Подарки

1. Цветы

      Солнце освещало всю комнату Карага с Брэндоном. Свет мягко ложился на предметы, окутывая теплом и спокойствием. Мальчишки спали, размеренно дыша и не шевелясь, их тела расслаблено лежали в кровати.       Лёгкий щелчок донёсся со стороны окна, а после шорох, как если бы его открывали. Снаружи послышались звонкое пение птиц и шелест листьев от слабого ветра. Некто, что сейчас пробрался в комнату парней, двигался совершенно бесшумно и будто даже не дыша. Его целью не было навредить спящим или как-то ещё причинить ущерб — он держал в руках букетик полевых ромашек, которые хотел поставить хотя бы в стакан, чтобы те не завяли до пробуждения пумы. Найдя искомый предмет, некто аккуратно взял его, наполнил в ванной водой из-под крана и положил его на стол Карага. Чуть-чуть подправил расположение цветов, чтобы те не заслоняли друг друга, и так же тихо и осторожно выбрался из комнаты. Миссия имела успех.       Караг же, проснувшись через два часа, изначально не увидел презент. Лишь когда цветы заметил Брэндон, на них обратил свое внимание и сам Караг. Цветы стояли свежие, будто и не сорвали их на самом рассвете. Караг медленно подошёл к своему столу, нежно провел по лепесткам ромашек пальцами и вдохнул их легкий аромат. Улыбнувшись в цветы, пума гадал, кто же преподнес ему этот маленький, но приятный знак внимания. Он не хотел надеяться. И был прав в своем желании, потому что позже увидел Холли, что на протяжении всего дня носила в своих рыжих волосах одну единственную ромашку, вплетенную в локоны. Лишь подумал, что такой презент получили, наверняка, не только они с Брендоном, но и остальные ребята из их компании.       Некто же следил за пумой. И был несколько раздражён, заметив, что Караг выглядел расстроившимся, когда зашёл в класс вместе со своей компашкой друзей. «Ему не понравились ромашки?» Лишь этот вопрос крутился в его голове.       После каждое утро Караг получал разные цветы.

2. Угощения в тайном месте Карага

      Караг был раздражительным весь день. И все из-за того, что тот начался просто отвратительно. Точнее, даже утро. А если ещё точнее, то ночь.       Во-первых, начал бы перечислять Караг, Брэндон за ночь превратился в бизона три раза. А это, между прочим, на два раза больше обычного.       Во-вторых, продолжил бы Караг, каким-то образом он проспал все уроки, то есть, по сути, прогулял школьный день, отчего получил предупреждение от учителей и ещё одно дежурство на кухне от директрисы школы Кристалл.       И, в-третьих, закончил бы он, все утро (которое опять-таки он проспал) и день, и вечер (и, скорее всего, ночь) лил проливной дождь.       Настроение, которое и так было на нуле, опустилось ещё ниже, отчего аура раздражительности распространялась от Карага в радиусе пятидесяти метров. На удивление, подумал Караг, даже Джефри не цеплял его сегодня.       Караг не хотел никому грубить, но в запале раздражительности он мог сказать что-то обидное, посему и решил обосноваться в своем тайном местечке. Которое, как оказалось позднее, вовсе не было тайным.       Караг знал, что ребята просто хотят проводить с ним больше времени, узнавать друг друга, делиться своими переживаниями, но иногда их внимание Карага раздражало. Иногда он хотел побыть наедине с собой. Без кого-либо другого рядом. Потому и искал места, о которых не знали другие. И он нашел его: в лесу, подальше от школы и популярных тропинок, ведущих к тренировочной поляне.       Карагу нравилось, что его логово — дупло в корнях дуба — выглядело заросшим и диким. Так ему казалось, что он возвращается в прошлое, к своей настоящей семье, живущей в лесу лишь в образах пум. Хоть он и обустроил это место различными ветками с листьями, оно все равно выглядело как место, не предназначенное для человека.       Когда Караг в образе пумы добрался под ливнем до своего логова, внутри его ожидал сюрприз в виде все того же букетика полевых цветов и различных сладостей, оставленных на сложенном толстом пледе, рядом с которым лежали ещё и его теплые вещи. Тот, кто оставил это все, явно продумал момент с тем, что, когда Караг превратится в человека, чтобы съесть предложенные вкусности, он просто замёрзнет в этом месте в такую погоду.       Караг заулыбался от такой неприхотливой заботы. Вновь зарождающаяся надежда, что этот некто является совершенно определенным блондинистым кудряшкой, теплилась в груди неугасающим теперь уже огоньком.

