Предание скованных сердец.

      Великолепный зал оживал под светом парящих свечей, отражающих тонкую магию, пронизывающую стены Хогвартса. София и Дафна вошли внутрь, держась под руку оживлённо беседуя и смеясь. Их лёгкий смех эхом разнёсся по залу, словно разгоняя вечернюю усталость, что сбиралась в едино многие годы. Дафна что-то шептала на ухо подруге, заставляя её то и дело хихикать. Снейп, стоящий у преподавательского стола, отрывочно отвечал на вопрос МакГонагалл, но его взгляд то и дело скользил в сторону Слизеренского стола, за которым сидели и хохотали трое друзей. Он напряжённо наблюдал за девушками, будто пытаясь уловить каждую деталь их беседы. — Ойй Софка, он смотрит на тебя так… — ехидно шепнула Дафна ей на ухо, толкнув подругу локтем в бок. — Прямо как будто щас сам встанет и съест. Ты это видишь? Софи, краем глаза заметив знакомый взгляд Северуса, неровно выдохнула и сделала вид, что её это нисколько не беспокоит, словно пытаясь отвлечься от сверлящего взгляда от учительского стола. — Даф, перестань. — Прошептала София, слегка заелев. — У тебя слишком богатое воображение. — говорила она, но подругу это лишь подстегнуло. Она ухмыльнулась и заплетая пальцы в волосы, сделала мечтательное выражение лица. — О Мерлин, как же это романтично! — протянула она напевно. — Ну посмотри, это же настоящая драма, мрачный профессор и милая ученица. Прямо для романа. Софи закатила глаза и толкнула подругу в плечо, чтобы та замолчала, довольно сильно. Однако её собственные щёки приобрели ещё более алый оттенок, когда она заметила, как Северус быстро отвёл взгляд, словно сам поймал себя на том, что смотрел слишком долго. В этот момент она поймала себя на мысли, что ей всё-таки нравится ощущение его внимания. Это было странно и совершенно неправильно, но волнующе. — Лучше сосредоточься на ужине, Гринграсс. — смеясь бросила Софи, опуская взгляд на свою тарелку. — И давай хотя бы сейчас без лишних шуточек. — Дафна хихикнула и начала ковыряться в еде, но продолжала говорить: — Знаешь, если он тебя вдруг вызовет куда-то среди ночи, не забудь рассказать мне утром все подробности. Иначе я обижусь! — Дафна! — воскликнула Софи, взмахнув ложкой с мороженым. Она попыталась выглядеть возмущённой, но подавила улыбку, когда другие ученики начали перешептываться за их спинами. — Ну ладно-ладно, молчу. — Сказала блондинка, поднимая руки в притворной сдаче. — Но всё же, это всё очень… интересно. В этот момент Снейп резко поднялся из-за стола, заставив их замолчать. Его мантия взметнулась, а холодный взгляд метнулся в сторону Софи. Он выходил из зала, но проходя мимо Дафны, тихо произнёс так, что только она услышала: — Если она сейчас же не появится в классе зельеварения, тебе потом будет хуже. Слова, словно заклинание, заставили Дафну побледнеть и тут же затрястись от смеха, как он выражал свои чувства к подруге. Девушка прикрыла рот рукой, её глаза широко распахнулись, и легкий шок осенил обоих. Когда Северус исчез за дверью, она наклонилась к Софи и прошептала: — Софа, он сказал, что если ты не придёшь к нему, мне конец! — Софи, приподняв брови, смотрела на подругу с недоумением. — Серьёзно? — спросила она, но видя ухмыляющееся лицо подруги, лишь фыркнула. — Ну что ж подруга, пожелай мне удачи. — Давай-давай, зажги! — прошептала Дафна, посылая ей воздушный поцелуй, смотря на который, Драко напротив слегка подавился мороженым. Софи поднялась и направилась к выходу, чувствуя, как каждый взгляд в зале будто провожает её, посреди гула ужинающих учеников. Её сердце билось быстрее, чем обычно, но не от страха. Её ожидало что-то неизвестное и напряжённое, но внутри это странным образом будоражило. Когда она вошла в кабинет зельеварения, тишина встретила её как удар. Комната была освещена лишь несколькими свечами, создавая тени, пляшущие по стенам. Северус стоял за своим столом, руки скрещены, а взгляд был сосредоточен на ней. Дверь за ней закрылась с лёгким щелчком, и она ощутила, как напряжение наполнило воздух. — Вы слишком долго мисс. — Чуть дрожащим голосом произнёс