребуется срочное вмешательство. Она повернулась к Реджине, которая молча следовала за ними. — Извини, но дальше тебе нельзя. Я не знаю, сколько это займет… — Я подожду, - твердо сказала Реджина. —Иди. Спасай своего пациента. Эмма благодарно кивнула и поспешила в палату интенсивной терапии. Следующие два часа прошли как в тумане. Эмма оперировала Томаса, борясь за каждый миллиметр мозговой ткани, стараясь остановить кровотечение и снизить внутричерепное давление. Когда она наконец вышла из операционной, усталая, но удовлетворенная результатом, она была удивлена, увидев Реджину, сидящую в коридоре с чашкой кофе. — Ты все еще здесь, - сказала Эмма, опускаясь на стул рядом с ней. — Я же сказала, что подожду, - ответила Реджина, протягивая ей вторую чашку кофе. — Как твой пациент? — Стабилен. Мы остановили кровотечение и сняли давление. Теперь все зависит от его организма. Они сидели молча некоторое время, потягивая кофе. — Знаешь, - наконец сказала Эмма, — я никогда не перестаю удивляться, насколько хрупка грань между жизнью и смертью. Один неверный разрез, одна секунда промедления - и все может измениться. Реджина внимательно посмотрела на нее. — Это должно быть тяжело - нести такую ответственность каждый день. — Иногда это кажется непосильной ношей, - призналась Эмма. — Но потом я вспоминаю лица пациентов, которых удалось спасти, их семей… И понимаю, что оно того стоит. Реджина осторожно положила свою руку на руку Эммы. — Ты удивительный человек, Эмма Свон. Эмма подняла глаза и встретилась взглядом с Реджиной. В этот момент между ними словно проскочила искра. Эмма почувствовала, как ее сердце начало биться быстрее. Они медленно наклонились друг к другу, их лица были всего в нескольких сантиметрах… — Доктор Свон! - громкий голос Руби заставил их отпрянуть друг от друга. — О, извините, я не хотела прерывать… — Ничего, Руби, - быстро сказала Эмма, вставая. — Что случилось? — Пациент из 305-й палаты жалуется на сильную головную боль. Доктор Нолан просил вас осмотреть его. Эмма кивнула и повернулась к Реджине. — Мне нужно идти. Спасибо, что дождалась меня. Реджина тоже встала. — Не за что. Это был… интересный вечер. Они смотрели друг на друга несколько секунд, не зная, что сказать. — Может быть, мы могли бы повторить наш ужин? - наконец предложила Реджина. — В менее экстремальной обстановке. Эмма улыбнулась. — С удовольствием. Когда Реджина ушла, а Эмма направилась к пациенту, она не могла перестать думать о том, что почти произошло в коридоре. И о том, как сильно ей хотелось, чтобы их не прервали. Следующие несколько дней Эмма не могла выбросить из головы тот почти-поцелуй в больничном коридоре. Она ловила себя на том, что постоянно проверяет телефон, надеясь увидеть сообщение от Реджины. Но адвокат молчала, и Эмма не знала, стоит ли ей самой сделать первый шаг. В среду утром, во время обхода, Эмма столкнулась с неожиданной проблемой. Джон Паркер, который уже готовился к выписке, внезапно отказался от предписанного курса химиотерапии. — Я не могу это сделать, доктор Свон, - сказал он, когда Эмма зашла в его палату. — Я читал о побочных эффектах. Я не хочу провести остаток своей жизни, чувствуя себя больным и слабым. Сара Паркер сидела рядом с мужем, держа его за руку. Её глаза были красными от слез. — Джон, мы обсуждали это, - мягко сказала Эмма. — Химиотерапия значительно увеличивает ваши шансы на долгосрочное выздоровление. Без неё риск рецидива очень высок. — А какие у меня шансы на нормальную жизнь во время этого лечения? - спросил Джон. — Я программист, доктор Свон. Мой мозг - это мой главный инструмент. Я не могу рисковать потерять ясность мышления из-за химии. Эмма вздохнула. Она понимала опасения Джона, но также знала, насколько важно было продолжить лечение. — Послушайте, давайте не будем принимать поспешных решений, - предложила