Рык омеги

Пэк Чхон со всем забыл про гон, обычно переносил на ногах, а в этот раз сущность немного взбунтовалась: «… наверное устал», думал альфа, отписываясь в институт. Не очень хорошее время для ухода на неделю, однако в образовательных учреждениях это обязательное требование для преподавателей и учеников, при специальном не соблюдении следует штраф. Написав на подработку, умылся ко сну лилия мысли: «Хорошо, что есть работа на дистанте, утром можно к вечерней репе подготовиться идоделать курсовую». Утро оказалось не добрым: жар охватил тело, особенно горело в паху, клыки удленились, болели и ныли. Стало понятно, что к вечеру не пройдёт, мучиться ему как надо неделю от дикого возбуждения. Находясь ещё в сознании отправил предупреждение об изменении планов теперь всем, кому что-то должен за эту неделю, отключая телефон. Гон лучше переносить в зверинной форме. Пэк Чхон берберийский лев, редкость подвида львов с густой чёрной гривой, заходившей далеко за плечи и висевшая вниз на животе. Он избавился от одежды, становясь на могучии лапы, в полтора метра ростом, потянувшись, встряхивая гривой, громко прорычал, призывая пару. Приходилось снимать специальную квартиру для альф, дорого, зато мог позволить разгуляться в истинной форме, не боясь что кто-то узнает, испугается или пострадает. Животная форма основная, но роды лучше проходят в человеческой форме, дети как только теряют поддерживающую связь с омегой, возвращаются в свой вид, потом учатся принимать человеческий облик. В обществе принято использовать второй образ, допускаются незначительные атрибуты ушей и хвоста, изначальный образ для домашних или дружеских посиделок, также может быть на заранее запланированных мероприятиях. Чёрный лев настолько редкий подвид, что в природе из известных только одна семья Джим, от которых Пэк Чхон решил уйти, подгонямый желанием самостоятельно прожить эту жизнь со всеми её взлётами и падениями. В обыденной жизни смог научиться полагаться на себя: без личного водителя, горничной, менеджера, груммера, постоянно положительного счёта. Единственное, что осталось без решения это иногда безконтрольная трата денег и гон, в прежние времена хватало улыбнуться, как выстраивалась очередь. Главное принять заранее таблетку, чтобы насладиться удовольствием и не оплодотворить парнёра. Сейчас такие таблетки позволить не мог, для альф стоят дороже, чем для омег, но смысла в них тоже немного, если нет времени на слабый пол. Воображение подкидывало замысловатые образы, желающего его члена омеги, который стонет и выгибается под ним, прося ещё. Пэк Чхон кусает подушку, трётся нежной плотью о простынь, пытаясь усилить образ омеги под собой. Закрыл глаза продолжая поступательные движения, представляя сильную спину, мышцы на руках, белую шею, чёрные волосы, в которые приятно уткнуться носом, полизывать шею для укуса. Острый подбородок и тонкие губы, что тянутся к нему для поцелуя. Он ускоряется, стараясь проникнуть, как можно глубже, чувствуя разрядку, разрывая поцелуй, кусая ставя метку и одновременно кончая. Приходя в себя, после первого оргазма, альфа отчётливо увидел соблазнительную улыбку и возбуждение бардовых глаз, «Чхон Мён?!». — О неет, … только не это, — отчаянно простонал альфа, безуспешно прогоняя наваждение, которое стало его спутником до конца гона. За эту неделю произошло ещё одно событие. Ки Мок подал официальную жалобу в министерство образования. Проверки на институт посыпались, как из рога изобилия. Чхон Мён стал основной темой для обсуждения и целью наблюдения на всех его парах, проверяя успеваемость, посещаемость и другие детали жизни студента. Омега не хотел учиться, но дураком не был. Правда, проявлялось это не в учёбе: приобрёл навык спать на сложенных в замке руках, что со спины создавало впечатление покладистого ученика; когда спрашивали, просил повторить вопрос или атаковал своим вопросом, чтобы сам преподаватель помог ответить, поэтому спрашивали его редко, заранее повторяя вопрос, когда студент открыл глаза, тот интуитивно отвечал правильно. Затягивать разговор боялись, так как ещё на первом курсе поняли, что у того язык смазан ядом. На парах у Ки Мока всё было точно также, только преподаватель требовал, как от отличника или свой уровень знаний, чем воспользовался студент возвращая каверзные вопросы, ставя под вопросом профпригодность. С устными ответами Чхон Мёна у комиссии возникли вопросы, а потом обнаружились проблемы с письменными, чем воспользовался препод. По итогу постановили сдавать устно и письменно экзамены по некоторым дисциплинам в конце сессии перед комиссией, омега же предъявил, что сделает это без посещения пар Ки Мока. Троица направлялась в атомастерскую, обсуждая