он. — Или вы намеренно любите проверять пределы моего терпения? Софи сделала шаг вперёд, стараясь выглядеть спокойно, хотя внутри неё всё бурлило насквозь. — Простите, профессор, — начала она ровным голосом, —, я была… немного занята. — Занята? — переспросил он с насмешкой. — И чем же, если не секрет? Софи заметила как мужчина невольно прикрывает мантией часть штанов. Ухмыльнувшись она немного осмелев, прошла ближе. Приблизившись к столу она села на него и закинув ногу с вызовом посмотрела на мужчину. — Ну что сэр? Вы что-то хотели мне сказать? — немного оголяя часть ноги, Северус медленно спустил взгляд на ее аккуратненькую ножку. Сдавлено вздохнув тот поправил воротник и сглотнул. — Ты… — кое-как сдерживая себя, мужчина продолжил. — Что это было в кабинете… ты… — Софи наклонила голову, лукаво прищурившись. — Вы о чем, профессор? Я думаю, у вас разыгралось воображение. Или, может быть, вы просто хотите повторить? — прошептала она, довольно облизнув губы. Зельевар отвернулся, пытаясь вернуть себе бывалый контроль. Эта девчонка играла с огнем, и он знал, что рано или поздно кто-то из них обожжется, и поддастся искушению. Мужчина наблюдал за ней украдкой, когда она, забыв обо всем, предавалась своим похотливым желаниям. Его сердце разрывалось между похотью и страхом. Он желал ее, но беременность словно наложила табу на их близость. Он помнил, как однажды попытался приблизиться, но она отстранилась, словно испугавшись. В ее глазах он прочел не только желание, но и какую-то тревогу, словно она боялась потерять контроль. С тех пор он и держался на расстоянии, довольствуясь лишь наблюдением за желаемым. Но иногда, особенно по ночам, когда она спала рядом, он не мог удержаться от соблазна. Он касался ее волос, проводил пальцами по ее животу, ощущая слабые толчки ребенка. И в эти моменты он чувствовал себя самым счастливым и самым несчастным мужчиной на свете. Он знал, что рано или поздно это закончится. Беременность не длится вечно. Но сейчас, пока она наслаждалась своими мимолетными удовольствиями, а он стоял на страже ее покоя, он просто хотел сохранить этот момент. София подошла к нему ближе, и словно не замечая его присутствия, задрала свою футболку, показывая частицы голого тела. — Жарко… — сказала она, бросив ее через плечо, стягивая оставшуюся ткань через голову. Верхняя одежда упала на пол, открывая его взору ее большую грудь, налившуюся и тяжелую. Животик уже довольно заметно округлился, выдавая ее положение будущей мамы. Он не мог отвести взгляд, зачарованный и немного ошеломленный этой внезапной откровенностью. В воздухе повисла тишина, нарушаемая лишь ее дыханием и тихим стуком его сердца. Снейп смотрел на нее, не зная, что сказать, ожидая возможно, объяснений или просто следующего движения. Его взгляд невольно скользнул по изгибам ее тела, задержавшись на красивой груди, обтянутой тонким кружевом лифа. Она прошла мимо, будто невзначай задев его плечом. В воздухе остался легкий аромат ее духов, пьянящий и волнующий. Зельевар судорожно сглотнул, чувствуя, как по спине пробежал трепетный холодок. Пытался сосредоточиться на ее лице, но образ ее манящего тела стоял перед глазами, затуманивая разум. Каждое движение, каждый жест казались нарочито соблазнительными. София обернулась, окинув его еще одним лукавым взглядом. В ее глазах играли чертики, дразня и искушая. Он понимал, что это игра, опасная и запретная, но не мог противиться ее чарам. Внутренний голос твердил о долге и обязательствах, но плоть требовала своего. Он чувствовал, как кровь приливает к лицу, как учащается дыхание, и в штанах становится туго. Удержаться становилось все труднее. Он сдался. Встал из-за стола, решительно направляясь к ней. В этот момент все остальное перестало существовать. Только она и неудержимое желание, чего-то невозвратимого. Приблизившись и подхватив ее на руки, он кинул ее на диван, сильнее чем предполагалось. Она вскрикнула, смеясь, но в его глазах не было и тени веселья, только чертики которые казалось сейчас разорвут ее. Снейп навис над ней, заслоняя собой свет, и