streamer's issues

Джисон резко распахивает глаза и морщится. Голова буквально прилипает к подушке от жара, а лоб покрывает неприятный слой кожного сала. Он с трудом садится, тяжко выдыхая. Невыносимо тяжёлое одеяло теперь отдавливает его ноги в придачу с новым усилителем. Минхо дрыхнет рядом, безо всякого зазрения совести закинув свои ноги на Джисона. Он категорически отказался ложиться в гостиной, предпочтя держать всю ночь Хана в объятьях, пока тот не отрубился уже больше от бессилия и переизбытка впечатлений за день. Мимолётом в воспоминания залетают их поцелуи на диване, и Джисон краснеет. И без того потное тело теперь невыносимо печёт изнутри, так что он осторожно скребётся под одеялом, чтобы выбраться из-под чужого тела и тихо свинтить в душ. Смыв с себя мерзкое ощущение липкой жижи, Джисон вываливается из ванной неуклюже, едва не скользит по мокрому полу, и ровно в этот же момент дверь в комнату раскрывается настежь. Минхо бесцеремонно заходит внутрь, поглощая глазами открывшуюся ему картину. — Минхо!.. — вскрикивает Джисон и пытается прикрыться мокрой шторкой. — Доброе, — отзывается тот и застревает в проходе, где висят полотенца. Его любопытный взгляд даже не пытается скрыться и вовсю изучает открытые участки тела Хана. — Ты закончил? Звучит будто издевательски, но Джисону не до этих дурацких игр. Он чувствует густое, прямо таки обволакивающее смущение, и застрявшее в горле сердце. Он держит в уме нечистые помыслы Ли Но и не торопится вылезать из ванны. — Ну, если ты не против, я присоединюсь, — беспардонно заявляет Минхо и движется к Джисону, на ходу стягивая футболку. — Не!.. Джисон не успевает ровным счётом нихуя: ни осознать, ни предпринять хоть какие-то действия, ни возмутиться и даже мало-мальски прикрыться. Минхо втискивается в ванну абсолютно голым и довольным. Его хитрая улыбка выбешивает Джисона, впрочем, всё равно он не может сделать абсолютно ничего. Горячая вода снова ударяет его спину, и по привыкшей к прохладе коже разбегаются мурашки. — Что ты делаешь?.. — обречённо выдыхает Джисон, стараясь не смотреть вниз на тело Минхо. — Принимаю душ, — прямо в его лицо выдыхает Ли и придвигается ближе, чтобы сжать бока Хана и добраться до воды хотя бы ладонями. — Мне тут кое‐кто мешается, но раз уж ты сам не захотел уходить... — Я как раз собирался... — Долго собирался, — припечатывает Минхо и тянется за гелем для душа. — Теперь жди. Голый живот Ли касается Джисона, и его снова мурашит, на этот раз ощутимо встряхивая. Он неловко заваливается на улыбающегося Минхо и тут же пытается отстраниться, но этот вредный хён не пускает. Мыльными ладонями обхватывает поясницу, водя по ней руками; их тела теперь полностью соприкасаются. Джисону странно. Джисона щекочет смущение и возбуждение, а ещё — вполне реальное желание и самому коснуться, втянуть носом запах кожи, изучить и понять, что делать дальше. Минхо резко разворачивает Джисона спиной к себе. Безо всяких предисловий хватает пальцами бедро, привлекает ближе, впечатывает в себя, и Джисона ошпаривает горячим по горлу: он чувствует задницей чужое возбуждение. Несмелый, скрежещущий страх царапает его затылок вместе с тем, как Минхо нежно, почти невесомо целует его в шею сбоку, рукой продолжая водить уже по животу, опасно близко к паху. Джисон хочет, пытается отстраниться, оттолкнуть; но почему-то поцелуи плавят его тело в какое-то разнеженное нечто, что цепляется непослушными пальцами за ладони Минхо в попытке сбросить их с себя. Уже потемневшие синяки ноют от появления новых поверх их, и Джисон болезненно стонет. — Прости, — искренне раздаётся сзади, и лёгкий чмок между лопаток выстреливает хлёстко, жгуче, прямо в пах. Джисон, как может, оборачивается. Его взгляд цепляет горящие вожделением глаза напротив, и ему странно от противоречивых чувств. Он хочет одновременно врезать этому извращенцу и обернуться полностью, чтобы запечатать его губы своими. Пока он барахтается между ощущениями, пальцы Минхо уже увереннее скользят по его телу, дразнясь рядом с уязвимым местом, сжимают, гладят, легонько царапают. — Хён... м-м-м... — хнычет Джисон, и Минхо его слышит, кладёт ладонь сразу туда, где жаром горит похоть. Кожа мгновенно отзывается на тепло чужой