Страху.net

У Чимина получилось отвлечься от тревоги и мыслей о своем бывшем. Он просто расслабился на коленях своего альфы и глаза прикрыл, словно засыпает, но на деле наслаждается вечерним, свежим воздухом и объятиями своего альфы. Юнги все еще полыхает изнутри, но этого явно показывать не будет.  Чимин не мягкотелый конечно, но нервничать ему лишний раз точно не стоит. Тот остро реагирует на тему прошлых отношений, так что это все лучше умолчать и опустить, нежели дать Паку и дальше загоняться.  Тэхен в свою очередь расслабиться не может, он хочет понять, что у Чонгука и Юнги за секреты такие? Что произошло?  Тэ еще пару раз просит Чонгука рассказать об этом, говорил, что волнуется, а Чон ответил, что это не тема для переживаний и сейчас все хорошо, они придут домой и Чонгук обязательно поделится. Ему и самому легче будет, если он Тэ расскажет.  Даже не заметно, как быстро пролетает время, на улице уже двенадцатый час ночи. Чонгук пару раз уходил покурить с Юнги, к ним присоединился Хосок, что только недавно вышел, и он тоже узнал, что произошло. Хосок за вечер улыбнулся всего пару раз после информации, что услышал, а это для него противоестественно. Он тоже загнался на эту тему, да и не только на эту, впрочем.  Они с Ильнамом немного повздорили и Хосок вышел во двор чтобы остыть, у них это редко, но метко, как говорится.  Поссорились вообще из-за бреда, Иль слегка приревновал к одному из омег в компании, Хосок же предъявы не понял и потребовал объяснить, а Ильнам потребовал держаться от него по дальше. Так слово за слово и поспорили, Ильнам в последнее время слишком часто загоняется из-за херни откровенной. Они стали ссориться чаще, тот часто дуется и обижается, а Хосоку этого просто не понять. Кто подменил его омегу? Что с ним стало?  Не сказать, что это все заставляет Хосока усомниться в себе или своих чувствах, вообще нет, он был готов к трудностям, но все же. Ощущение, словно судьба его на выдержку проверяет, а его судьба - Иль.  Хосок вышел совсем не на долго, сейчас просто с Чимином болтает, а тот советует, как поступить. Он предположил, что у Иля скоро может быть течка и тому нужно просто немного подождать, а Чон поблагодарил за эту мысль и скоро отправился в магазин за вкусняшками.  Тэхен все время сидел на коленях Чонгука, а последние минут сорок положил голову ему на плечо. Он уснул на нем буквально, хотя они вроде достаточно поздно проснулись. Чонгук в обычном тоне говорил с друзьями, пока те не указали на Тэ и не подвели указательный палец к губам, Ким то спит.  Чонгук сразу закончил разговор, ему надо Тэ разбудить и домой отвести, а еще они покушать хотели. В круглосуточный они явно не пойдут, доставки не работают, как быть?  — Тэ,— Зовёт тихо Чонгук, прижимая омегу ближе к себе, а тот глаза приоткрывает и мычит вопросительно.  — Ты уснул. Может, обратно ко мне сегодня вернемся? У меня дома еще есть еда, а сегодня мы уже ничего не купим, покушаем, поспим и завтра утром к тебе, ладно? — Предлагает такой вариант Чон, а Ким медленно кивает, да, так будет лучше.  Тэхен еле-еле слезает с Чонгука, да и не хотелось ему, тот же теплый, а на улице уже прохладно. Ким обнимает Чимина и дает кулачок Юнги с Хосоком, после и остальным парням. Чон закидывает рюкзак омеги себе на плечо и берет его за ручку, после уже со всеми прощается. Идти им явно не далеко, а у Тэ прямо глаза слипаются.  — Даже есть не хочется, только спать,— Вздыхает тяжело омега, прикрывая глаза.  — Так что там случилось у Юнги? Ты обещал мне рассказать,— Напоминает вдруг Тэхен, оживляясь.  — Обещал,— Кивает альфа.  — Он рассказал, что сегодня поднял руку вверх, а Чимин испугался. Если очень коротко, то Юнги узнал, что бывший Чимина бил его, и это происходило часто. Теперь Юнги требует адрес того урода, но Чимин об этом знать не должен,— Пожимает плечами Чон, смотря на омегу.  — Вот же сукин сын. Пусть Юнги напинает ему, он заслуживает,— Хмурится Ким, а Чон отрицательно кивает.  — Олененок, ты не понимаешь. Юнги кажется тебе достаточно спокойным парнем, пускай и грубоватым. Тут затронули его омегу, а для него в жизни ничего важнее нет. Если он пойдёт, то он не просто напинает, он этого урода убить может. Меньше всего я хочу, чтобы мой друг получил срок из-за какого-то мудака,— Отрицательно кивает снова, думая об этом. Ким понимающе кивает.  — А чтобы ты сделал, если бы у меня был такой бывший? — Интересуется парень, смотря на альфу, а тот даже напрягается. А что если Тэ просто не поведал о таком в его жизни? Что если он тоже на чертового урода наткнулся? — Но такого не было,— Сразу исправляется парень.  — И никогда не будет. Пожалуй, я поступил бы так же, как и Юнги. Но тебе пришлось бы ждать меня из тюрьмы,— Усмехается Чон, поправляя лямку рюкзака. Тэхен бы явно дождался. Это то, что появляется в голове обоих. Тэхен бы ждал Чонгука, он бы заботился обо всем сам, но ждал бы. Чонгук готов пойти ради него на всё, а Ким не имеет права поступить как-то по другому.  — Надеюсь, Ильнам с Хосоком не сильно поругаются. Они выглядят хорошей парочкой,— Дует губы Ким, смотря на дом Чона, к которому они уже подходят.  — Вообще не думай об этом. Они столько раз ругались и столько раз сходились, что ужас. У них это каждые три месяца, перед течкой Ильнама, тот очень эмоциональный становится и его даже то, что Хосок просто сидит, может из себя вывести,— Усмехается Чон, ведь был свидетелем одной из перепалок. Это было правда очень смешно, и Чонгук не сдерживал улыбки. Его и Хосока гоняли по дому кухонным полотенцем, а потом остальные из компании их подкалывали.  Парни спокойно заходят домой, Тэ сразу уходит переодеваться, а Чонгук моет руки и раскладывает еду по тарелкам, разогревая. Тэ явно о своем голоде не думает, зато Чонгук думает о его голоде. Спать на голодный желудок так себе, да и он заметил, что если Тэхен не ест вечером, то ему кошмары начинают сниться. Он может хныкать и ворочаться во сне, а Чонгук мягко будит его и говорит, что все хорошо.  Тэ возвращается совсем скоро, падает на стул на кухне как мешок с картошкой и вздыхает тяжело, кладя голову на стол.  Он смотрит на Чонгука, который решил сделать еще и салатик, стоя спиной к нему. Он губы дует и очерчивает взглядом фигуру альфы. Тот правда идеален для него, он его идеальный типаж, хотя изначально он бы так не подумал. Ким только думал, что ему нравятся спокойные и размеренные альфы, явно нет. Ему нужен веселый, придурковатый, смелый, иногда грубоватый, но такой родной, Чонгук. Он уже не представляет себя ни с кем, кроме как с ним.  Каждый раз плечи Чона сводят его с ума. Каждый раз, когда альфа просто переодевается или снимает футболку - он сходит с ума. Тела хочется касаться, наслаждаться и упиваться им, хочется вдыхать его аромат, хочется ближе, хочется осмелеть и раздеться перед тем. Он хочет довериться настолько, насколько это возможно, а оголиться - высшая степень доверия для него.  — Я прямо ощущаю как ты меня взглядом прожигаешь,— Смеется Чон, оборачиваясь на него, а Тэ неловко улыбается.  — Извини, просто ты очень красивый,— Смеется Тэ, смотря на мягкую улыбку Чонгука.  — И слышу я это от самого прекрасного омеги которого я в жизни встречал,— Удивляется альфа, смотря так же на него, а после сам подходит и чмокает в губы, снова после этого возвращаясь к помидоркам.  — Чонгук,— Зовёт омега, а после слышит тихое мычание, тот хочет по скорее закончить с салатом и приступить к очень позднему ужину, потому вновь не поворачивается. — Я слышал, что если в отношениях альфы долго не получают… близости? То они в общем начинают засматриваться на других, потому что этого всего требует их организм. У нас ведь ничего не было,— Тэхену и продолжать не надо, Чонгук уже бровью вскидывает и на него шокировано смотрит. Тэхен хотел бы этого с Чонгуком, но ему пока не хватает смелости. Ему нужно еще немного времени, чтобы смочь себя пересилить в этом. Он даже не понимает, что в таком деле не нужно себя пересиливать. Не сказать, что он этого всего боится, скорее боится, что окажется худшим из тех, с кем был Чон до него.  — Тэ, это бред,— Отрицательно кивает головой Чон.  — Ты самый привлекательный и притягательный омега, которого я знаю, а других я и знать не хочу. Если тебя заботит это всё так сильно, то нет, другие меня не интересуют и интересовать не будут. Я просто дождусь, пока ты будешь готов к чему-то большему, чем есть сейчас,— Спокойно отвечает Чон, повернувшись к нему.  — Почему у других по другому? Может, я не так сильно привлекаю внимание в таком плане? — Вдруг спрашивает омега, тема интересная, обсудить хочется, а вот Чон ну очень недовольно выглядит.  — У других по другому потому что им лишь бы трахнуться, не важно с кем и при каких обстоятельствах, а если ты еще хоть раз задумаешься о том, что ты менее привлекательный, то я покажу тебе наглядно, насколько сильно ты меня привлекаешь, понял? — Фыркает Чонгук, а сам видит довольную улыбку своего омеги, который безумно рад слышать, что с ним всё нормально и это в порядке вещей. Он кивает альфе, да, понял.  — Прямо тебе скажу: Да, я хочу тебя, и да, я буду ждать пока ты будешь готов. Хочешь подробностей? Мое главное желание - усадить тебя на свое лицо, и всю твою течку я думал только об этом, но пришлось отвлекаться, чтобы ты чувствовал себя в безопасности и не переживал. Секс - это не о животном желании, это о любви, об очень сильной любви и готовности бесконечно ждать. У нас любовь, и я буду ждать, — Чонгук хочет на пальцах показать, насколько сильно Тэхен его интересует, и ему все равно на радеющие щеки того, и на то, как он закрывает их руками.  — Я люблю тебя, так что уж скажи мне, как будешь готов,— Так же смотрит Чон, а Ким лишь кивает, продолжая закрывать лицо руками. Тэхен хочет, но решиться на такое не может. Он всю течку лип к Чонгуку и даже не задумался о том, как много сил он прилагает чтобы просто не сорваться. Только сейчас, думая о течке и анализируя свои действия в нее, он понимает. Если бы Чонгук хотел воспользоваться - он бы легко это организовал, но он сидел рядом с ним как сторожевой пес и охранял даже от ночных кошмаров, чего уж говорить об остальных альфах.  — Я хочу, но боюсь,— Шепчет омега, снова кладя голову на стол и смотрит на альфу.  — Почему боишься? — Дует губы уже Гук, перемешивая салат. Ему правда интересно, что у Тэ такого в голове что он правда боится близости. — Не знаю… Думаю, дело в моей неуверенности. Я до сих пор перед тобой переодеться не могу, о чем тут говорить? Я боюсь, что могу быть каким-то не таким и что тебе не понравится со мной,— Шепчет омега, смотря тому в спину, а тот оборачивается и ставит на стол салат.  — Тэ, ты правда зря переживаешь. Мне нравится твоя фигура больше всего на свете, а по поводу быть каким-то не таким… Что ты вообще имеешь в виду? Я тоже отличаюсь в сексе и в обычном разговоре, а если бы меня не привлекали омеги во время секса, я бы и не занимался им, понимаешь? — Тише говорит Чон, зарываясь пальцами в волосы омеги, мягко поглаживая. — Все будет хорошо, можем сделать всё, как понравится тебе,— Пожимает плечами Чон, смотря тому в глаза. Они говорят об этом как о чем-то будничном, и разговор на такую тему совсем не подразумевает то, что сегодня будет что-то. Чонгук нормально относится к такому, ему важнее чувства Тэхена, нежели свое желание потрахаться.  — Тогда я хотел бы в темноте,— Размышляет Тэ, а Гук кивает. Это нормальная практика, они явно оба справятся, да и Чонгук быстро адаптируется в темноте, так что он минусов не видит.  — Может, еще какие-нибудь предпочтения? — Интересуется Чон, а Тэхен губы дует, пока альфа на стол тарелки расставляет. Он убирает голову со стола и подпирает её кулачком, переводя взгляд на того.  — Пока не знаю, но скажу тебе, если что-нибудь придумаю,— Кивает омега, смотря на сильные руки альфы, что раскладывают столовые приборы. Тэхен начинает кушать сразу, аппетит все же разгулялся, хотя он по прежнему клюет носом. Уже ближе к двум, чем к часу ночи, завтра они явно будут спать долго. Чонгука почти все устраивает, главное - чтобы Тэхен сыт был. Тот бы и так спать завалится, только вот среди ночи его в слезах разбудит и попросит обнять, ведь опять приснится какой-нибудь апокалипсис.  Тэхен достаточно быстро съедает всю порцию которую ему рассчитал Чонгук, а рассчитал он по больше, и после еще подъел вкусный салат. Чон хоть и устал, но понял, что оставлять посуду до завтра он не хочет.  Не было и мысли попросить Тэхена помыть её, он сам все собрал и мыл, а Тэхен вновь положил голову на стол, но в этот раз уже уснул. Чонгук даже что-то говорил, пытаясь что-то рассказать, но в итоге, говорил сам с собой, и понял это, когда обернулся на омегу. Тот тихонько посапывал, положив голову на руки, чтобы мягче было. Он бы и на той лавочке на улице точно уснул.  Чонгук тихонько вздыхает и убирает посуду по местам, а после уже подходит к Тэ, вытерев перед этим руки. Он аккуратно поднимает его на руки как принцессу, а тот обнимает шею руками, дыша ему в плечо и переспрашивая, говорил ли он что-то, а Чонгук отвечает отрицанием, не хочет будить его разум. Он сразу укладывает Тэхена на его половину кровати, а после укрывает одеялом. Сам же, так и не переодетый, сразу скидывает с себя футболку и кладет на стул, а после переодевается, не замечая, как за ним через силу из под полу-закрытых глаз наблюдает омега.  — Красивый такой,— Лепечет омега, смотря на того, а Чон усмехается, специально убирая домашнюю футболку обратно. Он переодевает только штаны на шорты, а после укладывается к нему.  Тэ сразу кладет голову тому на плечо, а ладонь кладет на торс, пальчиками иногда слегка нажимая и оглаживая. Чонгук на это лишь улыбается, знает, что и зачем делает омега, но ничего не говорит, ведь тот почти уснул.  Чон мягко оглаживает спину омеги и утыкается носом ему в макушку, тихо дыша в нее, сам в скоре и засыпает.  Следующий день - последний выходной перед учебой, на которой Тэхен, например, не был почти две недели. Преподаватели понимающие, повезло, да и он с самого утра сидит за тетрадью, которую ему передал заботливый Чимин. Чонгук же просто поглядывает на него, у него нет ни малейшего желания отпускать омегу домой. Он хочет, чтобы тот остался в его квартире как полноценная пара. По быту они сходятся: Чонгук больше к готовке, Тэхен к уборке, этим все и завершается. Чонгук знает, что скоро их должны навестить родители омеги, ведь тот самый пацанчик с района стал более чем полноправным альфой их сына.  Отец омеги любит коньяк, а папа ромашки. Чонгук уже подбирает подходяще магазины, а по поводу коньяка советуется с Юнги, тот любит выпить крепкий алкоголь во время работы над музыкой, он то точно разбирается. Конечно, коньяк вещь не дешевая, но хорошее впечатление произвести надо.  Чонгук без конца переписывается с Юнги, уточняя, точно ли тот или другой алкоголь хорош и чем, а Мин ему подробно расписывает.  — Что делаешь? — Рядом внезапно падает Тэхен, а Чонгук его и не заметил даже, от чего вздрогнул. Так сильно был заинтересован.  — Юнги советует коньяк,— Бубнит Чон, показывая картинки которые старший скинул.  — Ты напиться решил? Он же крепкий очень,— По началу не понимает Тэ, ведь о напитке Чон спрашивал еще в начале недели.  — Это отцу твоему,— Бурчит альфа, рассматривая фотографии.  — Я у отца вот этот видел,— Он мотает чуть выше и нажимает на фото. — Он рассказывал, что когда он служил, они постоянно его пили. Он не самый дорогой, но он навевает воспоминания, все дела,— Пожимает плечами омега, ведь это как памятная вещь, а Чон чмокает того в лоб и пишет Мину «Все, я выбрал». Среди дня ребята отправляются к Тэхену. Попутно они встречают пару ребят, те зовут их погулять сегодня, а Тэ сразу отказывает, завтра на учебу, надо подготовиться. Те понятливо кивают, Чонгука о присутствии и спрашивать не приходится, он кивает на слова Тэ, его тоже не будет.  