Аэропорт: На грани катастрофы.

Закончив милую беседу с Джорджом, Дженет ушла собирать подносы у всех пассажиров. К этому моменту Колен стал заметно нервничать, а заглянув в маленькое окошко, заметил знакомый холм, который видел буквально 20 минут назад. Тот поднял голову и осмотрел весь салон. Пассажиры готовились ко сну со спокойствием на душе. Они, наверное, летят к своим семьям, друзьям в гости или просто домой, но никто из них не догадывается, что через пол часа от судна не останется даже мокрого места, лишь черный ящик, который записывает все, как магнитофон, который будут после прослушивать. А если по нему поймут, что этот взрыв был не по ошибке техников? Тогда страховку аннулируют. Мужчину окатило холодным потом и ворот рубашки резко впился в шею. Колен поднял руку и растегнул две верхние пуговицы, чуть оголив ключицы. Стиснув губы тот обратил внимание на стюардессу, которая резвым шагом направилась к кабине пилота. А вдруг они все знают. Он посмотрел на часы. Те показывали 10 минут одиннадцотого, а значит время уже подошло, просиживать штаны уже нет смысла и надо сделать все быстро и аккуратно. Дженет зашла в кабину с тревожностью в лице, сердце стучало, будто после бега, но в больший страх ее ввело лицо Егора. Тот крепкой хваткой держался за стик и на лбу виднелась легкая испарина, такая же, как и у Питера. Значит дела совсем плохи. Никто даже подумать не мог, что через пол часа их жизнь превратиться в кошмар, который может остаться у них в воспоминаниях на всю жизнь, а может и сотрет их физиономии с лица земли, оставив лишь их лица, фамилии, номер рейса и историю сегоднешнего дня в выпусках газет или в вечерних новостях, которые покажут по всему миру во всех выпусках. —Дженет..–еле как выдавил из себя Питер,– тебе нужно забрать саквояж у Мачестера, иначе..даже боюсь произносить эти слова... По парню было видно, что тот был на гране, но тонус придавал всем Егор, который хмуро уставился вперед. Дженет кивнула и на ватных ногах вышла с кабины. —Она не справится..–тихо произнес Линч и передал управление Питеру,–передаю управление тебе. Тот отодвинул кресло, и, встав, вытер потные ладони об брюки, подошел к двери и глубоко вдохнул наколившийся воздух в кабине. —Питер, мы с тобой отлетали 30 часов вместе, ты хороший пилот,–Линч посмотрел на него, Питер стиснул губы и его ресницы дрогнули. Ничего больше не сказав, Егор вышел с кабины, закрыл за собой дверь и стал наблюдать за Дженет и тем пассажиром, стоя за маленькой шторкой. Дженет подошла к Мачестеру с пледом и улыбнулась ему. Внимание мужчины она переманила на себя и протянула руки к чемодану на его коленях. —Извините, давайте я уберу ваш багаж на полку, вам будет не удобно так спать.. Та пристально смотрела на него и на миг показалоссь, что вот, тот уже на крючке, но его грубость вывела девушку из облаков и ее руки оттолкнули от чемодана. —Нет, спасибо, я не нуждась в этом. Дженет резко потеряла самообладание с самой собой, гнев резко взял вверх, плед выпал на пол и наклонившись, та выхватила чемодан у того из рук ловким движением. Доля секунды и тот уже уверенно лежит в ее тонких, но сильных руках. Все идет по плану, но что-то Егора заставило ступить в салон, выйти изо ширмы и подойди к ним. Егор потянул руки к чемодану. Значит, все эти переживания теперь можно было оставить за плечами, как страшный сон? Все позади? Ничего не произойдет, ведь так? Вся эта история с бомбой, со всеми людьми в аэропорту, которые переживают так же, как и присутствующие на борту была лишь маленьким переполохом? Да. В какой-то степени. Ничего не произойдет, главное верить в это. Чемодан с бомбой в руках у людей, которые сейчас, защитили всех 316 пассажиров, не считая экипажа. Нет. Не вмешайся в это судьба, на этом все бы и кончилось, не считая кары, которая ожидает Колена в аэропорту. Но всем известно, судьба может сыграть злую шутку с каждым. Все случилось иначе – по вине пассажира на месте А35, Мейгена Маркуса. Никому до этого не известный пассажир, тихий сам по себе, обрел вид, будто у зверя, который набросился на стюардессу, будто коршун на свою добычу. Этот самодовольный молодой человек, с пылким умом, резкий, надутый, был преисполнен сознанием собственной значимости. Маркус был родом с маленькой деревни, привыкший, что ему все