Можно войти?

      С наступлением утра Стивен не отправился в спальню. Сейчас было более интересным занятием погрузиться в изучение аварии. Прокручивая в голове всевозможные варианты с травмами, которые мог получить Тони, Стрэндж не заметил, как мимо него проскользнул лучик света. Это его слегка напугало и он отодвинулся в сторону, чтобы ненароком не попасть под него.       На столе перед ним были разложены многочисленные книги по медицине, а также и пергамент с его заметками. Ему кое-как удалось достать чернила для этого. Записывать все свои мысли по поводу произошедшего, находясь в роли доктора, было ему просто необходимо. Он так долго ничего не исследовал и не изучал, от чего сильно изголодался по любимому занятию.       Уже ближе к ночи, по его нескромным исследованиям, которые Стивен вносил на бумагу, попутно освежая память через учебники, удалось составить целый список травм, которые мог получить Тони. Они варьировались от лёгких, до пугающе тяжёлых, которые могли бы навсегда перевернуть его жизнь. И Стивен надеялся, что местные доктора сделали всё возможное, чтобы минимизировать ущерб для тела.       Стуча перьевой ручкой по столу, Стрэндж ещё раз пробежал глазами по списку, иногда вздыхая. Самое первое, что пришло на ум — это черепно-мозговая травма, которую получить в такой ситуации было проще простого. Стивен уверен, что Тони получил её. Было ли это обычным сотрясением или переломом черепа — загадка, которую разгадать по силам лишь тем, кто сейчас занимался здоровьем Старка. Стивен не станет скрывать, что ему обидно из-за того, что он не может даже хотя бы посмотреть на операцию со стороны, почитать мед карту или просто побеседовать с врачами.       Брови чуть сильнее сдвинулись к переносице, а губы уже болели от того, что их кусали слишком сильно. Но Стивен пытался не отвлекаться на раздражающие мысли, ведь следующим возможным диагнозом был перелом шеи. В этом случае был риск паралича, и этот момент настораживал. Но если спинной мозг был не повреждён, то Тони мог вполне себе быстро прийти в сознание. Может даже этой ночью.       Иногда Стрэндж обращался к своим воспоминаниям той аварии, пытаясь вспомнить мелкие детали, которые не смог заметить сразу в такой суматохе. Была интересна одна вещь — состояние рёбер. Стрэндж поджал губы, понимая, что перелом скорее всего был, и если неправильно или неаккуратно обращаться с пострадавшим, то может произойти ряд неприятных конфузов. А если брать во внимание то, что Стивен нёс Старка на руках, то можно было допускать шанс того, что он слегка усугубил ситуацию. О таком было неприятно думать, но и стоять там и ждать, пока приедет скорая, было бы для него невыносимо. Он не мог объяснить, почему рванул помогать так яростно, потеряв голову и даже какой-либо страх, но всё же считал, что поступил правильно. Пусть и подставил самого же себя. Да, теперь, возможно, его объявили в розыск.       Также Стивен подметил, что у Тони было внешнее кровотечение, которое не исключало и внутреннее, и подсчитав, Стрэндж выявил, что тот мог потерять в сумме примерно двадцать или даже тридцать процентов крови. Но самым главным оставалось то, чтобы внутренние органы были не повреждены. Под удар могли пойти селезёнка или печень.       Смерть пациента Стрэндж почти всегда отрицал, пытаясь биться до конца, но живя во время, когда медицина ещё не была настолько продвинута, он сталкивался с этим часто. Особенно во времена буйствующих вампиров, ведь от их укусов не было лекарств.       В этот момент его собственную шею зажгло. На том месте красовался укус, через который его и обратили. Крепко сжав перьевую ручку, Стивен был довольно раздосадован тем, что не может вылечить свой столетний недуг. Раньше бы он хотел просто умереть, покинуть этот мир и больше никогда не встречать рассвет, даже в обличии простого смертного. Всё же весь тот путь, что он прошёл, сложно назвать хорошим опытом или интересной историей, в которой он превозмогает и двигается вперёд. Разве что автор был тем ещё ублюдком, от чего бессмертие обернулось лишь вековой болью и страданиями.       