Проданная птичка

На следующий день Кейго дождался, когда Тойя уйдёт на работу, и только тогда вышел из своей комнаты. Ему уж очень сильно не хотелось с ним пересекаться в принципе, а после вчерашнего и подавно. Ощущения до сих пор отвратительные. Воспоминания жгли снаружи и внутри, заставляя желать провалиться сквозь землю. Возможно, дома было и не так плохо. Пусть места мало, пусть один из родителей вечно разговаривал криком, пусть мать ничего не могла решить сама. Звучит плохо, да? Так оно есть. Напрашивается логичный вопрос: почему сын не сбежал, как только стал совершеннолетним? Он хотел. Даже почти ушёл. Но не смог бросить мать. В тот раз отец пропал, а с ним и деньги. Таками не смог бросить её. Он поступил глупо и наивно, но после двадцати жить стало легче. Уже проще устроиться на работу и денег стало чуточку больше. Кейго даже стал что-то тратить на себя, совсем немного откладывать. Парень понимал, что нужно уйти. Нужно жить для себя. Он планировал вот-вот уехать, но не успел. Услышав, как закрывается дверь, Таками вышел из своей комнаты и пошёл на кухню, налил себе кофе. Сейчас он заперт в большом доме, из которого ему нельзя выходить. Совершенно один. Но только этот юноша не собирается сдаваться. Он уверен, что сможет сбежать, и не важно, сколько времени на это уйдёт. Домой не вернётся. Сбежит и будет жить для себя. На первый взгляд, дом никем не охраняется и можно просто сбежать через окно, но если бы всё было так просто, Тодороки бы не оставил его одного. Возможно, что есть какая-то система сигнализации, из-за которой сбежать не получится, поэтому рисковать нельзя. Если сейчас показать свои истинные намерения, богач усилит охрану, и уйти не выйдет. Необходимо найти более безопасный способ. После своего завтрака Кейго решил получше осмотреть дом и попробовать найти подписанный им договор, чтобы избавиться от оков. Возможно, в нём есть какая-то лазейка, чтобы выбраться отсюда легальным путём. Он внимательно обыскивал всю квартиру, но ничего подобного не нашёл. Остался один вариант. И так парень забрёл в кабинет Тойи. Вот только вместо своего контракта Таками нашёл много документов, подписанных неким «Даби». Знакомое имя. Столько компромата на одного человека в одном месте парень никогда не видел. Возможно, это его близкий родственник или друг, но тогда почему всё это хранится здесь? Как-то странно. Прочитав документы, Кейго был, мягко говоря, поражен. Столько бумаг, связанных с проституцией, наркотиками, продажей оружия – бесконечный список грязных дел, проходящих на чёрном рынке. Время шло быстро. На изучение бумаг ушло больше четырёх часов, но нужного договора не было. В мыслях парень боялся и ненавидел некого «Даби», ведь столько преступлений ещё надо совершить. Даже был немного рад, что попал к Тойе, а не к этому неизвестному. Даже на душе отлегло. Всё могло быть в разы хуже. Его могли продать, например, в бордель, и тогда неизвестно, что было бы с ним. В ином случае даже продать на органы. А здесь можно хоть немного себя обезопасить. Как минимум закрыться в комнате и не выходить. Это неплохой план на первое время. Проголодался и пошёл на кухню, приготовить обед. Поразмыслив немного, парень пришёл к выводу сделать себе маленькую заначку с едой, чтобы лишний раз не сталкиваться с Тодороки. Но он не успел. Как только приготовления еды были закончены, дверь открылась и зашёл Тойя. Он подкрался к Кейго и прошептал на ухо со спины. — Птенчик, а тебя не учили, что нехорошо лезть в чужие вещи? Особенно когда ты в гостях. — О чём это ты?.. я ничего подобного не делал.. только осмотрелся ещё раз и всё! — светловолосый парень начинает переживать. Его сердце бьётся быстрее обычного. Это было неожиданно. И он не успел сделать свою заначку. Но сейчас больше беспокоит другое. Неужели Тодороки знает про то, что он рылся в его кабинете? — Спрошу сразу. Что ты искал у меня в кабинете? — Н-ничего. — дрожь быстро пробегает по телу. Нужно чуть больше времени, чтобы собраться и успокоиться. Сейчас не время паниковать. — Тогда почему твой голос дрожит? — Ничего он не дрожит! Я спокойно говорю. — наконец собрался, но всё ещё боится. За годы жизни со своим психованным отцом Кейго