falling for you, lovin’ for you

Слегка ошеломлённая, Эри открыла глаза, судорожно заморгав, и увидела мягкий вольфрамовый свет в своей комнате общежития. Она рассеянно сжала губы, чувствуя липкость остатков блеска на них — довольное мычание вырвалось из её рта от сочетания вкуса и ощущения, как пальцы Ичжуо всё ещё скользили по её подбородку. Всего несколько минут назад… Неужели прошло несколько минут? Полдня могло пролететь мимо, а она бы и не заметила, слишком поглощенная приятным теплом рук Ичжуо, обволакивающих её лицо, мягкими, липкими губами, лёгким древесным ароматом духов. Если не считать временной слепоты, всего несколько минут назад она показывала Ичжуо набор Gunpla, который собирала. Она с энтузиазмом описывала, как ей пришлось вырезать каждую часть пластика из литника, затем отшлифовать их до гладкости, что, конечно же, заняло больше всего времени, прежде чем соединить детали вместе, и, по сути, она сделала только четверть работы. Но, конечно же, когда она закончит первоначальную сборку, ей придётся разобраться с наклейками. Руку иногда сводило судорогой, когда она пыталась идеально приклеить их к модели – она могла бесконечно рассуждать о видах наклеек, водных горках, сухом переводе, наклейках – у Эри была куча мнений. (Всё же, она немного сдерживалась, не уверенная, действительно ли Нин хочет услышать всю эту тираду мыслей. Хотя обычно в таких случаях Ичжуо так или иначе вытягивала слова из Эри своими искренними, любопытными намеками.) В любом случае, это было всё, что она успела сделать, прежде чем её заставили замолчать мягкие губы. За силуэтом её девушки на столе лежала модель — всего лишь дешёвка, которая шла в комплекте с уже обставленной комнатой в общежитии. Набор, вероятно, стоил дороже, чем сама мебель; К счастью, Эри не пришлось чувствовать себя виноватой по этому поводу, потому что именно Минджон купила его ей на день рождения. (Остаток дня после того, как Минджон вручила ей подарок, на лице Эри сияла широкая улыбка во все тридцать два. В преддверии выпускного класса учёба давалась особенно тяжело, и ей просто необходимо было что-то отвлекающее, например, скрупулезно собирать маленькие пластиковые детали, чтобы сделать охренительно крутой механизм.) Она не возражала против перерыва. Эри всё ещё не привыкла ни к чему подобному, ни к физическому аспекту, ни к присутствию Нин Ичжуо в её жизни, которая, похоже, настолько любила её Gunpla, что поцеловала её посреди маленького экскурса. — Так тебе, э-э, нравится? — бесцельно пробормотала Эри, указывая на незаконченную модель. Ичжуо, приподняв бровь, посмотрела на Эри. Наклонив голову, она кашлянула: — Ты.., — она покачала головой, — мне нравится. Довольно круто. Потирая шею, которая была теплее обычного, Эри почувствовала, как у неё закружилась голова. — Правда? — Да, конечно. Похоже, работы много, то есть, она ещё не закончена, но, что бы это ни было, — Ичжуо указала на необрезанные литники, — выглядит замысловато. — О, да, это определённо сложно, но оно того стоит! Хотелось бы, чтобы ты увидела некоторые из моих самых красивых моделей. Но они все дома. Я точно не собираюсь запихивать их в рюкзак. Но я приобрела этот несколько месяцев назад, — Эри схватила свою новую любимицу – модель Juaggu, маленького жёлто-белого коренастого робота, — он не такой замысловатый, как остальные, он просто милый, понимаешь? Ичжуо наклонилась ближе, чтобы рассмотреть его; её глаза забегали, словно очерчивая и запоминая мелкие детали, которые добавила старшая. Эри невольно улыбнулась, тронув губы. Она всегда ценила искренний интерес Ичжуо к её увлечениям, даже если она сама не была сильна в них. Эри невольно захотела показать Ичжуо всё. То, что внешне казалось простым хобби или интересом, было той частью внутреннего мира, от которой она обычно не отказывалась так легко. В ней было рвение, которое она с удивлением обнаружила в себе и всё чаще и чаще прорывалось наружу каждый раз, когда она встречала энтузиазм Нин. Она мысленно отметила, что нужно отправить своей девушке несколько ASMR-видео сборок Gunpla; ей казалось, что они ей понравятся. Может быть, ей даже удастся уговорить Ичжуо посидеть с ней, пока она будет заниматься этим набором. Её девушка согласно промычала: — Кажется, мне больше всего нравится этот. — А, но ты же не видела моего Сазаби, — пошутила Эри. Ичжуо снова подняла бровь. — Ты что, мне предложение делаешь? Старшая чуть не поперхнулась собственной слюной. Осторожно опустив свою любимую модельку, боясь её уронить, она пробормотала, будучи почти полностью красной в адском смущении: — Э-это Гандам... Ичжуо довольно фыркнула: — Я так и думала, задротка, — она ткнула локтем в руку Эри. Взгляд девушки был мягким, когда она смотрела на неё; Эри невольно застенчиво улыбнулась. Они расстались всего на несколько часов, но Учинага всё так же скучала по ней. Смешно, но она как раз училась не смущаться таких вещей. Громкий зевок Ичжуо прервал этот момент. Эри нахмурилась. — Устала?, — она нежно погладила руки Ичжуо. Она навалилась на Эри всем весом, положив голову ей на грудь. — Фу, я не спала, чтобы закончить это дурацкое задание по психологии. Эри сочувственно хмыкнула. Нин, несмотря на свой ум, совершенно не умела организовывать время ни в одной сфере жизни. Курсовые работы обычно делались в неподходящий момент, чаще всего в последнюю минуту. Это явно выматывало девушку. Учинага мысленно отметила, что нужно начать активнее заставлять Ичжуо заниматься с ней. — Ты просто хотела поспать? Ичжуо проворчала. — Я здесь, потому что хочу провести с тобой время, — она закатила глаза, увидев надувшуюся Эри, — хватит, — она ткнула себя в нижнюю губу, — всё в порядке. — Ну, я не разозлюсь, если ты вырубишься или что-то в этом роде. Ичжуо ухмыльнулась ей. Эри очень нравилась её улыбка, особенно эта — возможно, она была немного ленивой из-за недостатка сна, но ей иногда казалось, что этот взгляд она адресовала именно ей — тёплый и сладкий. Сладкий. ____ Попытка затащить пьяных Минджон и Джимин в её машину была похожа на попытку запрячь лошадей – ужасно настороженных, легко отвлекающихся, ничего не понимающих. — Ой, ой, ой, — надулась Минджон, хватаясь за лоб, — твоя дурацкая машина меня искалечила! — Минджон, тебе придётся пригнуться, чтобы сесть, ты же не можешь просто так влезть, — Эри вздохнула, положив руки на плечи Минджон и уговаривая ее сесть на пассажирское сиденье. Уговорить Джимин было немного легче, учитывая, что её взгляд был прикован к экрану телефона, потому что она была полностью погружена в «Gardenscapes» отключившись от всего мира, кроме драгоценной игры. — Больше никаких студенческих вечеринок, — на редкость хмуро проворчала Эри про себя. Сегодняшний вечер должен был быть тихим для Эри; Свободная от домашних заданий, она собиралась пересмотреть «Code Geass» и опробовать новую технику рисования сухой кистью на дешёвом наборе Gunpla, который купила на прошлой неделе. Вместо этого, где-то на середине шестой серии, ей позвонила Минджон, которая, несмотря на пьяную невнятную речь, объяснила Эри, что они с Джимин стопроцентно выиграли в пивной понг, при этом они точно так же стопроцентно напились и их нужно было срочно подвезти домой, и, что самое главное, Минджон её очень любит. Вот и Эри появилась в роли лучшей подруги Минджон. — Минджон-онни! — раздался звонкий голос, а перед ней пронеслась маленькая девушка, мимо Эри, чтобы заглянуть в её машину, излишне прикрыв глаза руками, чтобы заглянуть в слегка тонированные окна Эри. Эри с любопытством наблюдала, заметив лишь длинные темные волосы, частично скрывающие огромную молнию, спускающуюся по тонким, бледным плечам, и тонкую майку на бретельках, выглядывающую из-под неё. Минджон, тоже обрадованная встречей, попыталась опустить стекло, но оно было сломано и не смогло открыться даже на четверть. Это, конечно же, не помешало Минджон просунуть пальцы в щели и схватить девушку за руки. — Нинги! — опьяненно закричала Минджон. Было бы слишком шумно, учитывая, что они находились посреди улицы ближе к утру, если бы не вечеринка, которая продолжалась прямо через лужайку. — Минджон! — визжала она ещё недолго, прежде чем взгляд девушки наткнулся на непонимающе-уставший взгляд Эри, — Ого, кто ты? — большие и круглые тёмно-коричневые глаза смотрели на старшеклассницу сквозь пелену. — Э-э... Эри. — Вау. Классная тачка. Учинага, наверное, подумала бы, что она иронизирует, ведь её машину вполне можно было отнести к куче хлама. Минджон не считала её такой уж плохой. Она даже купила ей маленький кулончик с Луной, чтобы повесить на зеркало заднего вида «для красоты». (Старшеклассница могла признать, что маленькая чёрная кошечка была довольно милой.) Но Нин, или Нинги, или как там её звали, ласково погладила пассажирское зеркало, словно собаку. — Спасибо. — Минджон-онни — моя партнёрша по рисованию. Она не очень хороша. — Я нет, — приглушённо согласилась Минджон, торжественно кивнув головой. Большие глаза, словно олененка, продолжали смотреть на неё. Однако, чувствуя необходимость прервать неловкое молчание и надеясь, что неловкость ощущается только с её стороны, Эри спросила: — Э-э... ты с кем-то? В глазах Нин мелькнуло что-то игривое. Она улыбнулась. — Не для тебя, я не для тебя, — пробормотала она. — Что, прости? — не совсем понимая, о чём идёт речь, Эри пришла к выводу, что девушка явно пьяна в стельку, — Слушай, я могу отвезти тебя домой, если хочешь. Мне неловко отпускать тебя вот так... На лице Нин отразилось что-то вроде благоговения. — Красивая и благородная, вау, — пьяно пробормотала она. Эри покраснела. Прежде чем она