Было не удивительно то, что теперь Стивен хотел работать в больнице, осматривать больных, оперировать, и изучать. Жаль, что это было невозможно. Каждая такая мысль приносила огромную душевную боль, от чего внутри что-то кололо. Если бы его сердце подавало признаки жизни, он бы скинул это на него. Но его сердце спит уже очень много лет, Стивен даже забыл, каково это — ощущать сердцебиение.       Потеря человечности тоже приносила немало боли. Он уже давно не человек и не сможет им стать даже в самых розовых реалиях. Иногда он даже сомневался в собственном существовании. Ему казалось, что на фоне реального современного мира он выглядит больше как миф, легенда, которую рассказывают детям на ночь как страшилку. Не более.       Стивен узнал на своей шкуре, какого это быть буквально инородным объектом на всеобщей картине мира. И куда не ткни — места для него нет. Нигде. Разве что в пещере с летучими мышами, дабы соответствовать образу и другим странным людским ассоциациям.       Стивен увидел мир, пусть и не весь. Он ходил по улицам города, как чужак, которого не примут, если он откроется. Быть вампиром в его время было легче именно потому, что люди тогда другие были. Стивен понимал их, знал, он был таким же, а сейчас его окружали будто и не люди вовсе. Всё слишком изменилось. Мир ожесточился, появились новые технологии, которые вполне могут соперничать с его способностями, особенно если Стивен не в форме. Сейчас даже войти в чужой дом стало сложнее. Людская паранойя и страх эволюционировали слишком сильно. Немногие готовы пустить к себе за порог незнакомца. Как бы обидно это ни было, придётся с этим смириться, тем более Стрэндж отказался от убийств. Пусть и не принимал их никогда.       Для Стивена его существование в продвинутом мире казалось миражом, просто страшным сном. Он не ощущал себя реальным, не было твёрдой уверенности, что его жизнь продолжается, будет что-то хорошее или вообще хотя бы что-то. Из-за жёсткой отдалённость от социума, понемногу начинаешь сходить с ума. Чувство реальности слишком часто размыто, он будто заблудившийся призрак, не сумевший найти дорогу в рай. Теперь бродит тут, пугает людей и надеется стать обратно нормальным, хотя всем уже давно всё ясно.       Ему ничего не стоило встать на свет и наконец обрести покой. Возможно, таким образом он многим сделает одолжение, но как бы то ни было, Стивен не хотел не только жить, но и умирать. Сейчас его собственное тело как можно лучше описывало это — все органы спят, лишь мозг подпитывается вампирской эссенцией, да даже те же лёгкие используются больше для речи, чем дыхания, но Стивен жив. Он ходит, моргает, испытывает голод и дурацкие эмоции, присущие живым людям. Так что он находился как раз посередине жизни и смерти — в серой части между светом и тьмой, каждый раз оставаясь перед выбором, куда шагнуть. Спрятаться или умереть. Продолжить жить или обрести спокойствие.       Каждый раз Стивен выбирает жизнь. Он выбирал её и до того, как стал вампиром. Всегда.       Весь день Стивен не мог отвязаться от навязчивого запаха сладкой крови, витающего вокруг него, заполняя собой всю комнату. Он снял с себя свой окровавленный пиджак ещё когда пришёл с улицы, даже рубашку пришлось поменять, но это всё равно не спасло. Стрэндж мог понять, почему его нюх так обострился. Ощущение голода начало снова подниматься, но пока состояние его было далеко не критично.       Поэтому было принято решение снова отправиться в город. Ему хотелось посетить больницу. Он мог бы извлечь оттуда много интересной информации по поводу Тони, чтобы сравнить свои догадки с поставленным диагнозом от врачей, а также это было хорошим шансом раздобыть крови, не причиняя вреда людям. Предстоит лишь найти хранилище с донорской кровью и не попасться работникам, а с его способностями это можно будет осуществить довольно просто.       И когда его кабинет погрузился в полный мрак, когда за окном послышалась кукушка и одна маленькая свеча уже не помогала различать буквы в книгах, Стивен встал из-за стола. На улице было прохладно, Стрэнджу пришлось надеть свою рубашку. Она была довольно…старая, если так можно было выразиться. Просто, если бы его сейчас кто-то увидел, то подумал, что Стивен обнёс музей эпохи Возрождения.       