Через Отражения

      Впервые за долгие годы подступающая зима не пугала обитателей Хогвартса. Не было больше в школе пронизывающих до самых костей сквозняков, сосульки не свисали с потолка, а школьники спокойно передвигались по замку в лёгких мантиях. И, как будто этого было мало, часть внутренних двориков Хогвартса и вовсе наполнились яркой растительностью, радуя глаз и придавая сил.              Помона Спраут, видя эффект от восстановления древних чар решила не оставаться в стороне и вскоре в укрытых от холодов двориках зацвели волшебные цветы. Отчего они стали любимым местом отдыха студентов.              Зайдя в замок через парадный вход, Хагрид не заметил, как с его башмаков пропала вся грязь, налипшая за время в пути. Вид исчезающей грязи растянул губы Аргуса Филча в неприятной улыбке, отчего прогуливающиеся неподалёку студенты едва не упал в обморок. Слишком хорошо они знали этого старого сквиба, и столь широко улыбался он, обычно, когда придумывал особенно унизительное наказание для провинившихся.              Впрочем, Рубеус Хагрид всего этого не заметил, его мысли были заняты совершенно другим. В своих заботах о младшем брате, преподаванию детям уроков по обращению с волшебными созданиями и прочими мелочами, он совсем забыл о старом друге, а когда всё же решил навестить его, то был ошарашен. Арагог и большая часть его детей боялись покинуть территорию гнезда, отчего сильно ослабли и озлобились.              Как рассказал ему сам Арагог, после того, как он притащил милашкам покушать, с начала сентября кто-то объявил на них охоту. Этот кто-то умел летать, владел магией и обожал паучьи лапки, все обнаруженные тела детей Арагога были лишены их, в то время как остатки хитина были разбросаны вокруг. Потеряв почти весь молодняк и часть старших детей, Арагог решил не выпускать никого из гнезда, а если и отправляться на охоту, то большими группами. Пожиратель пока затаился, но Арагог не снижал бдительности.              Появление в лесу монстра, да ещё и магического – явно дело рук Того-Кого-Нельзя-Называть, думалось полувеликану, и надо что-то с этим делать. Остановившись у входа в подземелья, откуда доносились приглушённые звуки ударов металла по металлу, Хагрид хотел был развернуться и отправиться к директору, но подумав, решил сначала зайти к Эрику. Тот обещал ему сегодня дать примерить обновки, тем более он почти дошёл.              С каждым шагом, звуки ударов молота становились всё громче, а воздух наполнял непередаваемый запах раскалённого металла. Огладив бороду, которую он по настоянию Эрика немного подровнял, а потом окончательно её в порядок привела стайка студенток с Хаффлпафа, Хагрид открыл дверь в замковую кузницу.              Внутри всё было почти так же, как и раньше, разве что на одном из верстаков сидела блондинистая девочка и… Хагрид не понял, что она делала, но в её руках были маленький молоток и зубило.              - О! Хагрид, - заметив его появление, Эрик приветливо кивнул ему, - заходи, ты почти вовремя.              - Эм, эта, почти? Так может я того, ещё погуляю? – чувствуя себя неуверенно в этом царстве камня и металла, спросил он.              - Нет, мне осталось буквально нанести последние штрихи и можно начать примерку.              - Ну ладно тогда, я это, подожду, - стараясь ничего не опрокинуть, Хагрид присел подальше от пылающего горна и продолжил наблюдать за работой мастера.              Пусть сам он был ближе к природе, но было во всём происходящем нечто завораживающее. То, как стальная пластина, раскалённая докрасна начинает менять свою форму под ударами молота. Как высекаются искры, как шипит металл, погружаясь в масло.              - Готово, раздевайся, - отложив в сторону огромную пластину, заявил Эрик.              - Что? – опешил Хагрид, - Так это как же, я же там, а она, - указал он на девочку, что прикусив язык от напряжения, выбивала что-то на серебристой трубке.              - Да не полностью, - удручённо покачал головой Эрик, - только верхнюю одежду, будем примерять получившийся доспех…              - А оно обязательно? Я, того этого, не особо горазд воевать, - не зная куда деться, Хагрид взлохматил волосы на затылке.              - Обязательно, давай уже, чем быстрее пройдёт последняя проверка, тем быстрее будет результат.              Опустив плечи, полувеликан подчинился. Стянув с себя кротовую шубу и жилет, он неуверенно посмотрел на толстый стеганый дублет. Прошитый ромбами, с кожаными вставками на локтях и плечах, всё в нём кричало о том, что он сделан явно не для ежедневной носки.              Стоило ему просунуть руки в рукава, как завязки на дублете сами переплелись между собой и стянулись. Дублет сел точно по фигуре, даруя чувство некой защищённости. Следующим элементом одежды стал широкий пояс, немного подтянувших брюшко полувеликана. Всё село отлично, ничего не жало и не натирало, а значит.              - Не шевелись, - вновь приказал Эрик и, быстро соединив две части панциря, сомкнул его на объёмном торсе полувеликана, - ну что ты как дитё малое, Хагрид?              - Не знаю, странно всё это, - подняв руки и дождавшись, когда две пластины сойдутся на боках, он осторожно провёл руками по гладкому металлу, - непривычно, но… приятно…              - Ещё бы, - искренне усмехнулся Эрик, - какой мужчина не хочет свой собственный доспех? Правильно – обманывающий самого себя, - важно подняв палец вверх, кузнец начал ходить вокруг Хагрида, выискивая одному ему известные дефекты.              Зная, что сейчас ему лучше не двигаться, Хагрид внимательно рассматривал остальную кузницу, где и помимо незнамо как оказавшейся здесь девочки, оказалось ещё много чего интересного. Самым большими, во всех смыслах, оказались железные статуи, что стояли у стен. Даже на непритязательный взгляд полувеликана они казались незаконченными, но уже сейчас в них просматривалось нечто… опасное и угрожающее. Чуть дальше лежало несколько булав, немаленького размера, две большие и одна поменьше.              - Готово, с мерками я угадал, - сам себе кивнул Эрик, - а значит осталось немного, пара элементов и можно наносить зачарования.              - А это… обязательно делать всё таким? – провёл вдоль тела Хагрид, - Железо это, и прочее… Мне казалось, что обычно амулеты всякие маленькие, с ноготок.              - Но ты-то у нас особый случай, - поучительно произнёс Эрик, - мало того, что чарам каждый раз придётся пробиваться через твоё сопротивление магии, так ещё и нормальным материалов днём с огнём не сыщешь. Вот и приходится так изгаляться. Но ничего, как увидят тебя в полном доспехе – сразу проникнутся.              Эрик не врал, и его неодолимое желание заковать полувеликана в полные латы было тут не причём. В новом для него мире действительно не было нормальных, по его меркам, материалов для зачарования, а те что были – стоили слишком дорого. Вот и приходилось создавать целый доспех для постоянной работы всего пары простеньких чар.              - Тогда, если это всё, - уже начал теребить полы дублета Хагрид, - я пойду?              - Иди-иди, как всё будет готово, я тебя позову, - магией снимая с полувеликана панцирь, задумчиво произнёс Эрик, - так что скоро твой братишка посмирнеет.              - Ага, - рефлекторно кивнул Хагрид, нервно покосившись на девочку, - я пошёл.              Махнув Хагриду на прощание, Эрик повесил панцирь на манекен и осмотрел разбросанные по всей кузнице пластины, пара небольших изменений и можно будет начать наносить руны.              - А почему вы не показали ему волшебную палочку? – не отрываясь от нанесения странных узоров из несуществующих цветов и нереальных зверей, спросила Луна.              - Ещё рано, - покачал головой Эрик, подхватив булаву достающую ему почти до плеча, - я же обещал ему сюрприз, а какой это будет сюрприз, если не будет чуда?              - А ещё вы не придумали, как привязать её к паутинке? - как бы невзначай добавила она.              - Не совсем так, - положив булаву обратно, Эрик подошёл к заготовкам под големов, проверяя, как легли на них чары, - скорее я ещё не нашёл того, кто сможет правильно приготовить сердцевину. Сам я в алхимии почти полный ноль, а Северус пока слишком увлечён улучшением рецептов.              - Мне жалко профессора Снейпа, - сдув серебристую стружку, девочка оценила результат своей работы, - он такой мрачный и несчастный, потому что хочет освободиться, но ему не дают.              - Тут ты права, ему бы посвятить жизнь любимому делу, может и оттаял бы, а так… Ладно, не будем об этом, лучше показывай, что у тебя получилось.              Ни секунды не задумываясь, Луна протянула тому, в ком она чувствовала что-то близкое с первого дня, рассматривая незнакомые звёзды в его волосах. И почему остальные их не замечают?              - Это сюда, ага, а это проводит… - изучая её рисунки, Эрик действительно понимал, для чего они.              И верил во всё, что она говорила. Правда некоторых существ, что она видела всю жизнь он переиначивал и называл так скучно… Ну какие из нарглов «астральные паразиты, подпитывающиеся ментальной энергией и усиливающие тягу к необдуманным поступкам», если они просто нарглы?              - Ошибок я не вижу, - вернул он ей флейту, - осталось проверить, как она будет звучать, - ободряюще улыбнулся Эрик.              Ничего не говоря, Луна приложила её к губам и в чём-то даже мрачную кузницу древнего замка наполнили звуки музыки. Сначала они были неуверенными, но с каждой секундой становились всё мелодичней. В льющейся из флейты музыки не было такта или строгой структуры, сплошная импровизация.              Чем дольше Луна играла, тем больше проникалась собственной музыкой. Она видела цветочные поляны, облака из бабочек и танцующих мозгошмыгов, а ещё…              - Ну-ну, девочка, - сильные руки давали чувство защищённости и надёжности, - не надо плакать.              - Но я… - Луна увидела маму, что была где-то там, на краю поляны и махала ей рукой.              