Чон взял с собой вещи на переодеться, даже щетку зубную и бритву прихватил на всякий случай.  Дома Тэхен выкинул половину своего холодильника, а точнее, практически все. Запах стоял неимоверный, а Чон скорее пошел выносить мусор, а после и в магазин отправился. Тэхен полностью доверяет Чонгуку вопрос еды, тот сам решит, что они будут есть, а Тэхен не привередливый. С Чоном любую еду любить начинаешь, ведь главное - уметь готовить.  Тэхен занимался уборкой и попутно созванивался с папой, рядом был отец. Те расспрашивали, не обижает ли его там этот альфа, все ли хорошо, как он себя чувствует, как учеба. Тэхен рассказывал обо всем, и о Чонгуке тоже. Они созванивались по фейс тайму, Тэхен не мог перестать улыбаться, когда говорил о Чонгуке, он сказал папе, что тот просто нереальный и им точно нужно попробовать его еду.  Завалил комплиментами и не заметил Чонгука, который вообще-то стоял и подслушивал. Родители, а точнее папа, просто сиял от эмоций, с которыми сын говорил о том мальчике.  Изначально тот говорил о нем так, словно тот просто прилипчивый и просто его раздражает, а сейчас в глазах чуть ли сердечки не отображаются. Отец слушает с нахмуренными бровями, он все еще не верит в эту сказку и ему необходимо самому все проверить и познакомиться с этим альфой.  Он слишком волнуется за своего сына, он наслышан о том, как чаще всего проходят отношения с парнями из группировок… хотя нет, даже не так. Он знает, как проходят отношения с парнями из группировок. Папе Тэхена тоже крупно повезло с отцом омеги, тот бросил буквально все и остался со своим омегой. Он бросил всех, ушел ото всюду, ухаживал за омегой, а после стал его мужем и ждал с ним появления единственного и такого любимого сына. Конечно, в Чонгука верить ему хочется, но одна жалоба на него - и отец приедет разбираться с ним.  — Он правда очень хороший. Красивый, сильный, мужественный, очень добрый и заботливый. Он как из какого-нибудь типичного фильма или дорамы, знаешь? Я тут недавно поехал в больницу в другой конец города, потерялся и под ливень попал, а Чонгук меня нашел. Я заболел и он лечил меня, словно у меня еще один папа появился. Он был так терпелив, хотя я сам себя раздражаю когда болею. Нет, он правда такой чудесный, — Улыбается Ким, держа телефон в одной руке, а второй протирая пыль с полки.  — Это очень хорошо. Надеюсь, он правда такой, каким ты его описываешь, жду не дождусь пока мы познакомимся. Через пару деньков навестим вас, у отца только начался отпуск, он пока отдыхает,— Пожимает плечами папа.  — Да я и не устал совсем! Я прям щас приехать готов! — Звучит на заднем фоне, а омега смеется. — Ага, конечно, не устал он. Вчера мазью просил поясницу намазать, пошел он другу помогать вещи перетаскивать, так они, не знаю как их назвать, решили вдвоем холодильник перетащить, так он спину по всей видимости надорвал,— Говорит папа, замахиваясь кухонным полотенцем и ударяя, по всей видимости отца, а тот смеется.  Тэхен чувствует, как сзади его кто-то обнимает, а сам чуть ли не вскрикивает и телефон еле успевает словить, но успокаивается, когда видит Чонгука, что чмокнул его в макушку. Он правда не услышал его прихода, от того и испугался.  — Я мог бы помочь вам, вы позвоните в следующий раз, я молодой, мне надорванная спина не светит,— Улыбается лучезарно альфа, смотря в камеру и на родителя своего омеги.  — Ух ты, правда красавчик,— Смеется папа, а отец сквозь охи и ахи встает с кровати, чтобы посмотреть на этого жениха. — Здравствуйте,— Улыбается Чон, а после кивает, как бы поклонившись, тот тоже кивает.  — Здравствуй. Сына моего не обижаешь? Я хоть и не такой молодой, но напинать все еще могу,— Сразу начинает отец, а оба омеги глаза закатывают. — Не обижаю. Пытаюсь откармливать, а то он любит йогуртами своими давиться, ест правильно и вроде даже вкусно. Учиться не мешаю, пацаны на него заглядываться боятся, так что все под контролем,— Улыбается альфа, а отец кивает.  Чонгук говорит с отцом на понятном тому языке - пацанском. Тот узнает, где учится, работает ли и кем если работает, буквально отнимает у мужа телефон и беседует с ним. Тэхен стоит рядом и тоже смотрит в камеру, прижавшись щекой к плечу Чона. Тот успокаивает взрослого альфу как может, и у него получается. Появляется ощущение, что Чонгук обладает даром убеждения, ведь отец спокойно выдыхает.  Они общаются еще пару минут, а после папа уходит ставить уколы отцу, который во всю пытается доказать, что они ему не нужны.  Чонгук получает по рукам, а сам смотрит на омегу шокировано. За что прилетело то? — Зачем так пугать? — Хмурит брови омега.  — А зачем так пугаться? Я спокойно зашел, а ты тут меня нахваливаешь, какой я красивый и мужественный,— На последних словах Чон в улыбке расплылся, а омега, краснея, фыркает на него и уходит в другую комнату убираться. Говорить о искренних чувствах на прямую ему сложно, Чон понял это только сейчас, но это было безумно мило. Чонгук счастливый и довольный уходит готовить, Тэхен нахваливал перед родителями, а значит, что все это правда.  День заканчивается слишком быстро, и у Чонгука отличное настроение до сих пор. Ходит счастливый, улыбка до ушей, ведь слова омеги приятны, а Тэхен понимает, насколько Чонгуку важны слова. Тот принимает его эмоции действиями, но похоже, словами они доходят лучше и быстрее. Придется обходить свое смущение и говорить альфе о том, как он ему дорог, чаще.  Ребята уже поужинали, Тэхен подготовил все к завтрашнему дню и сделал домашнее задание, точнее - списал у Чимина, перефразировав большую часть выражений. Чонгук был в душе, а Ким уже улегся на кровать и свет выключил. Он просто лежал и смотрел в потолок думая обо всем и решаясь на действие, на которое вчера бы не решился.  Чонгук выходит из ванной в шортах и с полотенцем на голове, бесконечно шебурша им волосы. Он убирает его на сушилку и поправляет пряди челки, только после направляется к Тэхену.  Он подумал, что тот спит, иначе, зачем валяться в темноте? Только из-за этого почти что на цыпочках по квартире ходил, его омега очень чутко спит.  Чонгук тихонько укладывается рядом с ним, укрываясь одеялом. Он достает телефон и перепроверяет чаты, смотря на то, что происходило сегодня у ребят. Те снова соревновались, в шутку дрались, в итоге, сломали одному из пацанов палец, а после записывали видосы из травмпункта. Чон цыкает тихо и кивает отрицательно. Как так можно? Они его удивляют. Один раз ему стоило не появиться, как случается вот это.  Чонгук пишет, что они все придурки и откладывает телефон, тяжело вздыхая. Тэхен укладывается рядом и чмокает того в щеку.  — Что-то случилось? — Интересуется омега, решая убедиться, что Чонгук не напряжен.  — Нет, все хорошо. Ребята там боролись и переборщили, Сынгуну палец сломали, идиоты,— Закатывает глаза Чон, а Ким усмехается мягко чмокая в губы.  Тэ закидывает на его торс ножку и мягко поцелуями переходит на шею. Чонгук сначала не придает этому значения, только вот омега прикасается губами к запаховой железе на его шее, а Чонгука пробирают мурашки. Он поворачивает к нему голову и тем самым закрывает доступ к шее.  — Не стоит так делать,— Почти шепчет Чон, смотря в глаза омеги, а тот губы чуть дует. Он предупреждает, но не рыкает на него, как мог бы, а значит, что альфу это не так сильно напрягает.  — Почему? — Интересуется омега, таким же шепотом.  — Почему? — Переспрашивает Чон, а сам резким движением приподнимается и подминает омегу под себя, нависая над ним. После, мягко чмокает его в шею, медленно доходя до запаховой железы того, а после так же задерживается на ней губами. Ким вздрагивает от этого действия, выдыхает шумно.  — Понимаешь, почему? — Интересуется Чон, поднимая взгляд на него, но местоположения не меняет. Тэхен понятливо кивает и кладет ладошку на щеку того, мягко проводит по ней большим пальцем и смотрит тому в глаза, после спускается ладонью на его шею и большим пальчиком оглаживает ту же жилку под кожей. Чон прикусывает нижнюю губу, смотря на того.  — Ты чего добиваешься, Тэхен? — Чонгук хотел звучать слегка холодно, но у него это явно не получилось. Ким специально его выводит.  Тэ губы поджимает, ему сложно сказать. Он взгляд уводит, а ладонь не убирает. Чон сам наклоняется ближе и касается его губ, мягко целуя.  Тэхен моментально прикрывает глазки и сначала целует неуверенно, как в первый раз, а после идет за Чонгуком, который ведет этот поцелуй. Омега мягко обвивает торс того ножками, а Чонгук опускается, становясь ближе. Он большим пальцем слегка надавливает на подбородок омеги, приоткрывая рот, а после углубляет поцелуй. Он целует глубже, проникает языком внутрь и обводит им ровный ряд зубов, небо, сталкивается с языком омеги, который тот не знает куда деть. Он повторяет за Чонгуком, а тот не ускоряется, целует мягче и тягуче, позволяя Тэхену научиться и почувствовать. Тэ быстро привыкает, сам действует, открывает ротик больше, а Чонгук ускоряет поцелуй, давит, не дает омеге отступить, а тот этого и не желает.  Чонгук достаточно быстро переключается на шею, исцеловывает всю, у ключицы ставит засос, который еще долго будет сходить после. Он слегка прикусывает тонкую кожицу там же, на ключице, а после целует плечо, отодвинув футболку омеги с него. Чон тяжело и глубоко вздыхает, только после приподнимается и заглядывает в лицо омеги, что тут же покрывается румянцем, его даже в темноте не скрыть, щеки словно светятся.  — Ты уверен, что хочешь продолжить? — Тише спрашивает Чонгук, смотря в более потемневшие глазки, а Тэхен взгляд опускает, свои же пальцы перебирая.  Чонгук уже и так понял, чего тот хотел добиться этими поцелуями и нежностями, Тэхен хочет попробовать. Олененок перед ним совсем маленький, пугливый и неуверенный, словно он в лесу один остался и пугается каждого шороха. У альфы это вызывает мягкую улыбку, ведь эти большие глазки и правда похожи на глазки бемби.  — Ты можешь остановить меня в любой момент, я тебя слышу и слушаю. Сейчас твое слово - закон для меня, и я не буду продолжать, если тебе не комфортно или не удобно,— Обещает Чон, смотря тому в глазки и перебирая волосы, что распались на подушке.  — Я хочу продолжить, но… как-то страшно,— Шепчет омега, смотря тому в глаза вновь, а тот понимающе кивает.  — Мне тоже было страшно в первый раз, в итоге, все вышло очень даже хорошо. Мы не будем торопиться в любом случае, я тут и я вижу тебя,— Шепчет Чон, смотря в глаза омеги.  — Будет больно, да? — Вдруг спрашивает Ким, а Чон отрицательно кивает, кладя его ладошку себе на щеку.  — Я не допущу того, чтобы тебе было больно. Я остановлюсь еще до того, как тебе станет не комфортно, договорились? — Шепчет Чон. Ему необычно, что омега в таком возрасте не имеет опыта, но он ни капли не осуждает. Они словно из разных миров, ведь в его мире омеги на улице китчатся тем, сколько у них и кого было, а Тэхен от туда, где о таком говорить словно не принято. Тэхена мало интересовали отношения, он скорее был погружен в себя и свое развитие как писателя. Сейчас он набирается вдохновения и из отношений с Чонгуком, и он знает, что сможет написать отличные глав шесть как минимум, а этого как раз и не хватает для завершения его книги.  Чонгук осторожно поддевает пальцами его футболку и тянет вверх, а Тэ приподнимается и помогает снять её с себя. Чонгук тут же опускается вновь, целует над грудью, а после спускается и на нее. Он целует и спускается до сосков, на которых задерживается.  