произошедшие недавно. — Чхон Мён, почему не списал? — поинтересовался Юн Джон. — Чем больше бородавка, тем глубже останется след, — с жутким лицом грядущего торжества, ответил Чхон Мён. -… пожалуйста, помни, что ты не один, — с тревогой проговорил Юн Джон. -… в этом есть смысл, — ответил Чо Гуль. -… ? — Смотри, если перед комиссией Чхон Мён ответит устно и письменно, то докажет свои знания дисциплины, так? Остаётся вопрос, а как учили раньше? -… то есть, это хорошая возможность избавиться от Ки Мока? -… не только, — ответил Чо Гуль, задумчиво смотря на бодро шагающего впереди Чхон Мёна. — У Чхён Мёна есть шанс сдать? -… — вопрос остался без ответа, так как оба понимали, что никто не знает. Чо Гуль, наклонился ближе к собеседнику, шепча, — Как думаешь, владелец девятки его парень? -… не знаю, но определённо он обеднеет. Ребята работали на мойке, поэтому после пар шли мыть машины до вечера. На работу ребят привёл Чхон Мён и ещё некоторых из потока на другие должности, чтобы мастерскую не закрыли. Сам омега днём не появлялся, но последнюю неделю делал исключения, приходя раньше. Заказы не принимал, возился с проводами девятки и в ней же спя на заднем сидении. — Дело не в этом, … ты видел, чтобы он приходил днём работать, а не спать в комнате отдыха? -… разве это не тяга к сложным механизмам и деньгам? — пожал плечами Юн Джон. -… За разговорами дошли до мастерской, меняя смену на мойке. Чхон Мён переоделся в осеннюю форму, направляясь к девятке. Он заменил часть проводов и зажигание, но вот уже несколько дней разбирался с комком элетронники, который отвечал за сигнализацию. Сделано так плохо, что отключив что-то из него работало другое. Например, на ближайший километр включился гудок, оглушая всех вокруг, или отключилось полностью электричество в машине. С последней проблемой он оставил машину ночью. — Такссс сегодня точно закончу, — с горящим взором Чхон Мён залез под разобранную приборную панель, тут же получая укол электрического заряда. — Значит появилось, … закопаю электрика, что установил этот чёртов таймер. От всего сердца обещал мастер, ворча, погружаясь в провода, снова получая укол электричества. — Аргх чтобы машина указывала, что мне делать? Да, щас! — омега потянул на себя комок проводов, получая в ответ сигнальную какафонию, отпуская — машина замолкала, а если снова потянуть, то истерика повторялась. Попробовав для проверки несколько раз из глубин машины зло проныли, — Старший, падай перчатки… с резиной. Ун Ам вытащил из ящика требуемое, подходя к «запретой зоне», так окрестили два метра диаметром окружность вокруг машины, где лежали с первых мест сидения, части от приборной панели и она сама, иногда валялись листы с измеренями напряжения, провода и куча всего, что было изъято. Если хоть что-то зацепить, то из машины доносился злобный рявк с обещанием расправы. Сам омега лежал на месте водительского сидения, головой уходя под приборную панель, держа фонарик во рту, одной рукой придерживая провода, а другую вытянул. Дежурный кинул перчатки, омега их поймал, попеременно надевая и снова погружаясь в электрические джунгли крича. — Закажите еды, … мне в два раза больше. Иногда из «запретой зоны» доносятся проклятия, фырканья, маты, обещания кото-то найти, звуки помех с радио, музыка, включаются фары, а пару раз заводился мотор. Когда шум не появлялся больше часа Чхон Мён показался из машины в пыли с чёрными разводами непонятного вещества и приступил к сборке деталей по ходу проверяя действие. — Денежки идите ко мне хе-хе, — распевая под нос и злобно смеясь Чхон Мён поглащал еду с доставки. Как поел взял учебник, направился спать учить на заднее сидение девятки. Тем же вечером мурашки пробежали по кошельку Пэк Чхона, но остались не замечаны под слоем меха. Квартира заполнена чёрной шерстью с перьями от подушки, создавая мягкий пушистый ковёр. Постельное белье пришло в негодность, матрас разорван в клочья. х Хорошо, что сама квартира пережила это безумие. — Явно хуже, чем было… От того, как прошёл гон можно судить об общим состоянии гармонов. — Будем считать, что само пройдёт… нужно попробовать встречаться. Постоянное окружение Пэк Чхон в основном альфы на заводе, с омегами общался по видеосвязи по работе да на улице, получалось что Чхон Мён оказался самым близким. — И видел его последнего… вот фантазия разыгралась, — продолжал монолог альфа, делая уборку. — Ничем хорошим, это не закончится. Шерсть, обломки мебели и куски обоев поместились в пятнадцать пятилитровых мешков, оказалось довольно много, но приемлемо для того, кто не ходит к груммеру. Альфа получил сообщение от ректора с просьбой заглянуть к нему: «Гороскоп смотреть не надо, что-то произошло», думал уже засыпая.