она почувствовала, как по спине пробегает холодок. В его взгляде читалось что-то дикое, первобытное. Он словно смотрел сквозь нее, видя что-то, недоступное ее пониманию. Сердце забилось быстрее, в горле пересохло. София попыталась что-то сказать, но слова застряли в горле густым комом, превратившись в невнятный шепот. Атмосфера в комнате накалилась до существенного предела. — Ты же знаешь, что так просто я тебя не отпущу? — прошептал Северус, наклоняясь ближе к ее уху. Девушка почувствовала его горячее дыхание на своей коже, и по телу пробежала дрожь. Сердце бешено заколотилось, заглушая все остальные звуки. Он медленно провел пальцем по ее щеке, спускаясь к шее, и она зажмурилась от удовольствия. Его прикосновения были легкими, но уверенными, вызывая волну мурашек и колючих ощущений. Ей хотелось, чтобы он никогда не останавливался. — Я и не хочу, чтобы ты меня отпускал… — прошептала Софи в ответ, открывая глаза и глядя прямо в его. В его взгляде отразилось удивление, смешанное с вожделением. Он наклонился еще ближе, и их губы встретились в нежном, но страстном поцелуе. Его руки скользили по ее спине, ощущая каждый изгиб, а затем переместились к груди. Медленно расстегивая бюстгальтер, он кинул его куда-то в конец кабинета, не задумываясь куда. Он гладил ее, сжимая между собой и диваном, с чувственной настойчивостью, чувствуя, как ее дыхание становится прерывистым и возбужденным. Спустившись ниже, он коснулся губами ее живота, вырисовывая медленные круги. И вдруг почувствовал — капли, капли на груди. Не удержавшись, он слизнул их, ощущая сладковатый вкус. Ее тело дрогнуло от этого прикосновения, и она издала тихий стон. Тогда он впился в ее грудь, жадно и требовательно. Северус чувствовал, как ее сердце бьется все быстрее, в унисон с его собственным. Мир вокруг перестал существовать, оставив только их двоих, в вихре страсти и желания. Он медленно ласкал сосок, дразня и распаляя ее. София извивалась под ним, чувствуя, как волна возбуждения накрывает ее с головой. — Ох… милый… оставь… хотя бы… малышу…что-то… — прошептала она, но протест ее был слабым, почти неслышным. Он не ответил, лишь усилил хватку, его язык рисовал круги вокруг соска, вызывая мурашки по всему телу. Софи застонала, запрокинув голову об сидушку. — Да… вот так… еще… — выдохнула она, слова терялись в полумраке комнаты. Мужчина продолжал ласкать ее грудь сглатывая капли молока, пока девушка не начала дрожать всем телом, умоляя о большем. Ее стоны становились громче, более требовательными. Пальцы, играючи, выкручивали набухшие соски, заставляя ее выгибаться в экстазе. Каждый его поцелуй, каждое касание отзывалось дрожью, пронзающей все тело. Он медленно спускался ниже, оставляя за собой дорожку влажных, горячих поцелуев. Живот. Легкий трепет пробежал по ее коже, когда его губы коснулись нежной поверхности. Он замер на мгновение, словно набираясь смелости. Затем, нежно припал к самому сокровенному — ниже живота, там где она мечтала чтобы ее ласкали. Стоны сорвались с ее губ, с каждым мгновением становясь все громче и отчаяннее. Она извивалась под ним, отдаваясь во власть безумной страсти. Мир вокруг перестал существовать, остались только они и огонь, пылающий между ними. И вдруг… он отстранился. Резко и неожиданно. В его глазах мелькнул испуг, словно он переступил дозволенную черту, которую не должен был переступать. Тишина повисла в воздухе, наполненная невысказанными вопросами и разочарованием. София, поддаваясь бедрами вперед, посмотрела на него с игривой улыбкой. Она произнесла что-то невнятное, словно пытаясь понять, что происходит между ними. Северус, замотав головой, начал говорить себе под нос: — Нет, нет, я должен держаться. Не хочу навредить ни тебе, ни нашему ребенку. Но в этот момент София, вскочив, прильнула к его груди, нежно посасывая мочку уха и тихо смеясь. — Северус, мне можно секс, только не слишком жесткий. — Прошептала она, и в его голове закружились мысли. Не в силах устоять перед её притяжением, поняв что он зря терпел, он впился в ее губы, грубым поцелуем. А потом