what makes u feel alive ?

— джуён. голос у гаона непривычно серьезный: пробивает дрожью до костей. джуён сглатывает тяжело слюну, хочет прокашляться – в голове безостановочно крутиться карусель воспоминаний из кадров последних дней с одним только вопросом: « где он успел проебаться ? » — м? — он откашливается – легкие будто бы хотят выйти наружу, вон, уже стоят билеты покупают на выход, – отклоняется на спинку стула, сразу оборачиваясь: взглядом сразу натыкается на серьезные глаза джисока. — что такое? квак голову слегка склоняет, губу прикусывает, колени к себе притягивает, спиной заваливаясь все дальше на кровать – та мягкая до ужаса, потому что джуён на другом спать не может – он ведь принцесса, так ведь, джисок? — а ты ну... — тишина на несколько секунд – те ощущаются вечностью, потихоньку душа джуёна, – повисает плотным куполом: на улице не слышно ни криков детей, не шума машин; а джисок с джуёном будто и вовсе дышать вместе прекратили, — целовался когда-нибудь? джуёна прошибает дрожь. простите? что. вопрос слетает с губ сам собой, пока у джуёна перед глазами снова и снова появляется и исчезает дымка – он усердно моргает, стараясь от нее избавиться окончательно, потому что посмотреть в глаза напротив хочется сейчас как никогда раньше. что вообще сейчас произошло? у джуёна ощущение будто он сошел с ума и ловит слуховые галлюцинации. — ну, я не знаю, ну! — джисок с места вскакивает, руками взмахивая резко-резко – будто мух отгоняет. — я у кого не спрошу – все целовались. кто с левыми ребятами на вечеринках, кто с первыми крашами, кто просто как-то "случайно", — джисок смешно фыркает, на лису походя, — как в фильмах прямо. гадость. — он все так же резко разворачивается, начиная туда-сюда перекладывать джуёновские игрушки, усыпающие кровать, плед поправлять – руки пытается занять. — кто-то просто не помнит, кто-то говорил что на помидорах учился, а кто-то ну, блять, с друзьями целовался и- — а ты? — а я? джисок оборачивается с небольшим опозданием, вздрагивает резко, неожиданно – дрожь пробивает до костей, – встречается с джуёновскими глазами. те в миллиметрах от него, весело-бесовато блестят – обычно это у джисока такое, вообще-то, не воруй; а на губах улыбка растянута – дрожит по краям, будто он хочет засмеяться, а на уголках танцуют черти – джисок из пересчитать может. блять. он на губы смотрит. — м? — джуён голову склоняет вбок, смотрит все так же – точно в глаза, – молчит бесовато-смешно. — а ты? повторяет. черт. — а я... — джисок сглатывает тяжело, не знает куда себя деть – зрачки бегают в бешеном вальсе чертят, стараясь зацепиться за что-то, что не будет слишком странно: в глаза смотреть слишком смущающе, в пол тупить неинтересно, смотреть на джуёновский нос – по детски глупо, а на губы смотреть... блять, губы. — а ты тоже хочешь? джисоку на секунду кажется, что джуён как-то ближе, чем был. у джуёна в голове воет сирена: что ты черт возьми делаешь??? — хо... чу... джисок знал, что у джуёна зависимость от сладких баббл-гамовых конфет, которые он жрет на уроках, после уроков, перед уроками и вообще всегда-всегда. сейчас он уверен на миллион процентов – у джуёна губы на вкус как баббл-гам. сладкие до ужаса, челюсть сводит, глаза заставляя жмурить. — теперь не хочешь? в комнате духота противная, у джисока дымка перед глазами, а в ушах все еще эхом звонкий чмок – у джуёна губы влажные. и улыбка все та же бесоватая. и глаза блестят. и говорят слишком громко – мысли джисок слышит как свои. блядство. — хочу. и больше. джуён смеется, пальцами в волосы – цвета баббл-гам – закапываясь, смотрит снова точно в зрачки – там бесы пляшут радостные танцы, и джисокова улыбка ими расцветает. будет. и больше. (а коробку конфет с глупым признанием в любви джуён потом отдаст. попозже. когда баббл-гамовые конфеты у джисока кончатся.)