ладони, гонит кровь из головы в самый эпицентр приятной истомы, а сердце стучит так громко, что заглушает все остальные звуки, в том числе — и разума. Его Джисон послал нахуй сразу, как только Минхо начал уверенные и быстрые движения ладонью. — А... ах... М-м-мх... Джисон оборачивается снова, мажет губами по щеке сосредоточенного Минхо и тут же сгибается пополам от нахлынувшего удовольствия. Это так больно, так сладко и так чертовски хорошо, что и сдерживаться физически он уже не может. Опрокинув себя полностью назад в объятья Минхо, он глубоко дышит, стараясь хоть как-то отсрочить наступление оргазма. Конечно, выходит откровенно хуёво; Минхо явно умеет пользоваться пальцами, да и в целом, руками. Он успевает подхватить обмякшего Джисона и прижать к себе, прежде чем тот бы упал к его ногам. Жаркое смущение опускается в опустевшую голову. Джисон не хочет поднимать взгляд, но Минхо пальцем щекочет его подбородок, заставляя всё же посмотреть в свои глаза. — Теперь я достаточно смел, чтобы сказать тебе, что ты мне нравишься, — твёрдо чеканит Ли Но. — Да я уж догадался, — дрожащим голосом пытается пошутить Джисон, но жар тела вжавшегося в него Минхо заставляет поперхнуться словами. Очередной засос зудит уже где-то на верхней части плеча, и Минхо хихикает, прекращая терзать нежную кожу. Кажется, Джисон и сам попал. Попал в ловушку, которую сам же себе и устроил.

***

Джисон подключает стрим с гулко колотящимся сердцем. Он осознаёт, что вряд ли сможет сосредоточиться на игре, учитывая причину его выхода в эфир. Минхо, двумя часами ранее умотавший домой, уже ждёт его в дискорде, и Хан слышит его громкие клацанья мышкой. — Я... я тут, — хрипит в микрофон Джисон, но на той стороне недовольно фыркают. — Соберись, Хан-ни. Сделай вид, что ничего не происходит, — твёрдым голосом говорит Минхо. — Максимально расслабься, ладно? И не обращай внимания на чат. Это самое главное. — Ладно, во что играем? — отзывается Джисон, кусая изнутри губу. — Увидишь. Джисон проверяет, как пишет камера, поправляет вырез футболки и, глубоко вздохнув, кликает на иконку прямого эфира. Чат тут же взрывается тысячей сообщений, и Джисон, помня слова Минхо, отводит взгляд в камеру и приветливо, хоть и слегка напряжённо, улыбается, приветствуя подписчиков. Он почти не слышит, что говорит Минхо; его взгляд утыкается куда-то в одну точку на экране, а зубы нервно терзают кожу на губах. Минхо над чем-то смеётся, читая комментарии, пока где-то у него на сервере прогружается игра. Через несколько минут в личку Хана прилетает сообщение с инструкцией по установке, и он кликает по ссылке машинально, даже не вчитываясь. И, как оказывается, зря. Ссылка ведёт на довольно популярный хоррор-кооп, к которому Джисон совершенно точно не готов. Но подводить фанатов, а тем более, Ли Но, он не хочет. Он следует всем шагам по установке и невпопад отвечает на вопросы Минхо, делая вид, что занят изучением описания игры. Взгляд всё же падает на чат, хватая пару строк про его неприкрытую шею. ЯлюблюДжи1: Джи, что это за блядство на твоей шее? ЯлюблюДжи1: думаешь, вы меня убедили? ЯлюблюДжи1: лучше бы этим синякам зажить к тому моменту, как я встречусь с тобой Судя по звукам поперхнувшегося воздухом Минхо, эти сообщения тоже попались ему на глаза. Джисон поспешно вливается в разговор и перехватывает общение на себя, слыша, как Ли Но что-то яростно строчит по клавиатуре. Спустя какое-то время он серьёзно объявляет в микрофон: — У нас для вас сюрприз. Скажите «привет» моим друзьям, которые присоединяются к стриму по «Фазмофобии». Джисон уже было давится возмущением, но сразу же понимает, зачем это всё нужно. Сместить фокус внимания фанатов с чата на саму игру и наверняка ещё получить допом новых подписчиков. А может, приучить самого Джисона к взаимодействию с кем-то, помимо Минхо. Кто ж его знает, что задумал этот хитрый кот. — Всем привет, — раздаётся в наушниках неожиданно низким, но приятным голосом. — Я Ликс. Рад стать частью вашей тусовки! Джисон смутно припоминает этого парнишку из когда-то мелькавших новостей по «Лиге легенд», приветствует его и взглядом мониторит чат. Ожидаемо, тот взрывается воплями восхищения, разумеется, печатными. К лобби присоединяется ещё один