План развития великого бога / План становления великой звезды

Роскошный двухместный номер в пятизвёздочном отеле поражал великолепием. Просторная ванна с функцией СПА, где могли бы с комфортом разместиться двое, манила тёплым светом и ароматом эфирных масел. Едва Дуань Ханьчжи и Гуань Фэн, захлопнув дверь, оказались перед огромным зеркалом в ванной и не глядя друг на друга начали снимать одежду, их как током ударило: Чёрт возьми, здесь кто-то есть! Пылая яростью их взгляды скрестились, точно у двух спорящих за добычу львов. Ни тот, ни другой, с их бурной и тщательно скрываемой личной жизнью, никогда не раздевались под чужим взглядом. Для них это было немыслимо, как заняться сексом с порнозвездой посреди оживлённой улицы. Абсолютно возмутительно и против их принципов. Впрочем, для Гуань Фэна даже секс с порнозвездой вряд ли был бы чем-то из ряда вон. Скорее, его пределом стал бы публичный секс с инопланетянином на глазах у папарацци. Рука Дуаня Ханьчжи остановилась на последней пуговице рубашки, а Гуань Фэн стиснул уже расстёгнутый ремень. Тридцать секунд напряжённого молчания, и победа досталась режиссёру. Напевая легкомысленную мелодию, он одним движением сорвал рубашку, бросил её на пол, обнажив подтянутый торс, и принялся расстёгивать ремень. Но стоило ему опустить взгляд, как послышался оглушительный хлопок двери. Подняв глаза с торжествующей улыбкой, он обнаружил, что Гуань Фэн исчез. Когда два подлеца сталкиваются, побеждает тот, у кого нервы крепче и кожа толще. *** Тем временем в холле отеля разворачивалась другая драма. Вэй Хун, всё ещё одурманенный алкоголем и шокированный потоком ледяной воды, которой его окатили, продолжал свой пьяный спектакль. Бормоча невнятно, он выкрикнул в пустоту: — Режиссёр Дуань, ты серьёзно? Ты правда выйдешь за меня замуж? — Я буду зарабатывать, содержать семью! Я всегда был достойным мужчиной! — И я не стану изменять, не побегу за любовницами! Но ты тоже обещай, что не будешь флиртовать с другими у меня на глазах, прошу, не надо! — его голос дрожал, балансируя на грани слёз. Ассистент Дуаня Ханьчжи наклонился к его уху и прошептал: — Ты пьян. — Кто? Кто сказал, что я пьян?! Я… я вообще не пью! — Да, ты пьян. Ты весь алкоголь выплеснул на туфли режиссёра Дуаня. Эти слова вырвали юношу из его розового, полного ангелочков и свадебных фантазий мира, и швырнули в суровую реальность. Его тело сотрясла дрожь, а взгляд мгновенно прояснился, будто он и не пил вовсе. — Серьёзно?! — переспросил он, широко раскрыв глаза. — Шучу, — ассистент отступил на шаг, скрывая улыбку. — Но ты действительно сделал предложение режиссёру Дуаню. Охваченный паникой, юноша выскочил из уборной и ворвался в банкетный зал, где вечеринка уже затихала. Если бы это была манга, он предстал бы пушистым псом-самоедом с болтающимся хвостом, он мчался вперёд, а за спиной развевались две струи слёз. На кожаном диване от Armani, где недавно сидел Дуань Ханьчжи, теперь было пусто. Лишь несколько знакомых звёзд лениво потягивали коктейли у барной стойки. Вэй Хун стоял у входа, его тело постепенно цепенело. Он чувствовал себя щенком, которого хозяин выгнал за разбитую вазу. — Кого-то ищешь? — Тан Ивэй вынырнул из толпы красавиц, его щёки всё ещё пылали румянцем от выпитого. — Режиссёр Дуань, кажется, ушёл с кем-то. Не знаю с кем, но, похоже, они сразу поднялись в номер. Вэй Хуна захлестнула волна ревности. Глядя на