всем обязаны, не важно в чем. Зануда деревни, который вставляет палки в колеса при удобных случаях, даже если это не его ума дела. Каждое его возражение и споры по любому вопросу, значительному или пустяковому, сделались притчей во языцех. Он возражал против выбора книги в местной библиотеке, против плана установки домовых антенн, против взысканий, налогов, шума газонокосилки, против посадки кустовых роз у церкви, но при этом никто из его деревни не помнил, чтобы этот зануда сам внес когда-нибудь хоть одно дельное предложение для развития их поселения. Другой отличительной чертой, который обладал Маркус, было то, что он презирал женщин. Все пошло с начальной школы, испытавая симпатию к одноклассницам, те грубо отшивали его, и даже после окончания учебного заведения, любовь всего сердца он так и не нашел, те лишь насмехались над ним из-за его странностей и придирчивости. Поэтому, когда Дженет схватила чемоданчик Колена, Маркус принял это за сведение, что тому надо вмешаться и защитить права мужчин. Да как так можно! Женщина, да еще и в форменной одежде, покушалась на права путешественника, такого же, как и он сам, –вот как воспринял эти жесты Маркус. Пылая злостью и негодованием, он поднялся с кресла и встал между Егором и Дженет. Буквально за пару секунд, Колен, весь побагровев и бормоча что-то нечленораздельное, кое-как выскочил из ряда сиденьев и шагнул в проход. Маркус выхватил у Дженет чемоданчик и с льстивым поклоном протянул его владельцу. Колен налетел на свой багаж, рванул вперед и завладел своей собственностью, которая была ключом к смерти всего судна. Время будто замедлилось, в глазах все поплыло, Егор было бросился к Колену, но было уже поздно. Со всей своей резкостью он попытался схватить Колена за локоть, да не смог, проход был узкий, а в нем стояли четверо, Дженет, Маркус, Колен, да и сам Егор. Колен проскочил мимо них с такой скоростью, что по ряду прошел ветерок. Тот умчался в сторону туалета, а на его пути пассажиры вскакивали с мест, дабы узнать, что происходит. Ситуация обернулась злобным оскалом лицом к Егору. Тот в свою очередь, видя, что все пропало, выкрикнул на весь салон: —Держите его! У него бомба! Женщины взвизгнули, как стадо поросят, кто-то из храбрых выскочил в проход, еще больше закупорив его и ухудшив ситуацию, но Дженет, взяв в себя руки, двинулась вперед, работая локтями и коленями, та сумела оказаться ближе всех к Колену. Добравшись до конца салона, Колен обернулся, поняв, что оказался загнанным в клетке, он обернулся и дернул дверцу одну из туалетов. Та не поддалась. Подняв голову, он увидел, что из трех занят только этот, поэтому в следующую секунду он взял в палец спусковое кольцо и развернулся ко всем лицом. —Стойте! Стой на месте, иначе я ее активирую! —Мистер Колен! Послушайте! Не стоит этого..–в проходе показался Егор, сам на себя не похожий, перекрикивая толпу. —Заткнитесь и слушайте меня! Лицо у него покраснело и он с силой сжал кольцо, прижав чемодан к груди, да посильнее. —Мистер Мачестр, мы знаем, что вы задумали, знаем про страховку и про бомбу, и на земле всем все известно, страховка аннулирована, понимаете? Все, конец, ваша страховка недействительна, она не принесет уже ни гроша, и стоит теперь так же! Взорвете бомбу, не выиграете не вы и не мы. Подумайте о семье! Их будут винить в вашем поступке, их будут преследовать тогда, слышите? Да послушайте же вы меня наконец! Кто-то испуганно вскрикнул и салон вновь наполнила паника, Линч–человек сдержанный, у которого стержень терпения не имеет границ, вдруг треснул. —Дженет! Успокой их всех и пусть все сядут на свои места и заткнутся в конце концов!–обратился Линч к девушке, стоящей около него, стараясь все еще держать себя в руках, но сам он понимал, что идет по тонкому стеклу, малейшее движение не в ту сторону, стекло разобъется, как и вся его жизнь. Шаг влево, шаг вправо–расстрел,–Мачестр, послушайте меня.. Линч вновь обратился к главному, на сегодня, лицу этой программы, нужно как-то задержать время, поговорить, пообещать ему все, что угодно, а после уговорить его отдать чемоданчик. Это будет лучший исход, если же тот откажется, можно будет накинутся на него, сбить с ног и выхватить чемоданчик, прежде чем он успеет дернуть за петлю. Риск отчаянный, но другого выбора нет. Дженет