Потерянный во времени

      Бэйфан бесшумно вошел в кабинет.       «Мальчишка, как же ты беспечен», — едва слышно фыркнул он, смотря на картину, что открылась ему.       Лазурный дракон уже забыл, когда в последний раз видел, как дух огня спал. Сукуна, видимо устав от постоянных поисков огненной нити в тонком мире, заснул за столом, положив голову на руку, вторую вытянув вперед. Бэйфан подошел ближе, останавливаясь на расстоянии вытянутой руки от него. Полуприкрытые синие глаза демона смотрели на Рёмена… равнодушно.       — Я прямо перед тобой и могу убить тебя, но ты, глупый ребенок, вообще не чувствуешь опасность от меня, — длинные пряди челки прикрыли глаз дракона, когда он легонько качнул головой.       Бэйфан отвел взгляд, борясь со своими демонами в голове, а затем приблизился к спящему мужчине. Холодные длинные пальцы осторожно коснулись темно-розовых волос Сукуны, зарываясь в них.       — Глупый ребенок Чжу-Цюэ, я ведь хотел тебя убить, — поглаживая волосы Короля проклятий, дракон чувствовал их мягкость и колкость одновременно. Ему это не нравилось, но ведомый странными чувствами, он не убирал руку. — Я тоже глупец, за тысячу лет смог привязаться к тебе, чертёныш. Никто и не просил меня вытаскивать тебя из твоего безумия всякий раз, когда случался разрыв. Это была моя прихоть.       Бэйфан вздохнул и убрал руку, уходя. Ему тут не место. Это не его дом. Лучше как можно скорее уйти, чтобы не совершить глупость, о которой потом будет жалеть. Прикрывая двери, Цинлун сжимает ладонь в кулак, впиваясь когтями в плоть и приглушенно рычит. Опираясь, увенчанной короной рогов, головой в двери, он принимает для себя важное решение.       «Ради своего Императора, я возложу на алтарь свое сердце и душу, — синие глаза сверкают безумием и решимостью. Да, дракон принял решение — отступить и помочь потомку огненной птицы обрести свое счастье. — Ты бы так поступил, мой Государь».       Вздохнув, Бэйфан отталкивается от двери и идет прочь.       Сукуна чувствует жжение на кончиках пальцев и резко открывает глаза. Ему же… не показалось? Это ощущение…. Это была огненная нить его Юдзи?       Резко выпрямившись в кресле, он почувствовал, как на пол упала тяжелая мантия с темными морозными узорами. Смотря на нее, кучей упавшей на пол, Сукуна не сразу понял, что это, откуда это и кому принадлежит эта тряпка. И только спустя несколько минут, прогоняя внезапный сон и непривычную усталость, до него доходит, кто здесь был.       — Сэйрю, — усмехнулся он, поднимая мантию, — не перестаешь меня удивлять своей заботой.

