У меня на тебя есть особые планы

Мари мучительно открыла глаза из-за яркого луча солнечного света, пробивающегося сквозь приоткрытые шторы. Теперь было понятно, почему у него в комнате такие плотные шторы. По утрам солнце нещадно бьёт в глаза.

Мари

Я закрываю глаза и вижу тебя.

Чёрт, я так и уснула тут. Подождите, а где тогда он спал? Не думаю, что со мной,вторая сторона кровати без признаков сна. И где сам Саша? Я села лотосом на кровати, укрыв ноги пледом. Пыталась пробудить мозг и просто сидела, оглядывая комнату. Всё было так аккуратно и в то же время вразброс разложено, что не было понятно, это творческий беспорядок или что-то иное. На столе стоял включённый ноутбук, а значит, он уже встал. И ложился ли вообще? — Уже проснулась? — Александр вошёл в комнату, весь при параде и суматошно пытался завязать галстук на шее. — А который час? — Мне стало неловко, что я нахожусь здесь, в его обители. Прийти и просто посидеть — одно, а вот сладко спать — совершенно другое. — Почти восемь утра. Ты спи, если хочешь, ещё рано. Олег, скорее всего, к десяти только встанет. Он взял свою сумку и стал закидывать в неё по мелочи, бросив непослушный галстук на стол рядом с ноутбуком. — Да я выспалась, кажется. А ты где спал? Прости, что заняла твоё место. Нужно было разбудить, я бы ушла к себе... — Мне не жалко, да и ночь не очень у тебя была. Как твои курсы, кстати? О, пока ноут включён, покажи, сколько прошла. Куратор нормальный попался? Он указал на ноутбук и я лениво отбросила плед, покрывшись мурашками от прохлады. — Куратор нормальный. Села за стол и, открыв браузер, зашла на сайт. Пока вводила пароль, Саша надел пиджак и подошёл ко мне. Положил одну руку на стол, а второй облокотился о спинку стула, на котором я сидела. И тут моё тело охватило покалывающий жар. Все мои обычные движения стали неловкими,его парфюм почти сразу окутал меня. Сегодня от него веяло кедром и утренним крепким кофе. Мне захотелось спросить, неужели он пользуется каждый день разным парфюмом, но передумала. Это означало бы, что я каждый день его нюхаю. А это не так! Во всём виноват его аромат, который растекается вокруг меня каждый раз, как он оказывается рядом и так совпадает, что ароматы всегда интересные и во многом нравятся мне.

Александр

В моём холодном сердце сгорают огни.