успела найти ответ, Нин уже с энтузиазмом плюхнулась на заднее сиденье рядом с Джимин, которая теперь сопела, словно утомлённая после напряженной игры в «Gardenscapes». Учинага решила, что сделала правильный выбор. То, что Нин так легко подошла к машине почти незнакомца и запрыгнула внутрь, лишь укрепило уверенность её в этом. — Так, э-э, можешь ввести свой адрес? — Эри, уже сидя за рулём, попыталась передать телефон новому пассажиру. — Что? Я не могу пойти с тобой домой? — Нин, казалось, надулась. Мозг Эри застопорился, тревога за безопасность этой девушки запутала её мысли окончательно. — Э-э, тогда я просто высажу тебя с Минджон и Джимин. Минджон о тебе позаботится, так ведь? — Эри повернулась к Минджон, надеясь на подмогу. Минджон, не отрывая глаз от экрана телефона и выпятив нижнюю губу, ответила: — Как думаешь, есть какие-нибудь заведения с жареной курицей? Голова Джимин просунулась между сиденьями. — Курицу будем? — Взъерошенные после глубокого неосторожного сна волосы дерзко торчали со всех сторон. — Я думала, ты спишь, — невозмутимо сказала Эри. Курица! Хочу курицу! — ликовала Нин. Неоновая вывеска с надписью «Жареная курица» жужжала у входа в пустой магазин, где были только трое пьяных студентов под присмотром недовольной Учинаги Эри. Эри рассудила, что им, пожалуй, всё равно лучше протрезветь. На кассе, сделав заказ для Джимин и Минджон, которые никак не могли определиться, чего хотят — да и заказать всё из меню они не могли, потому что хотели попробовать все доступные приправы и соусы, — а Нин, к счастью, сделала заказ для себя, проявив чуть больше решимости, чем остальные две пьяные задницы, Эри столкнулась с надутой гримасой от новой знакомой. Нин стояла, вывернув карманы, и жаловалась, что не может найти свой кошелёк. — Кажется, я его потеряла. Всё теряю. Синьюй говорит, что я иногда как золотая рыбка. Разве я похожа на золотую рыбку? — Э-э… нет? Нин нахмурилась. — У меня там была карта постоянного клиента для бобы. Я была в шаге от бесплатного большого напитка! — простонала она, хлопнув себя по лбу рукой, прикрытой рукавом, — Я и есть золотая рыбка! — Всё в порядке, Нин, ты горячая золотая рыбка, — Минджон ухмыльнулась, похлопав её по спине. — Кто-нибудь заплатит наконец? — скучающим тоном спросил явно уставший парень за кассой. — Хочешь? — спросила Нин. Эри моргнула, размышляя, как она могла в который раз отказаться от курицы, предложенной Нин. Может быть, у неё и правда память золотой рыбки. — Я в порядке, правда, — мягко успокоила она её. Хотя это не помешало Нин надуть губы. Через несколько секунд рядом с ней, покачиваясь в попытке соблазнить, зависла куриная ножка. — Я подула на неё, чтобы она не была такой горячей, — объяснила Нин, словно это могло изменить решение Эри. — Ты… подула на неё для меня? — Я бы никогда себе не простила, если бы причинила боль такому горячему человеку, как ты, — серьёзно сказала Нин. Щёки Эри залил жар. Она могла признать, что это было трогательно. Флирт Нин был каким-то милым и странно искренним. В конце концов, старшая сдалась и съел кусочек жареной курицы после того, как Нин начала беспрестанно подносить ведерко всё ближе и ближе к ней, явно сочтя это хитрым жестом. — Либо я действительно пьяна, либо это лучшее, что я когда-либо ела, — воскликнула Минджон. — Самое лучшее?— нахмурившись, повторила Джимин, глядя на свою курицу, словно та её обидела. Нин наклонилась и заговорщическим шёпотом проговорила: — Еда вкусная, но я просто рада быть рядом с тобой, — усмехнулась она. Это была лукавая ухмылка, как у человека, который украл что-то ценное и сбежал. Эри начала чувствовать себя словно переполненный воздушный шар — с каждым взаимодействием с Нин она всё ближе и ближе подходила к тому, чтобы лопнуть от стыда. К счастью, зазвонил телефон Нин, отвлекая ее внимание на себя. Слишком занятая заботами о друзьях, Эри не обратила особого внимания на Нин, когда она отвечала. Джимин была тихой пьяницей — из тех, кто не замечал этого, пока не начала пытаться засунуть себе в рот три куриные ножки, пытаясь произвести впечатление на свою девушку, и Эри потребовалось хорошенько напрячься, чтобы остановить ее. Может, ей стоило быть внимательнее. — Нин Ичжуо! — раздался голос из динамика телефона, наполняя сонную лавку, — Кто, чёрт возьми, такая Эри, и что, чёрт возьми, ты имеешь в виду, когда говоришь, что она «отвезёт тебя домой»?Ты же буквально была дома! Если только ты не имеешь в виду грёбаный Китай! В свете прожектора, жарком и неуютном, Эри вжалась в кресло. Она приготовилась к третьей — может быть, четвертой — степени от подруги Нин — Ичжуо? — которая, судя по тону её голоса, решила, что она её похитила. Может быть, Эри сделала неудачный выбор. Минджон, как всегда любопытная, наклонилась через Эри, чтобы посмотреть на телефон Ичжуо. — О, Синьюй. Привет! Мы едим курицу! — прощебетала она, поднимая свою еду. — Боже, какого чёрта ты не сказала, что ты с Минджон? Ичжуо надулась, затем поднесла кулак к её лицу, словно те счастливые коты, что оккупировали прилавки дешёвых китайских закусочных, и ткнулась в него щекой. — Что это? Ты опять этим тупым кошачьим дерьмом занимаешься? Ичжуо промолчала, лишь ещё сильнее выпятив губу. — Нин… береги себя, идиотка, — раздражённо ответила Синьюй. — Хорошо, люблю тебя! — Она резко повесила трубку, тяжело вздохнув и ссутулившись. Опустив голову на руку, она посмотрела на Эри и надулась. Учинага почувствовала себя немного беспомощной, не понимая, о чём именно Ичжуо её просит. — Я устала, — шумный вздох. Эри нерешительно похлопала Ичжуо по руке, надеясь, что это будет утешающим жестом. Но это оказалось не так, когда Ичжуо снова нахмурилась. — Нет, мою голову, пожалуйста, — протянула она последнее слово, жалобно захныкав и наклонив голову вперёд, чтобы показать, чего она хочет. Как ни странно, смирившись с потребностями этой случайной девушки, Эри продолжала неловко гладить её по голове, как было заказано. Как бы она ни была напряжена, Ичжуо, казалось, наслаждалась этим, закрыв глаза, словно счастливая сытая кошка. И… да, она уснула. Эри вздохнула, и в этом звуке чувствовалась странная нежность. Она не была уверена, что именно, но могла признать, что в Ичжуо было что-то такое, что заставляло её хотеть заботиться о ней. В ней была мягкость, несмотря на её дерзкие поступки и смелые слова, которые, казалось, вырывались из её уст без всякого стеснения – возможно, дело было в странном очаровании, которое Эри находила в этих особенностях, к которым она только недавно приобщилась. Ичжуо вызвал у старшеклассницы желание обратить на неё внимание. — Кажется, я слишком много съела, — простонала Джимин с другого конца стола. ____ — Что мы будем смотреть сегодня вечером? — спросила Ичжуо, забираясь в маленький, предоставленный в общежитии, двухместный номер. Ичжуо переоделась в одну из футболок Эри, любимую — свободную, до середины бедра, с принтом Снорлакса на груди. Сев рядом со своей девушкой, Эри щёлкала по клавиатуре ноутбука. Она повернулась к Ичжуо с застенчивой улыбкой. — Э-э, не против, если я ещё раз включу «Евангелион»? Ичжуо усмехнулась. — Детка, — от этого короткого слова щёки Эри запылали румянцем, — если хочешь посмотреть, включай, ты же знаешь, что я не привередлива. — Может, в следующий раз выберешь сама? — предложила Учинага, всё ещё немного смущённая. Она знала, что не все увлекаются тем же, что и она. И не так сильно. В средней школе её единственная подруга постоянно ругала её за то, что она постоянно смотрела одни и те же сериалы. После этого она научилась чуть менее открыто выражать свои интересы. — Эри, — Ичжуо выпрямилась, чтобы повернуться к ней лицом, — я дам тебе знать, если захочу посмотреть что-нибудь ещё, хорошо? Обещаю. Мне, правда, нравится этот сериал. Он странный, но довольно классный. Довольная улыбка играла на уголках губ старшей девушки. Сомнения утихли, Эри смиренно кивнула и запустила серию. Висок Ичжуо упал на плечо ее девушки, устраиваясь удобнее. Накрашенные ногти скользили по тонкой ткани её майки. В начале этого месяца она сломала два ногтя, а Эри недоумевала, почему она всё ещё их делает, если она такая неуклюжая и склонна портить их в течение одной недели. Движения были почти гипнотизирующими. Эри почувствовала себя так, будто её окунули в лужу мягкого хлопка и оставили тонуть и тонуть… Палец резко ткнул её в пупок. Учинага тихо вскрикнула, отшатнувшись от прикосновения; за ней последовал маниакальный смешок. — Щекотно! — простонала, почти завизжала Эри. — Извини, не смогла сдержаться, — улыбка Ичжуо была озорной. Она схватила свою девушку за руку, — Ну же, я буду вести себя хорошо. Эри проворчала и поплелась обратно на своё место. — Ты злишься? — Нет, просто странно, — Эри поежилась от неизгладимого ощущения. Ичжуо фыркнула. — Извини, — снова погладила рукой её обтянутый одеждой живот, — ты просто милая. Девушка чуть постарше отстранилась от Ичжуо, всё ещё изображая упрямство. Она не смогла устоять перед драматичными криками Ичжуо — пухлыми губами и глазами, как у олененка, которые в полной мере позволили ей вернуть Эри в свои объятия. Ичжуо победно усмехнулась и целеустремленно поцеловала Эри в шею. Она снова задрожала. Она ничего не могла с собой поделать. Она не привыкла к такой лёгкой близости, и Ичжуо владела ею, словно мастер. Она знала все способы, чтобы расплавить Учинагу, как металл металл в печи. Пальцы её девушки всё ещё нервно подрагивали и игрались с серьгами на ухе. У Эри их было много, правда больше слева, чем справа. Она чувствовала, как подушечка большого пальца Ичжуо касается металла, серебряных