Скрывать Стивен не станет, что ему нравится его одежда. Та, что сейчас висела у него в шкафу с множеством дыр и толстым слоем пыли, но современный мир, по его мнению, не потерпит такого стиля. Кремового цвета рубашку он перекрыл жилеткой. Стивен постарался подыскать нужную по цвету и более менее целую. Он должен был выглядеть опрятно и больше не давать поводов для подозрений.       До больницы он добрался в этот раз не по центру, стараясь обойти её полукругом. Стивен выбрал самые безлюдные улочки и мало освещённые, чтобы его никто не увидел. На первый взгляд казалось, что город совсем не в шоке от вчерашнего странного инцидента, но это было обманчивым чувством. Стрэндж был уверен, что зайди он сейчас в библиотеку, то непременно испугал бы ту старушку. Скорее всего та вызвала бы полицию сразу же. Ну конечно, он для неё теперь демон в человеческом обличии.       Подобравшись к зданию больницы, Стивен не решился заходить через парадный вход. Его бы не пустили к Тони, он точно это знал, поэтому нужно было добраться до его палаты другим путём.       Обойдя больницу по периметру, туда, где света было меньше всего, Стрэндж слегка оттолкнулся от земли и приподнялся на несколько метров, заглядывая в окна. Большинство было открыто, конечно, свежий воздух — залог быстрого восстановления.       Таким образом Стивен аккуратно заглядывал в каждое окно, наблюдая за больными в койках, но знакомого лица пока не было видно. Каждые пару минут он оглядывался, чтобы убедиться, что обычные люди с улицы не видят его, благо на территории больницы были посажены высокие деревья и его было почти не видно, но настороженность его никуда не делась.       Проверяя один этаж за другим, Стрэндж достиг четвёртого и в одной из палат всё же увидел Тони. Окно было открыто и у него, поэтому Стивен легко залез внутрь, вставая на подоконник. Шум привлёк внимание Старка и тот быстро повернул голову в его сторону. — Опять ты! — с хрипом, но довольно увесистой яростью сказал он.       Тони лежал на койке чуть дальше от окна, к его телу было присоединено несколько странных аппаратов. Из-за проявленного любопытства к этой обстановке Стивен не обратил внимание на чужой гнев, но буквально почувствовал, как чужое сердцебиение участилось. Такое с ним было впервые. — О, ты уже очнулся, значит серьёзных повреждений нет. Я просто пришёл узнать, какой диагноз тебе поставили, — спокойно, с толикой холода объяснил Стрэндж, тихо ступая по полу ближе.       Старк напрягся, что не скрылось от чужих красных глаз, но Стивен лишь взял со стола увесистую папку и раскрыл на последней заполненной странице. Только шуршание страниц разносилось по комнате и звуки работающих аппаратов вокруг. — Сотрясение, но не перелом, — пробормотал Стивен, сосредоточенно глядя на текст. — и рёбра целые, — он поднял взгляд, пробегая им по тому, как тяжело дышит Старк. — сильный ушиб, значит. — Для чего тебе это? — с подозрением спросил Энтони, сжимая одну из рук в кулак. Невыносимая слабость не давала сделать это до конца. — Хочешь понять, можно ли ещё пить мою кровь?       Стивен снова посмотрел на него. Так, будто говоря без слов, что тот несёт чушь. — Я доктор, мне интересно узнать твоё состояние и способы лечения, — сказал он, не выпуская папку из рук. — И мне не нужна твоя кровь.       Он снова обратил своё внимание на текст, но спустя буквально пару секунд снова отвлёкся. — Ну да, как же, — вяло сказал Старк, прикрывая глаза, а потом резко открыл, начиная говорить более энергично. — Думал, что если спасёшь меня, то я стану относиться к тебе добрее? — Не думай о себе так много, мне не нужна твоя доброта, — ответил Стивен приподняв бровь. И откуда у Старка столько сил болтать? — Ну конечно… Ты вообще знаешь, что натворил? По интернету со скоростью света распространяется видео, как ты… — Тони закашлялся, преподнеся кулак ко рту. — Не утруждайся, я догадывался об этом, — Стивен ещё пару секунд смотрел на него, а после подошёл, хмурясь. Рядом с ним на койке лежал телефон, планшет и пульт от чего-то. — В твоём состоянии нужен абсолютный покой, ты можешь забыть на время о технологиях?       Старк кашлял ещё некоторое время, пока не полегчало. В груди пульсировала острая боль, а голова раскалывалась, но он не собирался так просто брать и умолкать по приказу. — Ты не мой лечащий врач, — ответил Тони, борясь с хрипом. — И всё же я доктор, — бросил Стивен, обращая внимание на аппараты рядом.       