участник, только в этот раз первым в голосовой чат врывается громкий мат. Ликс хихикает и уточняет: — Хён, у тебя там всё норм? Неизвестный снова выпускает пару нецензурных словечек и вдруг пропадает. Минхо цокает. — Как обычно, без казусов не обходится. Ща уточню, что за проблема. — Да забей, он в соседней комнате сидит, настройки скинул, лошара, — весело говорит Ликс и прикрывает микрофон, приглушённо крича куда-то в сторону: — Ты там скоро? Тебя одного ждём. Где-то отдалённо Джисон снова слышит ругань, хотя, возможно, ему и кажется. Незапланированное присутствие ещё двоих людей по какой-то причине дарит ему решимость и расшевеливает какую-то долю любопытства. Даже откровенно пугающий жанр игры не кажется ему совсем стрёмным. Чат уже буквально кричит от умиления и восторга. «ДжиНо и ДжинЛи? Я что, в раю? Заверните всех!!!» «Скриньте все, это будет легендарный стрим!» «Народ, я пишу фанфик, и вы меня не остановите!» — Фух, я тут! — наконец появляется радостный голос четвёртого игрока. — Как всегда, где Ликс, там и Джинни. Приве-е-е-ет! В отличие от чата, Джисон в душе не ебёт, кто это такой, но на всякий случай вежливо здоровается. В личку прилетает новое сообщение от Минхо. «Партнёр? — читает про себя Джисон краткий очерк по двум новым игрокам. — Это по жизни или по играм? Хотя, какая, блять, разница...» — Так, объясняю, чё происходит, — снова перехватывает управление на себя Минхо. — Ребята уже играли в неё, надо показать Джи, чё тут и как. Если коротко: мы идём в дом, ищем комнату призрака, угадываем его тип и выполняем побочки, например, зафиксировать призрака на датчике движения. За это получаем бабки, опыт, новые карты, и идём дальше. — Имейте в виду, я обосрусь, — невесело усмехается Джисон, слышит ржач с той стороны, и сжимающее его нервное напряжение как будто чуть-чуть ослабляется. — Ничё, — радостно отзывается Ликс, — у нас первым всегда убивали Джинни. Справишься! — Там ещё и убить могут?.. — уточняет Хан. — Да, если будешь орать, паниковать и вести себя как сучка, — подтверждает Минхо. — То есть, как Джинни, — вставляет Ликс и смеётся с возмущённого фырканья. — Как начнётся атака, ты поймёшь, надо спрятаться и заткнуться. Тогда тебя не тронут, скорее всего. Джисон честно пытается удержать в голове такое количество новой информации, глубоко вдыхает и выдыхает уже с чётким намерением выложиться на все сто, хоть и рискуя получить реальный сердечный приступ. Он выбирает себе персонажа-девушку, его примеру следует и Ликс. — Два на два, — хихикает последний, и конец его фразы тонет в резкой тишине от прогрузки локации. Едва заметив окружение, Джисон смутно припоминает когда-то отсмотренный стрим по этой игре. Фургон кажется знакомым, а фигурки персонажей рядом с ним движутся как-то дёргано, рвано, и смотрится это действительно забавно. Пока он пытается разобраться с управлением, на какие кнопки и для чего нажимать, Минхо раздаёт последние указания, и его персонаж смешно дёргается вверх-вниз у выхода. — Всё будет хорошо, — шепчет он Хану напоследок, и Джисон слышит в его голосе тёплую, ободряющую улыбку. Несмотря на волнение, Джисон, к своему удивлению, отдаётся сюжету полностью. Ребята веселят его своими шутками; Джинни — возмущениями по поводу своего первоочередного убийства, Ликс — подъёбами его по этому поводу, и их дружеские перепалки заставляют Хана громко и искренне ржать. Минхо же сосредотачивается на заданиях, зарабатывая себе звание профессионала, и почему-то Джисона колет гордость, словно это он сам практически в одиночку разгребает все задания и тянет на себе всю ношу этой игры. Даже жуткие появления нечисти уже не так сильно пугают его, как он себе представлял поначалу. — Слушай, а для первого раза неплохо, — говорит ему Ликс, пока они втроём в обличии призраков наблюдают за осторожными похождениями Минхо в доме. — Мы с Джинни играем в неё пару месяцев, а его как убивали первым, так и убивают. Ты хорошо держался. — Да, потому что меня кое-кто подставил! — взрывается Джинни, заставляя Ликса захихикать. — Забайтить призрака на атаку и съебаться из дома! Ну кто так делает? — Ладно-ладно, прости, хён, — успокаивающе говорит Ликс. — Больше так не буду. Джинни продолжает что-то бурчать, но уже