научился хорошо притворяться и лгать, но это ему не помогло. — Если будешь врать, тебе же будет хуже, поверь, — Даби перевернул Таками к себе лицом. Его по лисьи хитрые глаза и улыбка просто сводят с ума, но далеко не в романтическом смысле. На лице богача читалось безумие, тщательно скрываемое от посторонних глаз, которое не покажут в новостях про новую звезду бизнеса. Он точно псих. Псих и хорошо это держит в себе. — Врать? Я, по-твоему, совсем тупой? Я не в том положении, чтобы врать. — лучшая защита – это нападение, поэтому светловолосый решил рискнуть. Вдруг собеседник блефует. — Видимо, да, птенчик. Иначе я не понимаю, зачем ты мне врёшь. Скажи правду. Даю последний шанс. — Повторю. Я ничего не искал у тебя в кабинете! Вообще, откуда ты это взял? Да, я ещё раз осмотрел дом, но в твой кабинет не заходил! — Потому что я знаю правду, а ты нагло лжёшь. Но вижу, признаваться ты не хочешь. Будь по-твоему. Тодороки схватил Таками за волосы и потащил в свой кабинет. Там он бросил свою игрушку на маленький диванчик и достал из тумбочки наручники и вибратор. Увидев это, Кейго вскочил и в тот же побежал к двери, чтобы уйти. Но Тойя схватил его за запястья. — Птенчик, раньше надо было думать. Теперь ты не улетишь, — снова хитро улыбался темноволосый. — Ты здесь уже всё осмотрел, да? Но ты ещё не всё знаешь. И знать это тебе рано. Хозяин дома завёл руки мальчика за его же спину и защёлкнул наручники. Повторно бросил парня на диван и стянул с него штаны. — Но из-за твоего непослушания, мне придётся тебя наказать. Он вставил вибратор внутрь Кейго. Специально сделал это поглубже. После сделанного Тодороки сел за своё рабочее место и начал работать, предварительно включив вибратор. Таками ничего не может сделать. Руки за спиной, и он на них лежит. Достать вещицу не получится. Самое неприятное, что Тойя следит за Кейго. Парню на диване сейчас очень плохо. Он громко стонет, пусть и пытается сдержаться, но звуки всё равно звучат без перерыва. Задыхается от унижения и боли. Изгибается и тянется, чтобы достать вибратор, но всё тщетно. А вот работающему будто плевать, что происходит. Он лишь время от времени поглядывает на диван с ухмылкой, а остальное время наслаждается стонами. Ему всё нравится: и стоны, и страдания, и безвыходность. Прошло два часа. Пытки тянулись, как вечность. Это были адские страдания. Всё это время Таками изливался на диване, обессиленный и опустошённый. Его усталость не описать словами. Тодороки закончил свои дела и подошёл освободить пленника. — Ну как ты, птенчик? Я не ожидал такого наличия спермы вокруг. — усмехнувшись, сказал Тойя, выключив игрушку и достав её. — Сам бы попробовал так, — отвечает Таками, тяжело, прерывисто дыша. — Да ладно тебе. Тебе же понравилось. Вон как стонал и наслаждался. — шлёпнув, продолжает издеваться. — Как такое может кому-то понравиться?! — Ну, мне понравилось за тобой смотреть. Может, повторишь для меня? — продолжает ухмыляться. — Ещё чего. В следующий раз попробуй ты побыть на моём месте. Тойя схватил Кейго за руку и притянул к себе. — Больше не ври мне и не ройся в моих вещах. Иначе я повторю это, но будет хуже. Намного хуже. Светловолосый одëрнул свою руку и выбежал, прихватив штаны и бросив грозное «ага». Таками переоделся и лёг на кровать, укрывшись одеялом. Он хотел скрыться или вскрыться. Это были адские мучения и в физическом, и в эмоциональном планах. Жить с отцом было легче. Тот часто отсутствовал. Дома можно было что-то сделать, а здесь это кажется невозможным на первый взгляд. Но блондин точно что-нибудь придумает. Тодороки громко засмеялся, когда второй ушëл, и заказал еду. Ужин приехал, хозяин дома пришëл в комнату своего пленника. — Тук-тук, птенчик, пошли ужинать. — без стука вошëл он. — Я не голоден. Убирайся. — неприветливо ответил парень под одеялом, закутавшись ещё сильнее. — Я и не спрашивал, голоден ты или нет. Это приказ. Пошли есть. — Я приду через пять минут. — осознал, что спорить бесполезно, и на тяжелом выдохе сдался, соглашаясь. Тойя улыбнулся и кивнул. После этого он ушëл на кухню и ждал светловолосого. Кейго пришëл через десять минут и сел за стол, на котором была куча вкусных и ароматных блюд. Но есть их