самодовольного и окружённого стайкой девушек Тан Ивэя, он почувствовал горький привкус во рту. — Занимайся своими девчонками! — рявкнул он. — Не трынди, и никто тебя за идиота не примет! Тан Ивэй лишь пожал плечами и вернулся к своему «розовому облаку». Вэй Хун выскочил из лифта, оглядываясь по сторонам. Все двери на этаже выглядели одинаково. Массивные, из красного дерева с изящной резьбой, на полу с белым ворсистым ковром. Но где же Дуань Ханьчжи? С бешено колотящимся сердцем он подбежал к стойке регистрации и выпалил двум девушкам: — Простите, вы не видели мужчину, примерно такого роста, сильно пьяного, в чёрном костюме? Он, кажется, пришёл сюда с кем-то, чтобы снять номер. Девушки переглянулись. Та, что с короткими волосами, медленно ответила: — Вы о Дуань Ханьчжи или о Гуань Фэне? Гуань Фэн тоже притащил сюда свою интрижку? — пролетела мысль у юноши, но он тут же отмахнулся от неё. Даже если бы Гуань Фэн уединился с целой толпой любовников, его это не касалось. — Дуань Ханьчжи! — выпалил он, едва сдерживая чувства, как явившийся ловить неверного супруга муж. — Какой у него номер? Как туда попасть? — 2014, — ответила девушка с короткой стрижкой. — Я была так взволнована, когда записывала его! Номер «2014» звучит как «любовь на всю жизнь», невероятно романтично! Идите прямо по коридору, на развилке налево, и ищите по номерам. — Спасибо! — актёр сорвался с места и помчался по коридору. За его спиной вторая девушка, с тревогой глядя на коллегу, прошептала: — Как ты могла выдать номер? Это же против правил! Девушка с короткой стрижкой лишь загадочно улыбнулась. — Потому что я не могу смириться с разбитой парой, — провожая взглядом убегающего Вэй Хуна, произнесла девушка с короткой стрижкой. Её глаза блестели от слёз, в которых смешались тоска и романтическая надежда. — Императрица Дуань должна принадлежать своему верному псу Вэю. Как он мог так просто уйти с кем-то другим… *** Тем временем на банкете Гуань Жуй почувствовала головную боль. Она поднялась и сказала: — Пойду попрощаюсь с братом Фэном, а потом можем уйти. Где он, кстати? Ассистент Гуань Фэна, Джейсон, тараясь выглядеть невозмутимым, покачал головой: — Простите, госпожа, я не знаю. Гуань Жуй не спеша потягивала чай, но внезапно, со звоном поставив чашку на стол, произнесла: — Джейсон. — Да, госпожа? — О чём говорили брат Фэн и режиссёр Дуань, когда ушли? На лбу Джейсона выступили капельки пота. Он нервно сглотнул: — Кто может знать о делах господина Гуаня? Вы же сами видели, госпожа, решение выпить с режиссёром Дуанем он принял спонтанно. Как я мог знать об этом заранее? — Правда? Тогда скажи, зачем человек уровня брата Фэна проделал долгий путь обратно в страну ради заурядной телевизионной церемонии? Джейсон замялся, выдавив неловкую улыбку, и отступил в сторону, пытаясь раствориться в тени. В этот момент грациозно ступая на высоких каблуках, ассистентка Гуань Жуй подошла и шепнула ей на ухо: — Есть новости от персонала. Ассистенты господина Гуаня и режиссёра Дуаня сняли номер наверху, номер 2014. Неясно, о чём они там собираются говорить, но, скорее всего, это по указанию их боссов. Гуань Жуй поднялась, изящно сложив руки на чёрной шёлковой юбке, и направилась к выходу с видом, будто отправляется на неспешную прогулку. — Пойду посмотрю, что они затеяли. Иду одна, никто за мной не идёт. *** Гуань Цзинчжо обвёл взглядом банкетный зал. Лишь несколько судей и звёзд