3. Почищенная картошка

      Выбравшись из своего логова довольным и несколько счастливым и оставив все вещи, которые ему пригодились в образе человека, Караг направился под тем же дождем обратно в школу. Вечером его ждало дежурство на кухне.       Он уже представлял, сколько времени потратит на чистку картошки, которую едва ли не возненавидит после. Но, зайдя на кухню, перед этим помыв руки, разумеется, и взяв овощечистку с ее законного места, он в удивлении уставился на гору почищенной картошки.       В этот же момент зашел и сам повар, который лишь поблагодарил Карага, нахваливая его быстроту и аккуратность.       Караг же ничего не понимая, вышел из кухни, подталкиваемый руками самого повара, и, все ещё недоумевая, направился в сторону своей комнаты.

4. Вещи приемной семьи

      Караг скучал как по своей родной семье, так и по приемной. Его приемная мама, Анна Рэлстон, нравилась ему своей мягкостью и нежностью к совершенно чужому человеку — к нему. Они были, по сути, друг другу никем, но та смогла полюбить его как своего родного сына. Мелоди — его приемная младшая сестра — не отличалась от своей матери, принимая его и любя едва ли не сильнее, чем сама Анна.       С Дональдом и Марлоном они общий язык не нашли, хоть приемный отец и старался. С Марлоном было тяжелее, но тот был подростком, а посему действовать было труднее во сто крат. Так считал сам Караг. Как и Анна с Мелоди.       Периодически Караг впадал в уныние от того, как вспоминал, что ему было хорошо дома — дома в приемной семье. И ребята это замечали, и были рядом, чтобы поддержать. Но, похоже, был лишь один единственный человек, который действительно смог понять, чего же в такие моменты хотел сам Караг.       В один из таких дней, когда на него вновь нашла грусть, вечером, придя в комнату после уроков, Караг заметил на своей кровати четыре предмета одежды: кофта Дональда, что была Карагу в два раза больше, футболки Анны и Мелоди и небольшой напульсник Марлона. Едва не расплакавшись от этого, Караг, захлопнув дверь, сбросил свой портфель и подорвался к кровати, по пути превращаясь в пуму. Он окунулся в чувство дома и спокойствия. Лёгкая боль от невозможности встретиться с семьёй растворилась в возможности хотя бы чувствовать их запах. И ощущать призрачное присутствие.       «Спасибо, Джеф», — мурлыкнул Караг и забылся спокойным сном в образе пумы на своей кровати.

+1.