не так рьяно, и Джисон запоздало понимает, что эти двое, кажется, больше, чем друзья. Впрочем, влезать в чужую личную жизнь он считает неприемлемым, поэтому отвлекается на чат. «Кто-нибудь в курсе, когда свадьба ДжинЛи? Они милашки» «Джи чо с твоей шеей???» «Что я пропустила? почему все обсуждают шею Джи и его партнёра:?» «пацы пиздатая игра го ещё катку» Спустя ещё пару заходов Джисон чувствует усталость и объявляет об окончании стрима. Ему кажется, что они уже сделали больше, чем нужно: его сталкер пропал ещё в самом начале. Но теперь воспоминания о нём начинают царапать внутренности Джисона страхом. Он отключает камеру, микрофон, но зависает над открытым окошком дискорда, где всё ещё идёт обсуждение прошедшей игры. — Слушай, а вы где сейчас находитесь? В Корее? — спрашивает Джинни. — Думаю, мы могли бы встретиться. — Зачем? — фыркает Ликс, и Хану кажется, что он ловит в голосе ревностное раздражение. — Эфир же отключён? — понижает голос Джинни и добавляет: — Я в курсе того сталкера, Джи. Думаю, я мог бы помочь. — Как? — мгновенно отзывается Минхо. — У него связей хоть жопой жуй, — ехидничает Ликс и, судя по звуку, получает шлепок по спине. — Ауч! Ты что делаешь? — Завидуй молча, — раздаётся в микрофоне Ликса, сменяется каким-то невнятным шуршанием и возмущённым шипением. — Дайте знать, если решитесь. Связь тут же прерывается, и Минхо раздражённо выдыхает. Через секунду и он исчезает из дискорда, затем звонит Джисону по телефону. Одновременно с этим Джисон слышит громкий стук в дверь, и всё его тело жгуче холодеет. Если это не Минхо, то... — Джи, я знаю, что ты дома, — раздаётся приглушённо из-за двери, и Джисона ошпаривает липким ужасом. — Открой. Дрожащими пальцами Джисон принимает звонок и шепчет Минхо, обливаясь пóтом: — Хён, он здесь! — Что? — Он пришёл и стоит за дверью моей квартиры! — Так, — мгновенно собирается Минхо и приказывает: — Я вызову полицию, ты запрись и сиди в комнате. А вообще, лучше собери вещи. — А?! — Поживёшь у меня. Скоро буду, жди. Звонок обрывается, и теперь почти беспрерывный стук из коридора кажется Джисону чем-то в разы угрожающим, страшным, даже более жутким, чем те же призраки из игры. Воистину, правду говорят, что зло способны причинить только живые люди. — Джи. Ты так и не забрал мой подарок, — не унимается голос. — Открой. Я вручу тебе его лично. Хан минуту сидит скрючившись, ощущая себя буквально пристывшим к полу холодными ступнями. Игнорируя бормотания этого сумасшедшего, он медленно, стараясь не издавать ни звука, плетётся к шкафу, чтобы накидать первые попавшиеся вещи в рюкзак. Подумав, он выключает настольную лампу, и комната погружается в темноту. На какое-то мгновение стуки стихают. Джисон испуганно вздрагивает от тихого скрежетания в оконную раму, и едва сдерживает вскрик. За занавесками на окне он смутно видит чей-то силуэт и буквально ползком движется к выходу из комнаты. Телефон в руке пиликает уведомлением, вновь заставляя Хана подпрыгнуть в такт подскочившему пульсу. «Я уже близко. Ты как?» «Он у окна спальни» «Сможешь выбежать, пока он там?» — Ты ебанутый или чё? — возмущённо шепчет Джисон. Мурашки ужаса бегают по загривку, а живот крутит от волнения и тошноты. — Как ты себе это представляешь?.. Он снова кидает взгляд на окно. Тёмный силуэт всё ещё маячит где-то около, тихо постукивает в стекло и что-то говорит вполголоса. Джисон прикидывает, сколько секунд у него уйдёт на то, чтобы отпереть дверь, выскочить наружу и пробежать через двор, прежде чем сталкер поймёт, что к чему. «Я за домом», — оповещает новая смс-ка, и Джисон наконец решается. Он задерживает дыхание, одеваясь, медленно проворачивает замок, напоследок оборачивается на призрак сталкера за окном, чтобы убедиться в правильности решения, и распахивает дверь настежь. Ноги сами несут его прочь из квартиры, через двор, а дыхание работает через раз; сердце щемит в тревожном ожидании пиздеца, он даже не замечает, как проскальзывает почти вплотную к уже возвращающемуся сталкеру. Хан заворачивает за угол дома и бежит так быстро, как может, куда-то вперёд, глотая воздух и панику. — А-а-а! Нечаянный крик вырывается из горла, когда Джисона хватают чужие тёплые руки. Лишь перестав дёргаться и всмотревшись в лицо напротив, он узнаёт Минхо и хватает его в свои объятия. — Господи, он меня чуть не схватил!.. — бормочет он и чувствует, как по щекам катятся горячие слёзы. — Я видел его лицо!.. Минхо не отвечает, только успокаивающе поглаживает его спину и прижимает к себе. Джисон шмыгает носом, цепляется дрожащими пальцами и никак не может успокоить бешеный пульс на запястьях. А может, оно и не нужно, ведь Минхо рядом и может дышать в унисон с ним, рвано, беспокойно, в попытке восстановить доступ к воздуху. — Всё хорошо, — говорит он тихо, наконец посмотрев прямо в лицо заплаканного Джисона. — Идём домой.