***

      Это был воистину странный разговор. Всю дорогу до дома Юджи шел задумчивый. Да, он понимал, что со всем этим путешествием во времени будут проблемы, но не думал, что все может быть таким серьезным. Ему следует как можно быстрее разобраться и понять, как отправить маленького Сукуну обратно в эпоху Хэйян.       — Может, в самом деле, обратиться к взрослому Сукуне? — размышлял он, перебегая дорогу и теряясь в толпе. Нет. Он читал книги и мангу о путешественниках во времени и понимал, что так делать нельзя, иначе это нарушит какой-то там баланс и будет не очень хорошо. Разберется сам, как и всегда.       — Юджи! — его кто-то окликнул сзади. — Подожди.       Итадори остановился и сразу обернулся, видя спешащего к нему….       — Чосо? А как ты… Постой, — он обхватил старшего за плечи, не веря в то, что тот перед ним. — Но как?       Чосо понравилась такая реакция, и он поспешил рассказать младшему о «лекарстве» — о золотых пилюлях, что дал ему древний демон.       — Видимо этот Бэйфан очень добрый, хоть и демон.       — Но меня немного напрягает его щедрость, — признался Чосо, пиная камушек под ногами. — Как будто это манипуляция…       Юджи нахмурился, понимая напряжение брата. Они остановились на тротуаре, пропуская мимо себя поток прохожих. Итадори чувствовал, как в груди что-то тяжело поворачивается — то ли тревога, то ли интуиция.       — Чосо… — он провел рукой по лицу. — Ты прав. Ничто не бывает просто так, но если этот Бэйфан дал тебе возможность на время стать человеком… может, это не манипуляция? Может быть… ему просто что-то от тебя нужно?       В этот момент Юджи вспомнил слова ученика Синь Гуана, о том, что маленькому Сукуне может грозить опасность. И как раз-таки в это же время его брат, Чосо, становится человеком, приняв «лекарство», которое дал ему какой-то великий древний демон. Это настораживает мага, но он не хочет портить себе настроение и тем более портить его старшему брату. Камо скрестил руки на груди и уставился в асфальт:       — И именно это меня и беспокоит. Потому что рано или поздно за эту «помощь» придется заплатить. И я не знаю, что может потребовать от меня столь древнее существо.       Юджи вздохнул и положил руку на плечо брата, пытаясь успокоить его — и себя заодно.       — Ну… тогда давай просто будем начеку. Раз уж ты теперь человек, пусть даже временно, — он неуверенно усмехнулся, — значит, можешь наслаждаться моментом? Например… эээ… хочешь мороженого? Или горячего соба? Я заплачу!       Он потыкал Чосо в бок пальцем, стараясь разрядить обстановку. Если древний демон Бэйфан что-то задумал — они разберутся. Главное сейчас — не дать старшему снова погрузиться в тревожные мысли. В конце концов… это же Чосо! Он всегда выкручивался из самых странных ситуаций.       — Мороженое в такую погоду? — Чосо приподнял бровь, но уголки его губ дрогнули в почти улыбке. Он взглянул на серое небо, откуда уже начинала сыпаться мелкая изморось. — Ладно. Но только если с шоколадной крошкой. И… спасибо.       Юджи радостно ткнул его локтем.       — Вот и славно! А то ты хмурый как туча над Токио в сезон дождей.       Они свернули к ближайшему киоску, и пока Юджи копошился в карманах в поисках мелочи, Чосо вдруг говорит совсем тихо.       — Возьми и своему сыну стаканчик. — Юджи вздрагивает на этих словах. Парень закусил губу и опустил голову, не зная, что ответить, а Чосо тем временем интересуется у него. — Кстати, почему ты раньше не говорил об этом?       — Чосо, я… Я расскажу тебе, когда мы придем домой.       Чосо замер на месте, изучая младшего брата. Его привычно невозмутимое лицо выдавало легкое смятение — редкое для него.       — …Ты серьезно? — голос его звучал ровно, но в глазах мелькнуло что-то неуловимое. Юджи потупился, нервно теребя стаканчик с мороженым в руках.       — Ну… это не совсем обычный ребенок…       — Проклятие?       Огненный маг почесал затылок, избегая взгляда брата.       — Эээ… скажем так, особенный случай… Может, лучше дома обсудим? Вдруг кто-то услышит… — он оглянулся на проходящих мимо людей и нервно улыбнулся.       