В тихом омуте любовь таится

      — И именно поэтому мы не должны так поспешно принимать секту Хоши-вэй под своё крыло, — заключил Шэнь Цинцю, не оставляя возможности другим оспорить его слова.       Большинство присутствующих в зале собраний кивнули в ответ, но кое-кто чувствовал необходимость поставить слова главного стратега под сомнение.       — То есть мы не должны помогать меньшей заклинательской школе, которой грозит уничтожение, только потому что ты считаешь, что для нас это не выгодно? — с агрессией спросил лорд вершины Байчжань, Цзи Цинву, сверля Шэнь Цинцю взглядом.       Другие горные лорды уже приготовились к очередной перепалке. Отношения между правителями Цинцзина и Байчжаня не задались ещё со времён ученичества, и с годами всё становилось только хуже. Шэнь Цинцю презирал необдуманные и резкие действия Цзи Цинву, а тот в свою очередь считал старшего «бессмысленно тратящим время».       — Шиди по моему совершенно не слушал слова этого шисюна, — язвительно подметил Шэнь, готовый уже глазами испепелить правителя Байчжань. — Я сказал, что у нас есть сведения об странных контактах между школой Хоши-вэй и сектой демонических культиваторов «Кровавый змей». Эта секта невероятно приватная, и ты думаешь что она бы выходила на контакт с какой-то слабой школой только для того, чтобы сказать «мы скоро пойдём бить ваши лица, готовьтесь»?       — Это ещё ничего не значит! — ещё сильнее завёлся Цзи Цинву, готовый начать читать тираду про честь и долг помогать всем. Но, на его удивление, даже Ци Цинци приняла сторону этого Шэня.       — Цзи-шиди, ты знаешь что я крайне редко соглашаюсь с Шэнь Цинцю, но в этом случае он прав. Мы сейчас имеем дело не с шайкой бандитов или группой демонов, а с сильнейшей и опаснейшей сектой демонических культиваторов за последние несколько десятилетий. И если мы не будем достаточно бдительны, то жертв будет гораздо больше, чем эта маленькая школа. — Даже госпожа Сяньшу была серьёзна и напряжена, и раз уж она поняла опасения Шэнь Цинцю и согласилась с ними, то дело правда плохо.       Лицо лорда Цинцзин озарила ехидная улыбка, он сразу же скрыл её за веером, но по глазам было всё понятно. Извращённое удовольствие. Этого невоспитанного зверя поставила на место его же лучшая подруга! Вэй Цинвэй также не поддержал его «благородные» порывы.       Наблюдая за этим цирком, Юэ Цинъюань ощутил головную боль. Натянув на лицо классическое дружелюбное выражение, он сказал:       — Я полностью согласен со словами Шэнь-шиди, и мы будем действовать именно по тому плану, который он предложил. И Цзи-шиди, прошу, без своеволия. Думаю, на этом мы можем закончить сегодняшнее собрание, я попрошу Шан-шиди разузнать всю возможную информацию через свои связи, а Шэнь-шиди после проанализировать их включить в план действий. — Завершив свою речь Юэ Цинъюань встал из-за своего места, осмотрел всех присутствующих, и пошёл на выход. Не удивительно, у него ещё уйма работы, нет времени на долгие душевные прощания.       Все остальные горные лорды последовали примеру своего главы и тоже поспешно покинули зал собраний. Последними вышли Шан Цинхуа и Шэнь Цинцю, проклиная в голове все эти секты и интриги.       — Мы же только недавно расправились с кознями школы Тайфэлу… Я думал, что у нас наконец-то будет хотя бы несколько спокойных месяцев, а в результате всё как обычно! Мы всё делаем, а это сидят с умными лицами и пререкаются, — возмущался Шан Цинхуа, но не себе под нос, а как будто говорил это самому Шэню.       — Радуйся тому, что эти «гении» не начали отрицать все мои слова и строить свои теории, — холодно сказал Шэнь Цинцю даже не переводя взгляд на своего шиди. — Цзи Цинву не считается.       — Ты выглядишь больно спокойным, с чего бы это? — недоверчиво сказал Цинхуа, рассматривая буквально каменное лицо рядом идущего.       Но вдруг его взгляд ухватился за небольшую подвеску на шее лорда Цинцзин в виде феникса. Шэнь одевает её только в двух случаях, первый — он собирается в ближайшее время на встречу со своим благоверным, а второй — он только вернулся с неё и ещё тоскует. Но так как последние несколько месяцев Шэнь вообще не покидал секту, можно понять, что он уже этой ночью свалит за горизонт.       На лице Шан Цинхуа расцвела предвкушающая ухмылка.       — Оу, неужели знаменитый холодный и отстранённый стратег Цанцюн собирается на свидани-       Не успел Шан договорить, как веер неожиданно закрыл его рот. Посмотрев в нефритовые глаза, которые были готовы прожечь в нём дыру, лорд Аньдин поднял руки в знаке «сдаюсь».       — Только посмей ещё раз об этом заговорить где попало! Я натравлю своих на Сяньшу, они изуродуют все ткани этих «фей», и ты будешь вынужден опять выслушивать лекции Ци Цинци о том, как отличить один оттенок пурпурного от другого.       Закончив свой монолог, Шэнь Цинцю продолжил идти из главного здания Цюндина ускоренным шагом. Всё же ему нужно сделать ещё немало работы перед тем, как вылететь на место встречи.