не было настроения у пришедшего. К тому, же в них может быть что-то подсыпано. После предательства родного человека он стал аккуратнее и не таким наивным. А темноволосый ел в своë удовольствие. От вида довольного старшего у младшего пропадал аппетит и настроение. — Похоже, у тебя нет вкуса ни в еде, ни в одежде, птенчик. Я тебя не просто посидеть позвал. Ешь быстрее. — Я не голоден. — Ешь сам или я буду тебя кормить. Зло посмотрел на Тодороки. Кейго губами послал его далеко и надолго. Но после приступил к ужину. Неохотно ел понемногу. Боится, что в еду что-то подсыпано, поэтому пытался есть то же, что и второй за столом. Когда хозяин дома закончил трапезу, тогда и его пленник отложил столовые приборы. — В эти выходные сходим в магазин. Купим тебе новую одежду. — Зачем? У меня хорошая одежда. — Хорошая? Это дешёвая, грязная, рваная? Она мне не нравится. Нужно купить новую. Я за всё заплачу, не переживай. — А если эта одежда не понравится мне? — Это неважно. Главное, чтобы мне нравилось. Уже пора понять, что ты живёшь тут по моим правилам и будешь делать, что я хочу. Таками резко вскочил изо стола, сжимая руки в кулак. — Спасибо за ужин. Я сыт по горло твоей болтовнёй. И быстро ушёл к себе в комнату. Там сразу стало легче. Пусть этот дом не его, но в своей комнате чувствуется чуть спокойнее и расслабленнее. Постепенно начал привыкать к этому месту. Будто это его личный защищенный уголок на чужом острове, где его никто не тронет. Тут тоже есть что-то хорошее. Может быть, потом парню понравится здесь жить. Наступили нежеланные выходные. Для Кейго это был самый ненавистный день за всю его сознательную жизнь. А ведь он только проснулся. Но понимает, что сегодня придётся ехать с Тодороки в магазин и терпеть его весь день, а не как обычно пару часов. Всё время младший всеми способами избегает старшего. Шансов, что поездка отменится, практически нет. Богатей ради этого дня перенёс все свои важные встречи и каждый день твердил о «важном событии». Поэтому придётся смириться с походом в магазин. — Птенчик, собирайся быстрее. — торопит Тойя Таками, войдя в его комнату. — Собираюсь. — грубо ответил светловолосый. — Эй, птенчик, будь мягче ко мне. Или я буду жёстче к тебе. — довольно улыбается. Кейго вздрогнул, вспомнив, что этот парень делал с ним раньше, и кивнул. Не хочет, чтобы подобное повторялось, поэтому пытается смириться со своим положением и делать всё, как ему скажут, а если это переходит границы, то сбегает и запирается у себя в комнате. Но слушаться невероятно сложно. Унизительно. Никому не хочется так подрывать своё чувство собственного достоинства. Тойя тот ещё извращенец. Это стало понятно, когда они ещё только приехали домой. — Можешь выйти? Мне нужно переодеться. — Я тебе мешаю? — Тодороки закрывает дверь и проходит дальше в комнату. Точно не собирается уходить. Таками смотрит за ним и без слов понимает, что от него ждут и что кое-кто не уйдёт. Делать больше нечего. Медленно раздевается и несколько минут стоит обнажённым, чтобы им полюбовались, а уже потом одевается. В это время замечает у Тойи стояк. Как же мерзко. Обстановка прямо идеальная для игр богача, но, к счастью, всё обошлось. — Ты всё? — спрашивает богатый, разглядывая второго парня. — Да. Оба парня выходят на улицу, и старший любезно открывает дверь перед своим пленником. Светловолосый молча садится в машину. После и Тодороки сел за руль. Так они поехали. Кейго смотрит в окно, пытаясь сделать вид, что водитель на самом деле другой. В дороге взгляд сразу падает на птиц. Несколько минут Таками наблюдает, как птички кружат над полосой движения, а потом садятся на провода. Это первый раз, когда парень покинул дом после подписания договора. Это было неделю назад, но за это время всё поменялось, мир рухнул. Отец предал, и жить приходится с психом. Но сейчас видно, что это не так, ведь птицы по-прежнему прекрасны. Спустя сорок минут парни прибыли в самый дорогой торговый центр, который только есть в городе. На такие места Кейго раньше даже не смотрел, а сейчас ему там купят одежду. С одной стороны, это незабываемый момент. Будет ложью сказать, что он об этом не мечтал. Всегда хотел купить себе одежду лучшего