***

Едва ли Джисон вообще понимает, как оказался в квартире Минхо. Тот включил во всех комнатах свет, усадил Джисона на диван и принёс довольно большой стакан воды. — Ну, ты как? — спрашивает он, усевшись рядом и забрав в свои ладони всё ещё холодные Джисона. — Пришёл в себя? — Пиздец, — выдыхает Хан. — Мне теперь нельзя туда возвращаться. — Я думаю, полиция арестует его за попытку проникновения в чужой дом, — спокойно говорит Минхо и незаметно придвигается ближе. — Оставайся у меня. Если... если хочешь. — За что мне достался ты? — переводит на него воспалённый взгляд Джисон и тыкает в его щёку пальцем. — Такой добрый и отзывчивый... — Я такой только с тобой, — поспешно выпаливает Минхо и отводит глаза. Его уши краснеют. — Цени это, Хан-ни. — Ты настоящий друг, — искренне говорит Джисон и давится воздухом, словив какое-то странное выражение лица напротив. — Друг... — усмехается Минхо. — Ладно. Ты голоден? Джисон отрицательно мотает головой. Адреналин, всё ещё кипящий внутри него, вряд ли вообще даст ему проглотить хоть кусочек, и кажется, Минхо это тоже понимает. Он резко поднимается с места и скрывается за ближайшей дверью. Джисон слушает звуки копошения и осматривает окружение, отмечая, что квартира Минхо выглядит в разы уютнее и приятнее, чем его собственная. Привычный гул включённого компьютера рядом усиливает ощущение безопасности, и Хан окончательно расслабляется, однако теперь чувствуя какой-то трепет из-за близости Ли Но. — На, — появляется тот и кидает ему сменную одежду. — И не подумал же с собой взять? Хан просто сконфуженно молчит. Этот хён... он знает его вдоль и поперёк, и это бы даже пугало больше, будь ему всё равно. Но гулкое сердцебиение подсказывает Джисону, что всё как раз-таки не так. Он, совершенно не смущаясь наглого рассматривания, стягивает с себя футболку вместе со спортивками и переодевается под оглушительное молчание Ли Но. — Джисон... Сходи в душ, — тихо просит Минхо, и его взгляд сквозит чернотой, словно он едва сдерживает себя от чего-то, что ему самому страшно. — В конце коридора. Полотенца чистые. Джисон подчиняется, не задаёт вопросов и плетётся в ванную. Снова выпрыгивает из одежды и мгновенно теряется в контрасте от морозной, мерзкой паники и греющего душу предвкушения. Минхо очень явно что-то задумал и даже не пытался этого скрывать. Он возвращается в комнату, дрожа, осторожно усаживается на диван и терпеливо ждёт. Минхо поднимается следом и бросает, прежде чем самому исчезнуть в ванной: — Раздевайся. В его голосе — ни капли тепла и мягкости, к которым так привык Джисон, лишь холодный приказ и твёрдость. Хан путается в пальцах, но стягивает с себя футболку вместе с шортами, оставшись полностью обнажённым. Он слышит отдалённый шум воды и внутренне теряется. Почему этот хён вдруг сменил милость на гнев? Джисон внезапно ловит себя на мысли, что ему впервые жутко рядом с Минхо. Развить эти размышления не даёт он сам, появившись в комнате почти бесшумно. Он окидывает изучающим взглядом сжавшегося, как в ожидании удара, Джисона и падает перед ним на колени, без предупреждения и прелюдий хватая прохладными пальцами его член. Джисон булькает воздухом и едва не сгибается пополам. На подкорке плещутся возмущение наравне с возбуждением, и по мере того, как Минхо наращивает темп, побеждает второе. Он наклоняется вперёд и упирается рукой в плечо Ли Но, почти что выстанывая ему в лицо: — Минхо... Ты что делаешь?.. — А ты не видишь? — язвит в ответ тот и приподнимается, чтобы оставить лёгкий поцелуй на груди Хана. — Вижу, но... Ох... Всего через мгновение Минхо, как в том самом