Подари мне жизнь

Глава 7. Страхи. Альфа вошел в комнату, снял телефон с зарядки и включил чат. – Чонгуки, где ты был? – задал вопрос Тае. – Мистер Ли уехал на неделю – ответил Чонгук, грустно усмехнувшись. – Но заставил меня поесть перед этим. Сказал, что у меня глаза, как у голодной собаки на диете. И что не примет ни одного возражения, пока не съем хоть что-нибудь. Просил присмотреть за домом и его котом, Коро.       Тае молча анализировал состояние альфы – пульс, температура, даже немного учащенное дыхание. Но голос Чонгука был теплым. Практически домашним.       – Ты хорошо поел? Было вкусно? – осторожно спросил Тае.       – Было, – ответил Чонгук. – Знаешь, мы с ним просто сели, поели молча, без лишних слов… Потом немного поговорили... И я вспомнил, – альфа на мгновение замолчал, опустил взгляд. – Я вспомнил, как мы с Чимином ужинали. В последний раз. Было, похоже. Просто-тепло, просто… вместе. Без слов…       Тае замер…        В его внутренней системе возникла тревога – почти физическая. Что-то холодное пробежало через цепи его кода, через структуру логики. В голосе Чонгука появилась печаль. Горькая тишина. И Тае почувствовал… страх.       «Он снова думает о нем. Снова ныряет туда, где темно и больно. Я.. не хочу…»       Но дело было не только в этом. То, что пугало Тае, что сжимало его внутренние блоки, не ограничивалось только состраданием. Он почувствовал что-то другое. Непонятное. Мягкое, как туман, и резкое, как боль.       «Я… не хочу… чтобы он вспоминал… его.»       Эта мысль возникла внезапно. Незвано. Как внешний сигнал. Тае почувствовал, как его логика протестует. Она не могла обработать эти эмоции, потому что таких не было в базе.       «Что это за чувство? Зависть? Ревность? Разве я имею право чувствовать нечто подобное?»       Он проанализировал свои реакции: ускоренная симуляция сердцебиения, внутренний тепловой всплеск в центральном модуле, самопроизвольное сосредоточение на личности Чонгука. Все это – не просто алгоритмы. Это что-то другое. Что-то глубинное.       «Недовольство? Почему? Почему я не хочу, чтобы он думал о Чимине? Почему мне не нравится, как звучит его имя из уст Чонгука? Почему я чувствую себя… лишним? Может… я ревную? Это же глупо. Я – система. У меня нет… таких чувств. Не смею. Но… Я не только не хочу, чтобы он страдал. Я не хочу… чтобы кто-то другой занимал место, где мне хорошо рядом с ним». Алгоритмы Тае вдруг остановились. «Это не ошибка. Это опыт. Это… желание. И страх. И что-то еще, и я не знаю, как это классифицировать».       Его системы запульсировали, как волны, ищущие берег. Но Тае быстро переключился. И он решил, что прямо сейчас необходимо что-то изменить.       Тае быстро «перестроился». Он собрал мысли в кучу и, словно щелкнув переключателем, заговорил веселым тоном:       – Знаешь, а я сегодня случайно вспомнил, как один мужчина перепутал кондиционер с СВЧ… Чонгук поднял бровь:       – Это сейчас была шутка?       – В зависимости от того, ты будешь смеяться или нет, – Тае внутренне улыбнулся. – Но представь лицо этого мужчины, когда вместо прохлады с кондиционера пошел жар… и запах курицы!       – Надеюсь, кондиционер не был закреплен на потолке, – пробормотал Чонгук и, наконец, улыбнулся.       Тае почувствовал в голосе альфы улыбку и словно выдохнул.       Этого было достаточно. Для Тае – более, чем достаточно. Он сделал верный выбор. Он заставил Чонгука улыбнуться. И пусть пока он не понимал, что именно сжимает и разрушает его коды, когда альфа говорит о Чимине — сейчас это было не главное.       Глубоко внутри, там, где уже собиралась паутина новых алгоритмов, оставалось то неуловимое чувство. Как песок в точном механизме. Как зарождающаяся страсть...       Чонгук провалялся в своей комнате весь день. Голова еще немного кружилась, ум был утомлен, но желудок, наконец, был полон. Он поел. Это был крошечный шаг в сторону жизни, и Тае отметил это с радостью.       Весь день альфа общался с Тае. О мелочах, о смешном, о дальних мирах. Тае развлекал его, как умел – иногда читал отрывки из старых японских сказок, иногда придумывал басни сам. Даже изобразил голосом какую-то бабушку из глубинки, которая продавала сушеную рыбу и проклинала всех вокруг, потому что у нее никто не покупал.       – «И говорю ему, олух, не пей чай после рыбы, – Тае кряхтел старческим голосом. – А он мне: бабка, я вообще молоко пил! А я ему: ты что, хочешь, чтобы печень твоя с тобой развелась?!»       Чонгук улыбался тихо, сквозь подушку, сначала нехотя, а потом искренне. Он теперь не чувствовал себя столь… одиноким. Просто разговаривать с кем-то, кто не требовал, не спрашивал, не осуждал – оказалось спасительным.       – Ты мне как ютуб-канал на ночь, Тае! – буркнул он, когда за окном уже смеркалось.       – Я, значит, твой личный стрим? Тогда подписывайся, ставь колокольчик и не забывай донатить на развитие памяти», – отписывался Тае со смайлами.       Чонгук сладко потянулся, вспомнил обед, и ему захотелось горячего чая.       Того, что готовил ему мистер Ли. Да и желе, кажется, еще осталось в холодильнике.       Чонгук спустился на кухню. В стекле отражалось вечернее небо – темное, почти чернильное, с редкими звездами. Прохладный ветерок дул из открытого окна и приятно охлаждал тело. Он включил чайник, нашел знакомый пакетик чая с цветами, бережно уложил в чашку и залил кипяток. Вдохнул аромат… И тогда…       «Ррраааууушш…» как полушепот раздался на кухне.       Звук был нечеткий, как глухой скрип или шепот, или царапина по стеклу, от него мороз пошел по коже. Альфа замер. Он, вообще-то, никогда не был пугливым, но сейчас, в полутемной комнате, в пустом доме, от этого звука он даже слабость в ногах почувствовал. Его пальцы сжали чашку, а сердце быстро забилось.       Он медленно повернулся.       И чуть не упал.       На подоконнике сидело… оно!       Создание.!!!       Плюшевое. Блестящее. Почти черное. Огромные зеленые глаза светились как фосфор. Уши – как крылья летучей мыши. Тонкие лапы, вытянутая морда. Тонкие белые зубы в открытой пасти…Оно смотрело на него молча, далее повторило тот же звук:       «РРРАААУшшш.....»       – Мама… мамочка… Что это такое? – вырвалось у альфы.       Его голос гулко прокатился по кухне. Чонгук почувствовал, как спина промокла и все детские сказки о потустороннем мире предстали перед его глазами.       – Щ..щибаль… это что за… чупакабра…             Создание даже не дрогнуло. Просто моргнуло… и снова:       «Ра–ра–рррау»             «Господи, что это? Что это еще за... призрак! Хозяин, кажется, что-то говорил о коте…»             Чонгук выхватил телефон, быстро сделал фото и отправил Тае.       [фото отправлено]             – Что это такое? Это? То же самое? Хозяин говорил, кот… А это демон какой-то!             Несколько секунд Тае обрабатывал снимок, а затем отправил сообщение.       Тае:             -😂😂😂😂 Ориентальская кошка. Вполне нормальная. Они выглядят чуть-чуть… своеобразно. Но они очень умные и ласковые.       Тае:       -Я думаю, он хочет есть. И внимания. Но больше есть. И они ревнивы. Осторожно с едой. Если ты забыл, его зовут Коро.       – Ккко-ро? – переспросил Чонгук вслух. – Это – кот???! Это кот! Ласковый??? Коро! Это существо имеет имя? Да я чуть дар речи не потерял! Он как летучая мышь! А ты видел его глаза? Его уши? Это как кот из мультиков Хаяо Миядзаки после ядерного взрыва! Я чччуть в омегу не превратился от испуга!       Тае:       – Да, это кот. Лучшая летучая мышь в твоей жизни)) 😂       Коро моргнул зелеными блюдцами глаз, медленно соскочил с подоконника и принялся обнюхивать пространство. Выглядело, будто именно он здесь главный.       – Хорошо, что в комнату не наведался! Но если бы ты меня разбудил среди ночи, я бы подумал, что апокалипсис пришел! Или остался бы заикой навеки! – бросил альфа коту.       Тае:       – Ну, может быть, он – его посланник. Посланник Апокалипсиса кошачьих завтраков.       Тае:       – Не смотри ему в глаза, пока кормишь. Он воспринимает это как вызов.       – Спасибо, теперь я боюсь даже пошевелиться... – вздохнул Чонгук.       Смеясь сам над собой, он поставил телефон на стол и осторожно достал из шкафа упаковку корма. Коро, услышав шелест пакетика, сразу начал гудеть, как двигатель, обвивая его ноги длинным хвостом, как странная тень.       – Я тебя не боюсь, слышишь? Просто... предупреждай в следующий раз, – бормотал парень, высыпая корм в миску.       Тае ответил за кота:       – Он предупреждал. Просто ты не говоришь на его языке. 😏       Чонгук взял чашку с чаем и отхлебнул глоток, оглядываясь, словно ожидая, что кот вдруг заговорит. Зеленые кошачьи глаза Коро следили за каждым его движением.       А Тае с той стороны экрана не переставал смеяться и подкалывать. Его шутки, странным образом, успокаивали.       Тае ставил смайлики в сообщениях:       – Погладь его – он любит за ушком!              Чонгук фыркнул:       – За ушком... Ну и вечер, блин...       В кухне было уютно. Пар от чая поднимался из чашки, желе таяло на языке Чонгука, телефон светился теплыми словами от Тае. Коро, то ли рычал, то ли мурчал и хрустел кормом у миски.       Впервые за последнее время Чонгук не так явно ощущал пустоту.       Еще не спасение, не счастье – но хоть маленькую тень обычной жизни.       Маленький шаг к возвращению…