Страху.net

Что же ощущал Чимин при расставании? Он сходил с ума в одиночестве. Родители устроили праздник, когда увидели сына в слезах, когда он сообщил "радостную" новость: Они с Юнги расстались.  Сначала, те не поверили, а после радовались, отец сходил за выпивкой и пил с папой омеги, пока тот тихо рыдал в своей комнате. Родители были зависимы от своей правоты даже там, где ей и не пахло. Они всегда навязывали Чимину свою точку зрения, и омега всегда слушался, но Юнги стал камнем преткновения, стал причиной разлада, и родители в это свято верили.  Только с ним бывали ситуации, когда родители говорили "нет", а омега отвечал "да", когда спорил до истерик, когда разбивал посуду, устраивал забастовки и сбегал вместе с ним. Когда папа отвозил его на машине и вроде он заходил в школу, а после тут же выходил, убегал к своему альфе.   Чимину было безумно сложно, он был со своей проблемой один на один, он четыре года был в отношениях с альфой, который не давал ему напрягаться по какому-то поводу, который успокаивал его, который оберегал всеми силами. Сейчас Чимин остался совсем один, его трясло ужасно, он буквально не видел смысла жизни без альфы. Он не видел выхода, он хотел вернуться к нему, извиниться, обнять его, снова почувствовать его защиту, что для омег - самое главное.   Он хотел быть рядом с ним, но понимал, что им нужен перерыв, а может, и само расставание.  Две недели омега жил с родителями в Пусане, куда уехал сразу же после расставания. Две недели ему делали мозг со словами «мы же говорили», чем только добивали омегу. У них с Юнги сформировалось особая связь, они связаны не понятными невидимыми узлами, связаны любовью, связаны судьбой. Они любят друг друга не возможно, и Чимин тысячу раз пожалел, что вообще заговорил с Юнги о расставании. Пак царапал тело, рвал на себе футболку в немых истериках. Ему было некуда выпустить эмоции, он рыдал как младенец, но боль не утихала. Хотелось кричать, рвать и метать, хотелось злиться, но он был слишком обессилен, был обесточен. Слезы помогали ему только с Юнги: когда он сидел на его коленях и громко шмыгал носом, а Юнги поглаживал по спине и прижимал к себе. Вот тогда слезы помогали выпустить эмоции, тогда он чувствовал себя в безопасности и мало что его тревожило. Юнги - достаточно тихий и скрытный человек, ему сложно говорить «я люблю тебя», сложно выражать эмоции вот так, ему проще делать человеку приятно действиями. С Чимином же он раскрылся, но за годы отношений говорил о любви всего пару раз. Он постоянно писал Чимину трэки, которые тот до сих пор слушает, постоянно писал ему стихи. Хотя было и безумно неловко, но он давал омеге их прочитать, и ему нравился каждый. Демки в песнях выбирал именно Чимин, ведь Юнги сделает штук пять, определиться не может, а Чимин хорош на слух, потому быстро выбирал своего фаворита.  В чем же вообще было дело? Почему они расстались, если все было идеально? Дело было в "ревности" Юнги. Чимин был самым верным и надежным омегой, был вернее пса, как и Юнги ему, он никогда не давал Мину повода усомниться в себе, всегда говорил, где и с кем, чтобы тот не волновался.  Юнги не был зависим от контроля своего парня, но предчувствие всегда давило на него. Он смотрел на очередного "друга" и ему было тошно, ему было отвратительно смотреть на то, как Чимин просто разговаривает с тем. Это вызвало беспокойство у Мина, и он просил омегу прекратить общение с тем или иным альфой. Он не был против всех, был против только тех, кто к сожалению, были дороги для Чимина. Омегу это задевало, ведь эти люди - друзья его детства, и они то точно ничего плохого ему не сделали бы, а Юнги тем временем чувствовал явный запах гнили от каждого, было тошнотворно.  Юнги подрался с каждым из тех, кто ему не нравился. Он избил каждого, сказал, чтобы к его омеге больше не подходили, а подойдут - будут решать вопрос компаниями, одна на другую. Чимин же, когда узнал, просто расплакался, говоря Юнги, что тот перебарщивает, а Мин уже и сам был зависим от мысли, что ему все кажется. Он был виновен в слезах омеги, но был ли виновен в том, что отгонял плохих, как он считал, людей?  