Я переродилась шаманкой, так как другие выборы системы мне не нравились, поэтому я вынуждена спасать людей от катастрофы придуманной автором этого мира.

      Я прокляну весь этот мир, если мы ещё раз пойдём в караоке первым и вторым курсом. Третьего не было — Утахимэ тактично слилась с фразой: «Ой, у меня что-то зуб болит». Ага, верю. Это если бы Годжо сказал: «У меня голова болит» — чему болеть, если содержимого ничтожно мало, да? Вот и у неё так же — жрёт мороженое и не краснеет.       Сама дорога до этого адского пристанища была лёгкой. И по началу даже интересной. Но потом остатки извилин Сатору проснулись и он решил задирать Сугуру, а тот времени не теряя — Юи. А уж этот решил внести смуту и достать Кенто. Так и шли мы с Сёко, слушая от трех до пяти этажные матные конструкции. И если она хоть курила, приглушая позывы устроить драку прямо на светофоре, то у меня такой роскоши не водилось отродясь. Удовольствия в терпении было мало, так ещё и краснеть приходилось периодически, если речь заходила за зверей. Отчего-то эти идиоты решили вспомнить всю Красную книгу, ассоциируя оппонента с ничем неповинными животными. Благо караоке находилось в трех кварталах и на букве «Н» мы наконец-то пришли на место. Вот вы когда-нибудь слышали оскорбление «Недоношенный нарвал»? Нет? Вот и живите с этим.       Само здание было чуть лучше, чем у бомжей на теплотрассе — сухо, тепло, но антисанитария. Даже таракан мне встретился, отчего моя «песня» началась едва мы зашли в караоке кабинку. Посетители проводили меня с насмешливо-понимающим взглядом, а сам администратор вручила баллончик с дихлофосом. О, да! Вот это сервис!       Так и пришлось мне сначала нашу кабинку проморить, а после ещё минут десять стоять около входа в сей обитель будущего треша. Мои ровесники таких действий не одобряли, но братик Гето весьма доходчиво всем объяснил, что если они не хотят услышать от меня во время песни внезапный ультразвук, то лучше просто постоять и подождать. Вопросы отпали у всех, даже у меня. Так и зашли мы спустя пятнадцать минут в неоновую комнату, и буквально сразу же меня вывели оттуда силком. Стратегический мор не удался — или баллончик просрочен, или у местных обитателей иммунитет. Я уж было собиралась уйти от греха подальше обратно в колледж, но гений на Юи предложил мне просто сидеть с Годжо в обнимку, так как у него есть бесконечность. Мем про Губку Боба знаете? Если нет, то это ваши проблемы — я мысленно развела руки в стороны, а после с силой обняла его за талию с беспристрастным лицом.       — Врубай на полную, Годжо.       — Слышь, отцепись от меня!       Уж не знаю, что он там себе надумал, стоя ещё на своих двоих, но действовать он начал мгновенно. Он стал отталкивать меня от себя, но попытки его, как вы понимаете, не увенчались успехом. Последний раз я так кого-то крепко обнимала в парке аттракционов, и сейчас эмоций у меня было едва меньше, чем с пикирующей вниз карусели. Тем временем этот петух-альбинос во всю стал парадировать Витаса, но всем было абсолютно плевать на его пародию на седьмой элемент. Так он и присел, пыхтя от возмущения, рядом со мной, чуть обнимая меня за плечи для удобства.              — А вот если бы вы одни пошли с Сёко, то кто бы тебя спасал, а?       — Так мы бы давно ушли в другое место, глупыш, — как можно ласковее проворковала я, в конце хлопая невинно глазами.       Как же вовремя цвет неона с сине-зеленого перешёл плавно в красный, я прям не могу. Где-то на фоне явно не хватает закадрового смеха и выражения лица Годжо крупным планом. Да, этот японский абориген уж слишком сегодня проявляет свои эмоции няшки-стесняшки. Ну ничего, Саторушка, я и в тебе иммунитет воспитаю.       — Так, проверка-проверка. Раз-раз-раз! — Юи стал проверять местную технику на исправность, попутно доставая откуда-то телефон. — Селфи на память!       