Она был такой же, какой Луна её помнила, весёлой и жизнерадостной, смотрящая на неё с заботой и…              - Всё хорошо, всё будет хорошо, - огромные грубые руки аккуратно гладили её по волосам.              Луна любила своего папу и знала, что ему тоже тяжело, а потому не позволяла себе расстраивать его. Сейчас же… сейчас она могла позволить себе выплеснуть накопившиеся чувства. Ведь так будет правильно, она знала.              ***              - Можешь выходить, Люциус, - закончив делать пометки в блокноте, кивнул немного нервничающему аристократу я.              Уговорить и его на диагностический ритуал оказалось несложно, особенно после того, как его прошёл ещё и Северус. Сложнее было убедить его снять все защитные артефакты, без которых он чувствовал себя если не голым, то очень близко.              - В целом, разницы в ваших меткая я не вижу, а индивидуальные особенности почти не влияют на плетение, - несколько раз я стукнул карандашом по бумаге, - кстати, Люциус, ты знал, что у тебя в предках отметились драконы?              - Признаюсь – нет, - с каждым новым артефактом, что возвращался на его законное место, чувствовал себя уверенней он.              - Теперь будешь знать, это кстати, вполне объясняет твою тягу к накоплению богатств, - заметив, как дёрнулись уголки губ Северуса, я решил перейти к сути нашей встречи, - что касается меток, то снять их вполне реально.              - Но есть какое-то «но», - тут же помрачнел зельевар.              - А как же, - подтвердил я его догадку, создав иллюзию отображающую структуру метки, - если начать снимать её, то вот этот элемент, - одна из областей рисунка засветилась особенно ярко, - тут же оповестит хозяина метки, и, как я понимаю, из-за этого у вас могут возникнуть некоторые… проблемы.              Переглянувшись, Северус и Люциус, помрачнели ещё больше. Я не вдавался в подробности, но и так было понятно, что от непонятно как возродившегося Тома они сильно зависят и сбежать бросив всё не могут.              - А для снятия метки… нужно твоё присутствие? - явно что-то придумав, спросил Люциус.              - Крайне желательно, но если дадите мне пару дней и кое-какие материалы, я мог бы попробовать создать артефакт. Так эффект будет не гарантированным, да и всякое может произойти в процессе…              - Передай список материалов через Северуса, я всё подготовлю, - явно что-то задумавший Люциус был полон энтузиазма.              - Ваша воля, но если у испытуемого вырастут лишние конечности или он ещё как-то пострадает – я снимаю с себя всякую ответственность, – тут же предупредил его я.              - Испытуемый… скажем так, - добавив в голос холода, произнёс Люциус, - уже приговорён к смерти и если что-то пойдёт не так, о нём никто не вспомнит.              - Тогда жди списка ингредиентов, - пожал плечами я, - чем быстрее они окажутся у меня, тем быстрее вы получите артефакт. И Северус, я тут задумал один проект и столкнулся со сложностью в его реализации, нужна твоя помощь.              - Неужели столь великому волшебнику понадобилась помощь скромного преподавателя Хогвартса? – не удержался от сарказма он, за что получил укоризненный взгляд от Люциуса.              - Увы, невозможно стать лучшим во всём, будь я дома, то обратился к супруге, но за неимением профессионального алхимика, приходится обходиться тем, что есть под рукой, - спокойно и без тени издёвки ответил я.              Впрочем, Северус был достаточно разумным парнем, чтобы всё правильно понять.              - Вкратце, мне нужно зелье для создания основы волшебной палочки, ключевые ингредиенты у меня есть, но их надо обработать.              - Эти зелья не большая тайна, но мне для начала нужно изучить основу, - решив не продолжать пикировку, перешёл на профессиональный тон Снейп.              - Прошу, всё важное – всегда ношу с собой, - достав из сумки несколько локонов Хагрида, я протянул их ему.              - Это… волосы Хагрида? Ты решил сделать для него волшебную палочку? – недоумённо спросил Снейп.              - Не самое разумное решение, - покачал головой Люциус, - тем более, цена палочек в лавке Олливандера будет явно ниже, чем труд такого мастера как ты Эрик.              - О, вы просто не видите всей картины, - на секунду поддавшись нахлынувшим чувствам, я призвал заготовку под «волшебную палочку» для полувеликана.              - Это… внушает, - оценил цельнометаллическую заготовку почти с него высотой Люциус, - можно?              Протянув ему заготовку, я с интересом наблюдал, как холёный аристократ поднял не самую лёгкую булаву, которую можно было бы отнести к двуручным.              - Тяжело, даже слишком, - выдал свой вердикт он, - а смещённый центр тяжести…              - Тяжесть – это хорошо, тяжесть – это надёжно, даже если знакомый нам всем полувеликан не сможет нормально творить заклинания, он всегда сможет вмазать этой малышкой по своему недругу. Уверен, хватит всем.              Видимо представив картину, где устойчивый к магии полувеликан врывается в строй Пожирателей Смерти и начинает «творить магию», оба парня громко сглотнули.              - Вот и я о том же, - расплылся в улыбке я, - эпичное будет зрелище.              - Безусловно, - ставший бледнее обычного, подтвердил мои слова Люциус, - и, раз уж мы вновь все собрались… я бы хотел задать несколько вопросов касательно магии. Во время обследования ты, Эрик, не заметил никаких проклятий на мне?              - Ты про проклятье одного ребёнка? – мигом поняв, о чём он, уточнил я.              - Да, - гордый аристократ немного сдулся, - именно о нём.              - Ничего не могу сказать наверняка, но это немного не мой уровень, - покачал я головой под ошарашенные взгляды парней, - что? Думали, я всемогущ? Открою тайну – нет, даже не близко. Судя по увиденному, проклятье это было наложено очень давно, причём при использовании магии крови и чего-то очень тёмного, связанного как минимум с принесением в жертву младенца.              Услышав последнее, Люциус ошарашенно уставился на меня, а Снейп вопросительно посмотрел на друга.              - Сразу после наложения его ещё можно было попробовать снять, но сейчас, когда оно укрепилось в самой крови каждого из Малфоев… нет, я бы не рискнул. Хотя, если ты сможешь найти где-нибудь божественный артефакт и правильно применить его… тогда шансы есть. И весьма неплохие.              - Почему именно божественный? – уже явно просчитывая варианты, спросил он, явно выстраивая схему по добыче чего-то подобного, - Артефакты, созданные древними магами или, например, джиннами не подойдут?              - Нет, - покачал головой я, - любой артефакт, сотворённый условным смертным, опирается в своей работе на законы магии, которые пусть бывают и весьма причудливыми, но остаются именно законами. Божественные же артефакты немного иные: они работают на концепции «чуда», и немного иной энергии чем эфир или мана. Ещё могут помочь сильные жрецы, но их сначала придётся уговорить сотрудничать, а ещё есть фактор самого божества, что может иметь на этот счёт своё мнение… Короче, наводку я тебе дал, а дальше давай уже сам.              - Благодарю, - не покидая своих мыслей, коротко ответил Люциус, - но боюсь, эти поиски могут затянуться.              - Согласен, - видимо радеющий за семью друга, поддержал его выводы Северус, - если такие артефакты и существуют, то хранятся в самых глубоких хранилищах древних семейств.              - А вариант со жрецами вы не рассматриваете? – поинтересовался я.              - Нет, последние жрецы потеряли силу ещё в средние века, - покачал головой Люциус, отчего его идеальная причёска растрепалась, - с тех пор никто не слышал ни о чём подобном.              - Странно, обычно жреческая магия идёт рядом с магией классической. Надо будет плотнее изучить данную тему.              - В моей библиотеке есть кое-какие книги, описывающие то время, - с предвкушением посмотрев на меня, задумчиво протянул Люциус, - я передам их вместе с Северусом.              - Буду премного благодарен.              - Тогда, позвольте откланяться, - подхватив трость, в которой скрывалась волшебная палочка, Люциус направился к камину, - я и так непозволительно задержался.              Проводив его взглядом, я задумался о его словах. Неужели очередной мир, где боги мертвы или покинули его? Надо будет провести воззвание и разобраться, тем более… они могут помочь с ритуалом перехода, если не советом, то хотя бы силой. Список дел на Родине растёт с пугающей скоростью.              ***              - Профессор! – окликнул меня Терри Бут, - Можете проверить, кажется, я понял где ошибся.              - Кажется? – усмехнувшись, я подошёл к парте Рейвекловца и начал осматривать рисунок, - Вам не кажется, всё сделано верно, можете испытать.              Восторженный студент, выскочив из-за парты, бегом побежал к «испытательному полигону», а если точнее небольшой комнатушки без одной стены, зачарованной на максимальное сопротивление магии. Знаю, что перестраховался, но мало ли что, неправильно составленные заклинания бывают непредсказуемы. Пусть сейчас студенты не изучали ничего сложнее фокусов, но всё же.              Неуверенно направив ману в свиток, Терри воскликнул от восхищения, ещё бы, ему удалось сдать промежуточный экзамен на доступ к заклинаниям Первого Круга. Состоял он во внесении заметного изменения в один из фокусов, а именно изменить цвет заклинания Пляшущие Огоньки.              - Прекрасно, мистер Бут, пять баллов Рейвенкло, - кивнул я гордому собой студенту, - остаток занятия предпочтёте отдохнуть или…              - Или, вы так много рассказывали о следующем круге, что мне не терпится поскорей начать.              - Хорошо, ваш учебник теперь откроется на нужном разделе, не спешите и старайтесь вникнуть в суть написанного, а не просто запомнить всё слово в слово.              - Я помню, профессор, - бросив короткий взгляд на парту с единственной здесь Гриффиндоркой, он вернулся на своё место и мгновенно открыл учебник.              