      — Ну и какого это знать, что тебе подтирает жопу сам Эндрю Миллинг? — донёсся голос из-за спины Карага, когда тот пытался сосредоточиться на сложной теме.       — Что? — обернулся Караг, смотря на незнакомого парня. Точнее, он был знаком, но лишь внешне, так как они пересекались в школе, но никогда не представлялись друг другу.       — Зазнаешься, пума? Думаешь, ты лучше всех, раз вы с Эндрю Миллингом одинакового вида? — рука резко опустилась на стол, а парень, пытающийся задеть Карага, склонился над ним, гадко ухмыляясь.       — Не понимаю, о чем ты, — Караг приподнялся из-за стола и встал прямо перед идиотом.       — Все ты понимаешь, не придуривайся, — зло произнес другой оборотень, что стоял за главарем, как понял сам Караг, их маленькой банды. Сам же глава схватил Карага за грудки и слегка встряхнул, но тут же получил тяжёлый удар в челюсть.       — А теперь ушли отсюда, пока я не разодрал вас в клочья! — произнес твердо Джефри, складывая руки на груди и зло глядя на парней, что испуганно смотрели на их отключившегося главаря. — И заберите это дерьмо отсюда.       Джефри злорадно ухмыльнулся и, обернувшись, направился к своему месту, где ранее сидел незамечанным Карагом. Собрал свои вещи и, будто проважая неудавшихся хулиганов, что на плечах тащили одного из своих, вышел из библиотеки.       Карага же, который стоял все это время на месте, охватило возмущение. Он, что, не мог сам справится с этими идиотами? Он не нуждался в помощи и тем более защите волка. Как Джефри вообще посмел унизить его таким образом? Быстро схватив свои вещи, Караг выбежал из помещения в надежде найти Джефри. Тот показался на лестнице, ведущей на первый этаж. Караг направился в ту же сторону.       Догнал Джефри Караг лишь на выходе из здания. На улице стояла солнечная, теплая погода, что радовало пуму весь день. Схватив волка за запястье, Караг потащил того в сторону леса. Чувствуя сопротивление, он ещё крепче сжимал хватку и упорнее тащил упирающегося парня.       Остановившись у самого края поляны, Караг обернулся и хотел уже все высказать в лицо Джефри, но тот тепло улыбался и хитро смотрел на него. Покраснев и опустив взгляд вниз, пума заметила их сцепленные руки. Когда только?..       Джефри, почувствовав, что теперь уже Караг начал вырваться из хватки, сжал пальцы крепче и дёрнул парня на себя, тут же обнимая его за талию, а сцепленные ладони выставляя в сторону. Провел носом по шее, вдыхая неповторимый запах Карага, так и оставаясь, уткнувшись в место за его ухом.       Караг же стоял весь красный и непонимающий происходящего. Его вторая ладонь, что была свободна, опустилась на плечо Джефри.       Щекочущее дыхание волка вызывало мурашки на шее, отчего Караг сжался, закрывая доступ к своему уху. Джефри отстранился, глядя прямо в глаза Карага.       — Не говори, что не нравится, котенок, — ухмыльнулся Джефри, прижимаясь к другому уху, оставляя поцелуй на мочке и двигаясь ниже, а после вновь поднимаясь наверх. В этот раз касания нравились Карагу и не вызывали столп мурашек, отчего ему хотелось лишь больше открыть шею, но он не мог позволить себе затуманить разум. Ему нужно было поговорить с этим неотесанным волком.       — Джефри, — твердо произнес Караг, кладя ладонь свободной руки на лицо волка и отводя того от своей шеи.       — Да, котенок? — целуя ладонь, пробормотал Джефри. Караг запунцовел.       — Ты просто невыносим! — попытался сделать шаг назад Караг, но Джефри крепче схватил того за талию. Тяжело вздохнув и положив ладонь уже на свое лицо, Караг продолжил, ткнув пальцем в грудь Джефри: — Ты не можешь просто брать и угрожать другим людям, когда те пытаются меня оскорбить. Я могу за себя постоять! И потом, с чего тебе вообще есть дело до того, что обо мне говорят? Не ты ли первым был, кто возненавидел меня только потому, что я принадлежу к кошачьему виду? — Караг приподнял бровь. — Это не считая, что ты тоже рвешься в любимчики Эндрю, а тот выбирает меня.       — Ты такой глупый, котенок, — Джефри рассмеялся, гладя спину Карага. — Будешь леденец? — Его глаза хитро заблестели, в то время как рука потянулась в карман, доставая оттуда сладость в знакомой шуршащей упаковке.       Карага настигло ощущение абсолютной радости. Он с улыбкой на лице выдохнул, закрыл глаза, прижимаясь лбом ко лбу Джефри, а после, кладя ладонь на шею стоящего напротив волка, затянул того в сладкий и медленный поцелуй. Руки, сцепленные и отставленные в сторону, расцепились, после чего каждая нашла свое место: рука Карага на шее волка, рука Джефри в волосах пумы. Джефри не сопротивлялся нежным и мягким губам Карага, чувствуя как по коже бегут мурашки от нереальности происходящего. Ему казалось, что он теряет ход времени. Единственное, что было важно здесь и сейчас, это вкус спелой вишни, что растекся на языке и губам, оставляя после приятное послевкусие.       Теплое дыхание опалило щеку Карага, когда тот отстранился, открывая глаза. Глаза Джефри были закрыты, ресницы слегка подрагивали. Рука в волосах больше не стискиваала локоны, будто те были единственным, что удерживало Джефри в этом мире.       — Так ты мне дашь леденец? — улыбнулся Караг, когда Джефри все же открыл глаза. Они стояли, все так же обнимаясь. А Караг ждал свой очередной маленький презент.