Он вполне себе ощущает напряжение Тэхена, ощущает, что тот даже дышит тяжело, просто от того, что ему тревожно. Чонгук медленно, не поднимая взгляда, касается ладошки омеги одной рукой и переплетает с ним пальцы, мягко ладонь большим пальцем поглаживает и щекочет. Альфа касается губами сосков, сначала просто мажет по ним губами, а после целует более явно, не видя, но ощущая, как мурашки накрывают тело омеги.  Тот изредка дышит более сбивчиво, его торс между коленками сжимает.  — Не думал, что простые касания уже вызовут у тебя такие эмоции,— Усмехается Чон, припадая губами к соскам, а после мягко касается кончиком языка затвердевшей горошинки. Омега сильнее стискивает его между бедер, словно пытается уползти выше и убежать, а Чон чуть больше на него наваливается, не позволяя такому случиться.  Он так же касается второго соска, буквально губами ощущает биение сердца того и улыбается от этого. Тэхену уже приятно, а значит что он на верном пути. Его ладонь сжимает ладошка Тэхена, а бедром он ощущает, что тот уже начал возбуждаться. Игра теней и еле ощутимого света из окна делает свое, он нагло разглядывает широкую спину и торс, которые фонарные столбы красиво освещают.  Крепкое тело возбуждает, Тэхену тоже хочется коснуться, что он и делает, проводя ладонью от груди до торса и обратно.  Чонгук поцелуями спускается до резинки шорт парня, тут же останавливается и взгляд на него поднимает. Он оглаживает крупными ладонями от живота до талии и груди, специально задевает пальцами бусины на ней и снова спускается ниже, кладя ладони на ягодицы, что пока закрыты домашними шортами.  — Я могу снять? — Уточняет Чон, а Ким не долго думая кивает. Чонгук цепляет пальцами и шорты и нижнее белье омеги, тот приподнимает бедра и вновь помогает снять с себя одежду.  Какая бы уверенность в Тэхене не жила, но стоило ему лишиться последней ткани что закрывала его тело, как он сводит ножки и закрывается сам же за кончик одеяла хватается и к груди притягивает, не закрываясь полностью, но словно показывая альфе, что защищенным он себя уже не чувствует.  Сейчас, кажется, оба понимают, в чем было дело. Тэхен в принципе себя защищенным без одежды и перед альфой не чувствует. Он словно не просто снял одежду, а словно стал маленьким и беззащитным, коим на деле перед альфой и является.  Чонгук сидит у закрытых колен и совсем мягко и бережно оставляет поцелуи на них, а после со стороны спускается ими по бедрам. Он щекой трется о них как кот ласковый, словно замурчит вот вот. Он ведет носом по бедру и смотрит в глаза омеги с явной просьбой, а Ким мягко кладет ладонь на его макушку и перебирает влажные волосы, после опускает ладошку на постель и все же расслабляет бедра. Чонгук сам осторожно разводит их, но не смотрит, наглядеться еще успеет, а сейчас ему омегу отвлечь надо. Он поглаживает бедро омеги с одной стороны, а со внутренней начинает спускаться мягкими поцелуями, слегка втягивает в рот мягкую кожу, словно вот-вот оставит засос, но не делает этого. Он оглаживает бедра, почти спускается до ягодиц и снова поднимается наверх, водит кончиками ногтей по бедрам, чуть щекоча, а после оглаживает широкой ладонью.  Тэхен сам собой расслабляется, получая наслаждение лишь от этого. Он чувствует, как между ягодиц выделяется влага, ощущает, как первые капли мягко спадают на постель, от этого становится слегка не комфортно, но Чонгук уже говорил, что это не грязь и что ему не противно. Ким тяжело дышит носом, ощущая тихое и слегка щекочущее дыхание альфы между своих бедер. Тот мягко касается губами основания бедра, а после без какого либо стыда прикасается губами в головке члена омеги, из которого уже выделяется педъекулят.  Тэхен вздрагивает и отталкивается ступнями от кровати, отползая чуть дальше, а альфа кладет ладони на его бедра и резким движением возвращает обратно.  — Не советую убегать,— Почти рокочет Чон, на сей раз закидывая ноги парня на свои плечи, чтобы не от чего отталкиваться было.  — Боже, Чонгук,— Тэхен почти скулит, стоит Чону снова приблизится к члену, который действительно нуждается в его касаниях.