Чосо молча кивнул, беря свой стаканчик с мороженым. Его пальцы слегка сжали картонный край — едва заметно, но Юджи поймал этот жест. Брат явно очень напряжен.       — Тогда пошли, — сказал он наконец, разворачиваясь к дороге. — Только предупреждаю: если это очередной твой «особенный случай» вроде того фиолетового кролика из прошлого года…       Итадори фыркнул, улыбаясь и вспоминая то маленькое чудовище.       — Эй, тот кролик был милым! Просто немного… импульсивным в проявлении чувств. Ну и напоминал популярную лабубу…       — Твой «лабубу» отгрыз мне половину рукава, — Камо бросил на него взгляд и покачал головой, улыбаясь.       Под смех и воспоминания они дошли до дома Юджи. Итадори замер перед дверьми, не решаясь входить. Как отреагирует малыш Сукуна? Как отреагирует Чосо? Юджи глубоко вдохнул, словно собираясь с силами, и резко распахнул дверь.       — Я дом… — его голос застрял в горле.       — Юдзи! — Сукуна выбежал в коридор, встречая вернувшегося мага. В его голосе было столько радости, что она, подобно тарану, пробивала сердце Итадори. Маленький дух стал постоянно встречать его с заданий, радостно выкрикивая его имя, и нетерпеливо хватая за указательный палец, тянул или в гостиную, или на кухню.       Но в этот раз малыш застыл на месте, уставившись на незнакомца за спиной Юджи. Его веселый блеск в глазах мгновенно погас, сменившись страхом.       — Это кто? — спросил мальчик, прячась тут же за ноги шамана.       Чосо смерил ребенка оценивающим взглядом.       — Почему твой «особый случай» похож на Сукуну?       Юджи нервно засмеялся, поглаживая голову ребенка.       — Эээ… ну да! Чосо, знакомься — это Сукуна. Только маленький и прямиком из эпохи Хэйян. Сукуна, это мой старший брат Чосо. Не бойся.       Чосо перевел взгляд с малыша на брата, затем обратно. В его глазах мелькнуло что-то невыразимое — смесь шока, недоверия и… тревоги.       — Юджи… — голос Камо был неестественно ровным, будто он с трудом удерживал себя от крика. — Ты привел в дом ребенка Сукуну?       Маленький Сукуна крепче вцепился в штанину Итадори, чувствуя напряженную атмосферу. Юджи нервно почесал щеку.       — Да я же говорил… Особый случай…       Чосо закрыл глаза и глубоко вдохнул.       — Как вообще так получилось, что ребенок из прошлого попал в наше настоящее?       Юджи вздохнул и опустился на колени перед маленьким Сукуной, бережно приобнимая его. Ребенок доверчиво прижался к нему.       — Слушай, Чосо… Это долгая история. Но если вкратце — я думаю, это связано с той странной грозой. Помнишь?       Камо скрестил руки на груди.       — Помню. И что же ты собираешься делать теперь?       Малыш тихо дернул Юджи за рукав.       — Я хочу остаться с Юдзи… — прошептал он так жалобно, что сердце шамана дрогнуло. Юджи ласково потрепал розовые волосы малыша.       — Конечно, останешься. Пока мы не разберёмся, как безопасно вернуть тебя домой… — Он поднял взгляд на Чосо с умоляющим выражением. — Мы же можем ему помочь?       Камо закатил глаза и выдохнул.       — Ты постоянно влезаешь в такие передряги… Я не знаю. Почему бы не обратиться ко взрослому Сукуне?       Юджи резко поднял руку в запрещающем жесте, показывая на малыша.       — Чосо! — прошипел он, кивнув в сторону Сукуны, который с любопытством наблюдал за их разговором. — Он же здесь, не говори при нём…       — При ком? — нахмурился маленький дух. Юджи быстро переключился на улыбку.       — Ни-при-ком! Просто взрослые разговоры. Эй, а хочешь мороженое? Оно немножко подтаяло, но всё ещё вкусное!       Сукуна сразу оживился и потянулся к стаканчику. Пока ребёнок был занят сладостью, Юджи оттащил брата в угол.       — Мы не можем вмешивать его будущее «я». Это опасно.       Чосо склонил голову, прикрыв глаза пальцами. Вздохнув, он медленно поднял взгляд на него.       — …Ты хоть понимаешь уровень безумия этой ситуации?       Юджи задумчиво потер подбородок.       — Ну… если сравнивать с тем временем, когда Годжо решил устроить нам «фотосессию» с проклятиями второго уровня в школьной форме — это не так уж и безумно.       — Нет, Юджи, это безумно. Ты укрываешь временный парадокс в себя дома.       Итадори не знал, что можно сказать в свое оправдание. Но и рассказывать о проклятии всем — было бы очень опасно, для самого Сукуны. По какой-то причине, парень не считал, что поступает неправильно. Казалось, что именно благодаря его вмешательству в жизнь маленького духа, они имеют тот мир, в котором и живут. Страшно даже представить, в каком мире они могли жить, если бы этот маленький Сукуна выживал в своем времени. Он бы ожесточился, и, вероятно, попытался бы уничтожить весь мир!       «Может, все не так уж и плохо? — думает он, опуская взгляд. — Нужно только найти способ вернуть его обратно».       — Юдзи, — маленькая ручка снова ухватилась за палец огненного мага и слегка потянула на себя.       — Что-то случилось? — обеспокоенно спросил Юджи.       Проклятие перед ним сверкнуло глазами и улыбнулось, таинственно закивав головой. Все еще держа парня за палец, он потянул его в сторону дивана. Итадори был немного удивлён. Что же могло произойти за время его отсутствия? Малыш Рёмен высвободил его руку и забрался на диван, скрещивая ноги и накрывая их тканью своего белого кимоно. Юджи сел рядом с ним, повернувшись к нему полубоком. Чосо остался стоять рядом, тоже наблюдая за ребенком.       Проклятый дух, скорее всего, хотел ему что-то рассказать, а может и показать. Маг такому не удивится — слишком часто это происходило. Однако, перед ним будущий Король Проклятий, а не обычный ребёнок, тот умел удивлять.       И Сукуна удивляет.       Сложив руки в печати, которую видел всего один раз в жизни, в день своей тайной казни и неожиданного спасения, он призывает пламя. Между пальцев искрится золотая нить чистого огня, с каждым движением становясь все толще, пока не образовало сферу. Сукуна раскрыл ладошки, держа в них маленький пылающий огненный шарик. Он поднял глаза на мага перед собой, желая скорее увидеть реакцию на свои новые умения. Исходя из характера Юджи, дух ожидал увидеть широкую улыбку и радостный возглас, но эта реакция поразила мальца. Глаза Юджи сверкают золотом. Настолько ярко, что это даже пугает.       «Так вот что это было! Вот чья магия помогла мне изгнать проклятие!»       — Спасибо тебе, Сукуна, — шаман обнимает мальчика, беря его на руки. — Ты очень помог мне.       — А? Но я ничего не делал, — обнимая мага за шею, тихо произносит он, положив подбородок на его плечо.       — Ты позже поймешь, — обещает Юджи и проводит рукой по спине Сукуны. Чуть отстранив от себя ребенка, маг смотрит в большие алые глаза, широко улыбаясь. — Покажешь снова?       Глаза Сукуны загорелись, а на щеках появился румянец.       — Покажу! — малыш радостно закивал, тут же складывая пальцы в ту же печать. Но вдруг его ручки дрогнули, лицо побледнело. Золотая нить огня оборвалась, а сам Сукуна сжался от боли.       — Ю-Юдзи… у меня… голова болит…       Он пошатнулся, и Итадори тут же подхватил его на руки. Мальчик был горячим на ощупь — слишком горячим даже для духа огня. Чосо тут же шагнул ближе.       — Что с ним?       Юджи прижал малыша к себе, чувствуя тревожное биение маленького сердца.       — Тише, тише, это с непривычки, прости меня, я не подумал, — Итадори встает на ноги, держа ребенка на руках, укачивая. Взглянув на брата, он сверкает золотыми глазами и тихо просит его, — Чосо, мне нужен огонь.       Картина смерти понимает, что хочет сделать Юджи и подходит к тумбе, доставая из ящика зажигалку. Чиркая ею, он поворачивается к магу и наблюдает за тем, как тот взмахом руки забирает маленький огонек. Пламя в руке Юджи тут же становится больше, достигая размеров яблока. После парень вкладывает его в ладошку Сукуны.       — Возьми, это восстановит твои силы, — улыбается маг.       Маленький Сукуна смотрит на пламя в своих ладошках широко раскрытыми глазами. Постепенно цвет его щёк возвращается, а дыхание становится ровнее. Он бережно сжимает огонь в кулачках, словно боясь уронить драгоценный дар.       — Спасибо… — шёпотом говорит он, поднимая взгляд на Юджи. В его алых глазах смешиваются благодарность и детское восхищение.