Дарс в миниатюре

У Димы весь день складывался замечательно. С утра подошёл Арсений и с хитрым видом положил в Димин задний карман карту-ключ от номера. Потом пришло сообщение с временем, адресом и номером комнаты. Явно будет что-то волнующее! Затем два концерта в Питере, прошедшие необычно хорошо. Настолько хорошо, что даже странно. Без провисов, с громким смехом и почти без тошнотворного визга на особо пикантных моментах. Дима пребывал в отличном настроении после такого успешного, хоть и тяжёлого дня. Были силы на стандартный для Петербурга ночной поход по барам, но нет, не в этот раз. Поз постоянно проверял прямоугольник ключа в кармане. Тот будто бы грел, придавал сил, заставлял представлять всякое. Но реальность снова удивила. Началось всё довольно привычно. У них такое было уже не раз. Дима приходит в номер. Арсений уже ждёт его на кровати. Дима сначала любуется, закусывает губу, потом наклоняется, целует. Руки проходятся по мягкой коже, распаренной после горячего душа. Затем в душ идёт уже Димка, а Арсений хорошенько себя готовит, проталкивая внутрь свои длинные пальцы, щедро политые смазкой. В этот раз ухмылка Попова была шире, а глаза отсвечивали дьявольским огоньком. Выйдя из душа Дима чуть не поперхнулся — в приглушённом свете бра Арсений зубами затягивал ремень на своих запястьях. Он делал это показушно, бесстыдно расставив ноги и демонстрируя уже полувставший член. — Поможешь? — спросил Арсений, освободив рот. — Самому не очень удобно. Диму обдало жаром, на секунду спёрло дыхание. Но он быстро взял себя в руки. А ещё взял на себя инициативу. Ведь этого хотел от него Арсений, верно? — Знаешь, у меня есть другая идея, — прошептал Дима, подходя к любовнику и расслабляя узел, стягивая ремень с тонких запястий. Арсений разомлел от глубокого поцелуя. Влажного, горячего, со стонами в чужой рот. Он радовался тому, что его довольно консервативный Димка так быстро включился в игру; тому, как Позов аккуратно, но уверенно толкнул его на кровать, лицом вниз. — Руки, — приказал Дима хриплым голосом, от которого тут же побежали мурашки. Арсений покорно завёл руки за спину, улыбаясь от предвкушения. Кисти рук медленно продели в ослабленный узел, затянули крепче. — Не больно? — уточнил Позов. О, этот тонкий баланс заботы и власти. От этого башку сносило обоим. — В самый раз, — ответил Арс, пошевелив плечами, чтобы было удобнее лежать, сжал кулаки, чуть дёрнул ремни, проверяя — идеально. Не без усилия Дима повернул любовника на бок — снова хотелось его целовать. Хотелось слегка прикусывать нижнюю губу, крепко держать за талию, гладить шею и зарываться пятернёй в волосы. Оторвавшись от жадных губ Арсения, Дима отвлёкся, чтобы взять смазку и защиту. А Арс ждал, пока на него снова посмотрят. И в этот момент он перекатился с бока на живот, согнув одну ногу в колене, чтобы на неё можно было опереться. Потёрся ноющим членом о простынь, показывая своё нетерпение. Дима сглотнул слюну, тут же наполнившую рот от такой картины. Он прошёлся взглядом по мощным бёдрам, так призывно покачивающимся, по напряжённым икрам, вернулся к стянутым кожаным ремнём запястьям. Звонкий шлепок раздался в тишине номера, следом — гортанный стон. Да, эта ночь будет горячей.