Они были для него самой непонятной вещью на земле, но казались очень внушительными. Повсюду мигали маленькие лампочки, панель усыпана кнопками, а на маленьких экранах горели разные символы. Также он обратил внимание и на тот, где было показан пульс Старка. — Доктор времён Наполеона, — пробормотал Тони, не спуская глаз со Стивена. — Ты мог бы не копаться так глубоко в истории моих болезней? Ещё пара страниц и ты доберёшься до размера моих трусов, — он прищурился. — Не льсти себе, Старк. У тебя слишком скучная история болезней, чтобы возбудить мой интерес. Мне неинтересно читать, как ты раз за разом попадаешь сюда из-за переутомления, — ответил Стрэндж, листая дальше, не сумев перебороть интерес.       Тони раздражённо вздохнул, но по факту сейчас не мог ничего сделать.       Стивен понимал, что копаться в чужих делах и правда неприлично, но тут он нашёл действительно интересную запись. Та гласила о хронической болезни сердца. Он замер, даже брови слегка приподнялись от удивления. «Хроническая сердечная недостаточность. Наблюдается склонность к такихардии, перебоям ритма. Требуется постоянный контроль и медикаментозная поддержка».       Стивен был в немалом шоке. Нет, он много раз имел дела с сердцем, но сейчас его что-то сильно зацепило, и он не мог понять что. Либо то, что у него у самого сердце не бьётся уже давно, а у Тони наоборот, но оно слабое, либо то, что такая серьёзная информация настигла его внезапно. — Ты знаешь о том, что твоё сердце может убить буквально что угодно? Шаг влево — и оно остановится? — спросил Стивен, не отрывая взгляда от абзаца с назначенным лечением, которое Тони, по его догадкам, игнорирует. — Без тебя бы не догадался, спасибо, — с ещё большим раздражением ответил Старк, и в горле опять запершило.       Они провели в тишине ещё некоторое время, и вскоре Тони снова начал говорить: — У меня всё под контролем, просто нужно ещё времени, чтобы разработать…реактор.       Стивен закрыл папку, вернув её обратно на стол. Его докторская натура бушевала внутри, но он старался её угомонить. — Если ты не будешь следовать рекомендациям врачей, то не успеешь даже подумать, какой винтик прикрутить следующим. Включи мозги, Старк, твоё здоровье уже слишком сильно избито. — И это мне говорит тот, кто хотел прикончить меня пару дней назад! Тогда ты не сильно задумывался о моём здоровье, — фыркнул Тони. — Я сам в силах разобраться с этим и мне не нужны рекомендации вампира, одетого так, словно ты…ограбил чёртов музей средневековья. Много ты понимаешь!       Стивен всё спокойно выслушал, а затем ответил: — Много. Если мы говорим про медицину, то достаточно, чтобы увидеть все твои проблемы. Мне даже не нужно обследовать тебя ради этого. — Да, нужно лишь залезть в мои личные дела.       Они прожигали друг друга взглядами, пока Стивен снова не отвлекся на пикающий прибор, считывающий пульс. Теперь он предавал этому куда большее значение.       Стрэндж подошёл к койке ещё чуть ближе. Он не мог просто забыть это и уйти отсюда. Ему хотелось проверить, изучить, попробовать найти способ лечения и всё такое…       Тони не отрывал от него взгляда, только иногда кашлял в кулак и проверял время на телефоне. — У тебя слегка пониженное давление, — сказал Стивен, считывая информацию с экранчика, а после сразу же приметил, как Старк двигает рукой, к которой подключена капельница. — Нельзя двигаться так резко, если ты подключён к капельнице.       Его голос был напряжённым и строгим. Нет, ну как можно настолько не заботиться о своём здоровье? — Лежи смирно, — добавил Срэндж, не давая Старку заговорить.       После этого Стивен опускает свою руку Тони на грудь, туда, где находится сердце. Он не смотрел на него, его глаза были устремлены куда-то в сторону, а вот Старк удивился ещё сильнее.       Стрэндж почувствовал, как тот вздрогнул от прикосновения, а дыхание участилось. — Я не соглашался на массаж сердца, док, какого хрена? — прошипел Тони, стараясь не говорить громко, иначе их мог кто-то услышать.       Он бы хотел оттолкнуть его, но понимал, что сил у него точно не хватит.       