Радужный город / Rainbow City

— Хмм, - низким голосом промычал мужчина, оглядывыя пол. Внезапная новость о переводе доктора Сок Хвы из убежища Ёыйдо стала известна утром. Раз это произошло после того, как они с Квак Сухваном покинули убежище, скорее всего эти события были связаны. Получив разрешение от вышестоящих под предлогом того, что ему не передали дела по исследованию, он вошел в комнату Сок Хвы. — О, это… - мужчина поднял первую попавшуюся на глаза бумагу с пола. «Назначьте место встречи…» Он приблизил лист к глазам, затем начал подбирать остальные страницы. Среди всех бумаг был только один лист, написанный другим почерком. Казалось, это была расшифровка кода, составленного доктором Сок Хвой, и у мужчины возникла догадка, что именно Квак Сухван выполнил эту расшифровку. Остальные страницы были заполнены неряшливым почерком Сок Хвы. “Увеличение числа аутоиммунных болезней из-за уничтожения паразитов выглядит правдоподобным. Иммунная система, атакующая паразитов, дала сбой и стала атаковать другие ткани после исчезновения паразитов. У сонбэ была болезнь Крона и рассеянный склероз. Паразит. Микоплазма… Интеллект адамовцев, вероятно, результат внешних факторов… Возможность получения лишь неполного лекарства. В финансировании исследований отказано.” На лице мужчины, разбирающего небрежно накорябанный на бумаге шифр, появилась теплая улыбка. “Отец, похоже, мы не ошиблись”. — Почему вы здесь, доктор Чхве? Чхве Хо Он обернулся, сжимая в руках несколько листов бумаги. У открытой двери стояла Ли Чэюн, свой плащ она кое-как обмотала вокруг плеч, а в руках держала коробку размером почти с нее. — Я здесь, чтобы собрать вещи доктора Сок Хвы. Как вы сюда вошли без моего ведома? Даже несмотря на ее подозрительность, Чхве Хо Он показался Ли Чэюн симпатичным. Но на ее лице сохранялось настороженное выражение. — Ну, доктора Сок Хва перевели, но передача дел не была оформлена. Я даже не знаю, куда он переведен, так что решил зайти и посмотреть, не осталось ли здесь чего-то важного для исследования. — Не слышала об этом. Но все равно вам нельзя входить без разрешения доктора. — Я получил разрешение от вышестоящих. Ли Чэюн, не скрываясь, недовольно фыркнула. — В любом случае бумаги, которые вы держите, кладите сюда, - она ткнула указательным пальцем в пустую коробку. — Майор Ли Чэюн, вам поручено собрать вещи доктора Сок Хвы? — Да, так и есть. — Значит, вы в курсе, куда его перевели? - спросил Чхве Хо Он, аккуратно складывая стопку бумаг в коробку. — Да. В Квачхон. Ли Чэюн ответила непринужденно, это не было тайной. Затем она небрежно побросала в коробку камни, одежду Сок Хвы и книги, лежавшие на столе. Огромная коробка заполнилась за пару минут. — Вам помочь? — Нет, я уже закончила. Ли Чэюн без усилий подняла коробку, держа ее перед собой так, что ее стало не видно. Чхве Хо Он не стал повторять предложение о помощи и сделал шаг к выходу. — Но, доктор Чхве… Уже дошедший до двери с невозмутимым видом Чхве Хо Он вернул на лицо улыбку и обернулся: — Говорите. В этот момент лицо Ли Чэюн показалось из-за коробки: — Вы в отличной форме, не так ли, доктор Чхве? Чхве Хо Он опустил взгляд, словно осматривая свое тело, затем смущенно потер шею рукой. — Вы перехваливаете меня. — Это был не комплимент. Она без особых усилий сдвинула Чхве Хо Она коробкой и снова выглянула из-за нее. Отодвинутый Чхве Хо Он легко рассмеялся и пошел к лифту. Ли Чэюн поставила коробку на пол и внимательно смотрела в спину Чхве Хо Она. Она несколько раз наклонила голову, затем крепко сжала бедро: странно, но старый шрам на бедре неожиданно начал подергиваться. Теперь, когда она вспомнила об этом, стало ясно, почему тело доктора привлекло ее внимание. Ли Чэюн сунула руку в коробку и вытащила небольшой камень. Что, если бросить камень в затылок Чхве Хо Она? Взорвется ли его мозг? Но что если он действительно умрет? Все же стоит попробовать. В этот момент Чхве Хо Он, ожидавший лифт, внезапно обернулся. Ли Чэюн поспешно изобразила поклон, пряча камень в руке. Это ведь Квак Сухван сказал ей следить за Чхве Хо Оном, в котором определенно что-то было подозрительное. Уже то, что он вошел в комнату доктора