Чимин часто обижался, продолжал общаться втихушку, а парни Мина все сливали ему, если вдруг встречали омегу с каким-то придурком. Юнги загонял себя, и видел, как загоняется самый дорогой для него человек. Ему было морально сложно. Он понимал, что не имеет права запрещать Чимину общаться с тем или иным, но как он мог поступить, если Чимин в упор не хотел ни видеть ни слышать прямых фактов, доказывающих, почему те ребята были плохими? Из-за кучи мыслей в голове, Юнги нашел новый способ расслабиться - он пристрастился к выпивке. Чимин спокойно относился к бокалу вина или шампанского, к банке пива, но Юнги стал возвращаться домой под утро, стал возвращаться так поздно в их общий дом, в их гнездышко, он стал приходить сам не свой. Он ревновал омегу, волновался за него, не нравились ему эти пацаны, он боялся начинать такой разговор. Он настолько загрузился эмоциями, настолько нагрузился не высказанными фразами, что понимал, что он не сможет говорить без агрессии, а его мальчик этого никак не заслуживает. Чимин бы испугался, и если бы он заплакал, то Юнги бы себя удушил.  Чимин не божий цветочек, он просто достаточно изранен, как и сам Юнги. Чимин был под вечным контролем родителей, был «хорошим» мальчиком, и ему было страшно делать что-то не по указке родителей. Он получал порцию осуждения каждый раз, по поводу учебы, веса, того, сколько он ест. Чимина нельзя назвать толстым, даже просто пухленьким, нет. У него нет ни грамма лишнего веса, у него прекрасная фигура, которую Юнги полюбил больше, чем свою музыку. У него фигура песочные часы, но плечи скрываются за одеждой, а вот изысканные и пышные бедра ей выделяются. Пак носил только мешковатую одежду до Юнги, после стал открывать для себя что-то новое. При их первой близости Чимин остановил альфу, когда тот хотел снять его домашние шорты, его голос задрожал. Когда Юнги спросил, почему он останавливает, не передумал ли он, омега просто сказал: «я толстый».  Мин выцеловал и вылизал эти шикарные бедра, уже в первый раз он показал своему омеге, насколько тот ему нравится и насколько он идеален. Таких фраз при Мине он больше не произносил, а любые попытки сесть на диету карались вкуснейшим ужином от Юнги.  В последний их день, что стал роковым, Юнги вернулся домой пьяный в очередной раз. Альфа еле как снял обувь и сразу направился в комнату к своему омеге, рядом с которым и завалился. Он прекрасно знал, что Чимин ненавидит спать рядом с ним, когда тот выпьет. Чимин не переносит запах перегара, его сразу начинает тошнить.  Пак крупно вздрагивает на кровати, когда ощущает, что рядом с ним что-то упало. Это и вырывает его из спокойного сна - единственного места, где он ни о чем не беспокоился. Юнги уже прижимал его к себе со спины, а ладонью лез под короткие спальные шорты омеги. Он мягко целовал шею, прижимался пахом к ягодицам, терся о его макушку щекой, нуждаясь в его ласке и касаниях. Чимина же это испугало до ужаса. Он говорил Мину «нет», но полу-шепотом, тихо и мягко, слишком тихо, чтобы пьяный разум альфы его услышал. В итоге, Чимин прикрикнул на Юнги, а тот просто опешил.   Юнги не видел проблемы, но замер, когда увидел слезящиеся и испуганные глаза своего омеги, пытающегося оттолкнуть его. Чимин откидывал мысли о расставании, но после этого четко сказал:  «Давай возьмем перерыв, Юнги».  Чимин боялся расставаться, сердце не спокойно билось, когда он видел Юнги и смотрел ему в глаза. Он все еще любил его, но выпалил такое, а Юнги согласился и сказал, что будет ждать. После, на следующий день, омега сказал, что хочет расстаться, потому что Юнги снова напомнил про его лучших друзей, сказал, что ему нужно перестать общаться с ними.  Они расстались, что изменилось? Каждый альфа, с которым Юнги говорил перестать общаться, сделал омеге какое-то дерьмо. Один, лучший друг, пытался принудить омегу к сексу, но вовремя остановился. Чимин его не простил и написал заявление в полицию. Остальные либо кинули его на деньги, либо предложили покурить травы, смешанной с чем-то. Омегу это уничтожило, Юнги был прав.  