***

      Честное слово, он готов сейчас же сжечь все эти бумаги вместе с самой сектой. Такое ощущение, что ему принесли все бумаги не только Цанцюна, но и дворца Хуаньхуа в придачу. Шэню страшно представить, что сейчас происходит на Аньдине. Он не удивится если «неожиданно» в Цанцюн вторгнутся, допустим, северные демоны, и очевидно, что не из-за одной крысы, которая во снах видит только то, как весь мир горит, а он отдыхает в объятиях своего демона.       — Как так получилось, что он — заклинатель — чаще видится с демоном королевских кровей, чем я отправляю письма своему мужу?! Может мне тоже стоило стать каким-нибудь двойным агентом?       Возмущению Шэнь Цинцю не было предела. Серьёзно, он впахивает как собака, а в благодарность получает обвинения во всех грехах мира! У него даже нет времени нормально поесть и поспать, что тут говорить о личной жизни? Которая у него, между прочем, была не хилая. Брак с самым красивыми и сильным мужчиной во всей Поднебесной на секунду!       Неизвестно какие высшие силы вмешались, но прямо перед тем, как Цинцю начал крушить свой кабинет, в самом тёмном углу комнаты начала сгущаться тьма, из которой вышла пушистая посланница. Чёрная теневая кошка с белой звездой во лбу кардинально поменяла настроение Шэня. Гордый и высокомерный лорд Цинцзин подбежал к духовному животному, и упав на колени, трепетно снял с ошейника кошки небольшую записку.       «Через две палочки благовоний. Заброшенный храм у обрыва. Жду» — всё, что было написано на небольшом кусочке бумаги.       Неужели они наконец-то встретятся после трёх месяцев разлуки? За это время они планировали минимум четыре встречи, но все они обрывались из-за неожиданных обстоятельств как у Шэня, так и у Лю. На самом деле Цзю даже не надеялся, что в этот раз всё получится.       Быстро встав на ноги, Шэнь Цзю направился в свою комнату. У него совсем мало времени, нужно как можно быстрее собраться и вылететь на место назначения. Пока мужчина натягивал практичные чёрно-синие одежды, периодически путаясь в них, кошка зашла в его комнату и запрыгнула на большую кровать, где свернувшись на подушке спала белая змея. Почувствовав вторжение в свою территорию, она лениво открыла алые глаза. Поняв, что на неё обратили внимание, кошка начала радостно мяукать и крутиться вокруг ничего не понимающей змеи.       — Хэй, не донимай Тинлите, она сегодня перемёрзла, так что останется дома, — сказал Шэнь, завязывая волосы в простой низкий хвост, но с их внушительной длиной даже такая простоя причёска выглядела невероятно. В завершение образа он надел доули с чёрной вуалью, после чего посмотрел на уже подошедшую к нему Хэй и сказал: — Пошли, не будем заставлять этого грубияна ждать.

