Не(много) хитрее

+++

Сакура

+++

Сакура не могла себя назвать большим знатоком чужих чувств. Да, она долгое время любила Саске, да, она знала, что Наруто якобы любит её саму — он постоянно же об этом вслух говорил! — и вроде как она нравилась ещё и Ли. Только вот после Четвёртой Великой Войны Шиноби Сакура вернулась в Коноху и задумалась сначала над своими чувствами, а потом как-то так получилось, что начала обращать внимание и на посторонние. Анализ самокопания Сакура проводила и пока Саске сидел в тюрьме, ожидая своей участи, и потом, когда его уже выпустили с каким-то перечнем условий и ограничений. Их отношения за это время не сдвинулись с мёртвой точки, вероятно потому, что они умерли ещё до того, как начались. Саске к ней не выказывал никакого интереса, и в конце концов Сакура переключилась на работу. Ну их, эти отношения, особенно тогда, когда столько нужно восстановить и стольким помочь! Как-то незаметно и Ли, и Наруто тоже прекратили свои подкаты, и началась рутина. Порой выматывающая, порой нудная и заставляющая ностальгировать по прошлым временам. И, тем не менее, Сакура была благодарна за покой. Они все многое пережили, смогли добиться альянса пяти великих стран и даже те, что помельче, к нему присоединились. Выбора у них, конечно, особого не было — попробуй возрази таким гигантам. Но мир — всегда лучше войны, поэтому Сакура каждый день благодарила и себя, и Ками-сама, и всех своих друзей и союзников за то, что всё относительно хорошо. А тем, у кого было не очень, она старалась помочь, выбив финансирование на новый проект психологической помощи и нового крыла в госпитале. Прошёл уже почти год, быстрыми шагами приближалась инаугурация Какаши-сенсея в качестве Хокаге, и Сакура вдруг поняла, что давно никуда ни с кем не выходила ни покушать, ни выпить. Как ни странно, напомнил ей об этом именно будущий Рокудайме. — Сакура, нельзя так закапываться в работу, стоит вспомнить как расслабляться, — заявил Какаши-сенсей, подловив её после ночного дежурства. Судя по его несколько растрёпанному виду, он опять соревновался с Гаем-сенсеем. Вроде Хокаге скоро станет, а ведёт себя… — Я помню, — буркнула Сакура, которая всё ещё дулась на наставника. С высоты своего развития она теперь более, чем ясно, видела, что он ей в своё время уделял преступно мало внимания. Даже если сравнивать с Наруто. А про Саске можно было и вовсе не заикаться. Не пришла бы она сама на поклон к Тсунаде-шишо, так и вовсе из себя бы ничего теперь не представляла. Она помнила, но ничего не делала, чтобы это исправить до тех самых пор, пока Свинина самолично не вытащила её днём спустя в бар. То ли Какаши-сенсей нажаловался, то ли так удачно совпало. Помимо них была ещё куча народу — Ино, когда хотела, могла оперативно хоть целую Коноху мобилизовать. Она даже Саске каким-то образом смогла вытащить. А ещё Канкуро и Темари, которые как раз гостили в деревне. В общем, любимый ресторанчик Акимичи был полностью занят теми персонами, которых Сакура знала лично и поимённо. И именно там, после второй рюмочки и третьей порции барбекю, Сакура обратила внимание на то, что у кого-то, оказывается, есть личная жизнь. Ладно, про Канкуро и Акеми уже все были в курсе — эти встречаются чуть ли не с экзамена на чунина, так что ничего нового. А вот то, что Тентен внезапно начала встречаться с Роком стало для Сакуры настоящим сюрпризом. Ну как, начала. Они вместе уже, как утверждала Свинина, два месяца. Почему-то Сакуре казалось, что Тентен нравится Неджи, не иначе как чудом спасшийся на войне и провалявшийся три месяца в коме, но нет, у Ли и Тен любовь-морковь, до такой степени что смотреть на них было разом и приятно, и тошно. Сакура покосилась на Саске и вздохнула: Учиха разговаривал исключительно с Наруто и официантом по поводу своего заказа. Чего Сакура совершенно не ожидала, это того, что отношения были у Ино. Нет, она не сидела с кем-то обнявшись, как Канкуро с Акеми, не чмокала украдкой в губы, как Ли Тентен, не косилась, как Хината, краснея на… а на кого косилась Хината? Явно же не Наруто — он в противоположном конце стола! Впрочем, Хината сейчас мало волновала Сакуру. Её волновала Свинина, которая характерно закусывала нижнюю губу, комкая в руках бумажку. И цветом была алее, чем та же Хьюга. Что за новости такие? Почему лучшая подруга не в курсе? — Ино, — Сакура наклонилась к ней, пытаясь ненавязчиво заглянуть в явно любовное послание, но блондинка сделала что-то, что повергло Харуно в искренний шок: быстро запихнула клочок бумаги в рот и прожевала. — У тебя кто-то есть? Что за конспирация? — Никого, с чего ты так решила? — Ино нервно хихикнула, заправляя длинную чёлку за ухо и глядя на неё аж двумя невинно-голубыми глазами, ужасно напоминая Сакуре в этот момент Наруто, который клялся, что он ел на обед что-то помимо рамена. — У тебя точно кто-то есть, — прорычала Сакура. — Ты съела бумагу, чёрт возьми! — Новая популярная закуска… это была рисовая бумага, Лобастая. — Ты меня за идиотку держишь? — Я никогда тебя не держала за идиотку, Сакура, — закатила глаза Ино. — Ну, разве