Стивен начал ощущать чужое сердцебиение сразу же, как только его рука коснулась Тони. Тихие удары сердца были иногда сбивчивы, это он считал моментально. Это говорило о какой-то реальной проблеме, а после ритм ускорился, но это скорее всего от неожиданности происходящего.       Стивен не мог объяснить, что он чувствует от чужого биения сердца, но это было чем-то, в чём он нуждался. Вибрации будто пошли и по его телу, прямо к груди, туда, где его важный орган спал. Стрэнджу показалось, что вот-вот и у него забьётся, но это было невозможно. — Ну и что? — спросил Тони, как только Стивен отошёл от него, сжимая руку в кулак. В ней он до сих пор слышались отголоски пульсации. — Пока бьётся, не волнуйся, — отчётливо бросил Стрэндж, пребывая в своих мыслях, а затем добавил. — И пока это так — следи за ним. Не все, у кого сердце спит, могут свободно гулять.       Тони нахмурился, будто не понимая этот бред, а потом прозрел. — У вампиров не бьётся, — сказал он скорее для себя, отводя взгляд. Голова ещё больше начала болеть и он зажмурился.       Стивен мелко кивнул пару раз, а после направился к двери. У него ещё остались тут дела. — Ты куда? — сразу же окликнул его Старк. — Больному нужен покой, а у доктора ночная смена, — бросил он и дёрнул дверную ручку, выходя наружу.              Белые коридоры встретили его тишиной и стирильностью. Пахло хлоркой, видимо, недавно мыли полы. Стивен решил, что ему стоит просто двигаться вперёд по коридорам. Обычно донорская кровь находится либо на самых низких этажах больницы, либо ближе к операционным. Он не знал, где находятся эти места, поэтому пришлось действовать наугад.       Его чёткие и быстрые шаги эхом отскакивали от стен, а глаза быстро читали вывески на дверях. Спустя некоторое время Стрэндж наткнулся на лестницу и решил спуститься на этаж выше, поняв, что все нужные кабинеты находятся именно там.       Даже несмотря на то, что несколько часов назад он был довольно сыт, то сейчас не мог убедить себя в этом. Стивен улавливал всё новые запахи крови. Они просто было повсюду! Кружили вокруг него, будто кто-то прыснул на него духами и теперь ему не отвязаться от навязчивого аромата.       Клыки слегка ныли, а пальцы сильнее вжимались в кожу при сжатом кулаке. Вскоре эта беготня по бесчисленным коридорам начала его раздражать.       Пару раз его едва не заметили, но из-за своей скорости удалось не попасться. В такие моменты его кожа будто леденела от страха быть пойманным.       Губы совсем высохли, Стивену приходилось слишком часто проходиться по ним языком, а операционной всё не было видно. Завернув за очередной поворот, Стивен сделал пару шагов вперёд. Ему казалось, что в его голове забурлила кровь. Отвлёкшись на это чувство, он не успел среагировать на человека, вышедшего из-за угла. Стивен замер, когда увидел её. Это была та самая женщина, которую Наташа назвала Древней. Эта встреча Стрэнджу точно не была нужна, но пути назад уже не было. Та заметила его моментально, будто его тут и ждала. — Стивен, — уголок её губ слегка приподнялся. Она подошла к нему, проходя взглядом по его внешнему виду. — вы были у Старка, как его состояние?       Стрэндж онемел, не понимая, откуда она узнала об этом. Что-то ему подсказывало, что творится здесь явно что-то странное. И это пугало. — Состояние в норме, уже очнулся. Только слегка пониженное давление и… — Его сердце, — добавила она, складывая руки за спиной. — Вы уже знаете, да?       Холодок пробежался по коже Стивена, он нахмурился, пристально глядя на неё. — Хроническая недостаточность, — подтвердил Стрэндж. — С его стороны слегка опрометчиво губить себя при таком диагнозе. — Вы правы, но пока не нашлось ни одного доктора, который смог бы серьёзно взяться за него и переубедить, — легко ответила она. Её золотые глаза блестели от яркого света ламп. — Что, даже вы?       Стивен сразу почувствовал, что эта женщина точно знает своё дело. Она наверняка поставила на ноги не одну сотню людей. — Я хирург. Немного не тот, кто сейчас нужен Старку. Но если он продолжит в том же темпе, то угодит либо под мой скальпель, либо к патологоанатам, тут выбор не велик, — она пожала плечами. — Какое совпадение, — усмехнулся Стивен. — в своё время я тоже был хирургом. — Когда вы прекратили свою деятельность?       