Сок Хвы, само по себе выглядело сомнительно, а теперь, к ее смущению, волосы на ее руках встали дыбом. — Черт, что это было? Ли Чэюн легко погладила руку под форменным рукавом. Она знала, что это называется “мурашками”, но ощущала подобное лишь пару раз за всю свою жизнь. Ли Чэюн немедленно подхватила коробку и бросилась вниз, к подземному уровню, где стоял ее джип. Несмотря на то, что коробка частично загораживала обзор, она не теряла самообладания. *** — Эй! Что это за парень? Громкий голос доносился из коробки, ворвавшейся в офис в Квачхоне. Только когда коробка тяжело грохнулась на пол, настоящий владелец голоса стал виден. — Который? Квак Сухван сидел с недовольным видом, закинув ноги на стол, и едва шевельнул губами. — Этот «доктор», кто он такой? Он добрался до комнаты доктора Сока раньше меня! В быстром взгляде Квак Сухвана мелькнул интерес. — Первым добрался? — Ага, у него было разрешение, он успел покопаться в бумагах и все бубнил про то, что ему не передали дела. Я сказал ему положить все бумаги в коробку. Приказ о переводе доктора Сок Хвы в убежище Квачхон поступил утром. И за это время Чхве Хо Он успел получить разрешение и зашел в комнату Сок Хвы? Квак Сухван нашел это слишком подозрительным. — Что ты думаешь? — О чем? — Об этом докторе Чхве. — Хмм? Черт, он в неплохой форме, - Ли Чэюн снова погладила свою руку. Инстинктивные реакции Ли Чэюн были лучше, чем у Квак Сухвана. Это была ее врожденная особенность мутанта, как и невероятно сильное тело. — И когда я решила метнуть в его башку камень, но он умудрился это почуять и обернулся. — Да, наверное, потому что он будто ничего не скрывает, хотя скрывать ему явно есть что. Это было ясно хотя бы по его словам о том, что он чувствует чье-то присутствие. Да и глядя на то, как он ведет борьбу за власть, становилось очевидно - что-то тут не так. Кто он вообще такой? В базе данных мутантов он не числился. Ли Чэюн подняла руку, заслоняя для себя лицо Квака Сухвана, и внимательно изучала его силуэт, будто что-то прикидывая. — Даже если ты или Ян Санхун будете за сто метров от меня, я узнаю вас моментально. Скелеты людей вроде бы похожи, но если присмотреться, они совсем разные. Так же как у всех есть глаза, нос и рот, но при этом лица не одинаковые. — Но? — Но этот доктор и тот ублюдок в белой маске очень похожи, - брови Ли Чэюн поднялись, выражая недоверие собственным же словам. А вот Квак Сухван окончательно ожил и резко оттолкнулся от стола ногой. — На Змея? — Змея? — Я о том парне, с которым ты махалась в мотеле. — О да, на того парня! Квак Сухван встал со стула и быстро подошел к Ли Чэюн. — Что с тобой? — Возвращайся назад и следи за этим доктором. А еще лучше раздень его до пояса и осмотри. — Какого хера? Зачем мне раздевать доктора Чхве? Он не в моем вкусе. Квак Сухван выразительно похлопал Ли Чэюн по правому плечу. — Если здесь у него есть шрам, сразу скажи мне. Он ранил мужчину в белой маске в прошлый раз, и хотя рана могла зажить, если пуля задела кожу, след обязательно останется. — Эй, и как мне снять с него одежду? — Да просто сорви ее. — Безмозглый ублюдок. С тебя две пачки сигарет. — Договорились. Всего-то и надо было поймать проходящего мимо доктора Чхве за шиворот и приложить немного больше силы, разрывая пиджак, а потом извиниться - этого будет достаточно. Для Ли Чэюн это была выгодная сделка: две пачки сигарет за такую легкую работу. — Где доктор Сок Хва? - Ли Чэюн озабоченно оглядывалась. - Куда ты его разместил? — Возвращайся прямо сейчас. Если обнаружишь, сразу сообщи. Квак Сухван небрежно махнул рукой и покинул офис. Из-за спины доносились ругательства Ли Чэюн, но он проигнорировал ее и сам и направился к месту, где находился Сок Хва. Бесстрашный доктор Сок, нуждающийся в шоковой терапии, мог полностью закрыть дверь своего сердца, что вызвало бы лишние проблемы. В конце концов, рано или поздно ему придется разработать лекарство. Предложение “Эдема” доктору Сок Хве, возможно, продиктовано желанием получить лекарство или вакцину. Однако даже если так, казнь Сок Хвы в глазах вышестоящих была бы огромной потерей для города. И не только в этом дело: он был во вкусе Квак Сухвана, а