силой начала уводить пассажиров на свои места, боязливо посматривая на Егора с Коленом, ведь никто не знает, что у того в голове. —Мистер Мачестр, никто к вам не подойдет, пока вы сами не позволите это сделать. Ваш план–это бессмыслица, вы же понимаете, что раз нам все известно о нем, вам нет смысла доводить его до конца, поэтому давайте найдем более лучший компромис: вы отдаете чемоданчик, мы возвращаем вам всю сумму, на которую вы оформили страховку, не сдаем вас полиции и вы едете со своей женой домой, она сейчас в аэропорту и ждет вас там.. В лице Мачестра отразилась какая-то боль. Значит Бетт, она все знает. Он не был готов встретится с ней вновь, после всего, что произошло, ему стыдно, как маленькому мальчику. —Отдайте чемодан мне, и я вам обещаю, никто к вам тогда больше не подойдет.. Егор старался говорить это спокойно, и когда увидел, что Колен, отпустил кольцо, облегченно вздохнул. —Егор! Тут за спиной послышался встревоженный голос Питера и вся, только что построенная идиллия, разрушалась в дребезги. Колен будто отрезвел от обещаний и взялся за кольцо вновь, весь труд Егора пошел насмарку. Дверь туалета открылась и оттуда вышел мужчина средних лет, он явно ничего не слышал, что происходило. Вдруг сзади появился один из пассажиров и указал пальцем на Колена:«Держите его, у него бомба!». Когда за спиной у Мачестера щелкнула дверь, тот повернул голову к мужчине, а услыхав возглас пассажира, он оттолкнул мужчину и юркнул в туалет, из которого тот только что вышел. При первом же движении Егор с Дженет, которая минуту назад вернулась от пассажиров, бросились к двери, и когда дверь уже захлопывалась, Дженет в последний миг подбежала к двери и просунула ногу в щель, мешая той затворится, и налегая на нее всем телом, пыталась открыть, но сил не хватало. Девушка почувствовала острую боль в ноге: Колен налегал на дверь с другой стороны, всеми силами наровив ее закрыть. В его голове все перемешалось в кашу, перевернулась с головы на ноги. Он даже не понимал, что произошло в последние минуты, не слышал и половины слов Егора. Лишь одно единственное, отчетливо дошло до него, то, что его замысел, подобно всем его прошлым начинаниям, потерпел фиаско. Просчитался, опять, но в чем, где? Вся его жизнь была сплошной неудачей. И завершающей неудачей будет его смерть–лишь теперь он с горечью осознал это. Колен навалился спиною на дверь туалета. Почувствовал, как на нее налегают с противоположной стороны, и понимал, что стоит им надавить сильнее, его сопротивление будет сломлено и дверь распахнется. Дрожащими руками он нащупал кольцо под ручкой чемоданчика. Кольцо вылетит, концы защепки сомкнуться, произойдет взрыв. Колен резко потянул за спусковое кольцо, в голове пронеслась последняя мысль: «а что если и тут осечка, что если бомба тоже подведет..» В последний, предсмертный миг, прежде чем его сознание померкло в темной гуще пелены, Мачестр понял, что в этот раз осечки не произошло. К этому времени самолет уже подлетал к радарам аэропорта Северной Каролины. Тот мигал ярко красным цветом на всех мониторах, высвечивая сигнал SOS по всем частотам. •22:05• Только что приехавшая полиция, допрашивала в кабинете Лемптона бедную Бетт. —Почему ваш муж полетел в Мюнхен, почему именно в Германию? —Я..я не знаю. —Да что ты с ней возишься, самолет все дальше и дальше! Раз не можешь сделать ты, то дай другому! —Да заткнись ты! Миссис Бетт, вы слышите меня? Вы будете отвечать на мои вопросы? —Если смогу.. —Хорошо. Почему ваш муж улетел в Германию? —Я не знаю. —У вас там есть родственники? Друзья? —Нет, никого. —Может он полетел туда по делам? —Нет, у него нет работы сейчас. Мало-помалу Бетт приходила в себя, отрезвляя свои мысли от случившегося, пока вдумывалась в слова офицера, по крайней мере, пыталась вдумываться. —Откуда у него были деньги на билет и страховку? —Он..продал кольцо от моей давней родственницы. —Но, как нам известно, он взял билет в кредит. Вы знали, что он полетит в Мюнхен? —Нет. —Откуда у вас информация о бомбе? —Листок. Листок, он оставил его на комоде. Я приехала в дом, а его нет. —До сегодняшнего вечера вы понятия не имели о том, что ваш муж собирается сделать? —Нет, меня не было дома. Мы поссорились в начале этого месяца и я уехала с детьми. —Догадываетесь, зачем ему это надо было? —Нет. —Такое уже повторялось? Бетт колебалась и стиснула губы. —Случалось? —Случалось, но редко..