Задав этот вопрос, Древняя направилась куда-то вперёд по коридору и Стивену пришлось идти за ней. Он понял, что не сможет отвязаться от неё сейчас. — Это было пару лет назад, — уверенно солгал Стрэндж. — Меня настигли не самые лучшие времена, чтобы я продолжал работу. — Что, вас победила болезнь? Или, может, вы устали спасать людей, как мы когда-то устали хоронить их во время чумы?       Стрэндж вздохнул. Чужой голос будто проникал прямиком в мозг и наводил там свои порядки. С каждой секундой было всё сложнее придумывать отговорки. — Хирургия требует стабильности… а я слишком часто меняю горизонты, — Стивен не понимал, куда они идут и это настораживало. Он решил, что нужно как можно быстрее заканчивать разговор с этой подозрительной женщиной. — Мне нужно идти. — Бросьте, ночью мы только расцветаем, — поспорила с ним Древняя, продолжая путь.       Из-за чисто белого цвета ламп, пустых коридоров и оглушающей тишины казалось, что сейчас произойдёт что-то очень плохое. Атмосфера была совсем не расслабляющая. — Кто это — мы? — спросил Стивен с некоторой настороженностью.       Вскоре они остановились у какой-то двери и та открыла её, приглашая Стрэнджа внутрь. — Мы. Вампиры.       Стивен замер, а внутри всё похолодело. Он нахмурился, будто услышал сейчас самый глупый бред на свете. Пару раз моргнув, он усмехнулся, смотря на совершенно спокойное лицо Древней. Пришлось приложить немало усилий, чтобы успокоить собственную бурю внутри себя.       Качнув головой в сторону, Стивен прикусил губу, совершенно не понимая, что происходит. — Работающие в ночную смену врачи теперь так себя называют? — уже с толикой серьёзности спросил он. — Забавное у вас местечко, но вам, кажется, стоит взять отпуск и отдохнуть.       Приготовившись уйти, Стрэндж развернулся. Откуда она знает всё это? Почему с ещё первой их встречи кидала двусмысленные намёки? Кто ей рассказал? Тони? А может она сама что-то увидела?       И всё же, он должен уйти. Кто знает, может его ведут в ловушку, после чего будут исследовать или пытать. Врачи иногда очень безжалостны, любопытство может легко свести их с ума. — Стивен, вы голодны, — раздалось за спиной и он невольно обернулся. — мы оба не хотим, чтобы этой ночью случилась ещё одна глупость. Не уходите.       Сжав руки в кулаки, Стрэндж завернул за угол. Его немного трясло от всей этой ситуации. Он оставил её позади, как хотел оставить и неприятное чувство тревоги. Та ему больше ничего не говорила в след и Стрэндж готов был выдохнуть с облегчением. Оставалось лишь найти выход отсюда... — Что… — выдал короткое удивление Стивен, прежде чем столкнуться с Древней прямо за поворотом.       Она стояла прямо перед ним, хотя только что находилась в нескольких метрах позади. — Вы хотите научиться жить в этом мире, Доктор Стрэндж? — спокойно спросила она, не спуская с него глаз. — Как вы… — нахмурился Стивен, даже не заметив, что та назвала его Стрэнджем, хотя не должна была знать его полного имени. — И как давно вы работаете в этой больнице? — с неким подозрением спросил он.       Внутри вертелось какое-то странное чувство, которое он не мог описать. Сейчас его жизнь могла кардинально поменяться и его это чертовски интересовало. Ведь, кажется, Древняя оказалась ему ближе, чем можно сказать на первый взгляд.       Она улыбнулась, будто понимая, что теперь будет намного легче. — Пройдёмте ко мне. У меня тоже есть вопросы.       В кабинете было тепло. Намного теплее, чем было в коридорах и Стивен не мог найти этому объяснение. Окно здесь было скрыто за жалюзи, огромные тёмные шкафы около стен были обставлены книгами и разными странными приборами, названия которым Стрэндж не знал. Посреди комнаты стоял большой деревянный стол, на котором валялись бумаги, стоял большой органайзер с канцелярией, множество печатей и одна крупная белая статуэтка из гипса в форме человеческого сердца.       Обстановка была довольно обычной, но она почему-то завораживала. Стивен не мог понять, что именно заставило его чувствовать себя так, но это место будто бы имело какую-то свою ауру. Очень тяжёлую и насыщенную. Не каждый бы смог тут спокойно дышать. — И что же вы хотите от меня? — спросил Стивен, усаживаясь в кресло.       