повалив её обратно на диван, почувствовал, как страсть охватывает их обоих Его руки быстро справились с ее нижней одеждой. Эллисон с не меньшей прытью расправилась с его рубашкой, накрывая его губы отчаянными, горячими поцелуями, требуя с каждой секундой все больше и больше. Его руки крепко сжали ее бедра, а затем расправились и с ширинкой. Софи по инерции стянула туфли, нагибаясь и целуя грудь и живот зельевара, пока тот путался пальцами в ее волосах. И вот, оставшись в одних трусиках, она прильнула к его полуобнаженному телу, проводя пальцами вдоль грубых мышц на спине, чувствуя под подушечками перекатывающуюся силу. Его кожа оказалась чертовски горячей без одежды, и она млела, таяла в натиске сильных рук. Софи трогала его плечи, опускала пальцы на грудь, лаская каждый участок кожи, которая вдруг покрылась мурашками, и это ее лишь дразнило. Губы вмиг оказались на его шее, и мужчина запрокинул голову, подавляя стон наслаждения, позволяя ей исступленно целовать себя, шепча что-то совершенно бессвязное о любви. Одной рукой он зарылся в ее волосах, оставив поцелуй почти целомудренный на лбу, на линии волос, а затем заставил посмотреть на себя, вглядываясь в лихорадочные омуты ее глаз, жадно. — Родная… — шепнул он в ее губы, мигом поднимая девушку на руки, чтобы она обхватила его торс. Ее волосы упали на его щеки, но они продолжали разгорячено целоваться, не решаясь прервать момент, не в силах прекратить это. Он сделал несколько шагов в сторону, он ввалился в комнату кидая ее на кровать, рухнув на нее вместе с девушкой. Софи ощутила под собой мягкость и прохладу пледа, а также профессора, навалившегося на нее сверху, пряжку ремня, упершегося в ее живот и царапнувшего кожу. Его поцелуи сводили с ума, а руки, что блуждали по телу, будто выдергивали из реальности, унося куда-то прочь от всех установленных рамок. Поцелуи становились быстрее, неистовее, языки сплетались и расходились в безудержном танце, кружа голову, а руки сжимали чужую плоть, притягивали ближе. Еще. Больше. Северус пальцами поддел ткань трусиков, отбрасывая ненужные вещи в сторону. Софи руками потянулась к ремню на его брюках и отчаянно простонала, когда Снейп перехватил их и возвел над головой. Они встретились взглядами, распаляя огонь между телами. Его обнаженная грудь терлась о ее, она ногами обхватывала его торс, и только в последний момент осознала, как же далеко они зашли. — Родная… если ты не уверена, то пора остановиться. — Шепнули его губы, и девушка отчаянно покачала головой. Если это прекратится, то кажется, что мир рухнет, она так долго этого ждала. И если не прекратится, то он никогда не сможет ее оттолкнуть. — Северус, я ждала этого слишком давно, как и ты… — ее глаза сверкнули в отблесках света, и мужчина вздрогнул, вновь принимаясь целовать ее губы. Его пальцы терзали грудь, а затем заскользили ниже, между их телами. Они одновременно рвано выдохнули, стоило его пальцам спуститься ниже. София выгнулась дугой, пока Снейп поцелуями вел дорожку по ее телу к низу. И когда его язык коснулся ее естества, она громко охнула и неосознанно свела ноги, прижимая голову профессора к себе. Он легко усмехнулся и развел их обратно с той же силой, продолжая вытворять своим языком такое, отчего девушка просто сходила с ума и требовала больше. Ее пальцы вцепились в его волосы и притянули ближе, тело содрогалось в легких приступах экстаза. Софи распахнула глаза, когда почувствовала приближение оргазма и вскрикнула, падая на подушки и отпуская волосы зельевара. Северус, видя как девушку потряхивает, криво усмехнулся и стянул ремень. Она наблюдала за его действиями из-под полуопущенных ресниц и краснела пуще прежнего. Он раздевался медленно, неотрывно глядя на обнаженную девушку перед ним, тело которой покрыл легкий пот. В комнате и между ними будто стояла невыносимая жара. Глаза в глаза. Он не стеснялся, мучительно медленно стягивая брюки, насмешливо улыбаясь, когда случайно ее взгляд упал вниз на его достоинство, а щеки вспыхнули еще пуще. София жадно разглядывала его обнаженное тело, силясь