Я еле заметно ухмыльнулся, ибо стоило мне только приблизиться к ней, наклонившись к экрану, как она тут же напряглась. От её поля исходили непонятные импульсы. Боится, что сделала слишком мало за это время? — Я, вроде, говорил, чтобы ты не торопилась. — Уточнил я, приметив, как много она прошла. — Поставила курсы первоочерёдными? — Нет. Остальное тоже сделала. — И темы все изучила? — Да. — Всё законспектировала? — Да. — И практики энергии делала? И литературу читала? Получив на всё утвердительные ответы, я невольно прислонил тыльную сторону ладони к её лбу. — Мозг не кипит? — Нет, не кипит. Я и сам глупо улыбнулся, увидев её улыбку. Но лоб, как мне показалось, был горячим. — А ну-ка, скажи мне... М-м... Как ты можешь постичь внутреннюю гармонию? Она взглянула на меня, и я сам ненадолго растерял эту внутреннюю гармонию, наполнившись хаосом. Оболочка моя была непоколебима, в отличие от внутренности. — Если научусь контролировать свои эмоции, и не буду пытаться подавить чужие. — Хорошо, тогда... Что важно знать, если хочешь повторить результат одного из обрядов другого мистика? — Что одна и та же вещь или действие в мире магии на всех влияет по-разному. Значит, что никогда не повторишь его результат, сделай хоть трижды идентично. Свои знания можно получить в результате глубоких личностных переживаний или постичь тайны в осознанных снах. Всё, что ты мне даёшь — верхушка айсберга, тонкий лёд на поверхности воды. Это мои личные сравнения... — В самый раз. Тогда... Ладно, опрошу ещё чуть позже. Сегодня воскресенье, отдохни, что ли? — Я хотела дочитать книгу... — Нет. Я, как наставник, запрещаю сегодня что-либо делать по учёбе. Мари выглядела слегка расстроенной и уже обдумывающей, чем сегодня заняться. Её сонный вид придавал немного забавности. Пересохшие губы тоже слегка надулись. — Помочь с галстуком? — Внезапно отозвалась она. — Умеешь? — Отец частенько бывал на мероприятиях по работе, так что научилась. — Тогда буду рад. Она взяла галстук и, встав, поравнялась со мной. — Нагнись, пожалуйста, немного. Больно уж высокий. Ухмыльнулся и нагнулся ближе к ней. Стоило ей сделать на моей шее подобие петли, как мне привиделось, будто я её пёс, а она надевает на меня ошейник, делая своим. Я проморгался и уставился на её старательное лицо. — Ты, вроде, не затягиваешь галстуки. Оставлю так? Надо же, даже знает, как обычно на мне выглядят галстуки. Я кивнул, и она поправила его. — Спасибо. Боялся, что без него образ будет неполным. — А ты, кстати, куда? — На интервью. Какое — секрет. — Не очень хотелось знать. Очевидная ложь. Но то, каким голосом она это сказала... Мне захотелось сразу же выпалить, куда и зачем иду, но сжал это в кулаке.

Мари

Отпустить, отпустить, отпустить.

Когда Саша ушёл, я стала заправлять постель. Уж точно не оставлю всё так. Справившись с ней, сложила плед и аккуратно положила с краю. Я не знала, откуда он его достал, так что тут он его увидит и уберёт обратно. В своей комнате не сразу сообразила, что уже несколько минут ищу его аромат на себе, от его вещей и постели. Даже от Олега так не пристаёт аромат, как от Саши. И дело ведь даже не в парфюме. Почему я вообще стала это замечать? После Питера всё будто сразу поменялось. Не сильно, не кардинально, но что-то, да хоть и внутри, но поменялось. Я не понимаю как именно и отчего, но ощущаю себя по-другому, замечаю другие мысли и действия. Не сказать, что мне это не нравится, но и настораживает, потому что иногда думаю не о том, о чём должна. Да и сегодняшняя ночь, если честно, жутко меня напугала. Да, я веду себя спокойно рядом с ними, но сейчас сижу, обняв себя, и проматываю в голове каждое движение в эту ночь. Что оно хотело от меня? Почему пришло? Почему я? Почему ко мне? Почему? Как оберег может так защищать меня? Какой силой обладают эти камни? А какой заговоренностью они обладают? Откуда Саша узнал, что это и вправду мне поможет? И что он будет делать с этим дальше? А что делать мне? Поскорее бы Олег проснулся, и мы бы позавтракали или пообедали вместе. Он бы одарил меня шутками, да хоть подколками! Но я бы не чувствовала себя так, как чувствую сейчас. Готова сыграть с ним в любую игру, поговорить о чём угодно, да пусть хоть подушкой побьёт! Я дёрнулась, телефон провибрировал где-то сбоку. Взяла его и оказалось, что он работает, а заряда больше половины. От Сергея было под двадцать сообщений. И я нашла спасательный якорь.

Сергей

Я не могу без тебя, прошу, пойми.