Древняя села на своё место за стол напротив Стивена, складывая руки на столе. Её открытый взгляд словно сканировал собеседника насквозь. — Вы вампир, Стивен, и я вижу, что вы только недавно проснулись, — сказала она. — Откуда вам это известно?       Ему было непривычно находиться перед человеком определённо сильным, может даже сильнее его. Он был уверен, что в этой женщине кроется что-то загадочное и могущественное, но пока не мог этого доказать. — Я узнала о вас сразу же, как только появилась в этом городе. Тогда вы уже погрузились в мёртвый сон, а я обосновалась в городской больнице и работаю здесь уже сто пятьдесят два года, — она говорила это так спокойно, будто речь шла не о полутора веках, а о паре недель.       Стивен усмехнулся — неловко и сухо. — Так говорите, будто это нормально. Сто пятьдесят два…       Древняя смотрела на него как на новый вирус под микроскопом, будто изучая и пытаясь что-то для себя узнать. — Для нас это нормально. По вам видно, что вы только недавно обратились. Этот цвет кожи, эти глаза и гнев — выдают ваше сопротивление и человечность, — её голос был мягким, но безжалостным. Стивену казалось, будто в него вбивают колья. — Вы ещё не привыкли. — И не собираюсь привыкать, — отрезал Стивен. — Я…я врач. Для меня время всегда измерялось человеческой жизнью. Отрезками, которые можно спасти или потерять. А не…бесконечностью.       Она слегка наклонила голову, под её взором Стивен крепко сжал губы, не собираясь сдаваться. Он верил, что есть выход из этого. — Раз вы врач, то должны понимать: мёртвое не оживить. А мы — мёртвые. Красивые, сильные, но всё равно мёртвые. — Тогда зачем, — Стрэндж запнулся, давая себе время всё это переварить. — зачем жить, если это не жизнь?       Древняя чуть улыбнулась. Улыбкой человека, который слышал этот вопрос сотни раз. — Чтобы искать смысл. Чтобы помнить. Чтобы выбирать, Стивен. Даже вечность не отменяет выбора, — она сделала паузу. — Но она отменяет иллюзию, что можно всё изменить. — То есть, — Стрэндж поднял на неё глаза. — нам не выбраться. Мёртвое не оживить, — он отвёл взгляд, крепко сжимая руки в кулаки. — да. — Обратного пути нет, — согласилась она. — не существует средства, которое могло бы вернуть нам ценность времени и подарить возможность обрести покой в положенное время.       Тишину разрушали лишь звуки за окном. Машины, люди, ветер. Это всё было снаружи, там, где текла жизнь и у людей был смысл. Но здесь всё было иначе. Два мертвеца сидели напротив друг друга и рассуждали на тему бессмертия, не имея шанса выбрать то, что действительно хотят. — Теперь расскажите мне, какой вы, — попросила она, а в её глазах засверкало золото. — Что вы за вампир, Стивен? Какая ваша особенность? — Особенность? — безрадостно переспросил Стивен. — Это всё можно назвать только проклятием, — он вздохнул. — Я почти ничего не знаю о себе, кроме пары вещей, которыми пользуюсь бо́льшую часть времени: скорость, сила, иногда гипноз.       Он рассказывал это всё как самую скучную лекцию в мире, совсем не имея сейчас интереса к своей природе. Внутри разрасталась тоска. — Могу предположить, что вы из какого-то древнего рода вампиров, — Древняя не теряла своего настроя. Её интерес был слишком сильным, она была не готова просто так отпустить Стивена. Потянувшись, она дотронулась до его руки, которую он положил на стол. — У вас…холодные пальцы, но чужое сердце вы чувствуете слишком остро, я права? Запах крови? Что он представляет для вас? Можете ли вы лишь по запаху рассказать её состав?       Стивен на долю секунды растерялся от такого натиска. Он ещё сам то до конца не разобрался в себе. — Я чувствую запах крови, и могу ориентироваться по нему, чтобы найти наиболее подходящую жертву. С тем, как растёт мой голод, так обостряется и нюх. И, я не знаю, особенность ли это, или все мы такие, но я не могу входить в чужой дом без приглашения. Это всё, большего я не знаю.       