колец, продетых в раковину, ряда серёжек-гвоздиков, далеко тянущихся вдоль мочки уха, маленькой золотой луны на верхней части мочки. Возможно, два месяца назад Эри спросила бы, не скучно ли ее девушке. Теперь же она знала, что Ичжуо просто от природы беспокойная. Похоже, больше всего ей нравилась Эри: она держала её за руки, обводя контуры ногтей и колец на пальцах, расчёсывала её чёрные волосы средней длины, играла с серьгами. — Это что, новинка? — спросила Ичжуо. Её палец задержался на маленькой луне, снова и снова проводя по её форме полумесяца. Эри промычала: — Нет. Наверное, я просто редко её ношу. — Мне нравится, — Ичжуо прижалась к ней губами. Эри невероятно гордилась собой. Она чувствовала, как комплимент Ичжуо волнами разливается по её коже. Она обязательно будет носить эти украшения чаще. — Нам стоит купить парные, — лениво прокомментировала Ичжуо, — можно купить серёжку-звёздочку. Или, может, тебе бабочку, понимаешь?» На столе Эри, рядом с незаконченной моделью Гандама, Ичжуо оставила ожерелье с бабочкой, которое так часто носила. Дизайн был простым: тонкая серебряная цепочка с минималистичным силуэтом серебряной бабочки посередине. Это подарок бабушки, сказала она Эри, и та распознала глубокую нежность в её словах. (Она сделала мысленную пометку напомнить Ичжуо не забыть об этом утром.) Эта идея заставила девушку ёкнуть. —Звучит заманчиво. —Можем поискать завтра, пока будем гулять. — Хм, конечно. Они договорились позавтракать. Эри выбрала это место, потому что Ичжуо плохо планировала события, выходящие за рамки первоначального предложения. Обычно Нин упоминала о своём желании что-то сделать, а затем молчала об этом до самого дня, когда «разбиралась» в чём дело, по-своему, хаотично. Хаотично это было для Эри, но не для Ичжуо. Впрочем, старшая не возражала против планирования и проработки мелких деталей. — Почему у вас нет этих моделей? — заметила Ичжуо, наблюдая, как на экране ноутбука сражаются EVA. — О, модели делают! — Эри захлестнуло волнение от любимого объекта, — у меня их около… восьми, кажется? Но они действительно отличаются от Гандама. Могу показать тебе фотографии, — пробормотала Эри. Нин наблюдала, а уголки её губ кривились от удовольствия. — Моя любимая — это Аска… — О, она вторая, да? Красная? — Ага, да, модель номер два, — Эри широко улыбнулась, а её глаза сузились до полумесяцев. Она подняла фотографию, чтобы показать Ичжуо свою гордость и отраду, Модель-02, — На самом деле, я перекрасила эту, у меня их две, но эта… ну, я хотела, чтобы она была более металлической, поэтому и покрасила. Она немного дилетантская, но мне всё равно нравится. — Красиво, выглядит круто. Ну, знаешь, как настоящий металл. Или из чего там эти штуки делаются. Старшая ухмыльнулась, гордясь тем, что её девушке понравился её любимый предмет из коллекции. Пальцы сжимали и теребили тонкую бретельку майки Эри. — Хм. Может, дальше посмотрим «Гандам». Выглядят довольно круто, — Ичжуо кивнула на модели на столе Эри. У Эри закружилась голова. Нин изъявила желание продолжить смотреть аниме вместе с ней. — Тебе это может понравиться больше, чем «Евангелион», честно говоря, оно немного проще, — усмехнулась Учинага. —Эй, мне нравятся препятствия. Я сложная девушка, — Нин старалась защититься как только могла. — Конечно, очень сложная, очень загадочная. — Смотри, — поддразнила Эри Ичжуо, прижимаясь к ней плечом ближе. Эри взяла девушку за руку и поцеловала тыльную сторону ладони. — Вот почему ты мне нравишься, — поддразнила старшая. — О, так я тебе нравлюсь? Вот это да. Просто отстой, — Нин поднесла их соединённые руки к губам и игриво укусила Учинагу за большой палец. Та лишь с визгом попыталась вырваться, но, всегда слабая перед такой Ичжуо, как метафорической, так и буквальной, она не смогла далеко уйти. Ещё один рывок, и поцелуй припечатался к её щеке. Это заставило Эри взглянуть на Ичжуо. Она была мастером мольбы глазами; она делала их мягкими и круглыми, словно водовороты, призванные затянуть кого угодно и поддаться капризам младшей. — Поцелуй меня? ____ Пачка разнообразных MyChew бесцеремонно упала на стол Эри. Она моргнула, затем подняла взгляд и увидела кошачьи глаза, которые выглядели гораздо более серьёзными, чем в прошлый раз. —Минджон сказала, что тебе они нравятся. — Да. — Хорошо. Хорошо, — Ичжуо выглядела гораздо более неловко, чем в прошлый раз. Её руки раз за разом перебирали края рукавов, а взгляд был бегал куда угодно, только не на Эри. Она покачивалась на каблуках, — Минджон сама сказала, что ты будешь здесь. — О. Ты… не на этом курсе? — Э-э. Нет. Ичжуо прокралась на лекцию Эри по экономике только для того, чтобы дать ей пачку MyChew, которую она купила, потому что спросила Минджон, что нравится старшекласснице. Всё это казалось немного странным. Но... ну, Эри это как-то тронуло. Профессор вошёл, и Ичжуо плавно заняла место рядом с Эри, которая, к счастью, предпочла сесть где-нибудь подальше. Впрочем, профессору Лим, вероятно, было совершенно всё равно на ученицу, которая не была в этом классе — она, как и все остальные, жаждала поскорее закончить урок. Сказав несколько слов о задании, профессор выключил свет, чтобы открыть слайды. — Спасибо за конфеты, но, э-э, а по какому случаю? — тихо спросила Эри, наклоняясь ближе к Нин. Она почувствовала запах её духов — на удивление нейтральный, совсем не броский, со свежим, древесным ароматом. Эри, наверное, подумала бы, что ей хочется чего-то более сладкого, мягкого, подходящего к её свободному фланелевому платью. Но ей это безусловно шло. Возможно, она бы похвалила ее, духи или ее наряд, но ритм разговора и так был достаточно тяжёлым для обеих, поэтому она держала слова под контролем. — Я просто хотела извиниться за пятницу. Я мало что помню, но знаю, что ты обо мне заботилась, и, э-э, я знаю, что я довольно неудобная, когда пью соджу. — Да, — промычала Эри, а затем быстро вернулась к прежнему: — Ты же просила напомнить тебе больше никогда не пить соджу. Ичжуо поморщилась, и её блестящие розовые губы тронула смущённая улыбка. — Ладно… ну, — она откашлялась, — в. любом случае, обычно я не такая уж надоедливая, клянусь. — Ты не была надоедливой. В глазах Ичжуо читалось недоверие. — То есть, ты была настоящей проблемой, да, но Минджон и Джимин тоже. Так что всё в порядке. С тобой всё было в порядке. Ичжуо молча кивнула. Она нервно играла пальцами со своим ожерельем; Эри уловила блеск серебра, но не могла разглядеть форму кулона в руке собеседницы. — Я лгала. Я многое помню. Например, как флиртовала с тобой. В том, как Ичжуо смотрела на неё — пристально смотрела на неё – было что-то напряжённое. Щёки Учинаги вспыхнули, когда она заметила, как Ичжуо опустила глаза. Она невольно повторила за ней, уловив, как свет проектора падает на её блестящие губы. — Я имела в виду то, что сказала, извини, что немного, ну, знаешь, переборщила, наверное. Я действительно считаю тебя красивой. И милой. Например, ты заботилась обо мне, когда в этом не было необходимости. И я хочу получить твой номер, если тебе интересно, — Ичжуо, наконец, замолчала. Несмотря на всю её прямоту, она оказалась на удивление застенчивой. Хотя, возможно, дело было не в уверенности, стоявшей за её смелостью, а в неподдельных, честных мыслях. Ей не нужен был алкоголь, чтобы избавиться от изначально отсутствовавшего фильтра слов. В любом случае, это что-то шевельнуло в груди Эри, что-то застенчивое и скрытое. Её никогда раньше не приглашали на свидание и не делали ей столь откровенных комплиментов. А Ичжуо, ну, Учинага уже не знала, что о ней думать. Трезвая Ичжуо определённо не была такой буйной, но её обаяние всё ещё присутствовало – мелочи, которые привлекали внимание старшей и удерживали её интерес. — Ладно, — уже беспомощно пропищала Эри.. Нин, казалось, сдерживала улыбку — её пальцы радостно постукивали незатейливую мелодию по столу. — Хорошо. Круто. — Круто. Набрав номер в телефоне Ичжуо под столом, она вернула его, робко улыбнувшись милой девушке. — Я собираюсь.., — она робко ткнула большим пальцем в дверь. — А, точно. Увидимся тогда? — Да, да, обязательно. Скоро, — она ухмыльнулась той самой озорной улыбкой, от которой у Эри возникло ощущение, будто её вот-вот втянут в неприятности. Бабочки тревожно порхали у неё в грудной клетке до конца дня. ____ Сердце Эри колотилось с бешеной скоростью. Она не была уверена, что когда-нибудь привыкнет к губам Нин Это было захватывающе. Каждый раз ей казалось, что она падает, словно разум не мог справиться с нарастающим адреналином. Ичжуо любила красить губы перед сном бальзамом. Он был без ароматизаторов, в отличие от других в её коллекции, а коллекция у неё была отнюдь не немаленькая. Ичжуо быстро уставала от всего, всегда с головой погружаясь в увлечение и бросая его, как только из него выжимался весь дофамин. Ароматизированный блеск для губ не был исключением. Тем не менее, она не выпускала тюбики, твёрдо решив не тратить их зря. Эри лично нравился клубничный, Ичжуо пользовалась им чаще всего. У неё было чувство, что Ичжуо это знала; она дарила ей особую ухмылку каждый раз, когда замечала, как Эри облизывает губы после поцелуя, и на них всё ещё оставался привкус сладкого фрукта. И всё же, даже без вкуса, Учинаге до ужаса нравилось ощущение блеска на губах. Ей нравилась его липкость, то, как он оставался, словно Ичжуо ставила на ней печать, как будто она была её собственностью и полностью принадлежала. Ичжуо овладевала её губами сладкими, мягкими поцелуями, до боли в зубах, эффективно соблазняя Эри всё более глубокими поцелуями. У нее молниеносно перехватило дыхание. Пышная