***

      Сияющие глаза цвета тёмной стали рассеяно смотрели вдаль, отчаянно высматривая знакомый силуэт на белом мече. Лю Цингэ прекрасно понимал, что слишком поздно написал Шэню, но он сам до последнего не знал получится ли ему прибыть сюда на встречу. Кто бы что не говорил, но даже свободные странствующие заклинатели могут быть заняты.       Закрыв глаза, Лю Цингэ откинулся назад и лёг на мягкую траву. В голове начали всплывать воспоминания шестнадцатилетней давности — ему 17 лет, он отправился на одиночную охоту, и в тот момент, когда он почти догнал этого зверя, того насквозь пронзил белый меч, сияющий в свете луны. Юный Лю Цингэ увидел двух адептов заклинательской школы Цанцюн. Первых, низкий и похожий на крысу, прятался за владельцем того самого белого меча. Сейчас вспоминая это на лице Лю появляется улыбка, но прошлый он явно не посчитал эту ситуацию забавной, и начал кричать и даже направил меч на явно недовольного ситуацией юношу.       — Юношу… Нет, он однозначно выглядел как какая-то фея бамбука или дух гор, а не как обычный смертный.       Кто бы подумал, что после первого, и не очень приятного, знакомства они буду постоянно встречать друг друга в самых разнообразных местах — на охоте, заклинательских мероприятиях, праздниках, заданиях или просто в каких-то городках. Ещё страннее было то, что в половине этих случаев с Шэнь Цзю была эта крыса по имени Шан Цинхуа. И как бы Лю Цингэ недолюбливал этого мелкого манипулятора, скрывающегося за маской обычного труса, но именно он годами помогал в развитии их отношений, а потом вообще покрывал их. Именно с Шан Цинхуа Лю Цингэ говорил о том, как попросить у Шэнь Цзю руку и сердце.       — До сих пор помню нашу свадьбу.       На лице Цингэ появилась улыбка настоящего наслаждения. Как же ему пове-       — Чего это ты так лыбишься? — раздался голос сверху.       Открыв глаза, Лю Цингэ увидел стоящего над ним Шэнь Цзю. На его лице было выражение абсолютного раздражения и даже возмущения.       Тихо хмыкнув, Лю Цингэ быстро поднялся на ноги и стал лицом к своему супругу. Его взгляд устремился в нефритовую долину глаз, ставших такими родными и любимыми, что аж сердце сжимает только о мысли о них.       — Вспоминал, как Шан Цинхуа советовал мне флиртовать с тобой, чтобы привлечь твоё внимание.       — Господи, не напоминай… Это было самое странное, что происходило со мной. — Достав из рукава обычный тёмный веер, Шэнь прикрыл нижнюю половину лица, чтобы Лю не увидел его краснеющие щёки. — Мне гораздо больше нравилось, когда ты приносил мне какие-то редкие растения, которые я хотел изучить. У меня до сих пор в комнате какая-то цветочная галерея.       — В смысле «приносил»? Я до сих пор это делаю! Как раз недавно узнал несколько мест, в которых я могу найти змеиную лилию. Ты о ней говорил при нашей прошлой встрече. — Возможно со стороны это выглядело так, как будто он хвастался, но на самом деле подобные подарки — одни из его главных способов показать свои чувства, и Шэнь Цзю уже давно это понял.       Не сумев сдержать улыбку, Цзю даже прыснул со смеху. Но разве можно его винить? У него такой дурной, но искренний муж! На самом деле это то, чего так не хватало Шэню на протяжении всей жизни — простоты и любви, и Лю спокойно даёт это ему в тройном размере. А вот думать Цзю мог спокойно за их двоих, это не проблема.       Лю Цингэ с недоумением смотрел на Шэня, пытаясь понять, чего такого он сказал. И увидев яростный мыслительный процесс в черепной коробке этого дикаря, Цзю решил спасти его от перенагрузки. Сложив веер, он ткнул им Лю Цингэ в нос, на что получил недовольный взгляд.       — Не смотри так на меня, дикарь, я просто спас твою систему от поломки. Тебе вредно думать. — На лице появилась классическая ехидная улыбка Шэнь Цинцю, с которой он выводил из себя Вэй Цинвэя, подкидывал крысе дополнительную работу, и наблюдал, как репутация Старого Главы Дворца падала в грязь.       — Я хочу тебя ударить.       — Я не против, только сделай это достаточно сильно, чтобы вырубить меня. Уже хрен знает сколько нормально не спал, — на удивление беззаботно ответил Шэнь Цзю, пряча веер в рукав.       Услышав это, Лю Цингэ наконец-то обратил внимание на чересчур бледный цвет лица и немного исхудавшее тело, что было видно даже под несколькими слоями одежды. Недовольство окрасило лицо мужчины, а руки непроизвольно сжались в кулаки.       — Ты выглядишь как живой труп, что они там с тобой делают? Заставляют выполнять всю работу Аньдина?       — Можно и так сказать. Честно говоря, за последнее время мысль инициировать собственную смерть и свалить в закат становится всё привлекательнее. Как думаешь, они достаточно тупые, чтобы поверить, что меня убил какой-то левый демон на задании? Или что я перепутал чай с самым опасным для заклинателей ядом?       — Большинство — может быть, но думаю Му Цинфана и Шан Цинхуа не стоит сравнивать с другими лордами, их интеллект явно выше, — сказал Лю Цингэ, попутно доставая из мешочка цянькунь свёрток с парой баоцзы. Протянув его Шэню, мужчина наблюдал как тот начал буквально запихивать булочку за обе щёки. В этот момент Шэнь выглядел не как утончённый учёный аристократ, а как давнишний подросток, которому удавалось нормально поесть раз в несколько дней.       — Ой, да они сами мечтают об этом каждый день, так что и слова не скажут, — невнятно пробормотал Цзю, продолжая жевать свежий баоцзы. Похоже Лю Цингэ купил их прямо перед встречей, зная, что Шэнь Цзю придёт голодным. Ах, какой же у него внимательный муж!       Пока Шэнь наслаждался едой и летал в мыслях, Цингэ просто смотрел влюблёнными глазами на своего супруга. Вот уже как четырнадцать лет прошло с того момента, как юный Лю Цингэ, краснея, предложил им связать себя узами брака. Четырнадцать лет назад они сделали три поклона в том самом заброшенном храме, который принадлежал какому-то наследному принцу, как сказал Шэнь.       Да, в мире толком никто, кроме нескольких членов ордена Лю и Шан Цинхуа, не знал про отношения таких известных личностей, но не сказать, что это сильно волновало супругов. Они больше ценили тихие встречи под луной и редкие ночи в поместье Лю, а не громкие признания на глазах у толпы.