Все среагировали сразу: Сёко с Сугуру сразу же показали «Пис», а Кенто равнодушно сложил руки на груди. Годжо сделал пальцами полу-сердечко, явно намекая мне закончить позу. Как скажешь, мой принц — я показала рядом с его символом палец вверх, а после «снято» буквально сразу же вцепилась ему в талию. Задокументировав сей замечательный момент в телефоне, Юи радостно достал откуда-то пустую бутылку и стал крутить её на столе под всеобщие охуевшие взгляды. И пока Сатору пытался вновь отцепить меня от себя, Юи уже приступил к объяснению:       — Это для первого поющего. На кого укажет — тот и поёт первый, — бутылка завершила круг и указала на Кенто. — Нанами-и!       — Откуда ты её достал?.. — он потёр переносицу с уставшим видом. — Нет, не важно, молчи. Я отказываюсь.       С этого момента наша комната больше напоминала мне какой-то стадион, чем что-то адекватное. После отказа блондина петь, помещение погрузилось в хаос, а Годжо и Хайбара превратились в футбольных болельщиков с их: «Ну давай! Ну давай же!». Если закрыть в этот момент глаза, то в голове рисуются не совсем те картинки, какие должны всплывать в воображении в принципе. Чандра-чандра-пендро… Тьфу, Витас, уходи из моей головы!       — Нанами, это же не честно! Договаривались же, что петь будет каждый! — звучало так, словно вот-вот должно произойти жертвоприношение.       — С кем ты там договаривался я не знаю, но меня в этот момент не было. Я пришёл за компанию. Ну, и потому что ты достал хныкать с самого утра над ухом.       Вита-а-ас…       — Зассал? Ну так и скажи, с кем не бывает, — отозвался Годжо, нахально прижимая меня к себе ближе. — Я ещё не пел, а у меня тут уже фанатка нарисовалась.       — У твоей «фанатки» лицо такое, словно она таракана обнимает, а не человека.       Через минут тупого перетягивания каната, жребий пал на самого самоуверенного в этом неоновом аде. Микрофон пискнул, как будто он и сам сомневался в правильности происходящего. И тут раздался первый фальшивый аккорд.       Мда-а. Я-то думала, что у этого идиота вместе с золотой ложкой в заднице ещё и гланды отполированы — вон как горланит с утра, что аж вся общага на ушах и знает наверняка, когда именно он встаёт с кровати. Бедные мои ушки…       — Это не я мимо! Это микрофон! — оправдывалась моя восходящая звезда между строк, подтанцовывая на двух своих булках из стороны в сторону, будто стараясь спастись от собственных нот.       Его несравненная публика, то есть мы, уже не могли дышать от смеха. Юи держался за правый бок, сгибаясь пополам, а Гето с Кенто уткнулись в плечи Сёко, которая тем временем снимала всё происходящее на телефон. Я, как главная «фанатка» убывающей звезды японской эстрады, серьёзным голосом предложила в конце его выступления номинировать происходящее на премию «Самая отчаянная попытка петь».       — Раз такая умная, то ты следующая!       — Пф-ф, говно вопрос!       Выбор пал на… «Катюшу». Внезапно, да? Не знала, что советская песня окажется в плейлисте захудалого караоке-бара, но это обещало быть, как минимум, интересным. Все загадочно посмотрели на меня, но и слова не сказали. Я взяла микрофон как волшебную палочку — и действительно, магия началась. Я напрягла свои голосовые связки, вспоминая ощущение детского утренника. К удивлению, я сама слышала из своих уст акцент, но тем не менее текст воспринимала, как родной. Пела я громко, страстно… и ни в одной строчке не попала в ритм. Но в конце все хлопали, потому что моя уверенность била из всех щелей харизматичным фонтаном. Конечно била, ведь в душе я все ещё Анна Плотитуткова, тот самый недопонятый всеми певец в начальных классах.       — Вот это… экспрессия, — заключил Гето, протягивая мне ладошку.       