его реакции доставляли удовольствие. Он принимал удары с пустым лицом, будто ничего не чувствовал. Но Сок Хва был сдержанным только снаружи, внутри него скрывался пылающий огонь, такой же жаркий, как и его тело. Такой, будь у него крепкое тело, сам бы нацепил на голову повязку и повел за собой людей под лозунгами «Уничтожим Радужный город» или, напротив, «Уничтожим Эдем». — Майор. Капитан Кан из роты Пэкхо отдал честь, проходя мимо. Квак Сухван бросил ему “вольно”, но тот вдруг снова окликнул его, будто хотел что-то добавить. — Майор Ян Санхун просил передать, что надеется на ваше прибытие в подземный дезактивационный центр. — Зачем? — Не в курсе. Но похоже, дело срочное. Раздраженный, Квак Сухван пробурчал что-то себе под нос, но развернулся и направился к центру дезактивации. Он проверял Сок Хву час назад, когда тот спал, так что, вероятно, тот еще не проснулся. Убежище Квачхон было примерно раз в десять меньше, чем Ёыйдо, и спуститься в дезактивационный центр можно было без лифта. Квак Сухван лениво нащупал в кармане тяжелый камень - тот самый, что был в халате Сок Хвы. Стоит ли оно того? Сок Хва, впавший в глубокую задумчивость после лишения звания исследователя прошлой ночью, с тех пор не проронил ни слова. И все же с ним обращались достойно, даже по-джентльменски. Квак Сухван даже не разыграл шоу “ты теперь обычный гражданский”. Но сам он не сделал по отношению к Сок Хве ни малейшего поползновения, решив, что лучше будет позволить другому сделать шаг первым, чем навязывать свои действия. Конечно, Сок Хва, который ранее демонстрировал ему свое тело, словно произведение искусства, теперь даже не удостаивал его взглядом. Возможно, в этот раз гнев пересилил похоть. Ну и ладно. Пусть мастера теперь разбираются между собой. Он пока займется набирающим силу “Эдемом”. А потом и чувству справедливости Сок Хвы найдется применение. Ситуация, казалось, развивалась быстрее, чем он планировал. *** — Доктор Сок, разве это не странно — мутация Адама аномальна, но внезапная мутация, игнорирующая скорость эволюции, тоже кажется странной? Хотя, наверное, было бы неправильно говорить, что странен сам доктор Сок. Ха-ха. Это я просто предвзят. У мутантов всегда будто бы чего-то не хватает. В Радужном Городе это называют “дефектом”. Но разве не странно применять слово “дефект” к человеку, который не является ни товаром, ни демонстрационной моделью? Если бы существовали мутанты без дефектов, это было бы… новым видом, возможно? В таком случае, статус Мастера неизбежно перешел бы к такому человеку. Возможно, Мастера считают везением то, что у мутантов есть дефекты. Иначе их собственное положение оказалось бы шатким. Сок Хва спал со скованными наручниками руками. Время от времени он просыпался и поднимал отяжелевшие веки. В последнее время доктор О все чаще являлся ему во сне, как и сейчас. Возможно, потому что он постоянно о нем думал. В его воспоминаниях разговоры доктора О оказывались полны мятежных тенденций. Сок Хва с трудом поднялась на кушетке и прислонилась к стене. Перевод из Фиолетовой зоны 21 в Квачхон состоялся на рассвете. В этой камере лампа накаливания так же светила ровно по центру, как и в той допросной. Наверное, Сок Хва должен был быть благодарен Квак Сухвану за то, что был всего лишь лишен статуса, а не мертв, но тем не менее с его губ сорвался горький смешок. Он с трудом укладывал в сознании то, что закон Радужного города позволял кому-то лишить человека звания исследователя одним решением. Мужчина, который с озорной улыбкой подарил ему камень, и тот, кто надел наручники на бывшего исследователя, все еще казались Сок Хве совершенно разными личностями. Возможно, он натворил дел, пытаясь связаться с повстанцами, но теперь точно не желал быть верным Радужному городу, отвергающему лекарство. Однако и “Эдем”, проводящий эксперименты с Адамом над людьми, сделал иной выбор для него невозможным. Сок Хва чувствовала себя одиноким островом посреди всего этого. [Срочно! Тревога для укрытия в Квачхоне. Адам появился в дезактивационном центре, и центр закрывается. Чрезвычайная ситуация! Все жители укрытия, включая исследователей, немедленно переместитесь в безопасную