сне, усаживается между разведённых ног Хана, сразу же заменяет пальцы на свой язык, и Джисон не сдерживает скулёж. Он кусает губы, хватается руками за подлокотник и не может оторвать взгляд от происходящего внизу. Ощущения — в разы отчётливее, пошлее и горячее, чем ему снилось; Минхо поднимает глаза. Они почти что чёрные, безумные, с горящим за зрачками огнём вожделения. Джисон снова не сдерживает стон. В звенящей тишине комнаты его выдох кажется громким, даже оглушающим, но даже это не останавливает Минхо. Он захлёбывается слюной, но не спешит. Медленно, тягуче водит языком вверх-вниз, заставляя Джисона выдыхать всё громче. И с каждым движением его выдохи будто становятся тяжелее, ощутимее, давят на спину Минхо сверху, пригибают ближе, заставляя склоняться и опускаться на допустимый максимум. Рука Джисона рефлекторно сжимается, ложится на его плечо и чуть надавливает, словно на изготовке нырнуть пальцами в волосы. Минхо просто сбрасывает его руку, не сбавляя темпа и не меняя положения. Его движения — хаотичные, почти нелогичные, неумелые, но почему-то именно это колет живот Джисона сладостью. Его сердце бешено заходится, кожа послушно отзывается на прикосновения, а все чувствительные точки резко затапливает жаром. Рот пересыхает от интенсивных вдохов, и горячий воздух застревает где-то посреди горла. Минхо чувствует дрожь по ногам Джисона, видит его напрягшийся живот и в последний момент успевает отстраниться, чтобы не испачкаться. Глаза Хана закрываются, а сам он замирает с приоткрытым ртом, ловя последние вспышки оргазма всем телом. Джисону понадобилось ещё какое-то время, чтобы прийти в себя. Он отлепляет от дивана задубевшую спину, и отголоски удовольствия пробегают по его груди мурашками. Он смотрит на раскрасневшегося Минхо и порывается что-то сказать, но тот протягивает ему салфетки, кивая на живот. Скорее машинально Джисон тянет дрожащую руку вперёд, забирая упаковку. — Ты всё ещё уверен, что я лишь друг? — хмыкает Минхо, наблюдая за ним. — Но... — Да даже если и так, то я не хочу, — продолжает он, игнорируя попытки Джисона что-то сказать. — Не хочу быть твоим другом. Он отворачивается, хрустит пальцами, и Джисон явственно чувствует исходящее от него раздражение. Секунду он кусает губы изнутри, словно раздумывая, а затем опускается на колени перед ним, чтобы заглянуть в глаза. — Что ты... Джисон не даёт ему договорить и бросает себя вперёд, наугад, но ловит своим ртом чужой, глотает какие-то невнятные хныканья. Он медленно, аккуратно целует, ждёт ответной инициативы, безмолвно даря свой ответ. И Минхо понимает. Он подаётся навстречу, обхватывая лицо Джисона, тянет на себя и очень смело, горячо отвечает. Жар его губ опаляет Джисона; он прячет улыбку в поцелуе. — А кто сказал, что я вижу в тебе только друга?.. — тихо говорит Хан на ухо Минхо и звонко чмокает в шею. Собственная смелость придаёт ему решимости для очередного поцелуя, и он почти заваливает Ли Но на пол, седлая его бёдра. — Разве друзья целуются вот так?.. Не давая Минхо вставить ни слова, он затыкает его рот, мягко, чувственно целуя. Все его тревоги и волнения рассыпаются в прах, растворяются в животе сладостным ощущением спокойствия и влюблённости. Его пальцы обхватывают горящее от смущения лицо Минхо, привлекают ближе, чтобы углубить поцелуй. Лёгкий стон скользит на кончике языка, и Джисон снова улыбается. — Я... Правильно понял?.. — тянет Минхо, едва Джисон отстраняется глотнуть воздуха. — Ты... — Да, — обрубает Хан и вновь припадает к его губам, на этот раз смелее, инициативнее, сразу с языком и пошлыми чмоками. Минхо больше не уточняет. Он обхватывает спину Джисона руками, впечатывает в себя и позволяет ему вести, с удовольствием отвечая на жадные поцелуи. Ему и не надо больше пояснений; действия говорят всё за себя. — Хан-ни... — всё же сипит он, с трудом отлепив его от себя. — Давай пока остановимся на этом?.. Джисон с неохотой выпускает его из своих рук и пересаживается на подушки. Теперь он уже не смущается так сильно; осознание такого же растерянного, пунцового от румянца Минхо рядом греет его внутренности. И он честно признаётся себе, что такой Ли Но, податливый, смущённый, растекающийся от его прикосновений — по-особенному милый.