нижняя губа Ичжуо задела верхнюю губу старшей девушки, когда она дразняще потянула их вверх. Она судорожно вздохнула, почувствовав, как большой палец скользит по линии её подбородка. —Ты отвлекаешь, — совершенно недовольно протянула Нин и поцеловала её в щёку. Старшая девушка шумного сглотнула. Эри знала, что её легко вывести из себя, с Ичжуо было практически невозможно сохранять спокойствие. Хотя Учинага никогда не была «крутой». Ичжуо, по-видимому, это в ней нравилось. — Я просто… сидела здесь, — оправдывалась Эри. — Знаю. Отвлекала, — Ичжуо игриво укусила её за нежную кожу плеча. Извиняющиеся поцелуи, намеренно щекочущие, заглушали возмущённый вздох Эри. Атмосфера между ними, казалось, постепенно становилась вялой и безмятежной, хотя под ней таилось знакомое напряжение. Возникал соблазн подразнить, подразнить как можно больше. Учинага наверняка знала, что будет рада прижаться к Ичжуо, устроиться поудобнее и продолжить смотреть любимое шоу вместе с любимым человеком. Старшая девушка и сама не знала, что придало ей сегодня такой дерзости. Ичжуо не ожидала, что ее скромная девушка подтолкнёт её к новому поцелую. Её удивление отражалось в пальцах, которые обхватили плечи Эри, затем спустились к талии, один поднялся к шее, а большой палец покоился там, где из горла ее вырывались довольные шумные вздохи. В Нин было что-то затягивающее, а Учинага ещё не была готова вдохнуть воздуха. Её разум жаждал этого, ещё немного, ещё немного тихих вздохов Ичжуо, влажных губ, языка, прижавшегося к её собственному. Мысли Эри чуть не замерли, когда она поняла, что Ичжуо закинула ногу ей на колени. Конечно, Ичжуо сидела у неё на коленях и раньше. Раньше бывало жарко, но не так. Свободная рубашка сбилась на бедрах, обнажая длинную полоску мягкой, бледной кожи под ней — о ужас, Ичжуо не надела шорты. Одна только мысль об этом заставила Эи подавиться воздухом. — Тебе хорошо, — выдохнула Ичжуо. Руки старшей отчаянно искали, за что ухватиться. Она была уверена, что провалится сквозь кровать, как в смоляную яму, и окажется в забытье. Она потянула Ичжуо за рубашку, притянула ближе, пока их лица не соприкоснулись. Она чувствовала, как грудь Нин прижимается к её груди, как она движется, когда Ичжуо начинает искать трение внизу, робко двигаясь вперёд и назад. Учинага подумала, замечает ли это Ичжуо. Жар, обжигающе красный, сжимался внутри Эри. Она не знала, что с собой делать. Вдохновлённая то ли собственными гормонами, то ли самим присутствием Ичжуо — может быть, и отчаянием, что переливалось между ними обеими, словно сладкий бред — Эри откинулась назад, прижавшись к стене, и притянула девушку к себе на бедро. Даже сквозь нижнее бельё ей было так тепло на коже Эри. Это заставило девушку заметно вздрогнуть. — Чёрт, какая же ты горячая, — судорожный выдох. Нетерпеливые руки вцепились в майку старшей, не для того, чтобы сбросить её, а чтобы найти за что ухватиться. Пальцы Ичжуо впились в часть открытой кожи между топом и шортами. Учинага отчетливо чувствовала, что сходит с ума. Каждое медленное движение бёдер Ичжуо ощущалось словно ещё одна горсть земли, забрасывающая её в раннюю могилу. Её девушка тяжело дышала — ей казалось, будто та крадёт у нее собственное дыхание, а может быть, оно застряло глубоко в её лёгких, такое же бесполезное, как и её руки, цепляющиеся за талию Ичжуо, потому что она не знала, что с ними делать. Эри точно знала. Она сходит с ума. Каждый медленный толчок бёдер Ичжуо ощущался как ещё один ком земли, засыпанный в ее раннюю могилу. Её девушка задыхалась; она не была уверена, что вообще чувствует кончики пальцев. Эри чувствовала нетерпение в поцелуях Нин — неряшливые и нескоординированные, с тяжёлым дыханием — в том, как она прижималась к Эри всем телом, как её пальцы зарывались в рубашку. Возможно, «нетерпение» — неподходящее слово, но и оно тоже присутствовало, возможно, это было желание. От этого у нее ужасно кружилась голова. Отстранившись, она почувствовала, как тяжёлый взгляд младшей девушки приковал её к месту. Плечи её опустились и поднялись от усилий. Розовый мелькнул, чтобы облизать блестящие губы. Эри сглотнула, понимая, что отчасти виновата в том, что её губы распухли от поцелуя, в том, что слюна смешалась и заблестела с размазанным блеском. Мозг отключился от тела, и это могло быть единственным объяснением глупого вопроса, который она выпалила в оцепенении. — Ты…хочешь? — слова вырвались почти хрипло. Эри произнесла это с трудом. Ответ был очевиден. Она не была уверена, почудилось ей или глаза Ичжуо действительно потемнели. ____ Руки Эри, лежащие на руле, были почти мокрыми от пота. Напряжение заставляло её плечи, как и всё тело, быть натянутыми, словно тонкая струна, она не отрывала глаз от дороги, лишь изредка поглядывая на экран телефона, чтобы узнать дорогу до ресторана. Пару раз её взгляд цеплялся за силуэт Ичжуо на пассажирском сиденье, которая тихо напевала музыку, которую Эри позволила ей выбрать. Накануне вечером она прокручивала в голове катастрофические сценарии, которые, естественно, преследовали её вместе с Минджон: А что, если она мне на самом деле не нравится? Ты не писала? Да, но, типа… Тогда позвони мне, сделай вид, что это чрезвычайная ситуация, и свали. Я её подвезу! Что? У неё есть телефон, она может вызвать такси. Ну, а если что-то случится, например, у меня заболит живот, и у меня, типа, будут проблемы с туалетом…? Что, типа, понос? Я… конечно. Спокойно, я забегу и сделаю вид, что Джимин умирает, а тебе нужно немедленно приехать в больницу, и...! Это как-то... Ну, у меня тоже есть отговорка про "собаку сбила машина". У тебя есть список...!? Это её мало утешило. — Мило, — прокомментировала Ичжуо, похлопав по маленькому брелоку с котом, висевшему на зеркале, — моя бывшая, ну, она не была совсем бывшей, я просто переспала с ней, но у неё на машине была наклейка с этим котом. Там было гораздо больше беспорядка, чем у тебя. В смысле, ты, похоже, хорошо следишь за своими вещами. Но в любом случае, мы целовались на заднем сиденье, и... может, мне не стоит рассказывать о своих интрижках на свидании с тобой, да, это, пожалуй, не шибко хорошая идея, извини. — Всё в порядке, я не против. Эри, в общем-то, не возражала, она считала Ичжуо интересным человеком, рассказывала ли та о своих бывших, об учёбе или… о чём угодно. Она гадала, пройдёт ли это – та беззастенчивая увлечённость, которую Учинага испытывала ко всему, что связано с ней. Крайним глазом она заметила, как Нин неловко отвела взгляд, теребя пальцами ожерелье. Обеспокоенная тем, что её слова прозвучали неискренне, Эри начала бессвязно бормотать. — Ну, на самом деле я изначально не собиралась брать четырёхдверную модель, но по какой-то причине все двухдверные, которые мне попадались, стоили дороже, то есть, там буквально меньше материала, можно было бы подумать, что заплатишь меньше… за меньшее. — Хотя тут довольно круто, я имею в виду… заднее сиденье, — Ичжуо снова махнула рукой. — Ага. Минджон была рада. Теперь я могу катать её и Джимин. — Отлично для… занятий, — Ичжуо наклонилась над центральной консолью, наполовину высунувшись из сиденья, чтобы осмотреть, — не для Джимин и Минджон , а вообще. — О, я… не знаю. — Да? Не слишком ли это интересно в спальне? Ничего страшного, я справлюсь, — Ичжуо нагло подмигнула ей. Эри подумала, что ей придётся привыкнуть к тому, что Нин такая… Нин. Несмотря на румянец, который бросился ей в глаза, она немного гордилась тем, что ей удалось заставить младшую девушку снова почувствовать себя комфортно и пошутить. — Э-э, нет. У меня… даже первого поцелуя не было. Ну, технически, не было. И не было свиданий. То есть, теперь есть. Или… встречаюсь… Эри гадала, когда же она сможет это сказать. Может быть, не совсем те слова и, может быть, не так неловко (она достаточно хорошо знала себя, чтобы понимать, что всё, что она говорила и делала, всегда попадало в спектр неловкости — Минджон называла это очаровательным), но она считала важным упомянуть об этом. И вот, затаив дыхание, она ждала реакции Ичжуо. Она предчувствовала, что их снова охватит неловкость. Возможно, что-то, что указывало на то, что Нин больше не так сильно заинтересована в этом и, на самом деле, хотела бы, чтобы эти взаимоотношения закончились побыстрее. Возможно, Учинага все же сказала слишком много лишнего. Но вместо этого она обнаружила, что Ичжуо продолжает удивляться. —О. Тогда нам стоит вместе проверить заднее сиденье. В узком пространстве между водительским и пассажирским сиденьями повисла тишина. На неё уставились широко раскрытые глаза, противоречащие столь смелому заявлению. —Я этого не говорила. —Всё в порядке, — едва слышно прошептала Эри, пока щеки мгновенно залились румянцем. — Меня это, кстати, совсем не волнует. Если тебя… если тебя это волнует. То есть, не должно. Вся эта херня выдумана, типа первого поцелуя, первой близости, что угодно. Ты делаешь это, это круто. Я думаю, ты крутая. Учинага сдавленно рассмеялась: — Это… не то слово, которое многие, то есть почти все используют для описания меня. В этом не было самоуничижения. Нин её совсем не знала. А Эри не была такой уж крутой. Минджон могла это подтвердить. Но она уже давно перестала пытаться казаться крутой. —Ну, ты кажешься крутой, — Ичжуо просто пожала плечами. Эри откинулась на спинку сиденья, на её губах играла лёгкая, неосознанная улыбка. У неё было предчувствие, что сегодня вечером ей не придётся звонить Минджон в экстренном случае, чтобы она спасла задницу подруги. ____ Ичжуо уже говорила так не раз раньше: — Иногда я бываю немного навязчивой, — упомянула она, — так