Я отбила пятюню, довольно обхватывая обратно Сатору за талию. Мельком глянув на него снизу вверх, я заметила его недовольные надутые губы, но уголки его глаз предательски были приподняты выше положенного.       — Ладно, фанатка моя, ты заслужила быть и дальше в моих бесконечных объятиях. Ни один таракан не посягнёт на твой талант.       — Премного благодарна, о, моя звезда этого вечера.       — Ща в угол улетишь, — он скосился на меня сверкая своими горящими глазами и уголки моих губ предательски дёрнулись вверх.       — Молчу-молчу.       Сёко с пацанами гоготнули с нашего милого пререкания, а после внезапно в помещении наступила тишина. Дальше нас, решительных, дело не пошло, поэтому ребята решили разделиться попарно. И первый дуэт этого вечера — Юи и Нанами. Кое-как уговорив Кенто спеть одну песню, выбор Хайбары пал на какую-то попсовую японскую песню, поэтому всем стало ясно — эта сцена запомнится надолго. Сёко вновь начала вести видеофиксацию, а Годжо откуда-то достал пачку палочек в шоколаде. Заприметив мой самый грустный взгляд за всё время нашего знакомства, он стал с садисткой ухмылкой дразнить меня лакомством, махая им над моей макушкой.       — Я тебе ща палец отгрызу, скотина. А ну дай палочку!       — Вежливее, Мура-чан.       — А ну дай палочку, изверг шестиглазый! — я слегла приоткрыла рот в ожидании, а после со звуком клацнула челюстью, — Пожалуйста! — и вновь открыла, словно была какой-то акулой.       — М-да, никогда не думал, что первой девушкой, что я покормлю в рук — ты. Ну да ладно… — и аккуратно вложил палочку мне в рот.       Хо-о. А у кого это у нас уголки губ, как у какого-то идиота дёргаются? Я перевела взгляд на смущенного Хайбару, не понимая его странного выражения лица. Ну и ладно. Кто знает, что в голове у этого Нейтрона… Тем временем шоу талантов продолжилось. Хайбара продолжал стоять со странным выражением лица, вытягивая неестественно слова, словно пытаясь насильно растянуть ноту. Кенто же, в отличии от своего напарника, хоть и запаздывал на две строчки (этот момент — загадка, так как текст буквально на экране!), но пел где-то на уровне автотюна — вроде неестественно, но по своему круто. И где-то посередине песни они синхронно перепутали куплеты. КАК? Даже я, не знающая слов, заподозрила неладное. А что уж говорить о меломанке Сёко? Вон как глаз у неё дёргается…       — Мля, я даже не знаю, как это назвать… Сугу, давай покажем им КАК надо петь? — она загадочно наклонилась в его сторону, стреляя глазками в каждого поочередно. — А то нашей сладкой парочке уж больно весело.       — А? — Хайбара отпрыгнул от Кенто, хаотично вращая головой. Ещё немного и это можно назвать полноценным косплеем на сову. — Это не то о чём вы подумали! И вообще… Вообще-то вам не следует думать в таком ключе на ваших кохаев!       — А что мы подумали? — она театрально сложила брови домиком, хотя глаза её и оставались равнодушными. О, нет! Меня ты не обманешь! У тебя в глазах чертята уже хулу танцуют!       Боже, я даже не знаю, что делать в данной ситуации, и какую бегущую строчку нацеплять на лоб. Вроде «ты офигела?» идеально вписывается, но больше подойдёт «идиот — твоё призвание по жизни». И судя по возмущённым возгласам орущего гриба над моим ухом, выбрал он первый вариант. М-да, не думала я, что подстава будет сидеть от меня на расстоянии вытянутой руки.       — Сё-ко! — братишка Гето повернулся в её сторону с натянутой улыбкой, словно он уже в голове придумал план по захвату мира. Вот он — мой истинный защитник! — Это произойдёт только через мой труп.       — Это чего же так? — она насмешливо отстранилась от него, мельком глядя в нашу сторону.       — Правильно-правильно, семпай!       