Время

Ночь над планетой опустилась тяжёлая, вязкая, сгустившаяся между стволами чужих деревьев. Лёгкий туман ползал по земле, словно проверял, живы ли ещё те, кого выбросили сюда умирать. Изабель прислушивалась к звукам, прежде чем снова посмотреть на Ройса. Он сидел, прислонившись к корявому стволу, и держался за бок — кровь уже пропитала его рубашку, темнея на ткани. — Покажи, — тихо сказала она. Он хотел отмахнуться, но слабая дрожь в руках выдала его сильнее любых слов. Изабель присела рядом, осторожно разрывая ткань на его боку. Ройс лишь сжал зубы и выдохнул — коротко, резко. Она почувствовала, как он напрягся, когда её пальцы коснулись горячей кожи вокруг раны. — Терпи, — прошептала она. — Если не обработать сейчас, к утру будет хуже. Ройс хмыкнул, словно хотел сострить, но вместо слов вырвался только хрип. Она работала молча, сосредоточенно: промывала, перевязывала, пытаясь не смотреть ему в глаза слишком долго, но каждый раз ловила его взгляд на себе. Взгляд тёплый, внимательный — непривычный для того, кто привык жить, не доверяя никому. Когда она наконец закончила, Ройс медленно поднял руку и коснулся её запястья. — Спасибо, — сказал он негромко. Изабель хотела ответить что-то лёгкое, будничное, но слова застряли. Вблизи, когда он не скрывал усталость, когда исчезал его вечный жёсткий щит, он казался почти другим человеком. И слишком… родным. Здесь, посреди чужой планеты, среди смертельной охоты, это чувство было неожиданным, но неизбежным. Она осталась сидеть рядом, всё ещё держа его руку. Ройс медленно потянулся ближе, будто давая ей время отступить. Она не отступила. Он коснулся её лба своим, дыхание смешалось с её дыханием. Его пальцы осторожно легли ей на щёку — бережнее, чем она ожидала от человека, умеющего убивать так хладнокровно. Она почувствовала, как напряжение прошедших дней ослабло, как будто на мгновение весь этот кошмар отошёл в сторону, затих где-то в глубине джунглей. Когда их губы встретились, поцелуй вышел осторожным, почти робким. Не страсть, не отчаяние — скорее признание того, что они оба давно чувствовали, но не позволяли себе. Ройс потянул её ближе, и она легла рядом, ощущая тепло его тела под своей ладонью. Он дышал неровно, но уже спокойнее, будто сам факт её близости давал ему силы. Они целовались долго, тихо, вкрадчиво, будто боялись нарушить хрупкий покой между ними. Его ладонь скользнула ей на спину, её пальцы осторожно прошли по его щеке. Ни один из них не спешил. Они просто позволяли себе быть рядом — впервые по-настоящему. В этой чужой ночи, под свист ветра и далёкие крики хищников, их прикосновения становились всё более уверенными, более тёплыми. Они отстранялись лишь на мгновения, чтобы посмотреть друг другу в глаза, и каждый раз в этих взглядах было больше, чем просто влечение — была связь двух людей, которых мир давно пытался сломать. Когда она устроилась рядом, положив голову ему на плечо, Ройс прикрыл глаза, сжимая её пальцы в своих. Джунгли вокруг всё ещё таили смерть, но в эту ночь между ними было что-то, что сильнее страха. И хотя оба знали: утром придётся снова идти и снова убивать, сейчас — хотя бы сейчас — у них было время, которое никто не в силах отнять.