что когда ты как идиотка рыдала из-за Саске-кун. — Ты сама из-за него рыдала, идиотка! Спор остановил Саске-кун, кинувший со своего места им обеим нечитаемый взгляд. — В общем, у меня никого нет. Или есть, но тебя это не касается, — заявила Ино, быстренько переключаясь на содержимое своей тарелки и поддразнивание Шикамару. Снисходительно бросая напоследок: — И вообще, вместо того, чтобы лезть в чужую личную жизнь, обрати внимание на свою. — У меня её нет. — Вот именно! Сакура захлопнула рот, оскорблённо посмотрев на подругу, но та уже отвернулась. Вот ведь паразитка, она это специально сказала, чтобы закончить неудобный для себя разговор. Сакура знала Ино как облупленную, поэтому не повелась. Почти. Так или иначе, Сакура замолчала, почувствовав какой-то укол неудовлетворения то ли собой, то ли всей ситуацией в целом. Ничего плохого в том, что у неё никого нет, она не видела, но… Сакура внимательно рассмотрела остальных: Тентен и Ли миловались как два голубка; Акеми привалилась к Канкуро, рассеянно поглаживая его по накрывшей её ключицы руке; Темари и Шикамару о чём-то шептались и в компании друг друга явно чувствовали себя более, чем комфортно. Да даже Хината улыбалась, сидя рядом с Кибой. Остановившись на Хьюге, Сакура немного приободрилась. У Хинаты тоже никого не было, но она не выглядела печальной, так с чего Ино вздумала в чём-то упрекать Сакуру? Когда она снова взглянула на подругу, та уже что-то втолковывала Наруто, Саю и Року. Нет, Свинина точно влюбилась! Сакура ведь все признаки знала, начиная с того, как Ино играла с волосами, заканчивая надутыми губами, розовыми щёчками и совершенно глупым выражением лица. Главной и единственной загадкой был ОН. Объект симпатии подруги. Причём, кажется, взаимной симпатии, раз она так оперативно схрумкала «рисовую бумагу». Ну не сама же себе записочку написала, правда? Сакура задумчиво сделала в мыслях ревизию присутствующих парней, но под типаж Ино никто не подходил. Ну, помимо Саске, но к нему та вроде как успела остыть, по крайней мере, именно это Яманака во всеуслышание заявила сразу после войны после какого-то подкола Кибы. Это точно была не несчастная любовь с кем-то занятым, так что Канкуро и Рок отпали сами собой. Шикамару и Чоджи для Ино всегда были братьями, поэтому их тоже можно было откинуть. Ни Киба, ни Наруто Свинину никогда не интересовали, Шино… Сакура на мгновение запнулась и тут же покачала головой. Нет, точно не Абураме. Может, Неджи? Она искоса глянула на гения клана Хьюга, как всегда сидевшего со слишком уж серьёзным и равнодушным лицом. Не слишком уж ли равнодушным? В принципе, он подходил под типаж Ино. А, ну и ещё Сай, тоже брюнет, и сама Ино признавала, что он похож на Саске. Сая Сакура нашла рядом с Накику, что, наверное, неудивительно. Её товарищ по команде сдружился с переехавшей в Коноху и поселившейся в мастерской художника-ниндзя Чиву-сенсея песчаницей и с Акеми, а через них — с тем же Канкуро, который так и норовил научить впечатлительного и впитывающего всё как губка художника чему-то плохому. Мог ли Сай стать тем, с кем тайком ото всех встречалась Ино? Пожалуй, да. Только вот Сакура бы точно заметила их шуры-муры, правда же? — О чём задумалась, Сакура-чан? — спросил Наруто два часа спустя, когда они все нестройной толпой вывалились на улицу. Сакура запнулась, напарник поддержал её, схватив за локоть, и крикнул кому-то через плечо, что поможет сокоманднице добраться домой. Герой, вот уж точно! — У Свинины… есть пятачок, — хихикнула Сакура, взяв Наруто под руку. Вообще-то, она на нём повисла, но предпочла не называть вещи своими именами даже в уме, упорно не признавая, что напилась. — Неожиданное открытие. — У неё есть… ебы… ёбана… нет, не то? — Ёбырь, — подсказал проходивший мимо Канкуро. Его собственная девушка уже была у него на руках: пить Акеми так и не научилась. — Слово, которое ты ищешь, это ёбырь. Сакура не выдержала и показала марионетчику средний палец. — Хамло… но да. У неё он есть! Надо узнать кто! — Зачем, Сакура-чан? — тяжело вздохнул Наруто, закидывая руку девушки на плечо и крепко приобнимая за талию, чтобы та перестала качаться. — Потому что она моя подруга! — Логично же? Логично! Она её подруга, и Сакура просто обязана знать, кому вздумала привередливая Ино отдать своё сердце. Всю дорогу до дому она и так и эдак пыталась втемяшить это в глупую голову Наруто, требуя помочь раскрыть тайну её лучшей подруги. Бедолага Узумаки, кажется, отказался и, наверняка, сто раз пожалел, что отправился провожать её домой, но Сакура не расстроилась. Ничего, она и без героя войны была в состоянии разгадать такую лёгкую загадку. На трезвую-то голову уж точно. — Я раск…. я разберусь, со всем разберусь, — пробормотала Сакура, падая в кровать, подгребая к себе подушку и зарываясь в неё лицом. Сегодня вечером она не нашла в себе сил ни раздеться, ни почистить зубы, ни даже поставить будильник на следующее утро. Зато она мысленно поставила себе пометку разобраться в том, что там происходит в личной жизни Ино. Даже если эта пройдоха собирается юлить до последнего!