Вот неугомонный, а ведь именно из-за таких как он пришлось наносить дополнительные чары на выданные учебники, чтобы они давали доступ к следующему разделу только после сдачи экзамена за предыдущий. А то нашлись умники, решившие, что пару раз прочитав учебник, они всё знают и умеют. Сам был таким, так что меры предосторожности принял соответствующие.              Прогуливаясь между парт, я следил за работой детей, заранее подмечая мелкие ошибки, а при обнаружении крупных приказывал начинать сначала. Пояснений и объяснений ошибок не было, сейчас, как ни крути – экзамен, а потому никаких поблажек. Впрочем, я уверен, если не сегодня, то на пересдаче справятся все.              - Напоминаю, до конца занятия полчаса, как закончите работы, приносите их на проверку и только потом отправляйтесь испытывать.              Заметив, как часть студентов быстрее застрочила по свиткам я лишь улыбнулся. Им кажется, что полчаса – это мало.              Продолжая краем глаза наблюдать за экзаменом, сам я погрузился в размышление о происходящем в Хогвартсе. Прекрасно понимая, что дольше, чем до конца учебного года я здесь не задержусь, особо близких отношения я ни с кем завязывать не спешил. Со Снейпом у нас были больше деловые связи, где обмениваясь услугами каждый из нас получал то, что ему нужно. С Септимой и Батильдой дальше рабочих приветствий и небольших консультаций тоже не ушло, мне эти девочки были в принципе не интересны, а они, услышав о правнуках, кажется, испугались возможных перспектив.              С остальными преподавателями, пожалуй, за исключением Помоны, что каждый день с радостью делилась тем, как отлично прорастают переданные мной семена, мы почти не пересекались. В первой половине дня я занимался восстановлением чар замка, а во второй проводил занятия или отработки у студентов. Случалось, конечно перекинуться парой слов, но не более.              Однако главной моей победой было то, что замаскированный низший демон теперь боялся даже приблизиться ко мне. Причиной тому был краткий визит министра магии в сопровождении Люциуса, что был мне крайне благодарен за снимающий метку артефакт. Невысокий толстячок в шляпе-котелке, поохал от вида возрождающегося Хогвартса, покивал на мои заявления, что боевую магию я детям преподавать не собираюсь, после чего удалился.              В итоге счастливы все, министр смело может заявить, что именно во время его правления Хогвартс вернул себе прежнюю славу, а из него начали выпускаться настоящие артефакторы и ритуалисты. А я избавлен от раздражающего фактора, что доводил до белого каления весь остальной преподавательский состав, за исключением Снейпа, конечно.              - Закончили, - оповестил я об окончании экзамена, - отложили перья и подходим ко мне. Вас это тоже касается, мисс Грейнджер.              Вереница из не успевших дописать заклинание выстроилась ко мне скорбной процессией.              - Неплохо, мисс Патил, но вам явно стоит внимательней изучить рунный словарь, - взяв указку, я обозначил, где девочка допустила ошибку, - в данном сочетании руны «Свет» и «Солнце» не увеличат яркость заклинания, а создадут ярчайшую вспышку. Плюс, вот здесь и здесь вы использовали неправильный вид соединительных линий. Нужно объяснять почему?              - Нет, профессор, - понурила голову девочка.              - Тогда, жду вас на пересдачу в субботу, повторите материал и приходите. Если же вам что-то будет непонятно, то обратитесь к одногруппникам, что экзамен сдали, уверен, они вам помогут.              Проводив девочку взглядом, что сразу решительно направилась к так и не отлипшему от учебника Терри, я лишь улыбнулся. Парню придётся выбирать или внимание симпатичной девушки, или новые знания. Даже интересно, что он выберет?              Последней из не сдавших была Гермиона Грейнджер, девочка явно старалась изменить заклинание Искра, чтобы оно воздействовало не огнём, а холодом, что само по себе не просто, а сверху ещё начала зачем-то усиливать плетение дополнительными линиями.              - Интересная задумка, мисс Грейнджер, но вы допустили ряд ошибок, - вновь взяв указку, я не сразу решил, куда именно указать и с чего начать, - для начала, напомните мне, что говорится в учебнике по поводу изменения типа элементального воздействия?              - При его изменении первостепенным является перерасчёт…              Слушая слово в слово пересказанный текст, я всё больше поражался этой девочке, с одной стороны феноменальная память, стоит ей пару раз увидеть рисунок заклинания, и она уже может в точности его воспроизвести, причём без ошибок. С другой же, если попросить её внести хоть малейшее изменение, и она тут же впадает в ступор, а потом из-за собственной неуверенности начинает паниковать. Отчего и выходит переусложнённое нечто.              - Я понял, в чём ваша проблема, а потому, - оглядев класс и посмотрев на часы, я принял решение, - все остальные - можете быть свободны, мы же с мисс Грейнджер задержимся и разберём её ошибки. Если есть желающие, они могут остаться и послушать, остальных не задерживаю.              Осталось, как ни странно достаточно много людей, в чём есть и моя заслуга. Не зря же я успешно внушил им всем, что даже из ошибок можно извлечь ценный урок.              - Начнём с начала, - создал я иллюзию, на которой с одной стороны появилась копия рисунка Гермионы, а с другой пока ничего не было, - как написано в главе три, каждый элемент тяготеет к определённой форме. Следовательно, при изменении действующего элемента в первую очередь требуется изменить базовую форму.              Поясняя принцип изменения шаг за шагом, я параллельно выстраивал изменённое заклинание. Пусть «Искра Холода» в целом была абсолютно бесполезна, но была достаточно безопасна, а потому её рабочий вариант под конец лекции висел в виде иллюзии посреди класса, раза в три менее объёмный, чем начертила Гермиона.              - Вы поняли, что именно сделали не так, мисс Грейнджер?              - Да, профессор, - стыдливо опустила голову она.              - Прекрасно, тогда, как и остальных жду вас на пересдаче, только для вас у меня будет индивидуальное задание: пересчитать это заклинание, но основываясь на элементе ветра. Справитесь до субботы?              - Я… я постараюсь, - будто идя в последний бой, ответила Гриффиндорка.              - Отлично, тогда жду ваших успехов, а сейчас… Кажется, мы с вами засиделись и пропустили отбой. Что ж, чтобы у вас не было проблем из-за этого, я лично сопровожу вас до гостиных факультетов. Собирайте вещи и за мной.              Прогулка по обновлённому ночному Хогвартсу, явно отличалась от того, к чему привыкли студенты за время учёбы. Вместо всепоглощающей тьмы – ярко освещённые коридоры, вместо холода и сквозняков – комфортная температура и отсутствие всякого ветра. Как ни странно, но за первое нововведение меня слегка невзлюбили студенты, что любили погулять после отбоя, теперь любой преподаватель видел их издалека и скрыться от него в тенях, оставшись неузнанным, стало невозможно.              Первых я проводил студентов Хаффлпафа и Слизерена, так как мой кабинет находился на втором этаже, и до их гостиных было банально ближе, после чего мы с остальными отправились к холлу с летающими лестницами. По пути нам встретился Аргус Филч, что уже хотел было наорать на столь нагло шляющихся ночью по школе студентов, но заметив меня, тут же смягчился.              Вообще, с этим вредным стариком у меня сложились достаточно неплохие отношения, во многом из-за того, что я сильно облегчил ему жизнь починкой большей части чар Хогвартса, сняв часть физической работы, и фантомами, отправляя к нему на отработки гулён пачками. Особо мы не пересекались, но всегда здоровались и были предельно вежливы. Жалко его, из-за смены оттенка маны окружающий этот мир эгрегор теперь не реагировал на его запросы, а потому магии в привычном понимании он был лишён. Я бы предложил ему попробовать выучиться нормальной магии, но прекрасно понимал, что до первых результатов он может банально не дожить.              Проследив за тем, как Рейвенкловцы зашли в свою гостиную, мы с Гермионой направились к башне Гриффиндора.              - Профессор, - нерешительно произнесла она, когда мы приближались к холлу с лестницами, - скажите, я правда… такая бездарная?              - Кто вам такое сказал, мисс Грейнджер?              - Но я же… постоянно последняя осваиваю новый материал, последняя смогла сознательно управлять маной, последняя…              - Ваша проблема, мисс Грейнджер, что вы слишком зациклены на выполнении инструкций и правил, стоит чему-то пойти не так и вы теряетесь. Это не самые плохие качества, ведь не просто же вы так хороши в прочих предметах, но для более глубокого понимания магии… нужно уметь выходить за границы известного. Вспомните мою первую лекцию, древние люди, едва начав использовать свои магические силы, неустанно работали над более простыми способами их использования. Пусть сейчас старания предков сильно упрощают вам сотворение заклинаний, но подумайте вот над чем: а можно ли сделать имеющуюся систему ещё лучше? Прорваться за границы известного?              - Но это же сложно и требует десятилетий учёбы, - нахмурилась она, явно задумавшись моих словах.              - В том числе, однако, без понимания магии этот прогресс невозможен. Вы не создадите новое заклинание, если не будете понимать, как оно работает.              - А можете, привести пример? Ну, заклинания, которое можно улучшить?              - Пример, что ж, давайте разберём заклинание Птица (Avis) из трансфигурации, оно создаёт пять птичек, которыми можно управлять силой мысли, - для большей наглядности я подключился к эгрегору и отправил соответствующий запрос.              Заставив их кружить вокруг нас, я наблюдал за Гермионой, что пока не понимала о чём речь.              - Милое и в целом бесполезное заклинание, но если мы произнесём Хищная Птица (Avem) то получится, - вновь отправив запрос эгрегору, я стал ожидать реакции.              В этот раз в воздухе материализовалось пять небольших соколов. Они, как и первые птички, начали кружить вокруг нас, только на большей дистанции.              - Казалось, простейшее изменение, но каков результат. Так и со всей остальной магией, если хотите улучшить или открыть что-то новое, не бойтесь выходить за рамки известного. Но только соблюдая все меры безопасности, - тут же наигранно испугано добавил я, чем вызвал у девочки лёгкую улыбку.              - Кажется, я поняла о чём вы, профессор, - искренне улыбнулась мне она.              - Тогда жду вашу работу в субботу. Спокойной ночи, мисс Грейнджер.              - Спокойной ночи, профессор.              ***              Закончив со всеми текущими делами, я приступил к давно, аж целых три дня как, запланированному шагу. По словам Снейпа, войти в свой внутренний мир должно получиться без особых проблем, а уже там… посмотрим по обстоятельствам. По его словам, нужно будет вручную навести там порядок, тем самым систематизируя память. Про то, что конкретно меня там ждёт, он не сказал, отделавшись фразой, что всё строго индивидуально.              На всякий случай закрыв дверь в покои и убедившись, что Допли и Азгерос запомнили, когда нужно вывести меня из медитации, я уселся поудобней. Закрыв глаза, я сосредоточился на собственном разуме и начал пытаться проникнуть и визуализировать его.              Первые несколько минут ничего не получалось, как и следующие полчаса, однако в один момент всё… изменилось.              Открыв глаза, я понял, что у меня получилось. Вместо привычных покоев передо мной оказался просторный зал, разделённый на секции. Справа секция была наполнена летающими книгами, магическими светильниками и рыцарскими латами. Похоже, этот участок воспоминаний относился к жизни на Голарионе и был в относительном порядке.              Центральный участок был покрыт слоем пыли, и убранством напоминал Приют Великана, точнее, его главный зал: массивная мебель с нордскими мотивами, фолианты в толстых кожаных обложках, даже пол в ней был сделан из нарочито грубого камня, всё как я когда-то любил.              Последний же участок, самый маленький по площади, был… заброшен. Куча книг разбросанных между стеллажами. Не просто пыль, а настоящая слипшаяся грязь, скрывающая под собой… наверно воспоминания о первой жизни.              Были в этом зале и другие элементы, не относящиеся к воспоминаниям напрямую, но отразившиеся на мне. Например, в углу нордской части явно любил подремать Фрэки, или воспоминание о нём, а в части Голарионской в глаза бросалось импровизированное гнездо Азгероса. Не говоря уже о черепе медведя, в чьих глазницах горел огонь чистой ярости.              Осматриваясь, но ничего не трогая, боясь ошибиться, я думал, с чего бы начать?              С одной стороны, воспоминания о первой жизни могут неплохо мне помочь, ведь именно благодаря им я когда-то перепрограммировал Андромеду и получил вернейшую помощницу. С другой же… мне было откровенно страшно трогать ту грязь, что покрывала те воспоминания, сделаю что-нибудь не так и здравствуй смерть от кровоизлияния в мозг. Поэтому, начнём с чего попроще, а именно с Голарионской части.              Стараясь ничего не задеть, я очищал от пыли полки с книгами и трофеями, что, видимо, олицетворяли какие-то особо значимые события. Мифриловый скальпель – первое убийство в новой жизни. Чёрное как ночь перо – спасение «братишки» от похитителей. Игрушечная повозка – первый контракт как наёмника.              Прикасаясь к каждому из этих предметов. Я за секунду вновь переживал произошедшие события. Причём не только переживал мысленно, но и некоторые особо яркие впечатления из них. Первая встреча с Миэль и наш побег из логова культистов Зон-Кутона. Первый, пусть и неосознанный призыв крыльев. Ощущение стёртой до крови задницы.              Последнее меня особенно впечатлило, но вызвало только улыбку, старые – добрые времена. Поправив знаковые предметы, я не сразу это ощутил, но уже почти забытые воспоминания заиграли новыми красками. Теперь мне начало казаться, что они произошли не полвека назад, а вчера. Эффект понятен, последствия минимальны, а значит можно работать.              Взяв в руки толстенный фолиант, пахнущий пылью и звёздами, я невольно улыбнулся. Если исходить из ощущений, здесь мои воспоминания от обучения у Каэля, а рядом, получается, воспоминания о Хильде, ещё дальше, в книге потоньше, но окованной железом, о тренировках с Нори.              Ладно, просто предаваясь воспоминаниям делу не поможешь. Хрустнув пальцами, я приступил к работе.              ***              Структурирование памяти с попутным выстраиванием защиты сознания… давали необычные плоды. Помимо тёплых воспоминаний о прошлом и приведение в должный вид своего внутреннего мира, я с удивлением осознал, насколько проще стало мыслить и вспоминать.              Как пример, теперь для того, чтобы сплести почти любые чары, что хранилось у меня в книге заклинаний, она мне была не нужна. Небольшое мысленное усилие и плетение возникает у меня перед глазами. Однажды, ради эксперимента, я слетал за пределы Хогвартса к побережью. Найдя безлюдную местность, я таким образом, создал заклинание Цунами. Без подглядываний и сомнений, создал и активировал, в любой момент готовый телепортироваться куда подальше.              