Юнги всегда был прав.  Он побоялся возвращаться в отношения, побоялся писать Мину, надеясь, что боль скоро пройдёт, но этого не произошло. Они страдали оба, одновременно, словно чувствовали друг-друга хотя бы так. Он боялся вновь получить реакцию «я же говорил», от этого омегу триггерило. Юнги бы никогда так не сказал, он убрал из своего словарного запаса эту фразу с концами, чтобы не сказать ее ненароком.  Спустя месяц после расставания, Чимин был в ужасном состоянии. Родители прекратили радоваться, они стали волноваться за омегу. Тот не ел ничего, не спал, просто лежал в комнате и плакал, крича на родителей, если те заходят. Тема "Мин Юнги" при Чимине была закрыта и запрещена, помечена красным крестом, ведь каждый раз это выводило омегу на слезы. Папа поддерживал, обнимал, гладил по голове, но это не помогало. Омега просил его оставить, и его оставили, но зря.  Через пару дней, когда отец вернулся в дом, он долгое время занимался своими делами. Закинул стираться вещи, поставил готовиться ужин, смотрел на фоне телевизор. Его не удивила кромешная тишина в доме, ведь Чимин просто сидит в комнате и приходит в себя. Должен был.  Когда же отец поступился в комнату сына и открыл дверь после, он Чимина не заметил, зато заметил горящий в ванной, что находится рядом, свет. Звуков там не было совсем никаких, полнейшая тишина, а альфа стал стучать в дверь.  «Чимин, ты в порядке?» - Ответа не следовало.  «Пак Чимин, открой дверь или хотя бы ответь. Если не ответишь, то мне придется войти» Родитель словно ощущал, что что-то произошло. Его это убивало, изматывало, нервы мотало просто ужасно. Чимин не отвечает и альфа пытается открыть дверь, но та, ожидаемо, закрыта.  «Чимин, я даю тебе пол минуты чтобы открыть дверь, иначе я её выбью» Но дверь не отрыли, от туда не шло ни звука. Отец ощущает внутреннюю панику, что сводит с ума. Сердце не спокойно, как бы он не относился к любви своего сына, но это все еще его единственный и любимый сын. Альфа сначала прикладывается к ней плечом, ударяя, прислушивается, надеясь, что Чимин просто в наушниках и не услышал его, но после этого удара нельзя было не вскочить. Звуков не слышно, и после все же пинает её в район замка. Дверь открывается вовнутрь, что для нее не нормально и не естественно, но альфу не это беспокоит.  Перед ним появляется картина, что вероятно, страшна для любого родителя. Альфа замирает в одном положении секунд так на десять, время словно остановилось.  Он смотрит на своего сына, что лежит в ванной полной воды, а та самая вода окрашена в красный оттенок.  «Чимин! Пак Чимин! Очнись!»  Альфа треплет своего сына, что лежит в белой футболке и домашних шортах без сознания. Альфа вытаскивает сына из ледяной воды, тот заплаканный, лицо опухшее, губы искусаны. Мужчина поднимает ребенка на руки и несет в близжайшую комнату. В этот момент приходит папа омеги, что решил зайти в магазин и купить сыну вкусняшек, любимого печенья и лимонад, чтобы поднять ему настроение, но от мужа вдруг слышит: «Звони в скорую, быстро!» Отец Чимина военный, и лишь благодаря этому не встал как истукан, лишь благодаря этому он смог быстро среагировать. Альфа замечает повреждение на руке сына в сгибе локтя, бежит за бинтом и после назад, перевязывая руку, стараясь остановить кровотечение.  Скорая забирает омегу в реанимацию, куда следом едут родители. Чимину потребовалось переливание крови, а донором стал никто иной, как его отец, с которым была одна группа крови. Папа рыдал, сидя у дверей реанимации, отец сидел рядом со слезами на глазах и успокаивал мужа, которого всего трясло. Когда из реанимации вышел врач, родители вскочили на ноги.  «Вашего сына спасла только одна его маленькая ошибка: ледяная вода в ванной. Была бы она на пару градусов теплее, мы бы его не вытащили. Его организм измотан, он переохладился. Так же, я вынужден сообщить об этом инциденте в психадиспансер. Там его немного подлечат и отпустят домой, никаких диагнозов в будущем у него стоять не будет. Берегите себя.» Доктор снимает с лица маску и уходит дальше, а родители вздыхают с облегчением. Если бы Юнги знал об этом, он бы уже через пол часа был бы в Пусане. Он бы долетел до больницы из Сеула на мотоцикле быстрее ветра, он бы с ума сошел от беспокойства, но ему решили не сообщать, а он так ни о чем и не узнал.  