что скажи мне, если я, типа, раздражающе навязчива или что-то в этом роде, ладно? — Впрочем, это было предупреждение, Эри в свою очередь не возражала. Её не волновало, насколько она была щепетильна или сколько внимания ей требовалось. — Просто… ты, — Учинага замолчала. Нин поддержала молчание в ожидании ответа, глядя на Эри. Она чувствовала себя добычей, готовой вот-вот погибнуть. Мозг её всё ещё почти не функционировал от приятной тяжести Ичжуо на коленях, губы всё ещё покалывало от фантомных прикосновений губ её девушки, на щеках всё ещё сохранялся жар. — Зачем? Ты мне поможешь? —прохрипела Ичжуо. Старшая шумно выдохнула. В центре её груди образовался тугой комок нервов, искры, словно под напряжением. — О, я не это имела в виду…, — она села, внезапно избавившись от пелены желания, окутывавшей её лицо, — Я просто дразнила, Эри, я не собиралась, типа, нападать на тебя. —Нет, всё в порядке, я так не думала! — Эри пришлось выдавить это из себя, превозмогая всё ещё сжимавшее её волнение. Её кожа гудела не от страха. Предвкушение бурлило и разливалось по всему телу. Ей нравилась идея угодить Ичжуо. — Мне всё равно, хочешь ли ты подождать… то есть, это не… мне всё равно, я просто хочу сказать, что мне не нужно заниматься с тобой сексом, вот что я… имею в виду, — Ичжуо запнулась. Тысячекратная доля неловкости. Закатив глаза, она выдохнула: —Ладно, начну сначала… — Нин, — Эри быстро рассмеялась, чувствуя, как напряжение спадает от того, что она не единственная, кто растерялся, — я понимаю, о чём ты. Всё в порядке. Ичжуо сдулась, как воздушный шарик, и с театральным вздохом упала обратно на подушки. — Чёрт возьми, извини, я подумала, что я на секунду показалась такой дурой. — Ты не была дурой. Всё в порядке. — Ладно, но я знаю, что могу быть немного... резкой. — Ты и есть, но мне это нравится. Нин смущённо улыбнулась. Она выглядела такой красивой: щёки всё ещё румяные, губы более тёмного оттенка, чем в начале вечера, волосы, словно чернильные нити, разбросаны по подушкам. От этого образа желание снова зазвенело под кожей. — Ты… — Эри не договорила, не зная, как передать эти слова, какими бы простыми они ни были — не сейчас, когда её разум полностью был в тумане, навеянном Ичжуо. Её девушка всё равно поняла. —Всё хорошо, просто… остываю, — она добродушно похлопала Эри по предплечью. Снова сев, Ичжуо схватила ноутбук у изножья кровати — Учинага совсем забыла о нём. Звук, продолжавший реветь из динамиков, только что снова достиг ушей, словно она вынырнула из воды. Она наблюдала, как Нин перематывает серию, прежде чем снова откинуться на подушки, прижимаясь рукой ближе к девушке, словно ничего не произошло пару минут назад. И Эри сделала то же самое, погрузившись в тепло объятий своей девушки, пока её мысли всё ещё были запутаны в Ичжуо, Ичжуо, Ичжуо. ____ У Ичжуо снова было мороженое на верхней губе. — Э-э, Нин, — позвала Эри, нащупывая параллельно одну из салфеток от порции мороженого, которые она, как всегда, старалась продумать всё заранее, засунула в карман, — Ты… — она указала на свои губы. — Ой. Помоги мне? — Нин надула губы и беспомощно уставилась на Учинагу. В глубине души она, конечно же, понимала, что Ичжуо над ней издевается. Это было всего лишь их третье свидание, и она уже привыкла к насмешливой натуре – она была как озорная кошка. Тем не менее, Эри легко сдалась без лишних возмущений. Ей это нравилось. Осторожно она погладила мягкую щеку Ичжуо одной рукой, а другой промокнула остатки сладости с лица девушки. Она ожидала игривой улыбки, может быть, шутливого комментария, который заставил бы ее покраснеть. Вместо этого девушка молча смотрела на неё тёмными, почти остекленевшими глазами. Эри суматошно убрала руку с ее лица, поняв, что она касалась ее дольше, чем требовалось. — Эй, — Ичжуо откашлялась, и её рука естественным образом нащупала кулон в виде бабочки на шее, — На нашем первом свидании ты что-то сказала о том, что технически у тебя не было первого поцелуя? Она смотрела, как Ичжуо обводит клетчатые узоры на их пледе для пикника, арендованном в одном из киосков у входа в парк. Она всё спланировала: и мороженое, и милое свидание в парке. Она была на удивление романтичной, как узнала Эри. — Да, точно. — Я просто хотела узнать… то есть, если ты не против, я спрошу, я хотела бы узнать, что ты имеешь в виду. Она колебалась. Ей хотелось рассказать Ичжуо. Она знала это. Она чувствовала это — это было не давление, а скорее то, к чему она стала готова, узнав младшую девушку ближе. Она была в безопасности. Она делала так, чтобы было нормально быть такой же честной и непредвзятой, как сама Эри. Именно это заставило ее преодолеть нерешительность и объяснить: — Ну, да, просто… «технически», потому что я на самом деле не просила. Эри только сухо усмехнулась, — это было глупо. У меня в школе появилась подруга, которая… я думала, что она моя подруга, не знаю. Она пригласила меня на вечеринку, и я подумала, что это будет классный опыт, может быть, потому что я никогда на них не была. Но в любом случае, да, по сути, это был для неё повод попытаться за мной приударить, и она типа… — она неловко потёрла шею, — дальше поцелуев дело не пошло, но, знаешь, она была как-то… то есть, она была настойчива. Это было не круто. В общем, да. Мне не очень нравится называть это моим «первым поцелуем». Это не считается. Эри всё ещё считала, что немного глупо с её стороны чувствовать себя так неловко при этом воспоминании. Помогло то, что Минджон, после того как она рассказала ей эту историю, нахмурилась и заверила её: «Да, нет, это дерьмо, чувак. Извини, что так получилось». И похлопала её по спине, словно та была эмоционально неловкой. Но она была благодарна за это. Именно голос Минджон всплывал в её голове всякий раз, когда она пыталась преуменьшить дискомфорт от пережитого – это действительно было дерьмо. Хотя Учинаге и нравилась Нин – хотя она и привыкла к ней достаточно быстро, а сейчас ей безумно комфортно, тревога всё ещё сжимала её в объятиях, готовя к реакции собеседницы. Но Ичжуо лишь внимательно слушала, тише, чем когда они были вместе, и сжала руку Эри, чтобы утешить её, когда заметила, что она начинала нервничать. Нин покачала головой: — Ну и стерва. Это дерзкое замечание рассмешило Эри. Внезапно все тугие нити, сковывавшие её тело, были оборваны. — Извини. Просто. Я рада, что с тобой всё в порядке. — Всё хорошо. Спасибо, что выслушала. Ичжуо сжала её руку — это было словно ободряющее объятие. — Конечно. Эри ни в коем случае не ожидала, что почувствует себя так легко, произнеся это вслух и дождавшись реакции Ичжуо, а в ответ услышит нечто такое… Ичжуо. Возможно, именно поэтому она не обратила на это особого внимания, когда наклонилась и прижалась губами к щеке Нин. Отстранившись, Учинага снова с удивлением увидела румянец, разлившийся по бледной коже. Достаточно было поцелуя в щеку, чтобы смутить Ичжуо, которая флиртовала так же легко, как дышала, и не дрогнув говорила самые дерзкие вещи. Она сдержала смешок и вернулась к мороженому, чтобы дать младшей немного уединения с опущенной головой, дабы скрыть свою застенчивость. Опираясь на перила студенческого общежития младшей дамы, они не могли предпринять попыток расстаться, наслаждаясь послевкусием свидания как можно дольше. Во время паузы в разговоре Ичжуо повернулась к Эри, закусив нижнюю губу. — Можешь поцеловать меня ещё раз? —тихо спросила она, словно её слова могли нарушить гул ночи, окружавшей их, — мне понравилось, — она почти стыдливо опустила глаза, пристально рассматривая свою обувь, — это было мило. — Правда? — Да. Или тебе нужно быть в настроении или что-то ещё? Я могу сделать тебе комплимент. Типа, ты выглядишь очень сексуально с такой причёской. —Это всего-навсего конский хвост. — Ну, твоя чёлка сегодня выглядит мило! — А обычно нет? Ичжуо надула губы, готовая уже кинуться в бой. — Я дам тебе еще одну попытку, — поддразнила Эри. — Хорошо, мне нравится твоя улыбка. — Это слишком просто. Ичжуо прищурилась: — Неужели так много женщин делают тебе комплименты по поводу твоей улыбки? Эри тотчас покраснела: — Я не об этом… это просто неконкретно. Это как сказать, что у тебя красивый цвет глаз. — Тебе не нравится мой цвет глаз? — выдохнула Ичжуо. — Нин, мать твою. —Хорошо, мне нравится, когда твои передние зубы иногда торчат, как у кролика, когда ты улыбаешься. Учинага чуть не провалилась сквозь землю. — Достаточно конкретно? — подтолкнула её Ичжуо с понимающей улыбкой на губах, — ну же, — подзадорила она её, — где мой поцелуй? — она игриво повернулась щекой. Охваченная порывом уверенности, Эри обхватила талию Ичжуо руками, нежно притянула её ближе и снова прижала губы к нежной коже. — Ты мне очень нравишься», — вздохнула Эри и отчеканила почти по слогам, едва слышно, а все ее слова унес ночной ветер. Но Ичжуо уловила каждое. Её руки обняли шею Учинаги, прижимая её к себе. — Ты мне тоже очень нравишься. Ты так мила со мной. Эри чувствовала, что в её словах больше смысла, чем показывала Нин. Она рассказывала о своих прошлых отношениях. У неё была привычка привлекать людей, которым нужно было только одно. И по большей части это было нормально. Но некоторые люди были менее прямолинейны, чем другие. Некоторые были более склонны искажать правду, чтобы получить желаемое, чем другие. Это заставляло ее опекать Нин, как единственное, что осталось во всем мире. Она хотела дать ей то, чего она заслужила – всё, чего бы та ни хотела. Эри обнаружила, что по мере развития их отношений её непреклонность становилась всё более шаткой, она делала всё возможное, чтобы Ичжуо была счастлива. Медленно