***

Утром, едва разлепив глаза от проникнувших сквозь шторы потоков прохладного воздуха, Джисон не спешит подниматься и любуется спящим Минхо. Его прямой нос кажется Хану чем-то нереальным, до боли красивым, а подрагивающих век хочется коснуться губами, совсем слегка, чтобы не будить. Распластанные по подушке волосы задевают его руку, невесомо щекотя; Джисон улыбается и потихоньку поднимает тело, стараясь громко не шуршать. Впрочем, напрасно: Минхо тотчас распахивает глаза и нашаривает ими замершего Хана. — Утречко, — говорит он севшим голосом и накидывает одеяло, чтобы сграбастать пискнувшего от неожиданности Джисона в свои жаркие объятья. — Давно проснулся? — Вот только что, — отзывается тот, стремительно краснея. Утренняя эрекция Минхо ощущается его задницей очень и очень отчётливо. — Хён... Минхо что-то мугукает в его макушку и, вероятно, проваливается обратно в сон. Замерев на несколько минут, Джисон снова пробует выбраться, и в этот раз попытка оказывается удачной. Он неловко гладит засопевшего Ли Но по голове и выходит в кухню. Завибрировавший на столе телефон привлекает его внимание; он хватает гаджет и видит огромную кучу звонков и сообщений от неизвестного номера. Прочитав их содержание, Джисон сухо сглатывает. Полиция сообщает, что задержала в его квартире вора, пытавшегося вынести ценные (и не очень) вещи. Значит, Минхо и правда вызвал их вечером... Несмотря на шевельнувшийся в глубине души страх, Джисон ощущает бесконечную благодарность Минхо за всё, что тот для него сделал. Нечаянно его взгляд цепляет дату на экране. Совсем скоро Рождество... Минхо очухивается через полчаса и вплывает в кухню, где уже умытый и накаченный кофе Джисон изучает что-то в телефоне. Он вопросительно выгибает бровь, окинув взглядом обстановку, но ничего не говорит и включает кофемашину. Приятный запах горечи расплывается по кухне, Минхо с удовольствием втягивает его носом и забирает порцию американо. — Полиция его задержала, — глухо говорит Джисон, не отрываясь от чтения. — Мне сказали, что квартиру пока опечатали, так как я не запер её... — Джисон-ни, — мягко перебивает его Ли Но. — Переезжай ко мне? Джисон наконец смотрит прямо в его лицо, но качает головой. Его зубы нервно хватают нижнюю губу. — Да, места немного, но нам на двоих хватит, — продолжает Минхо. — Тебе не стоит возвращаться к себе. Джисон упрямо качает головой, и Минхо осторожно приближается к нему, садится на корточки и пытается вглядеться в его порозовевшее лицо. — Ты меня боишься? — делает предположение Минхо и по обречённому выдоху понимает, что попал в цель. — Хан-ни, я не сделаю ничего, что тебе не понравится. Хорошо? Джисон наконец переводит на него осторожный взгляд, смотрит с недоверием, щурит глаза. По всей видимости, мягкая улыбка убеждает его, и он вздыхает. — Прости. Просто... Вчера... — Да, я знаю, что поторопился... — Да нет, хён. — Джисон снова жуёт губу и несмело наклоняется вперёд. — Я тебе верю. Просто боюсь, что сам не сдержусь... Минхо секунду впитывает услышанное, а затем прыскает от смеха. Забравшееся на его грудину тяжёлое ощущение тоски моментально испаряется. — Я совсем не против, если ты начнёшь распускать руки, — полушутя тянется из него, и затем он заливисто хохочет, пойманный в цепкую хватку щекочущего его Джисона. — А-а-а-а, прекрати! — Передумал, м? — игриво спрашивает Джисон, словив его где-то в гостиной, не