Низменность бытия

С утра Мадара всё же заставил себя подняться после очередных ночных баталий с Изуной и пойти на рынок. Женщина поначалу выглядевшая довольно подозрительно, подобрела сразу после того, как убедила купить его яблоки, которые Мадара на самом деле очень не любил. «Да они спелые какие, посмотрите, Мадара-сама, вы таких яблок никогда не ели! Золотистые почти, вы просто попробуйте!» Причина, по которой подобрела первая старушенция, быстро стала понятна по аналогии. Торгаши везде торгаши, хмыкнула Агат. Уже пребывая в добром расположении духа, Минори-сан попросила зайти на днях снова, потому что сама она не знала, где внучка книги покупает. А так она дома спросит у девочки и скажет Мадаре позже. Агат сощурилась на этот развод и сдержала рвущееся недовольство. Я эти яблоки месяц буду есть, не надо меня приманивать. Уже вооружившись ненавистными яблоками и раздумывая что с ними делать, Агат решила пройтись до дома пешком. Было светло, облака переливались красивыми серо-белыми узорами, ветер, вопреки обыкновению последних дней, тормошил волосы тёплыми порывами. Даже люди казались приветливее. Чем не повод прогуляться спокойно? Как оказалось, день для пеших прогулок был не очень благоприятный. Всё бы ничего, шёпот Мадара привык игнорировать, а вот сбивающих его с ног мальчишек не очень. Мадара вскрикнул и еле удержался на ногах, потому что спрыгивать в сторону на тесной улице было некуда. Его ноше, завёрнутой в белый в горошек платочек, так не повезло. Яблоки рассыпались, портя свой красивый, действительно золотистый оттенок вмятинами и грязью. Мадара нахмурился. То, что он не любил яблоки, не означало, что кто-то может их портить. Кроме него, то есть. И то своей кулинарией, а не буквальным бросанием на ветер. — Эй! Под ноги смотри! — недовольно прокричал он вслед мальчишке Учиха. — Да пошёл ты! Сам смотри! — в довершение высунув язык, мальчуган с неровно вышитой Учивой на спине, убежал с одним из яблок в руке. Мадара от удивления даже дар речи потерял на секунду. А потом весь покраснел от злости. — А ну вернись, поганец! Ответа не последовало, но послышался смачный хруст откусываемого яблока. — Опять этот мальчишка хулиганит, — вздохнула какая-то женщина, подбирая два яблока, закатившихся к её ногам. — Как его снова звали? — спросила дама чуть старше, в ней Мадара узнал дочь старейшины Масаши. — Внук покойной Йоко, Кагами вроде? — чуть прищурившись ответила первая. Мадара тем временем кипя от раздражения, собирал все разбросанные яблоки, грозясь себе под нос устроить паршивцу взбучку. — Ну, попадись ты мне ещё раз! Кагами оказался в меньшей степени таким, каким вы ожидали по его внешности или канонным фактам и больше тем, чего вы ожидали от любого сироты. Драчливым, невоспитанным и откровенно наглым. Мать родила его от кого-то за пределами клана, так что отца у него никогда не было. Сама Кейко умерла, когда ему было от роду года три. Мадара знал только потому, что тогда поднялся скандал, что с ребёнком делать. Оставили с бабкой, которая хоть и особой любовью к нему не горела, но всё же приняла на себя ответственность по заботе о мальчике. Вот и она год назад почила во время сезонных болезней, а так как Кагами формально считался взрослым, то жил один. Клан, разумеется, оплачивал его нужды, но опекуна у него не было. Кагами сам отказался на вопрос хочет ли он, чтобы кого-то подыскали. Буркнул, что не собирается навязываться, и закончили на том. Мадара настаивать не стал. Честно говоря, в тот момент ему особо и дела до Кагами не было. Тем более, что парень был прав, в клане его недолюбливали и опекунство было бы и вправду навязано тому, кого Мадара или старейшины нашли бы подходящим. Такое поведение было не удивительным. Целый клан родственников, а он один по сути. Не то, чтобы он злым был, просто имел обыкновение раздражать людей своим характером вдобавок к своему «нечистому» происхождению. Что привело к тому, что к нему начали относиться ещё хуже теперь, когда Йоко не стало. — Мадара-сама, вот ещё, — дочь Масаши и её подруга протянули ещё пару яблок. — Спасибо, — Мадара со вздохом принял оставшиеся плоды и озадаченно покрутил в руках края платка. Подруга дочери Масаши со смешком присела рядом. — Давайте помогу, — сказала она. Агат с облегчением кивнула, рассматривая её кимоно. — Спасибо… — Мадара с ожиданием взглянул на неё. — Я Ëсико, — она мило улыбнулась, ловко завязывая края платка так, чтобы яблоки не вываливались, — вот и всё. Она поднялась с узелком в руке и протянула его с поклоном. Мадара с улыбкой поклонился следом, забирая яблоки из её рук. — Вы моя спасительница, Ëсико-сан. Она засмеялась, прикрывая губы пальцами. — Да бросьте, какая из меня Ёсико-сан, просто Ëсико… — она застенчиво нахмурила брови домиком и убрала чёлку с глаз. — Ёсико, мы же торопились, — насмешливо позвала её дочь Масаши. — Иду, Нами, — она снова откланялась и, попрощавшись, обе женщины скрылись с глаз. День всё ещё был хороший, но Мадара решил больше не питать удачи на земле и домой вернулся крышами.