запомнить каждый миллиметр его кожи, каждую венку, каждый плавный изгиб. Она впервые видела обнаженного мужчину рядом с собой, впервые могла рассмотреть его вольно. И девушка не могла справиться с дыханием и смущением, что в секунду ее накрыло. А Снейп будто дразнил ее, не спеша устраиваясь между ее ног и будто специально разглядывая в ответ. Его горячие руки накрыли ее бедра и чуть подтянули к себе, чтобы быть ближе. Эллисон ощутила, как его орган уперся в нее, требовательно подрагивая. Ее срывающийся на глубокие вдохи шепот прервал тишину: — Я задыхаюсь, когда ты такой, Северус… — Какой такой? — хрипло уточнил мужчина, чувствуя, как гулко бьется сердце. Они все еще скользили друг по другу глазами, наслаждаясь моментом, чувствуя прикосновения друг друга так ярко и пьяняще, что от воли не осталось и следа. — Открытый и в то же время закрытый от меня. Я думаю об этом, и мне не хватает воздуха. Это заставляет меня задыхаться. — Мужчина, не дав ей договорить, прикоснулся своими губами к её губам и, повернув голову вбок, углубил поцелуй, терзая языком её горячий рот и сводя собственную ученицу с ума. Он устроился между ее ног, продолжая целовать, прерываясь только на последние вдохи. Снова его грудь уперлась в нее, его достоинство крепко упиралось в нее внизу, готовое вот-вот прорвать то, что разделяет их сейчас, чтобы позволить наконец стать единым целым. — Расслабься. — Тихо приказал он, и девушка послушно кивнула, откидывая голову на подушки и подставляя шею под его ставшие нежными поцелуи. Она ощутила вторжение в тело и инстинктивно вздрогнула, подавляя стон боли и жестко стискивая зубы. Северус замер, прислушиваясь к ней, а девушка боролась с собой, унимала слезы и часто моргала, пытаясь восстановить равновесие и поскорее привыкнуть к необычным ощущениям. — Нельзя ему показать боль… — повторяла она в мыслях, и сама не заметила, как боль стала утихать. Тело из жара резко бросило в холод, и на коже проступил предательский пот, а затем тугой ком в животе начал ныть и пульсировать, постепенно ослабляя хватку и развязываясь медленно. Эти невыносимые моменты боли омрачали потрясающий вечер, но девушка не позволила слезам проступить на глазах, стоически выдержав эти треклятые мгновения. И когда Северус вновь двинулся, слишком медленно, слишком аккуратно, то прежнее удовольствие потихоньку начало накрывать новыми волнами жара. София цеплялась за его плечи, за волосы, целовала губы, чтобы как можно скорее боль прошла, и это сработало. Она положила обе руки на его ягодицы и подбадривающе потянула на себя. Зельевар, отстранившись и поглядев в ее глаза, медленно двигался внутри, одну руку положив на ее грудь. — Ещё… — сорвалось с ее рта, и профессор, глухо застонав, ускорился, целуя ее шею и переходя на ключицы. София скользила руками по его груди и плечам, чуть царапая нежную кожу и наслаждаясь тем видом, что представился ей. Как он легко сводит брови к переносице, чуть приоткрывает рот, когда отстраняется и бегает по ее лицу глазами, в поиске чего-то. Мисс Эллисон неосознанно выгибалась навстречу, а с ее губ так и слетали новые стоны, говоря об сущем удовольствии, которое наконец-то ее настигло. Она не желала закрывать глаза и упускать возможность полюбоваться им, а потому следила за каждым движением, отсекая смущение на корню. Он приподнялся на локтях, рассматривая ее сверху вниз, опуская взгляд на место скрещения их тел, вгоняя в краску. Движения стали быстрее, пошлые шлепки заполнили пространство наравне с тихими стонами, и он явно наслаждался этим, желая продолжать как можно дольше. София и сама опустила взгляд на его косые мышцы на торсе, провела по ними пальцами, вызывая его приглушенный рык. Ей хотелось дотрагиваться до него во всех местах, и она своим положением откровенно пользовалась, неожиданно для магната сжав его ягодицы и с коварной улыбкой притягивая ближе, чтобы движения стали глубже. Азарт и удовольствие вытеснили боль, дикое сердцебиение почти отдавало в ушах, заглушая звон, пронесшийся от уха до уха, когда она почти подошла к краю. Накинувшись