держится на ногах и заваливает их обоих на диван. Раскрасневшийся Минхо под ним выглядит слишком нереальным, ненастоящим, чем-то, что не вяжется с его образом. Изучающий взгляд бродит по лицу Джисона, от глаз до губ, а затем скользит ниже, к вырезу футболки, откуда выглядывает бордовое пятнышко. Джисон склоняется ниже, выдыхая горячий воздух в лицо наблюдающего за ним Минхо, хватает его ладонь и осторожно просовывает под низ своей футболки. Тёплые пальцы касаются напряжённых мышц живота, заставляя Хана выдохнуть сквозь зубы. — А ты? — шепчет Минхо, приподнявшись и теперь смотря на Джисона снизу вверх. — Не передумал? Жар от горячих губ на своих он считает за однозначный ответ и вжимается всем телом в Джисона. Перешагнуть невидимую границу дозволенного мешает оглушающий звонок телефона, и Минхо разочарованно выдыхает, просовывая ладонь в карман домашних штанов. — Да?.. — Выражение на его лице меняется с хмурого на сосредоточенное, и он кивает. — Понял. Спасибо, Хёнджин. Джисон наблюдает за этим коротким разговором, и постепенно дразнящееся в паху возбуждение охлаждается, отступая. Серьёзность Минхо на секунду пугает его, пока тот не кидает на него беглый взгляд и не улыбается. Привычно, тепло, мягко. — Это Джинни. Ну, то есть, Хёнджин, — поясняет Минхо, приподнимается на локтях, чем заставляет Хана неловко съехать со своих бёдер. — Сказал, собрал все комментарии твоего сталкера, скрины с чатов с твоими фотками, и всё это добро скоро будет передано в полицию. — Ого... — уважительно выдыхает Джисон. — Он реально какая-то шишка?.. — А чёрт его знает, — усмехается Минхо. — Я их пару месяцев знаю от силы. Может, и шишка... Джисон сглатывает с языка пошлую шутку и нервно хихикает. — С чего он вдруг решил мне помочь?.. — спрашивает он, не подразумевая получить ответ, но Минхо с готовностью отвечает: — Хёнджин твой фанат. И... ну, отчасти, наш шиппер?.. — Ну-ну, — усмехается Джисон, наблюдая, как вновь розовеют мочки ушей Минхо. — В таком случае, я буду их... — А бесполезно, — машет рукой Ли Но и неуклюже барахтается, чтобы окончательно выбраться из-под веса тела Хана. — Они давно в отношениях и даже не скрывают. — Да? Ну и неинтересно, — фыркает Джисон, внутренне ликуя. Всё же, он оказался прав. — Тогда и нам надо раскрыться. Минхо, уже было дёрнувшийся обратно в сторону кухни, замирает и медленно оборачивается. В его взгляде читается лёгкий испуг и радостное предвкушение. — Ты... — Он переводит дыхание. — Серьёзно сейчас? Джисон уверенно кивает и тыкает пальцем в свои засосы на шее. — Ты начал это всё, так смысл скрываться? Устроим в честь Рождества праздничный стрим, ты покажешь своё лицо, а я объявлю, что ты... Минхо бросается на него, затыкая рот своим, затем покрывая щекотными поцелуями всё лицо. Джисон заходится смехом, пытаясь безуспешно отмахнуться от сбрендившего хёна. — ...мой парень, — всё же заканчивает мысль Джисон в промежуток между осыпаниями любовью. Минхо снова обнимает его, сжимая так сильно, что где-то в спине хрустит позвонок. — Идёт, — улыбается он, отстранившись и держа лицо Джисона в ладонях как самую ценную и хрупкую вещь. Джисон отвечает охотно на жадный, жаркий поцелуй, и думает, что, вероятно, и правда дебил, раз не замечал очевидного так долго. Зато теперь он готов сполна отдать своё время, да и себя тоже, этому вредному, наглому, но такому тёплому и красивому Минхо.