Хайбара продолжал делать вид, что ничего не понимает. Хотя почему делать? Он реально не вдуплял суть происходящего. С этого дня я буду звать его опёздышом. Да-да. Я мысленно покивала своим мыслям, но…       — Вот! Даже Мура-чан согласна, что ты по отношению к нам перегибаешь палку! — он протянул ей пульт для выбора песни. — Пожалуйста, спойте, семпай! Отбросьте глупые мысли прочь.       — Уста младенца истину глаголют…       И зал загорелся белым светом. Время тусовки вышло, о чём сообщила нам администраторша буквально через пять секунд.       — Ваша время вышло! — мелодично пропела она, и это было лучшее, чем всё то, что я слышала за сегодня. — Продлевать будем?       — Уважаемая, а можно мы последнюю песню споём и пойдём. Мы, между прочим, пятнадцать минут травили ваших же тараканов. Ох, что же будет, если школьники о этом сообщат в нужные органы…       Кенто, как бюро мудрых мыслей, сразу же сгенерировал выпад и попал в цель: девушка нахмурилась, но нацепила на лицо самую доброжелательную улыбку на которую она была способна.       — Лишь одну. Спасибо за понимание. Ох уж эта забегаловка по соседству… — и лишь едва тихо добавила. — Чёртовы сектанты…        Уж не знаю, что именно она имела в виду, но судя по лицам ребят, то ничего интересного. Комната вновь погрузилась в неон. Этот вырвиглазный зеленый теперь мне будет снится в ночных кошмарах… Тем временем Гето и Иэйри нашли какую-то песню и приступили к пению. Слова были ничего так, в самый раз для подростков, ровно до припева…       «Ах, молодость моя, молодость моя, молодость моя…»       Кри-и-инж. Серьёзно, они буквально пели четверостишье, что состояло лишь из двух слов и одного вздоха. Но зато как: Гето приобнял Сёко, раскачивая её из стороны в сторону, а та весьма игриво снимала себя и его на камеру, стараясь захватить кирпичом всю комнату. Детка, если тебе в руки дать современный смартфон, то тебе памяти не хватит с твоей любовью к документированию всего и вся. Их лица были расслаблены, и даже я словила порыв и стала покачивать головой, неосознанно расталкивая ржущего Годжо. При чём и Кенто притоптывал ногой, отбивая бит. Хайбара и здесь учудить успел — каким-то образом он нашёл светящиеся палочки и стал размахивать ими, как на айдол концерте. К концу «молодости нашей» комната синхронно подпевала дуэту, так как слова куплета уже настолько въелся в мозг каждого под мелодичный бит, что попросту было нельзя сдержать себя в руках.       — Ладно, Сёко, туше. Вы с Гето нас с Мурочкой уделали. Но это лишь потому что мы пели раздельно! Если бы мы пели вдвоём, то мы бы вас победили!       Мы уже вышли с караоке-бара, направляясь прямиком в колледж. Захватив по пути из комбини снеки, газировку и сладости, мы неторопливо плыли по дороге. На улице только-только начало смеркаться, но фонари уже во всю освещали нам путь.       — О, не сомневаюсь. Уверена, что даже экран написал бы вам: «Спасибо за участие!» в скобках. Мура, ты чего притихла?       — А? Да не, всё хорошо… — отмахнулась я, идя позади всей компании. — Всё совершенно и абсолютно точно хорошо.       Ага, как же…

Внимание! Вы провалили задание «Наберите 100 очков во время вашего сольного выступления». В наказание вы должны гуськом дойти до колледжа. Точка старта через 100 метров.

      Ой, тварь... Я даже не заметила...       Сто метров наступили буквально через пятнадцать секунд. Резко остановившись на месте, я со вздохом села на карточки, выпрямляясь в спине. Эмоций не было — был лишь только путь гуся…       — Ой, Мура-чан, а ты чего так пошла? Тренировка что ли? — Хайбара обернулся в мою сторону приблизительно на том моменте, когда я отстала от компании на километра два.       — Да чёт попа затекла…       — Точно-точно! Я с тобой! — он присел рядом, идя гусиным шагом со мной в темп. — Ух, вот это у тебя способы разминки… Уважаю!       Тем временем все остальные заметили нас, доставая свои телефоны.       — А вы чего прохлаждаетесь?! Айда с нами!       Хайбарушка… Ты ж моё солнышко…