на его губы, она обхватила его талию ногами, двигаясь в унисон, тихо постанывая в чужой рот от полученного удовольствия. Снейп спустя время начал сильно вбиваться в ее тело, заглушая стоны своим ртом. Он сильно стиснул руками ее бедра, подхватывая ее поудобнее, чуть приподымая над поверхностью кровати. По комнате разносился звук пошлых шлепков, постанывания и просьбы не прекращать это. Девушка просто молилась, чтобы так продолжалось вечность. Но когда его рука вновь потянулась к сокровенному месту и сделала пару круговых движений большим пальцем, она вскрикнула, рассыпаясь миллионами кусочков, и распахнула глаза, видя, как мир вокруг двоится и сходится на одной точке. Как на потолке зажигаются и меркнут звезды, и не было ничего важнее того ощущения, что переполняло ее тело. Громкой пульсацией по телу разносился оргазм, отчего ноги задрожали, а рот жадно ловил такой нужный воздух. Зельевар зарычал, ощутив, как сокращается девушка внутри, обхватывая его со всех сторон. Он уткнулся в ямочку между ее плечом и шеей, не прекращая вдалбливаться в расслабившееся девичье тело. Ее руки прижимали его голову к себе, и она счастливо откинулась на подушку, позволяя ему делать с собой все, чего он хочет.

— Софи… — хрипло выдохнул он, резко выходя из ее тела и изливаясь на живот. Девушка счастливо улыбнулась, смаргивая накатившие слезы и глядя в глаза мужчине. Он тяжело дышал, опираясь на кровать локтями, его волосы облепили худые щеки, а взгляд точно остекленел. — Это чудесно. Северус лежал на кровати, его длинные пальцы мягко касались живота Софии, будто желая ощутить каждое движение новой жизни, которая находилась внутри и впитывала частички обоих, формируясь медленно, но уверенно. Его лицо, обычно скрывающее эмоции, сейчас отражало неподдельное умиротворение. — Это невероятно. — Прошептал он, нарушив тишину, его голос звучал низко и проникновенно. — Я никогда не думал, что смогу испытать нечто подобное. Спасибо тебе. София повернула голову навстречу, глядя на него с нежной улыбкой. Она аккуратно подтянулась ближе, оставляя легкий поцелуй на его носу. Её рука легла на его грудь, начав плавно описывать круги кончиками пальцев. Переберая вьющиеся волоски на груди. — Сев… — произнесла она, её голос был немного нерешительным. — Ты ведь правда… счастлив? То, что я… я ведь не идеальна… — её голос дрогнул. — Мой живот, растяжки, они не отталкивают тебя? Северус повернул голову так, чтобы их взгляды встретились непринужденно, и не произнеся ни слова, мягко коснулся её губ своими. Этот поцелуй говорил больше, чем могли бы выразить любые слова — уверенность, нежность и преданность. — Никогда больше не думай так. — произнёс он с лёгкой строгостью, едва отрываясь от её губ. — Ты прекрасна, София. Во всём. И то, что ты носишь моего ребёнка, делает тебя ещё более удивительной. Она опустила голову, прижимаясь ближе к его телу, еще крепче вцепляясь за спину. Её глаза наполнились слезами, но это были слёзы радости и облегчения. Северус обнял её крепче, будто пытаясь защитить её от всех сомнений и страхов. — Знаешь, — продолжил он после паузы, его тон был более мягким, — я никогда не думал, что однажды почувствую такую близость и доверие. Ты изменила меня. Ты дала мне то, чего я даже не знал, что хотел. — говорил он искренне, с паузами, чтобы подобрать нужные слова. Выслушав такое, девушка улыбнулась, её пальцы ещё сильнее сжались на его груди. — Я рада, что мы нашли друг друга, и что ты меня не оттолкнул. — Тихо ответила девушка. — Ты для меня всё. И знаешь, с тобой я чувствую себя в безопасности. — Его взгляд смягчился, и он снова положил руку на её живот. — Ты не одна. — Сказал он, и его голос был полон уверенности. — Я очень тебя люблю. — Девушка удивленно и радостно подняла голову. — И я тебя, очень сильно люблю! — впиваясь своими губами в его, девушка пробормотала. — Мы…в душ пойдем? — улыбнувшись мужчина хмыкнул, и подхватив девушку на руки сказал: — Только хотел предложить. Радостный, и счастливый смех разнесся по комнате зельевара, наполняя ее неприсущим довольством.