Эри прижимала Нин к себе, пока не коснулась перил крыльца. Она, вероятно, смущалась бы, находясь снаружи, сразу за окнами дома, где соседи Ичжуо могли бы их увидеть, если бы присмотрелись, – но на улице было темно, достаточно, чтобы они были слегка скрыты сумраком, а она была слишком поглощена Ичжуо, чтобы думать иначе. Ей нравилось, как Ичжуо смотрела на нее снизу вверх, ее глаза были темными, почти ошеломленно-круглыми, ей нравилось, как она смотрела в парке ранее в тот день. Эри закусила губу, разминая зубами мякоть. Кончики пальцев покалывало от страха. — Можно тебя поцеловать? Руки Нин запутались в воротнике её толстовки. Она кивнула, а Эри, не теряя времени, подалась вперёд, прежде чем успела потерять самообладание. Это был именно тот первый поцелуй, который она хотела получить. ____ Учинага знала, что будет одержима. Она наверняка знала. Она почувствовала это в ту секунду, когда Ичжуо забралась к ней на колени, в ту секунду, когда она хоть немного почувствовала, как сильно та хочет её. Теперь она могла думать только об этом. Во время занятий она чувствовала лишь фантомно тёплые бёдра Ичжуо на себе; её липкие, скользкие от слюны губы на своих; тяжёлое дыхание, смешивающееся с дыханием Эри, пока между ними не образовался лишь неразличимый жар; тихие вздохи, словно просящие большего, которые звучали почти как мольбы, в зависимости от того, сколько они уже повторялись в голове Эри. Всё это немного сбило ее с толку, настолько, что она приняла сомнительное решение обратиться за советом к Джимин. — Эй, — начала Эри, пытаясь отвлечь внимание Джимин от миски рамена, которую она уничтожала уже около пяти минут. С тех пор, как им подали еду, Эри ни разу не видела, чтобы она поднимала глаза, — можно спросить тебя о чём-то… личном? — Наверное? Это странно? — Джимин тыльной стороной ладони вытерла бульон, остатки которого было вокруг ее губ. Они договорились поужинать вместе, как только закончатся промежуточные экзамены — заслуженный подарок себе перед каникулами. Учинага чуть не умерла от того объёма работы, который на неё навалили в этом семестре. — Что? Нет. То есть, не совсем. Просто это из-за тебя и Минджон. — Минджон? — Глаза Джимин загорелись при имени её девушки, словно инстинкт Павлова. Эри закатила глаза: — Ага. Когда вы поняли, что готовы к… э-э… — Хотя в ресторане было шумно из-за шума кухни и разговоров посетителей, она ещё сильнее наклонилась над столом, смущённая даже произнести эти слова, — к тому, чтобы стать ближе? Скрестив руки на груди, Джимин задумчиво поджала губы. Казалось, не замечая попытки подруги проявить деликатность, она заговорила почти слишком громко: — Типа четвёртой базы? Или мы говорим о пятой? — Там пятая...? Я имею в виду, в общем... Я не знаю! Как это вообще произошло? — закричала Учинага в панике и гробовой тишине зала. С широко открытыми от ужаса глазами, Джимин спросила: — Хочешь, чтобы я тебе продемонстрировала? — О боже, ты идиотка, нет же! — Эри бросила скомканную упаковку от соломинки в голову Джимин. Ей следовало бы спросить Минджон. Если не ради лучшего совета, то хотя бы потому, что она знала: Минджон догадается, что она сначала спросила Джимин — они словно передавали друг другу информацию, словно через космос — и она точно обидится и заставит Эри купить ей что-нибудь в качестве компенсации, — в смысле, как ты поняла, что готова? —Оооо, — Ю задумчиво потёрла подбородок, — ну, Минджон точно знает, чего хочет, понимаешь. Так что она просто сказала мне, а я, типа, просто делаю всё, что она хочет, — она кивнула, широко улыбнувшись, в ответ на свой же ответ. Эри моргнула. — Это совсем не помогло. — Эй! Конечно, это бесполезно, подумала Учинага, но, справедливости ради, стоит отметить, что они с Минджон были вместе ещё со средней школы. Они вместе открывали для себя всё новое, и их отношения естественным образом развивались. Эри и Ичжуо были немного другими. Однако опыт Нин не заставил ее чувствовать себя неловко, разве что чуть более нетерпеливо. Её девушка уже знала, что ей нравится и чего она хочет, — просто Эри хотелось быть лучшей, чтобы угодить ей. Хотя, возможно, стоило начать именно с этого — поговорить о том, чего она хочет. Может быть, Джимин действительно немного помогла. Определённо, были места получше, чем дальний угол комиссионного магазина. Возможно, где-то в более уединённом месте, но Эри не могла загадывать далеко вперёд, не сейчас, когда всё, что связано с Ичжуо, было так глубоко в её голове. — Я тут подумала...— она замолчала, тщательно подбирая слова. Нин только лениво подняла взгляд от вешалки, в которой рылась до этого. Прежде чем потащить подругу в магазин, она виновато воскликнула, что ей больше не нужна одежда, потому что посмотреть не помешает. — Просто... как-то вечером, когда мы были близки, я просто хотела дать тебе знать, что не против зайти дальше. То есть, немного дальше. Я хочу помочь тебе, когда ты так нуждаешься, понимаешь? Я пока не готова ко всему, но мне нравится идея... быть рядом. То есть, — она быстро что-то пробормотала, а потом засунула трубочку в рот, чтобы замолчать наконец , запивая неловкость её холодным кофе. В улыбке Ичжуо мелькнула тень обожания. — Ты такая горячая, когда говоришь то, что думаешь. — Слишком? — Нет. — Ладно. В целом, я рада, что ты мне рассказала, — она провела рукой по руке Эри, пока её пальцы не нащупали её и не переплелись. Их кольца звякнули от удара друг о друга. Ичжуо выбрала те, которые ее девушка наденет сегодня. Ей нравилось это делать, иногда собирая ее как куклу Барби, а Эри никогда не могла сказать «нет», — мы можем попробовать что-нибудь. Что бы ты ни захотела, ну, знаешь, установить какие-то границы, всё такое, — она совершенно беззлобно ухмыльнулась. Уши Эри горели, но в животе екнуло, а все тело внутри наполнилось бабочками. Прикусив нижнюю губу, она кивнула, в который раз испытывая облегчение от того, что кто-то вроде Ичжуо стал её девушкой. ____ Эри чувствовала только вкус клубники. Прижавшись к мягкому фиолетовому одеялу, она сосредоточилась на том, чтобы успокоить пульс. Это не помогло. Она всё ещё чувствовала томительные прикосновения Ичжуо – нежные, липкие поцелуи, оставляя следы на её шее. Рядом с ней сидела сама виновница, откинувшись на подушки, и поправляла блеск для губ, используя телефон как зеркало. — Как бы ты себя чувствовала, если бы я прислала тебе фотографии после того, как… подумаю о тебе? Учинаге потребовалось мгновение, чтобы понять смысл. — Ну, типа… в постели? — она не знала, как лучше сформулировать это, достаточно тонко, чтобы не смутиться, если бы Ичжуо не имела в виду именно это. Однако лукавая ухмылка Нин была для нее достаточным ответом. — Иногда. Ага. Тебе бы это понравилось? Достаточно было пары слов Ичжуо, чтобы Эри почувствовала, что разваливается на части. Ей понравилась эта идея. Очень понравилась. Ей понравилось, что Ичжуо так серьезно к ней относится. Даже если Учинага и не была... готова ко всему, она не хотела торопиться, но это... Ей нравилось, что она могла сделать Ичжуо приятно. Ей нравилось, что Ичжуо хотела, чтобы она это знала. — Это... э-э, да, я бы этого хотела, наверное, — с каплей сомнений, ее голос был хриплым. Старшая девушка не знала, на что подписывалась. Конечно, когда дело касалось Нин, она никогда не знала, чего ожидать. Она чувствовала себя новорождённым оленёнком, делающим первые шаги почти в полной слепоте. Романтика ускользала от Аэри до появления Ичжуо. Но её девушка была готова помочь. Как только она получила добро, фотографии начали поступать. Поначалу они не были откровенными, но все равно заставляли Эри немного поеживаться. Всегда дерзкие, иногда Ичжуо покусывал губы, намазанные клубникой, или высовывал язык между белыми зубами, лишь бы подразнить то, что скрывалось под воротником её рубашки, или изгибы её подтянутой фигуры. Несчётное время Учинагу поражала эта простая истина — Нин Ичжуо была неумолима. Если её флирт и так был интенсивным, то это наверняка сведёт ее лично в могилу. За этим неизменно следовало сообщение в духе: «Что ты думаешь на этот счет?», поддразнивая, но при этом тонко проверяя границы дозволенного, на что Эри всегда неизменно отвечала неловким «Мило» или изредка показывала большой палец вверх. Она постепенно перешла на эмодзи смущения. Сердечки – когда чувствовала себя смелой. К счастью, Ичжуо понравились все ответы. Она совсем не возражала использованию стикеров вместо ответов просто потому что знала натуру Эри, и даже прямо заявила об этом. Резкие слова отозвались в шее Учинаги чем-то красно-горячим. Она уставилась на Ичжуо, широко раскрыв глаза от удивления. Младшая лишь хихикнула. — Что? — будто невзначай рассмеялась Ичжуо. Она была… такой задирой. Это сводило Эри с ума. Это было волнующе, — Мне нравится эта идея. Ты… наслаждаешься фотографиями. Я просто хотела сказать тебе, что ты можешь ими пользоваться. Но они только для тебя. Эри почти задохнулась от мысли, что кто-то ещё увидит её девушку в таком состоянии. Она никогда не думала, что будет такой собственницей. Разве что немного. Она невольно захотела быть привратницей Нин Ичжуо. Она же была Нин Ичжуо, ради всего святого. С этой мыслью, глубоко засевшей в её голове, у Эри не было ни единого шанса. В тот день Ичжуо была особенно игрива. Она прислала новое фото – снятое с высоты птичьего полёта, демонстрирующее багровые засосы, которые та, возможно, случайно оставила на её шее, усеянные точками-кровоподтеками, словно драгоценности. Учинага Эри была невероятно смущена, когда поняла, что натворила после того, как их бурный сеанс поцелуев сошел на нет – Ичжуо не переставала поддразнивать её по этому поводу целую неделю. Фотография была тому доказательством. На лице младшей играла понимающая ухмылка; выражение лица, которое дразнило Эри, говорило ей, что Ичжуо знает, что та — липкая тряпка в её руках. Но не только это заставило ее почувствовать себя так, будто её внутренности обуглились в печи. На Ичжуо был только топ. Кружевной. Он выглядел так, будто был нарисован на мягкой, бледной коже. Фотография казалась почти вызовом. Она четко видела это в глазах Ичжуо. Смущение наступило всего через несколько минут после того, как Эри осталась лежать под простынями, задыхаясь и внезапно осознавая, насколько неприятно она вспотела, несмотря на то, что сбросила несколько слоёв одежды. И всё же, даже сквозь тонкую завесу смущения, она думала об Ичжуо. Её фотография была более любительской, чем у Ичжуо, не такой отработанной и неуклюжей, с тем безмолвным языком, которым Ичжуо легко общалась с ней на своих фотографиях — тихим, игривым, кокетливым шёпотом ей на ухо. Но она передавала суть; она говорила Ичжуо более чем достаточно через румяные щёки Эри, выпученные глаза и бретельки бюстгальтера, выглядывающие из-под простыни. Гордость вскипела в её груди от реакции Ичжуо: фотография плачущего кота и простое сообщение: ты оплачиваешь мои похороны. ____ Учинага вроде как подумала, что что-то должно произойти. Не то чтобы она торопилась, но, ну, после того, как они об этом поговорили… Само собой, это не помогло ей справиться с маленькой одержимостью. Нин сказала, что они могут попробовать что-то ещё. Но вместо этого она была занята сбором чемодана, готовясь к отъезду на следующий день домой на каникулы. Женское общежитие было почти пустым, включая комнату Ичжуо, без соседки. Это не помогало Эри от блуждающих мыслей. Она действительно не спешила. Но… — Эри? Вернувшись в реальность, она внезапно заметила, что Ичжуо пристально смотрит на неё. Она заметила, что на её телефоне постоянно крутится видео. Она неловко заблокировала устройство. Её девушка улыбнулась, на её лице было растерянное, но в то же время и веселое выражение. — Я спросила, что вы с Минджон запланировали на каникулы. — О. Да ничего особенного. Я просто собирался повидаться с её семьёй на пару дней перед поездкой в Японию. — Ты им очень нравишься, да? Эри усмехнулась. Родители Минджон всегда с энтузиазмом приглашали её в гости. Минджон неизменно ныла и дулась, протестуя против их явного фаворитизма. — Наверное. Они милые. Они всегда присылают Минджон обратно с кучей банчанов для меня. Нин усмехнулась. Эри смотрела, как она складывает ещё несколько предметов нижнего белья, убирая их в багаж. — Ты о многом думаешь? Эри покраснела. — Э-э. Не совсем. Может быть. — Не совсем? Или… может быть? — спросила Ичжуо, устраиваясь на краю кровати рядом со своей девушкой. — Может быть? Ничего особенного. Я просто думаю о том, о чём мы говорили. Ранее. Брови её девушки нахмурились. — Почему Шин-Чана зовут Чангу по-корейски? — А? О, нет, не то. Но это всё ещё меня смущает. — О, тогда… — Ичжуо замолчала, словно припоминая. И спустя секунду ее брови взлетели вверх. — Ничего, я просто… думала об этом. — Я имею в виду, я тоже много об этом думаю, понимаешь. Эри внезапно стало тепло. Она действительно знала. Ичжуо была довольно откровенна. — Да. — Ты хочешь знать, о чем я думала ночью? — ехидно улыбнулась она. Эри сглотнула. — Я точно хочу это знать? — поддразнила Эри, надеясь, что её внезапно пересохшее горло не будет заметно. — Конечно, почему бы и нет? Ты, кажется, так нетерпелива. — Я… нет. — Нет? — переступив на четвереньки, она подползла к Эри. Взгляд её глаз предвещал неприятности в ближайшем будущем, — ты уверена? Ты не хочешь знать, что заставляет меня так нервничать и потеть на тех фотографиях, которые тебе так нравятся? — Кто сказал, что они мне нравятся? — слишком неожиданно резкий ответ. — Ты милая, ведёшь себя так, будто не трогаешь себя на них. Как будто не присылаешь мне фотографии потом, вся красная, потому что тебе нравится представлять, что я делаю с собой, когда думаю о тебе, а? Эри была почти уверена, что она прямо сейчас разлетелась на атомы, стёрлась, не оставив и крупицы своего существования. — Это значит да? После быстрого похода к шкафу Ичжуо вернулась с чем-то в руке. Они поменялись местами: она посередине кровати, а Эри у края, наблюдая. — Мне очень нравится этот, — Ичжуо повертела его в руке, демонстрируя – тонкий чёрный вибратор. Она предложила Эри взять другую руку. Медленно и методично Ичжуо не спеша закатала ее рукав до локтя. Со щелчком он завибрировал. Ичжуо прижала его конец к предплечью девушки. Она сглотнула, чувствуя, как по коже пробегают мурашки. — Чувствуешь? — заинтересованно спросила Ичжуо. Старшая коротко кивнула. Сердце стучало в ушах. Она слегка пошевелилась, уже чувствуя, как внизу живота разливается возбуждение. Ещё один щелчок, и вибрации усилились. — Есть три режима, — объяснила её девушка. Двигаясь, словно патока, она опустила вибратор на запястье Эри. Ещё один щелчок. Вибрации переместились вниз, к её ладони, рассеянно описывая круг, — я не пользуюсь последним слишком долго. Он довольно… — Сильный, — хрип. Взгляд Ичжуо был почти пугающим — тёмная бездна, которая звала девушку потеряться в ней. Мычание. Ещё один щелчок, и вибратор отключился. Тяжёлый вздох, полный возбуждения, сорвался с губ Эри. — Хочешь посмотреть? — предложила Нин. Всё ещё спутавшись в мыслях и нервах, Учинага кивнула, радуясь, что Ичжуо взяла бразды правления в свои руки. Удар ничуть не смягчился, когда она начала расстёгивать свою рубашку. Старшая почувствовала, как вдруг ей стало неимоверно тяжело дышать. Жар окутал её лицо. Она заставила себя отвести взгляд, но тут же снова перевела его на простой чёрный бюстгальтер, обтягивавший грудь Нин, словно сшитый специально для неё. Ого, Эри влюбилась. Возможно, заметив ошарашенное выражение лица Эри — всегда более откровенное, чем ей хотелось бы, — Нин спросила: — Все в порядке? —Д-да, всё в порядке. Она наблюдала, как та расстегивает изящное серебряное ожерелье на шее, аккуратно устраивая его на прикроватный столик. — Эри, — пальцы потянули рубашку Эри, привлекая её внимание, — можешь посмотреть, — слова Ичжуо были такими же дразнящими, как и улыбка на её лице. Эри искренне не понимала, почему ей так неловко. Нин была её девушкой. Она уже замечала, как она разглядывает её грудь – у неё была слабость к майкам, возможно, это было к лучшему, ведь её девушке они тоже нравились. Младшая из них не вела себя непристойно, просто… отвлекалась. Эри часто замечала, как её взгляд несколько раз скользнул вниз, прежде чем наконец остановиться на её лице. Она и раньше делала ей комплименты по поводу фигуры, всегда подчёркивая её желание, которое она так явно показывала, никогда не навязчиво, но всегда с восхищением. Как бы её это ни смущало, внимание заставляло её гордиться. Она надеялась, что её девушка почувствует то же самое. Пока Ичжуо стаскивала с себя штаны, Эри позволила взгляду пройтись по каждой открытой части тела. Простое хлопковое белье в горошек, простой чёрный бюстгальтер – пышная грудь, изящная талия, длинная линия бёдер. Учинаге казалось, что она тонет в каждой детали. Опираясь на руки, Ичжуо не отрывала от нее взгляда. — Я думаю о тебе вот так, рядом со мной, — тихо проговорила она. Её бёдра потёрлись друг о друга, — но сейчас ты гораздо симпатичнее, чем в моих фантазиях, — она дразняще хихикнула. Учинага закатила глаза, отведя взгляд с застенчивой улыбкой. — Неплохо. Мне это нравится больше. — Что… что ещё? — выдавила из себя Эри. — Хм… ну, во-первых, ты стала ближе ко мне. Но тебе это не обязательно. Можешь просто смотреть. Этого более чем достаточно. Она почти не могла дышать от переполнявшего её возбуждения, замерла на мгновение, наслаждаясь уверенной Нин, прежде чем наконец поддаться своим желаниям и придвинуться ближе, скрестив ноги рядом с Ичжуо, касаясь коленом бедра своей девушки. Ичжуо погладила девушку по руке. — Я не кусаюсь, — она рассмеялась, — Если это слишком… — Нет, нет, определённо нет. Мне нравится. Ты мне нравишься. Я… — она наклонилась вперёд, сокращая расстояние между ними. Напряжение было таким сильным, словно они шли по мутной воде. Эри подумала, чувствует ли Нин это так же глубоко, как она. Ей показалось, что она видела это по глазам, по тому, как сбилось её дыхание, — ты такая красивая. Младшая девушка беззаботно рассмеялась, и в её смехе слышалась нотка застенчивости. На губах всё ещё был клубничный блеск. Учинага неожиданно выдохнула, коснувшись губ Ичжуо, когда её рука опустилась на талию, тёплую, обнажённую — ощущение было иным, чем когда она носила укороченные топы. Нин вздрогнула, когда она потянула руку вверх, пока её пальцы не наткнулись на резинку бюстгальтера. Младшая мгновенно выгнулась, побуждая её продолжить. Грудь так хорошо лежала в руках, возможно, идеально, что Эри хотелось добавить романтики. — Сними?, — возможно, это было предложение, но напряжённое дыхание в голосе Ичжуо придало ему больше сходства с мольбой, а Эри и не смогла устоять. Как только с бюстгальтером было покончено, она уставилась на обнаженную часть тела. Жёстко. О боже, она была по-настоящему влюблена. Естественно, её губы скользнули по изгибам груди, скользя по мягкой, бархатистой коже, прежде чем обвиться вокруг твёрдой вершинки. С губ Нин сорвался стон, а затем пальцы зарылись в волосы ее девушки, нежно прижимая её к себе и удерживая там, где она и так хотела оказаться. Её хватка на талии Ичжуо усилилась. Мягкая кожа под пальцами, ощущение, как спина прогибается