Чимина отправили лечиться в псих больницу. Родителей и их расспросы он игнорировал, просил их просто уйти и оставить его одного. В больнице у родителей не было возможности достать его и спросить то, что разозлит омегу, и он был рад. В больнице все было хорошо, там же он познакомился со своим будущим парнем, об отношениях с которым он еще не раз пожалеет. Он не был готов к отношениям, рана после прошлых отношений была все еще очень глубокой и свежей, она не покрывалась коркой. Тот альфа имел фантастическую способность убеждать, а Чимин всегда был от части ведомым. Этим до альфы еще никто не пользовался, но манипуляторские способности этого парня совсем запутали Чимину сознание, убедив, что он нуждается в новом партнере. ***  Пары проходили спокойно для всех парней. Последняя пара была снова совмещенной, омега вновь изъявил желание спать, но вместо этого заставлял себя писать конспекты. Рука сама собой уезжала куда-то не туда, он то писал несколько одних и тех же, совершенно не нужных букв, то вообще буквы пропускал. Чонгук же решил сделать вид прилежного ученика, сел и так же стал записывать конспекты, часто спрашивая у Тэхена, не засыпает ли он. Омега еле держался, сон, которого ночью почти не было, дает ему в голову, и заставить мозг работать ну просто не получается. В итоге, Тэхен сдается. Он ложится на парту, не долго на Чона поглядывает, ведь именно он сейчас в его поле зрения. — Я напишу конспект и отправлю тебе, хорошо? Можешь поспать,— Мягко улыбается Чон, смотря на омегу, что в ответ выдает лишь тихое «угу» и после прикрывает глазки. Альфа не может перестать улыбаться, смотря на такого Тэ, которому кроме сна ничего не надо.  Пара проходит незаметно для Чонгука. Тот пишет только минут пятнадцать после того, как Тэхен уснул, после попросит Хосока скинуть ему конспект, а дальше он перепишет в тетрадь и отправит уже Тэхену. Схема просто замечательная. Писать самому стало нереально влом, он никогда прилежным учеником не был, только умный вид делал.  Оставшееся время, Чонгук вновь лежит на парте и смотрит на Кима, которого часто фотографирует. Тэхен был бы явно против этого, если бы был в сознании, но пока он спит, все решает сам Чонгук. Хосок смотрит на эту парочку и мягко улыбается, те гармоничны. Тэхен на деле достаточно мягкий омега, да и выглядит он как плюшевый медвежонок, что вызывает определенные ассоциации. Чонгук же выглядит как тот, кого стороной обходить надо, но на Тэхена он смотрит исключительно добрыми глазами, Юнги же считает, что даже, влюбленными.  Юнги смотрел на Чимина точно так же, хотя он прекрасно знает, что выглядит не безопасно. Ему об этом не раз говорили друзья, да и Чимин поднимал тему того, как ему нравится двуликость Юнги в этом плане. На улице он тот, кто достает других, цепляется за внешний вид, пьет пиво и курит сигареты без остановки, а дома он превращается в альфу, что безумно нежен со своим омегой, что любит писать музыку и может сидеть с ней до самого утра, подбирая правильный бит. Чимину всегда нравилось то, что Юнги делает своими чудесными руками, он мог бы стать популярной личностью с миллионами подписчиков.  Юнги зарабатывает музыкой. Он продает биты, продает текста, иногда работает с чужими треками. Он не зарабатывает миллионы, но на себя и Чимина ему хватало с достатком. Сейчас же, ему некуда тратить деньги. Он работает, существует и откладывает деньги. Работа приносит ему хотя бы каплю удовольствия, она отвлекает, ему нравится делать это. Он вкладывает туда свои эмоции, отвлекается от проблем реальности и просто наслаждается.  