Я слегка удивился, увидев звонок от Мари. Будто по умолчанию, обычно звонил я. Это немного насторожило, но услышав её голос, понял, что ничего страшного. Значит, скорее всего, соскучилась. — Прости, не отвлекаю? — Её голос хоть и казался обычным, но что-то всё равно было не так. — Вовсе нет, я сегодня дома. Ну, полдня. А сама как? Ты обычно ещё спишь. Разбудили? — Неожиданно выспалась. Дай, думаю, пока один спит, а другой уехал, поговорю с тобой. Я, если честно, не просмотрела твои сообщения и голосовые. Отвечу позже на них, ладно? Или можешь так пересказать. — Ну, там нет чего-то прям важного. Посмотришь, как сможешь. — Хорошо... Как твои дела? Как вчерашние съёмки? Передал «Привет» Тихону Жизневскому? Я, сквозь улыбку, ответил: — Заваливаешь вопросам прямо с утра. Ты нормальная? — Не передал! Так и знала! — Я забыл, прости! Завтра точно передам. — Я не верю больше ни одному твоему слову. — Ну, прости меня, Луна, ты тоже должна понять меня. Что память у меня как у Дори из «Немо». — Как у актёра может быть память как у рыбки? Тупая отмазка. — А может я ревную? Оставишь меня и уйдёшь к Тихону. Я услышал в трубке умирающий смех и сам невольно рассмеялся. — А ты сам нормальный вообще? — Никак нет. Ты же знаешь. — Знаю, знаю. — А если честно, то у тебя всё нормально? Нет, я далеко не против, что ты мне звонишь, ещё и с утра, но по твоему голосу ощущается что-то не так. Я вот что понял: я делюсь с тобой всем, что у меня происходит, и дело даже не в окружении, а внутри. Ты отлично знаешь, что у меня внутри. Я бы сказал единственная. Мари, ты здорово мне помогаешь не сдаваться и двигаться там, где я хочу всё бросить. Я не понимаю себя, а ты умудряешься понять меня. Ты и вправду ведьма. Но... Прости, конечно... Но почему ты сама не делишься со мной ничем? Ну, да, ты рассказываешь, как у тебя прошёл день, но в твоих словах так много обобщенности... Человеку, которому ты вправду доверяешь, вряд ли на вопрос «Как дела?», ответишь просто «Нормально». Мари? Ало? Я на секунду испугался, что она уже на середине моих изречений сбросила звонок, но вскоре услышал: — Пытаюсь подобрать слова. Ты меня тоже пойми, моя жизнь медленно, но переворачивается вниз головой. Каждый день я узнаю что-то, что меняет моё мировоззрение, заставляя невольно менять себя. И если я начну что-то рассказывать про эзотерику, вряд ли поймёшь меня, согласись? Да и о многом таком говорить не могу, ведь это нечто сакральное, понимаешь? И вижу, как тебе самому нелегко, так зачем я буду ещё нагружать? Солнце, тебе не стоит волноваться за меня, правда. Если что-то появится серьёзное, то, что будет разъедать меня, я обязательно тебе сообщу, слышишь? Я обязательно приму твою помощь, а сейчас со мной всё нормально, я справляюсь. Мелкие проблемы есть у каждого, и я могу с ними разобраться! Слушая её слова, я немного успокоился в своих переживаниях насчёт неё. Мари всегда открыто заявляла мне обо всём, так что сомневаться в этих словах не было смысла. Наверное. Но если она таксчитает, то пусть будет так. Я всё же не могу насильно вытаскивать из неё что-то,да и сама сказала, будь что серьёзное, то обязательно выложит. Поэтому, когда она закончила, я произнёс: — Ладно, я тебя услышал. Мне просто неудобно стало, что я только о себе и своих проблемах говорю... — Всё хорошо, Серёж, ты можешь говорить сколько угодно. До тех пор, пока не излечишься. Я буду с тобой. — Спасибо, я ценю это. И надеюсь, что в твоих словах только правда.

Мари

Можешь принять меня, а можешь забыть.