под её прикосновением, – словно в вены Эри влили жидкое тепло. —Боже…— вздохнула Ичжуо. Пятки Нин наткнулись на заднюю часть бёдер девушки, обхватив её и притягивая ближе как можно ближе, словно запирая в клетке. — Эри, детка, — почти шепотом позвала Ичжуо. Неохотно она подняла взгляд; струйка слюны стекала с покрасневших губ к одному из сосков Ичжуо. — Я начну, хорошо? Эри почти забыла. Снова увидев вибратор, её сердце дрогнуло. — Мне нужно двигаться? — Нет, —немедленно ответила Ичжуо, — Нет, если ты не хочешь. Но если ты спрашиваешь, чего я хочу? Нет. Абсолютно нет. Итак, Эри осталась стоять на коленях, между раздвинутых ног Нин. У неё пересохло во рту. Она прикусила внутреннюю сторону щеки, заворожённо наблюдая, не отрывая взгляда от тонкой чёрной игрушки, скользящей по внутренней стороне бёдер Ичжуо. Он тихонько жужжал, только на первом режиме, но этого было достаточно, чтобы Ичжуо вздохнула, когда она поднесла его к складке бедра, едва касаясь того, что было под тонким хлопком. Клубничные губы сжались между зубами, стон Ичжуо вырвался наружу, едва достигая ушей старшей девушки, пока та наблюдала, как вибратор наконец обвивает опухшие губы, обтянутые тканью в горошек. Ноги девушки извивались, обвивая талию, словно выискивая опору. Прощупывая почву, Эри провела рукой по животу девушки, чувствуя, как натягиваются под ним упругие мышцы, как они опускаются в такт с дыханием, которое становилось всё тяжелее с каждой секундой. Нин сжала её руку и потянула вниз. — Можешь снять? — спросила она, их сцепленные пальцы скользили по резинке её нижнего белья. Послушно Эри спустила тонкую ткань с ног, чувствуя нехватку воздуха, когда снова поднялась. Девушка поцеловала её, на это раз быстро и мокро. — Ты хочешь… взять это на себя? — прошептала Ичжуо ей в рот, их губы всё ещё были приоткрыты, а зубы были зеркальным отражением друг друга. — Я… — Или ты можешь просто смотреть, если это… — Нет, я помогу. Я хочу помочь тебе. Ичжуо прикусила губу. Передав вибратор, она дала только пару указаний девушке: — Ты можешь просто делать то же самое, например, немного подразнить. А я скажу тебе, когда нужно увеличить интенсивность, хорошо? Эри кивнула, чувствуя, как нервы снова начинают успокаиваться. Кроме того, она сосредоточилась на опьяняющем взгляде Ичжуо, который он пристально смотрел на неё, подбадривая её, а руки Нин успокаивающе гуляли по ее собственным. Сначала это было неловко — она не была уверена, что действительно что-то делает, прочерчивая линии вверх по ее бедрам, с каждым движением приближаясь к ее центру. Она получила подтверждение, когда Нин потянула ее за волосы — она зарылась пальцами в пряди, а сама Эри не знала — когда она начала кружить ближе к ее клитору; губы были раскрыты собственными пальцами Ичжуо. Она была такой влажной. Зрелище было таким эротичным, что Эри думала, будто вот-вот она упадет, но она все еще была жива, слишко жива, а ее сердце бешено колотилось в груди, дыхание все еще застревало комом в горле. — Продолжай, продолжай, пожалуйста, – бездумно бормочет Нин. Учинага снова приподнялась, чтобы захватить ее губы. Ей нравилось, как девушка изо всех сил пыталась удержаться между задыхающимися стонами — в этом была виновата сама Эри. Её свободная рука жадно скользнула по талии, задерживаясь, чтобы почувствовать, как извивается её тело. Ичжуо схватила её за запястье другой рукой: — Сделай больше, пожалуйста. Эри услышала, нажав на маленькую кнопку в ответ. Перемена была заметной. Ичжуо, казалось, больше не могла сидеть неподвижно. Старшей это нравилось — эта неподдельная потребность, сквозившая в языке её тела. Подперев рукой спину, чтобы не упасть, Эри снова приподнялась и схватила губами твёрдый сосок. Она жаждала этого, почти чувствуя напряжение в челюсти, словно съела кислую конфету; это желание снова тянуло её вперёд. Желание слышать, как Нин скомкано ругается и стонет каждый раз, когда она прикусывает нежную кожу, каждый раз, когда она снова видит, как её палец снова падает в пропасть. Может быть, Эри слишком уж хотела увидеть, как Ичжуо падает с края вниз. Ноги Нин резко сжались. — Н-не… — Ичжуо схватила её за запястье, отрывая от себя, — я слишком чувствительна. — Хорошо, хорошо, извини, — Учинага смущенно-озадаченно сглотнула и прикрыла глаза. — Просто вокруг. — предложила Ичжуо, снова подталкивая её ближе. —Хорошо, — тщетно повторила девушка. Она в точности следовала указаниям Ичжуо, очерчивая свободные круги вокруг клитора, спускаясь ко входу и возвращаясь обратно. Она была словно загипнотизирована — блеском влаги, и тем, как бёдра Ичжуо поднимались, неосознанно прося большего, и периодическими пульсациями её естества, от которых внутри словно разливалось адское пламя. Каждая клеточка Эри, каждая клеточка тела была полна желания. Ичжуо была так прекрасна: мягкий румянец скользил по нежной коже её щёк, спускался к шее, к груди. К её груди. О, Эри не могла оторвать взгляд от своей груди, от того, как она выглядела, когда она выгибала спину, как она дрожала, когда она снова падала на матрас. Господи, она точно была влюблена. Чувства переплетались внутри неё, пропитанные любовью, словно одежда, тяжёлая и ужасно мокрая от воды. Она чувствовала себя немного безмозглой. Слюнки могли бы течь по её губам, и она бы этого не поняла – она знала только, что хочет только этого. Она хотела держать Нин под собой вот так каждый раз; в её голове кипела только жадность. Она хотела большего. Больше этих прекрасных стонов, больше жаждущего тела, её бёдер, извивающихся для Эри, просящих Эри. Она была вся мокрая для Эри. Жадность опускала её руку вниз, пока вибратор дразнил вход Ичжуо — это заставило бёдра студентки дернуться, и из неё вырвался прерывистый удивлённый стон. — Господи, блять, Эри! Наманикюренные ногти впились ей в руку. Грудь Учинаги вздымалась. Она снова опустила вибратор, на этот раз войдя совсем немного, ровно настолько, чтобы раскрыться. — Это…? — Это хорошо, это действительно так хорошо… — слова Ичжуо с каждой секундой все больше переходили в рыдания. Эри терзала боль, пустота, которая жаждала быть заполненной Ичжуо — всем, что было с Ичжуо: её криками, поцелуями, грубыми толчками и рывками её рук. Она примет всё. Вспомнив свои предыдущие слова, она включила вибратор на максимальную мощность. Ичжуо дернулась под ней, из лёгких вырвался почти болезненный вопль. Учинага снова опустила его, на этот раз проникая внутрь. Нин была такой влажной и вибратор вошёл так легко, что она подумала, будто её лёгкие вот-вот схлопнутся. Испытывая пределы, она толкалась всё глубже и глубже, пока не уперлась окончательно. Ичжуо затряслась под ней, словно её ударило током. Она отстранилась, снова и снова идеально вводя вибратор внутрь, и снова… Она чувствовала себя потерянной в движениях, способной лишь оседлать волну, которая захлестнула их с Нин. — Эри, черт! — это был вопль, возможно, даже невольно произнесённый вслух. Тело Ичжуо на мгновение напряглось. Её челюсть отвисла в беззвучном стоне, тихом, но интенсивном подъёме к вершине, прежде чем она упала вглубь. Пока Эри держала вибратор глубоко внутри, свободная её рука скользила по телу девушки, чувствуя глубокую дрожь, пронизывающую её тело. Когда её ноги снова сжались, бёдра зашевелились от ощущений, Эри наконец вытащила вибратор. Ичжуо была ошеломлена. Она перевернулась на живот, чтобы утонуть в простынях. Гордость разлилась в груди Учинаги в ту же секунду, когда она наблюдала, как её плечи поднимаются и опускаются от тяжёлого дыхания. Она приподнялась и встала позади неё. Положив тёплую руку ей на поясницу, она спросила: — Это было…? Ичжуо повернулась и уткнулась лицом в грудь старшей девушки. Её руки скользили вверх и вниз по спине Ичжуо, словно распутывая узел. Время от времени Ичжуо дрожала, волны удовольствия медленно вырывались из её тела. — Это было…— попыталась сказать Эри. Она откашлялась, — ты такая красивая. Воцарилась тишина. Ичжуо заерзала у неё на руках; Учинага опустила глаза, и в тот же миг Ичжуо подняла их, застенчиво улыбнувшись. — Ты флиртуешь, — поддразнила она. Эри мгновенно покраснела. — Я серьёзно. Ты была потрясающая. Ичжуо рассмеялась, почти сгорая от смущения. Она прижалась лбом к плечу Эри. — Я рада, что тебе понравилось. Всё стало немного… напряжённее, чем я думала. — О… — Но мне понравилось. — Мне тоже. Правда понравилось, — Эри уже чувствовала, как каждое мгновение этой ночи проносится в её голове. Она, наверное, тоже будет думать об этом, лёжа ночью в постели, или на уроках, или в библиотеке, или когда пойдёт покупать обед. В любые неподходящие моменты, и всё, о чём она сможет думать — это Ичжуо в таком состоянии. Глубокая привязанность раскрылась в глубине её существа, словно лепестки распустившегося цветка. — Ты мне очень нравишься, — призналась Эри, и язык её теперь развязался. Ичжуо снова рассмеялась. — Я тебя сломала? — Нет... просто...— она замолчала, не зная, как объяснить свои чувства. Она была одержима Ичжуо. Она любила Ичжуо. Всё, что было в ней. И это она тоже любила. Очень сильно. Она никогда не оправится. — Ты мне тоже очень нравишься, — просто ответил Ичжуо, — и ещё… — она вздохнула и замолчала, — не знаю, как я проведу неделю без этого. Эри недовольно фыркнула. К сожалению, она думала о том же. — Мы… справимся. — Да, если будем присылать много фотографий. — Это… — Не притворяйся, что тебе это не нравится. Старшая уткнулась лицом в подушки. — Может, подождём, пока я не перестану тусоваться с семьёй Минджон? Тяжело вздохнув, Нин согласилась: — Ладно, — пауза, — так как ты относишься к видео? Неумолимая, подумала Эри.