Однако… оно сработало, чётко и без дефектов.              С метеоритным дождём я решил не рисковать, а потому ограничился Мировой Волной, радикально изменив прибрежный ландшафт. Поразительно.              Вернувшись обратно в Хогвартс, я решил дать себе выходной, а то за последние три месяца я только и делал, что работал, преподавал и изучал.              - Так, чем бы заняться? – осмотрев свои покои, задумался я, - Северус и Хагрид на занятиях, Люциус всё никак не может решиться попросить меня прибить малыша Томми. Видимо, придётся отдыхать одному.              Раздражённое ворчание с полки над камином было наполнено негодованием.              - И конечно с тобой, дорогой мой друг, - кивнул я дрейку, что с наступлением холодов окончательно переехал в мои покои и большую часть времени спал, - Допли, принеси с кухни закусок и мяса Азгеросу, а ещё организуй перед камином кресло и столик.              - Будет сделано, хозяин Эрик, сэр, - закивала ушастой головой, ставшая первой красавицей в общине эльфийка.              Сделано всё было действительно быстро, а я, пока постоянно подпитываемая магией эльфийка трудилась в поте лица, искал чего бы почитать, лёгкого и расслабляющего. Можно даже юмористического. А вот и оно: «Взлёт и Падение Тёмных Искусств».              С первых строк я начал сравнивать творимые местными Тёмными Лордами ужасы с тем, в чём лично успел поучаствовать. Если проводить аналогии, то для уничтожения большинства темнышей на Голарионе хватило бы пары паладинов из столичных храмов. А уж какие у местных были гениальные идеи…              Взять того же Герпия Злостного, что, судя по описаниям, не сумев выполнить нормальный ритуал превращения в лича и создать филактерию, буквально разорвал свою душу на несколько частей. Точнее он оторвал от своей души большую её часть, оставив ядро привязанным к телу, и поместил её в предмет, из которого в будущем планировал возродиться.              С одной стороны – интересная мысль, ведь покинув тело, остатки сохранившейся души притянутся к недофилактерии или крестражу, как данный маг назвал своё творение, однако… минусов было больше, начиная с ментальной и физической деградации. Однако главным минусом и опасностью подобного акта было то, что заполучи крестраж более-менее знающий маг, и «бессмертный» окажется в его полной власти. Ритуал подобия, за ним подчинения и всё, послушная марионетка готова.              Продолжая читать о новых и новых поражениях «Тёмных Лордов», я не мог не заметить, что с каждым новым «повелителем» тёмной магии этой самой магии в их арсенале становится всё меньше. Если во времена Древнего Рима маги-ренегаты поднимали целые кладбища по взмаху волшебной палочки, то уже в средние века им для этого требовалось провести целый ритуал.              Аналогичная ситуация с демонами. В древнем мире их призывали часто и помногу, заставляя слушаться. Безусловно, этих демонологов убивали, с потерями и чуть ли не прямым вмешательством богов, но убивали. В то время как на излёте средневековья… читая о разрушениях, произошедших из-за криворукости одного демонолога-недоучки, я окончательно убедился в деградации магического искусства в этом мире.              Чем ближе я подбирался к современности, тем мельче становились Тёмные Лорды. Если раньше они ввергал в хаос и тьму целые страны, заставляя их соседей объединяться для отражения общей угрозы, то со временем масштаб их угрозы сжался до сугубо локального уровня.              Откусив сочную колбаску и запив её прекрасным элем, я перелистнул очередную страницу, где описывались похождения очередного Тёмного Лорда, Геллерта Гриндевальда. Родился в чистокровном роде из Австро-Венгрии, пропагандировал превосходство магов над маглами и стремился объединить магический мир, чтобы со временем отменить Статут Секретности и править уже всем миром.              Когда я дошёл до строк про Вторую Мировую, в груди начала разгораться ярость. Пусть книга была в основном сосредоточена на Западном Фронте этой войны, но были упоминания и про Восточный. Автор не вдавался в подробности, но широкими мазками упомянул, что население стран Восточной Европы сгонялось в концлагеря, миллионами, где над ними проводили опыты, пускали на топливо для масштабных ритуалов и совершали прочие зверства, которые ожидаешь скорее от демонов.              Лишь краем глаза успев заметить приписку, что в конце войны Геллерт Гриндевальд был побеждён Альбусом Дамблдором, после чего помещён в Нумергард для пожизненного заключения, я откинулся на спинку кресла, посмотрев в потолок.              Пепел, оставшийся от книги, разлетелся по комнате. Стены замка дрожали, ощущая на себе мой гнев. Где в глубине замка домовики сбились в кучу и дрожали от страха. Призраки бежали прочь. Многочисленные картины опустели.              - Кажется, - тихо произнёс я, беря чувства под контроль, - совсем скоро я посещу Альпы, с визитом. Ради всеобщего блага.