потягивая коктейли лениво переговаривались, но ни Дуаня Ханьчжи, ни Вэй Хуна среди них не было. Его лицо медленно омрачилось, в глазах застыла тень давней боли. Он никогда не считал этого актёришку серьёзным соперником. Когда-то, в юности, он так же не считал общественное мнение или светские условности преградой между ним и Дуанем Ханьчжи. Тогда он был уверен, что он будет держать Дуаня Ханьчжи за руку при всех, и говорить: «Это мой любимый». Но реальность оказалась жестокой: Дуань Ханьчжи, взяв за руку другого, с улыбкой сказал ему: «Это мой партнёр». Раньше он был убеждён, что мужчина не бросит его ради какого-то безвестного юноши. И оба раза он ошибался. Фатально. Перед камерами отеля, погружённый в свои мысли, Гуань Цзинчжо сидел, когда к нему подошёл телохранитель. Поставив чашку кофе, он сообщил: — Третий господин, мы не нашли следов режиссёра Дуаня, но известно, что Вэй Хун направился к номерам на втором этаже. Сегодня там разместились гости банкета, все номера с 2001 по 2013 заняты были заранее, кроме 2014. Скорее всего, режиссёр Дуань договорился встретиться с Вэй Хуном именно там, потому он так спешил. Гуань Цзинчжо сделал два больших глотка кофе, поднялся и решительно зашагал к выходу. Его шаги источали смесь гнева и ревности. — Третий господин! — окликнул телохранитель. — Здесь полно репортёров, будьте осторожны, вас могут сфотографировать! — Ничего страшного. Пусть снимают. Я готов объявить миру о нас с Дуанем Ханьчжи. — Но… господин Гуань тоже здесь! Не стоит действовать необдуманно! Гуань Цзинчжо лишь усмехнулся: — Пусть мой старший брат сначала разберётся со своими похождениями, а потом учит меня. *** Юй Чжэнь сидела в своей гримёрке, подправляя макияж и любуясь в зеркале сияющим на её шее сапфировым ожерельем. Она слышала, что, когда родилась дочь Гуань Жуй, малышка Цзецзе, Гуань Фэн подарил ей пару антикварных нефритовых браслетов времён династий Мин и Ся. Их узоры с драконом и фениксом были вырезаны с таким мастерством, что выглядели живыми. Золото имеет цену, но нефрит бесценен, особенно тот, что, по слухам, был добыт из древней гробницы и датировался тысячелетиями. Его стоимость невозможно было измерить. Юй Чжэнь знала, что её сапфировое ожерелье, хоть и роскошное, не могло сравниться с теми браслетами. Но Цзецзе это особый случай, возможно, она и правда родная дочь Гуань Фэна. А что насчёт её собственного ребёнка? Она нежно погладила едва округлившийся живот. Пусть её малыш не родится принцем или принцессой, как Цзецзе, но полная роскоши и достатка жизнь ему обеспечена. А если повезёт, он сможет унаследовать империю Гуаней, и тогда она, мать наследника, заставит всех склониться перед собой. На её лице расцвела довольная улыбка. В свете сапфиров её черты казались ещё изящнее. Не удержавшись, она вышла из гримёрки, чтобы найти Гуань Цзинчжо и похвастаться перед ним. Дверь гримёрки вела в примыкающий к банкетному залу коридор . Едва она вышла, как заметила стремительно шагавшего к лифту Гуань Цзинчжо . Он нажал кнопку вызова, и, когда двери открылись, бросил быстрый взгляд по сторонам, избегая чужих глаз, но явно торопясь. Не взяв с собой никого, он шагнул в кабину. Индикатор над дверями показал второй этаж. В сердце Юй Чжэнь зародилось подозрение, но она промолчала. Оглядевшись и убедившись, что коридор пуст, она подошла к лифту и нажала кнопку с цифрой «2». *** Перевод команды Golden Chrysanthemum