По пятам

***

В Большом Зале всегда было шумно: ученики разговаривали и спорили между собой; о тарелки стучали вилки, ложки и ножи; кто-то смеялся. Пожалуй, именно в Большом Зале во время приёма пищи Хогвартс по-настоящему оживал, чего не было ни на одном занятии. Лишь двоим людям было всё равно на всё происходящее: Гермионе, которая редко отвлекалась на шум и не обращала на что-либо внимание, и Гарри, который не сводил своего взгляда со слизеринского стола, за которым сидел его главный школьный враг, Драко Малфой. С самого начала нового учебного года Драко перестал как-либо обращать внимание на Золотое Трио. Он проходил мимо них, не отпускал свои мерзкие шутки в их сторону и перестал делать им всякие гадости. Вместо этого Драко погрузился в учёбу с головой, гулял по Хогвартсу с Забини и Паркинсон и тратил деньги своей семьи. Гарри ожидал какого-то подвоха от Малфоя, готовясь к тому, что тот что-то учинит. Но Драко ничего не делал, продолжая игнорировать Золотое Трио и весь Гриффиндор в целом. Словно их и не было. Гарри сходил с ума от своей паранои и стал следить за Малфоем, чтобы знать, что тот замышляет. Рон и Гермиона крутили пальцем у виска, говоря, что Гарри слишком одержим Драко и мыслями о том, что тот что-то замышляет. Гарри от слов своих друзей отмахивался, продолжая следовать практически по пятам за слизеринским придурком, который продолжал игнорировать его. А Драко, словно издеваясь над Поттером, ходил в людные места, гулял, развлекался и строил репутацию примерного ученика, который точно ничего не замышляет. Но Гарри знал, что это было не так. Он знал Драко лучше, чем его собственные родители. Он мог по одному дыханию узнать Малфоя из тысячи похожих на него людей. По одной походке понять, о чём он думает, когда другие об этом даже не догадываются. Драко словно врос в сознании Гарри, не давая тому думать ни о чём другом, кроме себя. И это сводило Поттера с ума. Гарри словно осенило. Так вот что Малфой задумал! Он собирается заставить Поттера думать только о нём, чтобы гриффиндорец сошёл с ума. Гарри усмехнулся. Теперь он знает план Драко. И он намерен сыграть с Малфоем в ту же игру. Гарри сведёт Драко с ума раньше, чем это сделает он. Ну не гениально ли это? … Гарри подбирал идеальный момент для того, чтобы осуществить свой план в действии. Гарри продолжал ходить за Драко под мантией-невидимкой и следить за ним, ожидая, когда Малфой останется один. К его сожалению или счастью, Драко оставался один только в спальне и ванной, куда Гарри с большим трудом пробирался под мантией-невидимкой. В остальное время Драко всегда с кем-то. И чаще всего он был с Забини. Мерзким любителем Тёмных Искусств, подстать мерзкому выродку Малфоев. Но когда Малфой оставался один, он уже не казался таким неприятным. Гарри стал замечать в действиях Драко некую лёгкость и даже невинность. Когда Драко забирался в ванну, чтобы помыться, он сначала проверял воду большим пальцем ноги, а потом аккуратно опускал всю ногу. Драко всё это делал настолько осторожно, что невозможно было не восхититься. Драко всегда пользовался различными дорогими шампунями, кремами, мазями, чтобы сохранять свою кожу упругой, чистой, гладкой и вкуснопахнущей. И этого всего было настолько много, что приходилось всё ставить на пол или на бортик ванны. Гарри вдыхал приятный запах, что стоял по всей ванной, медленно расслабляясь. Теперь понятно почему Драко всегда так приятно пахнет. Перед сном у Драко тоже были свои ритуалы. На постельное бельё Малфой всегда наносил масла с запахом лаванды или сандала для хорошего сна. Драко всегда менял постельное бельё, чтобы спать на свежем. Он просто не переносил бельё, на котором уже спал. Гарри поначалу закатывал на это глаза, а после перестал обращать внимания. Даже восхищался тем, что Драко даже после тяжёлого дня находил в себе силы, чтобы сменить бельё. Когда Драко снимал с себя одежду, Гарри вначале отворачивался, стыдясь смотреть на голого Малфоя. А потом… Гарри и сам не понял как, но стеснение пропало, а вместо него пришёл интерес. Интерес и желание увидеть худое бледное тело Драко. Тело Малфоя было подтянутым, стройным и таким чистым, что чуть ли до слепоты не доводило. Гарри уже не стеснялся изучать тело слизеринца, подмечая про себя некоторые детали на нём, например: родинки на пояснице и над пупком и милое родимое пятнышко на предплечье в форме треугольника.