В чужих глазах Стрэндж мог увидеть неподдельный интерес. Он прекрасно понимал его. С таким взглядом обычно врач смотрит на особое тело, которое ему предстоит оперировать. И это немного пугало. — Есть множество видов вампиров. И вы, как я и предполагала, относитесь к очень древней и сильной династии. Я изучала их много лет, прежде чем мне удалось наконец-то понять до самого конца, — сказала она. — Такие как вы — очень могущественны. Мгновенная регенерация, энергетическое воздействие на живых, замедление времени и многое другое — это про вас. От такой силы глупо отказываться. — Я не просил этой силы и никогда не мечтал быть бессмертным, — резко ответил Стрэндж, напрягаясь. — Скажите мне, вы родились таким или стали? — спросила Древняя с уже немного другой эмоцией в глазах, став осторожной. — Стал, — выдохнул Стивен. Всякий раз, когда ему приходилось вспоминать это, становилось совсем худо.       Древняя встала со своего места, направившись к стене, в которую было встроено что-то в виде сейфа. Открыв его, она достала пакетик с кровью. Стивен сразу его заприметил, учуяв сладковатый запах. Голод в нём начал просыпаться ещё давно. — Вы же пришли в больницу именно за этим, — сказала она. — Таким как вы, вампирам «Запретным», нельзя питаться кровью, которая была отобрана силой.       Стрэндж нахмурился. Он не знал этого. Теперь то он наконец мог объяснить для себя, почему он так быстро возвращался в ужасное состояние. Отобранная без разрешения кровь только вредила ему.       Древняя протянула ему пакетик. Он был прохладным. Прозрачная оболочка совсем не скрывала красный аппетитный цвет. — Донорская кровь была собрана добровольна, поэтому безопасна, — сказала она и вернулась на своё место.       Пальцы Стивена слегка дрожали. Он открыл пакетик, приложив к губам. Его словно окутал аромат металла и манящей сладости.       Стивен сделал глоток, а затем второй и третий. Его голод отступал с каждой секундой, а тело ощутимо наполнилось силой. Он перестал ощущать пустоту внутри. И на секунду показалось, что его сердце вот-вот забьётся… — В последний раз ради человеческой крови мне пришлось убить, — сказал Стивен, взглянув на остатки тёмной густой жидкости в пакете. — В тот момент вы были бессильны и нуждались в этом. На кону стояло ваще существование, — спокойно сказала Древняя, будто совсем не ставя ни во что чужую жизнь. — Как вы можете так говорить, — невесело усмехнулся Стивен. — Слабость может толкнуть на многое, иногда выбора нет. С этого момента вы должны научиться контролировать свои силы. Вы же не хотите погрузиться в хаос?       Стивен промолчал. Он понимал, что это убийство будет ещё долгое время душить его. Но он, конечно, постарается жить дальше. — Сколько вампиров живёт в этом городе? — спросил он. Этот вопрос начал его интересовать пару минут назад. — Только мы двое, — ответила она. — вампиров в этом мире осталось очень мало, все разбрелись кто куда, пытаются влиться в общество. Обычно их можно встретить в больницах, лабораториях и научных центрах. Некоторые создали свои запасы крови ещё много сотен лет назад и сейчас скрывается где-то под землёй. Но здесь — только мы.       Стивен кивнул, слегка задумавшись. Куда же делись остальные вампиры? Что с ними стало? — А вы… сколько лет вы уже существуете? — Я видела, как менялись короли и империи, как исчезла мода на парики… Достаточно, чтобы устать, — она улыбнулась, и улыбка эта была и правда уставшей.       Нахмурившись, Стрэндж посмотрел на свои руки. Сейчас перед ним сидела та, которая могла наблюдать само создание общества. Как рушились страны и как рождались те, кто потом менял этот мир до неузнаваемости.       От этого было не по себе, но одновременно с этим завораживало. — Приходите завтра сюда, — сказала она. — проведём ваше полное обследование. Я помогу вам стать частью современного общества и найти свой смысл.       Стивен встал, направляясь к двери. Энергия бурлила в его теле, он слишком хорошо ощущал её, та была словно физическим воплощением, буквально жила в его венах. — Насчёт Тони, — он обернулся, чтобы задать последний вопрос, который внезапно пришёл ему в голову. — скажите честно, сколько его сердце продержится?       Древняя улыбнулась. — Если за ним присмотрит компетентный врач…то достаточно, чтобы уйти на покой довольным своей прожитой жизнью.       Стрэндж вышел в коридор, прикрывая за собой дверь. В его голове сейчас буквально был хаос, который он пытался разложить по полочкам в алфавитном порядке, на что ему потребуется очень много времени. — Компетентный врач, — повторил он тихо, удаляясь всё дальше от кабинета Древней.       Кажется, он был в шаге от того, чтобы найти свой первый смысл вампирской жизни.