качества. Пусть, может, и не такие дорогие вещи, но хоть чуть подороже и качественнее. Правда, сейчас это не приносит никакой радости. Хочется обратно в свою родную бедность. И пусть не будет богатств, всё равно будет лучше этого. Пленник выходит из машины. Здесь всё выглядит иначе. Дорогие машины, богатые люди. Он смотрит на птиц. И даже они здесь выглядят не так. Будто бы высокомернее, но, возможно, это просто разыгралось воображение. — Эй! Быстро за мной! — снова ругается богач. Таками быстрым шагом пошёл за ним. В здании всё было безумно богато и изысканно. От этого уже не по себе, непривычно. Они зашли в один магазин с одеждой, где консультант сразу подбежала к Тойе. — Здравствуйте, господин! Чай? Кофе? Вино? Или желаете чего-то ещё? В этом магазине цены не детские, поэтому каждого своего клиента работники знают в лицо. Здесь большой ассортимент и отличный сервис. Много разных напитков и угощений. — Ага, вино и преодеть в это чучело. — через плечо большим пальцем показывает на Кейго. Консультант кивнула и быстро принесла севшему в кресло гостю вина. А после этого повела светловолосого за собой. В гардеробной несколько стилистов говорили ему, что одеть. Различные кофты, кардиганы, свитера, футболки, штаны, брюки, джинсы, обувь, пижамы. Слишком много всего. Потом он в каждом наряде выходил покрасоваться. Некоторая одежда использовалась в нескольких образах. А Тодороки сидел в телефоне и критиковал наряды. В большинстве своём он выбирал более открытую одежду. Примерки заняли несколько часов. И денег ушло немало. — Можешь заказать еду? Я голоден.. — уставший шепчет пленник, сидя в машине. — Какой наглый. Но ты сегодня молодец. Почти не спорил со мной. Хорошо, закажу. Что ты хочешь? — Выбирай сам.. ты же главный. — настолько вымотался, что уже нет сил выбирать и думать. — Правильно. — усмехнулся и начал выбирать еду. Спустя минут десять заказ был оформлен и они поехали. Таками устало вздохнул. Он думал, что на сегодня эти страдания кончались. Как же он ошибся. Буквально через несколько минут послышался следующий приказ. — Но еду нужно заслужить. Дома сделаешь минет. — Что?! Нет! Я и так поехал с тобой! Я делал то, что ты скажешь! Я уже заслужил еду! — Нет. Ты потратил мои деньги и время. Это, наоборот, плохо. Нужно исправлять и дома сделать мне приятно. — Пошёл ты! Я ничего делать не буду! Ты сам меня заставил! — Будешь. У тебя нет выбора. Так и оказалось. Дома Кейго побежал к себе в комнату, это была уже проверенная тактика, но в этот раз не повезло. Тойя повалил его на кровать, потом сбросил с неё и снял штаны. — Ты сегодня так сексуально переодевался. Я хотел тебя прямо там. Но стерпел до дома. Тодороки снял с себя бельё и насильно засунул свой член в рот Таками. Голову светловолосого прижали вплотную, и ему пришлось слушаться. Он очень неопытно сосал, задыхаясь. Голову отпустили, но парень продолжил. Сейчас ему некуда бежать. Из глаз потекли слёзы, которые так и просят остановиться, но будто кому-то есть до этого дело. Богачу это нравилось. Он довольно постанывал и шлёпал Кейго по ягодицам, наслаждаясь своей покупкой. Через время в рот младшему кончили и заставили проглотить, продолжая доставлять старшему удовольствие. Вскоре Таками отпустили. Он спустился вниз и забрал еду, чтобы поесть у себя в комнате. В безопасном месте. Пусть сейчас оно уже нет защищено, как казалось раньше, но это уже хоть что-то. Несмотря на все старания, весь день из головы всё никак не выходило это дурацкое имя «Даби». До боли знакомое, но с чем или кем оно связано, на ум не приходит. Может быть, это знакомый знакомого? Нет, точно нет. У него нет таких опасных друзей. Значит, просто где-то слышал это имя. Но почему это имя так засело в голове? Потому что он опасен? Это логично, учитывая всё то, что парень успел прочитать. Но почему никак не получается вспомнить хоть что-то о нём? Вся информация была новой для светловолосого. Значит, раньше он не знал всего этого. Тогда что знал? Измученный за день пленник лёг спать. Но всю ночь в голове повторялось одно слово: "отвратительно". Оно описывало всё. Отвратительная жизнь. Отвратительный человек. Отвратительные вещи. Отвратительные ощущения. Всё отвратительно.