она. — Я организую консультацию с онкологом, он подробно расскажет вам о протоколе лечения и о том, как можно минимизировать побочные эффекты. В этот момент в палату вошла Реджина. Увидев её, Эмма почувствовала, как её сердце пропустило удар. — Доброе утро, - сказала Реджина. — Я слышала, у нас возникли сложности с планом лечения? — Мисс Миллс, - с облегчением произнес Джон. — Я как раз собирался вам звонить. Мне нужна ваша помощь. Следующий час прошел в напряженной дискуссии. Реджина внимательно выслушала опасения Джона, задала несколько острых вопросов Эмме о возможных альтернативах лечения, и наконец предложила компромисс. — Джон, я понимаю ваши страхи, - сказала она. — Но отказ от лечения сейчас может иметь необратимые последствия. Вот что я предлагаю: вы соглашаетесь на первый курс химиотерапии, но по сокращенной схеме. Мы подпишем соглашение с больницей, что если побочные эффекты окажутся слишком тяжелыми, вы имеете право прекратить лечение без юридических последствий. Эмма удивленно посмотрела на Реджину. Это было неожиданное, но разумное предложение. — С медицинской точки зрения, это не идеальный вариант, - сказала она. — Но это лучше, чем полный отказ от лечения. Я согласна на такой компромисс, если Джон готов попробовать. Джон и Сара переглянулись, а затем Джон медленно кивнул. — Хорошо. Я попробую. Когда все детали были согласованы и Паркеры остались обсуждать дальнейшие шаги с медсестрой, Эмма и Реджина вышли в коридор. — Спасибо, - искренне сказала Эмма. — Ты только что, возможно, спасла Джону жизнь. Реджина пожала плечами, но Эмма заметила легкий румянец на её щеках. — Я просто делаю свою работу. Они стояли в неловком молчании несколько секунд, пока Эмма наконец не решилась заговорить. — Слушай, насчет того вечера…” - начала она. — Эмма! - раздался голос Руби. — Прости, что прерываю, но у нас экстренный пациент в приемном. Множественная травма головы после автомобильной аварии. Эмма закрыла глаза и мысленно выругалась. Почему их постоянно прерывают в самые неподходящие моменты? — Мне нужно идти, - сказала она Реджине. — Конечно, - кивнула та. — Может быть… поужинаем завтра вечером? Закончим наш разговор? Эмма почувствовала, как её сердце забилось быстрее. — С удовольствием. Я напишу тебе, когда освобожусь. С этими словами она поспешила в приемное отделение, чувствуя на себе взгляд Реджины. Остаток дня прошел в обычной больничной суете. Эмма прооперировала пострадавшего в аварии, провела несколько консультаций и заполнила гору документов. Но мысли о предстоящем ужине с Реджиной не покидали её. Вечером, сидя в своем кабинете и просматривая результаты анализов, Эмма услышала стук в дверь. Это была Мэри Маргарет. — Эй, ты как? - спросила подруга, присаживаясь на край стола. — Выглядишь задумчивой. Эмма вздохнула. — Я запуталась, Мэри Маргарет. Эти отношения с Реджиной… я не знаю, что происходит. Мэри Маргарет улыбнулась. — Но ты хочешь выяснить, не так ли? — Да, - призналась Эмма. — Но что, если это повлияет на мою работу? Что, если в следующий раз, когда у нас будет сложный случай, я не смогу быть объективной? — Эмма, - мягко сказала Мэри Маргарет, — ты самый профессиональный врач, которого я знаю. Я не думаю, что твои личные чувства когда-либо помешают тебе принимать правильные решения для пациентов. Эмма благодарно улыбнулась подруге. — Спасибо. Я просто… я давно не чувствовала ничего подобного. Это пугает. — Иногда нужно рискнуть, чтобы получить что-то стоящее, думаю ты сама понимаешь , - сказала Мэри Маргарет. — Дай ей шанс, Эмма. Ты заслуживаешь быть счастливой, после истории с Мелиссой.” В этот момент телефон Эммы завибрировал. Это было сообщение от Реджины: “Надеюсь, твой день прошел хорошо. С нетерпением жду завтрашнего вечера. Есть идеи, куда бы ты хотела пойти?” Эмма почувствовала, как улыбка расползается по её лицу.