Ему слишком странно видеть хорошие отзывы или комментарии под постами с простыми демками. Он делает это для себя, и всегда недооценивает свои результаты, но когда он получает похвалу от людей, которых он лично не знает, ему становится как-то… странно? Это как если бы ему сказали «спасибо, что дышишь». Это его привычная среда обитания уже последние лет пять так точно, а кто-то в этом что-то необычное видит. Чимин всегда видел что-то необычное. У него слишком мало терпения, чтобы высиживать долгие часы и работать над музыкой, он шебутной, а Юнги -  само спокойствие в работе. Чимин всегда говорил, что Юнги как волшебник, может все.  Окончание пары выводит кого-то из мыслей, а кого-то из сна. Омега проснулся и уткнулся в свои ладони, тяжело в них вздыхая. Он устал ужасно, хотя все это время спал. Он только на одной паре бодрствовал и активно участвовал в обсуждениях новой темы, что показалась безумно интересной. Чонгук же, закинул рюкзак на плечо и оперся бедром о парту, ожидая Тэхена, что собирает сумку как улитка, но он и слова не проронил.  — Выглядишь так, словно вагоны разгружал,— Улыбается Чон, смотря на Кима, что зачесывает свои волосы, и верно, ведь похож он был больше на ежа.  — Да, спасибо,— Бубнит омега, выходя из аудитории и направляясь на выход, когда другие студенты группы Чона снова идут в другой кабинет.  — Тебе на пару не надо разве? — Вскидывает бровями уже проснувшийся Тэхен, а Чон губы поджимает и не громко мычит. — Конкретно мне - нет,— Пожимает плечами альфа, подходя к выходу из университета.  — Тебя отчислят,— Со вздохом бубнит омега, смотря на Чона, что зачем-то идет вместе с ним  — Не отчислят, а если и отчислят - значит не надо оно мне,— Пожимает плечами альфа, смотря в глаза омеге, а тот удивляется с него. Люди задницы рвут чтобы сюда поступить, а этот альфа относится к этому всему совсем не серьезно. Тэхен будто бы забыл, что сам не сильно от него отличается.  Тэхен достает свой телефон и пишет Чимину, предлагая прогуляться сегодня через пару часов. Вчера омега не мог, может хотя бы сегодня покажет ему район, расскажет что и где? Как итог, Чимин сообщает о том, что не сможет вновь. Сегодня он сорвался с пар и поехал в Пусан, чтобы проведать отца. Тот навернулся с лестницы и сломал себе руку, ну а Чимин распереживался и погнал туда, хотя папа и сказал ему сидеть на месте. Завтра, Чимину вечером нужно будет забирать готовый загранник, который он долго не делал и откладывал до последнего момента. Не сказать, что он куда-то там лететь собрался, просто решил, что пора бы. Вдруг завтра ему предложат полететь на какое-нибудь место с великой природой? Он же согласится с радостью, а загранпаспорта нет. Омега тяжело вздохнул и прикрыл глаза, а Чонгук считал этот тяжелый вздох.  — Что произошло? — Шагает рядом Чон, а после достает из пачки сигарету и закуривает. Тэхен же, идущий по левую сторону, теперь идет по правую, ведь сигаретный дым летит на него, а Чонгук стыдливо руку за спину заводит, чтобы дым на омегу не летел.  — Хотел попросить Чимина провести мне экскурсию по району, а тот занят,— Бубнит Ким, все еще переписываясь с Паком и желая ему удачи. Они не слишком близки, знают друг-друга пару дней, но Чимин ему эмпанирует. Он очень приятный парень, выглядит как та еще фифа, а на деле обычный парень, что очень любит ухаживать за собой. Тэхену кажется, что они подружатся.  — Ну, я не Пак Чимин конечно, но экскурсию тоже провести могу,— Тэхен кидает на него не доверчивый взгляд, а после идет чуть вперед.  — Не, ну а че? Я сильный? Сильный. Район знаю? Знаю. Я тебя и от пьяниц защищу и покажу тут все. Я тут вырос, я каждую подворотню знаю,— Бубнит без конца Чонгук, пытаясь показать омеге свою значимость и отличную возможность хорошо провести время. Он буквально цепляется за шанс потусоваться с омегой хотя бы пару часов. — Думаешь, я доверюсь практически, незнакомцу? Каждую подворотню он знает,— Закатывает глаза Ким, а Чонгук выглядит ну очень возмущенным.  — Знаешь че? — Буркает альфа, останавливаясь, а омега делает тоже самое и приближается к его лицу, желая услышать хоть что-то, кроме гонора.  — Че? — Вскидывает бровями омега, общаясь на языке Чонгука, а альфа еле смог сдержать улыбку, от такого Тэхена, что перенял его манеру общения.  — Спящим ты выглядел милее,— Фыркает Чон, снова начиная движение, а Тэхен за ним. — Обиделся что-ли? — Смеется омега, не быстро шагая за ним, а альфа сначала идет слишком быстро, после замедляется и ждёт, пока его догонит Тэ, что наслаждается прогулкой.  — Нет, я никогда не обижаюсь, я обычно сразу щелкаю,— Говорит альфа, выкидывая бычок в урну. Надо же хоть какие-то манеры показать, всё-таки.  — Если хочешь, позовем с собой Юнги и Хосока, ты же их знаешь. Хосок уже готов свадьбу играть, Юнги вообще мало кто и мало что интересует, они же безопасны. Я просто хочу показать тебе все, чтобы ты больше не попадал в подобные ситуации,— Пожимает плечами альфа, уже забыв о всех обидах, которые помнил около минуты, все уняться не может. — Тебе самому то это зачем, Чонгук? Заняться нечем? — Искренне не понимает Ким, а альфа вздыхает и останавливается, заставляя остановиться и Тэхена. Чонгук убирает руки в карманы штанов и наклоняется к лицу омеги, тот же делает шажок назад.  — Интересный ты, олененок. Хочу понять, что происходит в твоей головушке, хочу понять, кто ты и что ты из себя представляешь. Заинтересовал ты меня, вот и всё,— Хмыкает альфа, смотря четко в пшеничные глаза омеги.  — У меня парень есть,— Напоминает омега о не существующем парне.  — Да, и где он? Даже если и есть, значит не будет,— Пожимает плечами Чон, выпрямляется и идет дальше.  — Ты слишком самоуверен,— Удивляется омега, смотря на Гука, а тот заворачивает к его дому, омега за ним. Чонгук наглый просто до ужаса, творит что хочет, но Тэхен же тоже не из простых. Его одной шоколадкой и цветочком не заманишь.  — А ты слишком сильно меня недооцениваешь, — Улыбается Чон, идя в шаг с омегой.  — А что если у тебя ничего не получится? — Интересуется омега, смотря тому в глаза, ведь уверен, что даже если альфа так сильно намекнет на чувства и отношения, то он скажет ему нет.  — А у меня всегда всё получается. Не получится у такого Чонгука, получится у другого,— Пожимает плечами альфа. Он Тэхену еще не открылся, но кажется, его это ждёт.  — У тебя психическое расстройство что-ли? Какой еще второй Чонгук? — Смеется омега, смотря на Чона.  — Я здоров как бык, в огонь и воду идти готов, а на последний вопрос сам ответ узнаешь, а то так не интересно,— Чон улыбается мягко, смотря на Тэ, не чувствуя перед ним никакой неловкости. Парни у дома Тэ встречают пару ребят из компании Чонгука, те здороваются пожатием руки, а с Тэхеном словами и мягкими улыбками. Те спросили, как Тэхен себя чувствует, все ли хорошо.  — Со мной плохо не бывает,— Чонгук ответил за него, парни усмехнулись, а Тэхен дал ему кулачком в плечо. Альфа наигранно взвыл от боли, схватившись за руку, да так переиграно, будто эту руку ему оторвало. Тэхену захотелось запинать его, но тот и по взгляду омеги все понял, лишь посмеялся и пошел дальше. К слову, Тэхен этих парней совсем не помнит. Он помнит, что на площадке тогда было очень много народу, но лиц он не запомнил, не до этого ему было.  Уже подойдя к подъезду, Чонгук достает свой телефон и протягивает Тэхену, Ким берет и смотрит не понимающе.  — Номер,— Дает ответ альфа, смотря в глаза напротив.  — Зачем тебе мой номер? — Брови хмурятся, Ким не хочет свои номера кому попало раздавать.  — А конспект я тебе по голубиной почте отправлять буду? — Хмыквет Чон, а Тэ акает тихо и тут же вводит номер, после записывает себя как «Ким Тэхен» и отдает Чонгуку. Тот, будучи опытным таких вещах, сначала набирает номер, а услышав звонок в кармане штанов парня, отменяет вызов. — Надо же, правильный номер дал,— Усмехается Чонгук, ведь омеги не раз его так отшивали.  — Ну, по крайней мере, теперь у тебя есть мой номер, — Разряжает обстановку альфа, ведь Тэхену это недоверие явно не понравилось. Чон заглядывает в телефон и что-то там тыкает, он переименовывает Тэхена в «Олененок», так правильно по его мнению.  — Пока, Чонгук,— Мягко улыбается Тэ, маша ему ладонью, а тот кивает, следя, чтобы Тэхен зашел в подъезд. После этого, Чонгук идет к своему байку, что стоит рядом с подъездом Тэхена. Тэхен подумал, что он просто за байком вернулся, хотя истинные намерения альфы были явно не такими, и сам он об этом прекрасно знает.