в последнее время, после того как он начал пить. —Ваш муж хорошо разбирается в взрывчатых веществах? —Вполне. Бетт подняла глаза на офицера, и два красных белка смотрели на него впритык. —Но он же не мог.. —Он был с чемоданчиком, там могла быть бомба —Но он же не мог..нет, я не верю. Апатия прошла, и на замену ей встало чувство тревожности. —Где вы проживаете? Бетт медленно произнесла адресс дома и его записал мужчина, стоящий около офицера, с которым она говорила. Один из них подошел к телефону и набрал номер районой полиции, дабы те провели обыск дома и были на связи. —Вам было известно, что ваш муж застраховал свою жизнь на крупную сумму, очень крупную, в вашу пользу? —Нет, сэр, я ничего не знала об этом.. Офицер смотрел на нее, а после на Генри, который стоял лицом к окну, уставившись на одну из полос, и что удивительного, переживал он не за репутацию аэропорта, а за Егора, который где-то там, в небе, в гуще облаков. —Дозвонитесь в диспечерскую, пусть разворачивают самолет, в случае чего, пусть подают сигнал бедствия. Такого жесткого и холодного голоса Генри не слышал еще никто, хотя можно было считать, что в этом аэропорту работает множество его приятелей. Часы показывали уже 22:30, в кабинете повисла тишина, после звонка на КПД, в тот самый момент в кабинет ворвался парень с КДП, дабы сообщить, что рейс-164 подает сигнал бедствия. Тогда Бетт поняла, что Колен не врал о бомбе. Клерк охнул, а Генри уставился на парня. —Самолет развернулся и через 10 минут войдет под наш контроль, но мы не можем до них достучатся, нас как будто не слышат. Генри судорожно глотнул слюну и та ему показалась уж слишком горькой, поэтому достав сигарету, он сунул ее в рот и вместе с парнем ушел в диспечерский пункт. Выйдя с здания аэпорта, без куртки, без ничего, те бегом направились к вышке. На улице разыгрался ветер и снег набирал свои обороты. «Главное, чтоб не замело..»-это единственная трезвая мысль, что пронеслась у Лемптона в голове. Поднявшись на вышку, Генри осмотрел пункт и нахмурился. Телефон как трезвонил, так и трезвонит, никто даже не подошел к нему еще с того времени. Генри направился к Вернону Димиресту-главный в вышке. —Куда вы собираетесь садить самолет? —Мистер Генри, мы сами еще не знаем. Там такое суденышко, что только на аваринную его.. —Но ведь она.. —Да, она закрыта. Военные не могут принять самолет, все аэропорта закрылись из-за метели. Генри посмотрел в окно. —Это еще ничего, скоро начнет завывать так, что даже выйти не сможем. —Это 26 полоса? —Да —Сукины сыны, я просил ее приготовить еще в восемь с чем-то вечера. —Ты сам знаешь, какие у нас работнички тут. —Ну и денек. —И не говори. —Позвони вниз и скажи, чтобы они пошевеливали свои потные задницы на эту полосу, иначе от них тут ничего не останется. Вернон кивнул и ушел, Генри подошел к одному из радаров, где скопилось три человека. Те все еще пытались связаться с рейсом-164. —Мы очистили эшалоны, препядствий никаких нет. —Во сколько они должны прибыть? —Ближе к 11. Генри затушил сигарету об пепельницу и опустил окурок в нее. —Дай-ка сюда.. Генри снял наушники с парня и подвинул микрофон к лицу, зажал кнопку и вздохнул: «—Говорит аэропорт Уилмингтон, Северная Каролина, рейс-164, вы слышите меня? Вызывает КДП, просьба ответить.» Генри стиснул губы и ритмично простучал пару тактов какой-то мелодии. «—Мистер Линч, аэропорт Уилмингтон, прошу ответить, что у вас на борту?» Генри поднял глаза в окна и прищурился. Где-то вдалеке мигают 4 огонька. Он снял наушники и протянул парню, тот сразу же надел их и продолжил свои попытки связаться с пилотами. Лемптон обошел пару столов и уставился на самолет. Одна секунда. Две. Три. Взрыв. Взрыв на борту лайнера « VegaFly», рейс-164, взрыв был ошеломителен и страшен до ужаса, что осветил ближайшую темноту в небе. В герметически закрытом пространстве самолета он прозвучал подобно стократно усиленному удару грома. Языки пламени взметнулись вверх, словно вырвались из гигансткого горна великана. Поврежден фюзеляж. Все лица в диспечерской прикованы к самолету, который тряхнуло, не по детски. Самолет поврежден, метал начал рассыпаться там, где был взрыв, от чего самолет подкосило на бок.