Конечно, только... Часть правды. Прости, Серёжа, мне вправду не хочется говорить обо всём, что у меня внутри. Даже не то, чтобы с тобой, а даже с собой. Но когда-нибудь этот день настанет. Я хорошенько покопаюсь в своей голове, чтобы выкинуть ненужное и разберусь со всем происходящим. А пока я поплыву по течению, хватая всё в округе. — Ой, Серёж, кажется Олег встал. Я, наверное, пойду. Даже не завтракала еще. — С ума сошла? А ну бегом жрать! Мы попрощались на позитивной ноте, и улыбка с моего лица не сходила до тех пор, пока не переоделась и не причесалась. К этому времени услышала, что шум в ванной прекратился, и подкралась к двери, совсем тихо, как мышь. И когда Олег, ничего не подозревая, открыл дверь, я выскочила: — Бу! — Господи, Мари, детский сад. — Ну, чёрт, совсем не испугался? — Ты знаешь сколько раз Саша в детстве меня таким пугал? Я уже закалён как сталь. Я шутливо надула губы и Олег, приложив руку на мою макушку, растрепал только что аккуратно причёсанные волосы. — Ах, ты! — Только хотела дать пинка, как он уже умчался, размахивая полотенцем в сторону кухни. Разумеется, я понеслась за ним. Мы остановились напротив друг друга, и только стол разделял нас. В этот момент начались глупые догонялки. Но то, что он был массивнее меня, в этот раз сыграло в мою пользу.

Олег

Твой каждый вздох — это целая Вселенная.

Я на секунду запутался в стульях и взглянул на Мари, которая уже грозно надвигалась на меня. Ничего больше не придумал, как раскрыть полотенце, накинуть на неё и замотать, прокрутив её так, чтобы она оказалась спиной ко мне, замотанная полотенцем как в кокон. — Оно же мокрое, Олег! — Защищаюсь, как могу! Конечно, она начала пыхтеть, пытаясь выбраться. И я, отодвинув дурацкий стул ногой, прижал её к своей груди, руками в охапку. Сквозь мокрое полотенце и уже влажные вещи почувствовал тепло её тела и, наклонившись ниже, стараясь удержать юркую лисицу, невольно вдохнул аромат её шеи и волос. Это было ужасной ошибкой, потому что вскоре ощутил, как в штанах становилось с каждой минутой всё теснее. — Ладно, всё, жить будешь. — Сдалась Мари, расслабившись. Я скорее отпустил её, дабы не усугублять своё положение. — Теперь придётся переодеваться. —Улыбнулся я, и она закатила глаза. Мы разошлись по комнатам, но вскоре вновь воссоединилась на кухне с урчащими животами. Меня уже отпустило, и я мог дальше спокойно функционировать. — Что на поздний завтрак? — Яичницу? — Предложила она. — После вчерашнего ужина жареная картошка осталась. — Вспомнил я. — Можно с яйцом поджарить. — Давай без яиц? — Надоели? — Да. — Я надоела? — Что? Нет. О чём ты вообще? — Проверка, хе-хе. Но ты сам не хочешь моей яичницы. — А ты не хочешь моей жареной картошки. — Во-от так бы сразу сказал, что она твоя. Буду сегодня без завтрака. — Мари! — Шучу я. Сколько класть? Поздний завтрак и ранний обед прошёл, как и всегда. За разговорами и попыткой убийства вилкой. Кто кого — всегда по-разному. Но в этот раз что-то было не так. Она вела себя, как и всегда, но в некоторых моментах смущала меня. Явно что-то недоговаривала. — Как продвижения в учёбе? — Плаваю во всём этом, пытаясь найти островок. Вообще, мне нравится, на многое открывает глаза, что ли? — С головой не ныряй. — Стараюсь, но так затягивает! — ... Или хочешь от чего-то сбежать? В точку. Её расширенные глаза подтвердили это, и вилка, чуть не рухнувшая из рук на стол. — Сбежать? От чего? Я просто хочу скорее «шарить» во всём этом. — Ковыряя картошку в тарелке, ответила она. — Слушай, я не буду надавливать на тебя, чтобы ты рассказала, что не так и что тревожит. Сама решишь, делиться этим со мной или нет. И когда. Просто хочу напомнить, что я всегда протяну тебе руку помощи. Я проскользнул указательным пальцем по её носу, чтобы как-то подбодрить и развеять возникшую над ней тучу. Она улыбнулась, глядя на меня и я понял по благодарным глазам, что она прекрасно это понимает и ценит.