Хочет дотронуться до этого чистого белого тела.

Во сне Драко становился настолько прекрасным, что Гарри даже не верилось, что это действительно был Малфой. Пухлые розовые губы были приоткрыты, пушистые ресницы мягко подрагивали во время сна, дыхание ровное, сопение тихое, мягкие волосы спутались, предавая Малфою некий ангельский вид. Драко выглядел так невинно, что Гарри хотелось подольше понаблюдать за слизеринцем.

Нельзя быть таким красивым и милым.

Но когда Блейз появляется рядом с Драко, Гарри готов взорваться от раздражения. Поттер не понимает почему Забини его так раздражает, но его практически трясёт даже от мысли о Блейзе. Вот настолько сильно его раздражает Забини. А вот Драко, наоборот, начал даже симпатизировать Гарри. Малфой стал терпеливее, спокойнее, даже взрослее. Поттер невольно замечал, что Драко начал немного помогать первокурсникам и своим однокурсникам по Зельеварению. Драко терпеливо всё объяснял ученикам, которые с первого раза ничего не понимали. Гарри это казалось милым, ведь Малфой в такие моменты выглядел таким взрослым и зрелым, что невозможно было не любоваться им. Правда, Драко был таким прелестным, что Гарри даже ненадолго подумал о том, что это и не Драко вовсе. Как мерзкий Малфой, который травил гриффиндорцев и ненавидел всех, кто не был чистокровным, может так измениться и быть таким… привлекательным и милым? Уму непостижимо! — Поттер, тебе что от нас надо? Ты почти в затылок дышишь, — процедил Забини, резко развернувшись к Поттеру лицом. Драко странно покосился на Гарри, скрестив руки на груди. Он и сам заметил, что у Поттера резко возникло какое-то повышенное внимание к ним, но бросаться обвинениями Драко не рисковал. Мало ли, вдруг ему просто показалось? — Я? Да сдались вы мне. Просто мне в ту же сторону, что и вам, — фыркнул Гарри, чувствуя некую дрожь в своём теле. Он переживал, что слизеринцы догадаются о его слежке за ними. А если быть точнее, за Драко. — Тебе? В сторону Подземелья? Не смеши. Что ты там вынюхиваешь? Что пытаешься узнать? — Блейз Поттеру не поверил, начиная наступать на него, запугивая. Гарри нахмурился. Как этот ублюдок вообще смеет с ним так разговаривать? — Пошли, Блейз. Что взять с этого придурка? Не обращай на него внимание, — Драко положил свою ладонь на плечо одногруппника и продолжил с ним путь в Подземелье. Блейз бросил на Гарри устрашающий взгляд и ушёл за Драко. Гарри провожал Драко взглядом, чувствуя странное покалывание в пальцах. Голос Малфоя буквально ласкал слух гриффиндорца, чего раньше не было. Гарри и не замечал раньше, что у Драко очень красивый голос. Раньше Поттер чуть ли уши не закрывал, чтобы не слышать Малфоя. А сейчас ему хотелось часами слушать этот красивый голос, принадлежавший красивому парню, Драко Малфою. … По Хогвартсу ходили слухи о том, что Драко Малфой не умеет смеяться. Вообще. Усмехаться, язвить, ругаться, обзываться умеет, это у него не отнять, а что бы весело, от души посмеяться такого никто не слышал. Это было что-то за гранью фантастики, что иронично, учитывая существование магии. Но Гарри был готов опровергнуть эти слухи. Прячась в библиотеке за стеллажом с книгами, Гарри наблюдал за Драко, который сидел рядом с Забини, иногда почитывая книгу, что была в его руках. Блейз что-то шептал Драко на ухо, отчего Малфой толкал его в плечо, несерьёзно ругаясь на него. Забини посмеивался над своим другом, смотря на его лицо. Гарри был готов толкнуть стеллаж вперёд, чтобы придавить ненавистного Забини.

А потом он услышал смех.

Прикрыв свой рот ладонью, Драко тихо и весело смеялся, подрагивая от смеха. Гарри неверяще смотрел на Малфоя, словно перед ним было какое-то чудо. Хотя смеющийся Драко действительно было чудом. Смех Малфоя не резал слух, не был пропитан сарказмом или ядом, нет. Это был обычный, весёлый смех, который Гарри не забудет никогда.