зону. Повторяем сообщение.] Сок Хва резко поднял голову. Голос “Матери”, как и в Ёыйдо, донесся из динамика в углу камеры. Это могла быть учебная ситуация, но он с тревогой посмотрел на наручники, сковывающие руки. Стоит ли выходить? Или, возможно, самое лучшее пока остаться здесь… Бах! Резкий громкий звук заставил его плечи дрогнуть. Он с удивлением посмотрел на солдата, ворвавшегося в камеру, хлопнув дверью. Солдат несколько раз тряхнул головой, будто пытаясь прийти в себя. Казалось, он недавно сражался с адамцем - его руки и одежда были в крови. — Бегите… хах... Хотя его речь была неразборчивой, Со Хва задумался, не пришел ли он за ним, и поднялся со своего места. — А... уф... бежать... Тело солдата с налитыми кровью глазами шаталось как у пьяного. Сок Хва рефлекторно отступил. — Вы… в порядке? Солдат многократно кивнул в ответ на слова Сок Хвы. — О-окей… Сок Хва тихо вздохнул. У него возникло то же жуткое ощущение, которое он испытывал при встрече с адмцами, говорившими “сонбэ” и “ева”. Солдат у двери дергался всем телом, стоя на месте. Сок Хва осторожно двинулся вдоль стены мелкими аккуратными шагами. — Ах… больно… больно. Солдат начал с силой биться головой о стену. Сок Хва сглотнул сухую слюну. Даже если бы он выбрался из камеры, не было никакой гарантии, что другие адамцы не поджидали снаружи. К тому же его движения были ограничены из-за наручников. “Думай. Думай”. Сок Хва прижал ладонь ко лбу. Но все приходившие в голову сценарии заканчивались первой же атакой адамца, которую ему не пережить. Возможно, было бы лучше выманить солдата наружу и запереть дверь… Сок Хва быстро осмотрелся по сторонам, затем перевел взгляд на стол в центре. Поскольку это была по сути тюремная камера, здесь не было ни острых предметов, ни чего-либо, что могло бы сойти за оружие. Ежесекундно поглядывая на солдата, продолжающего биться головой о стену, Сок Хва босиком начал двигаться к столу. Оглянуться, сделать два шага, оглянуться, еще пару шагов - и вот он взобрался на стол. Сок Хва аккуратно вывернулся из рубашки и намотал ткань на скованные руки. Затем он ухватился за провод, на котором висела лампочка и обхватил обернутыми руками обжигающе горячее стекло. Он сделала напряженный вдох и начал вращать лампочку в такт глухому стуку. Каждый раз, когда свет мигал, Сок Хва с тревогой смотрел на солдата. В миг, когда вывернутая лампа погасла, солдат, бившийся головой, резко замолчал. В темной камере теперь можно было рассмотреть лишь вход, слабо освещаемый коридорной лампой. Стук и гулкие звуки шагов солдата, шатающегося по камере, создавали жуткую картину. Испуганный, Сок Хва прикусил нижнюю губу. Нельзя было больше медлить. Сжав лампочку обеими руками, Сок Хва поднял ее над головой и, как только солдат начал поворачиваться к нему, со всей силы метнул лампочку за дверь. Лампочка с громким звоном разлетелась вдребезги за порогом, и солдат тут же бросился в ту сторону. Если упустить этот шанс - это конец. Сок Хва спрыгнул со стола и рванул к двери, ударив в нее плечом. Когда он навалился на дверь, она начала закрываться, но внезапно в щель просунулась чья-то рука. Сок Хва отчаянно надеялся, что это не солдат, но эта трясущаяся рука была вся в крови. Несмотря на все усилия, сила солдата была слишком велика, дверь распахнулась и Сок Хва упал на спину, выставив перед собой обмотанные тканью руки. Со звериным рыком солдат бросился на него и вгрызся зубами в рубашку. Борьба усиливалась, а дверь снова начала закрываться, погружая камеру во тьму. — Нет… нет… не могу… хаф… кусать… - вдруг растерянно пробормотал солдат. Сок Хва воспользовался моментом и пнул его, сбросив с себя. Ух! Резкая боль пронзила запястье - прокушенную кожу обожгло огнем. Солдат атаковал снова и снова, в кромешной тьме слышно было только его рычание и звук разрываемой плоти. Как в бреду солдат продолжал бормотать между укусами: — Нет… не могу… укусить… Сок Хва еще раз отчаянно пнул солдата ногой. Угрф! Солдат со свернутой шеей рухнул на пол. Тут же раздался хруст его черепа под чьим-то ботинком, но Сок Хва уставился на свою руку, чувствуя как из прокушенного запястья неудержимо сочится поток горячей крови.