Он хочет ещё.

Гарри не знает, почему Драко смеётся, но это было прекрасно. Смех Драко прекрасен, смеющийся Драко прекрасен. Сам Драко прекрасен настолько, что слов не хватало для описания Драко, как привлекательного парня. Гарри горько усмехнулся, прижавшись лбом к стеллажу. Малфой его и здесь обыграл. Сначала свёл с ума от паранои, а теперь ещё и влюбил в себя. Бесстыдник. И как у него только это получилось? Когда успел? Гарри ещё раз взглянул на Драко, невольно улыбаясь. Малфой стал нравится ему ещё больше. Он действительно… больше не такой, каким Гарри его знал раньше. И Гарри хочет сблизиться с ним. … Гарри продолжил следить за Драко, стараясь узнать его получше, чтобы у него были шансы заинтересовать Драко в любовном плане. Поттер узнал, что Драко предпочитает из еды, с кем он дружит, были и есть ли у него отношения. Гарри с каждым днём узнавал о Драко всё больше и больше. Но Поттер всё равно считал, что должен знать ещё больше, чтобы у Драко не возникло сомнений в том, что его парнем должен быть именно Гарри и никто больше. Собравшись с мыслями и духом, Гарри наконец решился заговорить с ним и признаться ему в своих чувствах. Купив для Драко его любимые сладости, Гарри выждал, когда Малфой останется один. Без этого мерзкого Забини. Подкараулив Драко, который направлялся в ванную, Гарри снял с себя мантию-невидимку и подбежал к нему. Драко вскрикнул, когда кто-то схватил его за плечо и резко развернул. Прижав свою ладонь к груди, Малфой постарался успокоиться. — Поттер… какого дракла ты делаешь? Какая пикси тебя укусила? — процедил Драко, недовольно смотря на гриффиндорца. — Я не хотел тебя пугать, извини. Это тебе, — Гарри протянул Малфою мешок со сладостями, нервно улыбаясь. Драко выгнул бровь, скрестив руки на груди. — Что там? Какое проклятье на меня подействует? Что ты задумал? — принимать мешок Драко не спешил, даже не хотел. И Гарри это было неприятно. — Ничего там нет. Там твои любимые сладости. Возьми, — настаивал Поттер. Драко продолжал игнорировать мешок в руках гриффиндорца. — Что ты от меня хочешь? — спросил Малфой. — Ты мне нравишься. Очень. Я хочу быть с тобой. Давай встречаться? — на одном дыхании проговорил Гарри, улыбнувшись. Драко странно покосился на Поттера. — Ты перегрелся, что ли? Что ты несёшь? Какое ещё «нравишься»? Какое «встречаться»? Ты совсем с ума сошёл, я не пойму? — фыркнул Малфой, нахмурившись. — Можешь считать это как угодно, но я хочу с тобой встречаться. Я буду хорошим и заботливым парнем для тебя. Давай хотя бы попробуем встречаться. Тебе понравится, обещаю, — проговорил Гарри, продолжая протягивать мешок со сладостями Драко. — Ты сумасшедший. Я и раньше подозревал, что ты не отличаешься умом, но сейчас я в этом ещё больше убедился, — покачал головой Драко, ненадолго прикрыв свои глаза. — Забирай свой мешок и иди на все четыре стороны, только от меня подальше. Я сделаю вид, что ты ничего этого мне не говорил. Отстань от меня и больше не подходи ко мне. Я тебя не трогаю и ты меня тоже не трогаешь. Вполне справедливо, — после этих слов Драко направился в сторону ванной, оставляя Гарри стоять на месте. Поттер выронил мешок со сладостями из рук, неверяще смотря вслед Драко. Он не хотел верить в то, что он его возлюбленный ему отказал. Что он сделал не так? Может он должен был лучше показать Драко, что тот ему нравится? Гарри приподнял уголки губ, мысленно успокаивая себя. Драко ведь Малфой. Единственный наследник такого древнего Рода. Родители его буквально на руках носили, всячески балуя своего единственного сына. За таким человеком нужно бегать и активно ухаживать за ним. Тогда Драко поймёт, что Гарри действительно любит его, и его сердце растает. Что ж, Гарри это запомнил и завтра придёт к Драко с другим подарком. Как Поттер успел заметить за всё время слежки, Драко обожает блестящие вещи. Наследство от родителей Гарри досталось большое. И он с удовольствием потратит его на Драко.