Fatebreaker

Для народа, постоянно живущего в холоде, смена времён года может казаться утомительной и бесполезной. Разница температур между летом и зимой незначительна. Весна не приносит новых цветов, а осень не убивает постепенно те растения, которые укоренились в вечной мерзлоте под снежными сугробами. Нет особой причины обращать внимание на то, когда остальной континент надевает новое пальто или сбрасывает старое в зависимости от времени года. Об этом должны знать только дипломаты. Простые люди, если только они не собираются в путешествие, обычно не знают, какое время года сейчас царит в других странах. В противовес таким моментам благоговения в Антарктической империи соблюдаются другие традиции. Например, переход от одного континентального года к другому отмечается праздником под названием «Новый год». Люди молятся богине жизни и смерти и богу мира и войны, прося их о процветании и удаче на весь день. Когда солнце скрывается за горизонтом, вся империя устраивает праздничный пир в ожидании полуночи. Этот праздник отмечают даже в самых маленьких городах, поэтому неудивительно, что столица тоже принимает участие в торжествах. Императорский дворец устраивает пышный праздник, достойный их титулов. Томми знал о празднике, потому что Ранбу смог попасть на одну из таких вечеринок вместе с Тесеем. Когда Томми было около двух лет, он смог увидеть праздник из своего окна. Он был очарован фейерверками, которые взрывались в чёрном небе. Хотя каждый взрыв был похож на раскат грома, Томми ни разу не заплакал, наблюдая за происходящим широко раскрытыми глазами. Няня всё это время была рядом с ним, но задремала, когда поняла, что Томми не из тех, кто капризничает и не любит шум. Томми был рад, что она уснула. Ему совсем не нравилось, когда кто-то пристально вглядывается в его лицо. Томми приближался к своему третьему дню рождения в образе Тесея. Его настоящий день рождения был позже, весной, примерно в то же время, что и в его родном мире. Он ожидал, что в честь его дня рождения устроят бал, ведь ему устраивали такие вечеринки по любому поводу. Что бы ни произошло в его третий день рождения, это не шло ни в какое сравнение с вечеринкой, которую Томми устраивал прямо сейчас. Праздник проходил в императорском саду. Тяжёлые камни были уложены друг на друга так плотно, что между ними не оставалось зазоров, и лежали на голой траве. По краям камней росли плодоносящие деревья, отбрасывавшие тени на тёмно-серую поверхность. Между ветвями каждого дерева были натянуты тонкие проволоки. Проволоки натянулись под тяжестью серебряных, белых и тёмно-синих драгоценных камней - цветов империи. Вокруг проводов порхали крошечные огненные элементали, и естественный свет свечей, исходивший от них, преломлялся в драгоценных камнях, освещая камни вокруг. В углах были расставлены столы с блюдами и чашами с напитками. Ледяные скульптуры любимых животных богов - воронов и кабанов - окружали столы, словно верные стражи, затмевая собой настоящих стражников, стоявших рядом. Часть каменного пола была приподнята, указывая на место для танцев. Дворяне стояли, выстроившись в ряд, пока миниатюрный оркестр исполнял прекрасную песню. Они сидели в углу, держа в руках инструменты, присыпанные блестящим белым порошком, который заставлял воздух вокруг инструментов мерцать при извлечении ноты. Томми стоит на краю толпы, держась за мамину юбку. Он смотрит во все глаза, и всё вокруг привлекает его внимание. От всего этого у него почти кружится голова, но он не смеет отвести взгляд. Даже холодный воздух не заставляет его уйти с улицы. Он выдыхает, наблюдая, как рассеивается туман под сильным ветром. — Откуда дует этот ветер? — спрашивает Кристин, беря Томми за руку. Из-за повышенной температуры тела она быстро согревает замёрзшие пальцы Томми. Хотя он рад, что снова может чувствовать кончики своих пальцев, ему хочется, чтобы мама разрешила ему присоединиться к вечеринке. Он хочет подойти поближе к ледяным скульптурам. Он хочет поздороваться с огненными элементалями. Он хочет прикоснуться к искрящимся отблескам, исходящим от инструментов оркестра. Он даже подумывает присоединиться к танцорам, чтобы спеть с ними, хотя совершенно не понимает, что они делают. — Сниг сказал мне, что элементали воздуха тоже любят немного повеселиться. Он поклялся, что они успокоятся ближе к ночи, — сказал Филза своей жене. Его крылья зашуршали ещё сильнее, когда поднялся ветер. Томми выглядывает из-за платья матери и смотрит на отца. На его лице ничего не отражается, он пассивно наблюдает за происходящим с края каменного пола. Хотя Томми прекрасно понимает, что Филза всегда остаётся царём, ему всё же кажется, что в короне он чувствует себя немного реальнее. Это красивое металлическое украшение, но при виде него у Томми болезненно сжимается сердце. Филза обводит взглядом присутствующих, прежде чем заметить Томми. Юный блондин отводит взгляд, не желая смотреть отцу в глаза. Томми неловко не из-за короны, хотя она тоже играет свою роль. Томми просто не хочет видеть добрую улыбку Филзы. Она лишний раз напоминает ему, что он до сих пор не набрался смелости назвать Филзу «отцом». Томми позволит себе это сделать, но не может найти подходящий момент, когда это прозвучит естественно. Томми мог называть Уилбура и Техно по именам, потому что это не имело особого значения. Он уверен, что мог бы назвать царя Филзой, если бы ему понадобилось привлечь внимание правителя. К тому же в прошлой жизни у Томми не было братьев и сестёр. В его сознании не было конфликта. Томми иногда думает о своём настоящем отце, когда видит Филзу, и эти воспоминания неизменно портят ему настроение. — Приветствую вас, ваши императорские величества, царь Филза и царица Кристин, — произносит кто-то, когда они приближаются к небольшой группе людей. Томми улыбается, заметив Таббо, стоящего рядом с его отцом, герцогом Шлаттом. Таббо кланяется одновременно с отцом. Он на мгновение запинается, но берёт себя в руки, прежде чем кто-то успевает что-то заметить. Он смотрит на Томми с широкой улыбкой на лице, ещё слишком юный, чтобы по-настоящему понимать их статус и силу выражения его лица. Томми улыбается в ответ, решив, что, как обычно, должен последовать примеру Таббо. — Приветствую вас, герцог Шлатт. Как я понимаю, вы наслаждаетесь вечеринкой, — говорит Кристин, одаривая Шлатта одной из своих редких улыбок. В «Принце Края» Шлатт не был особо близок с царём и царицей. Возможно, это было связано с разногласиями между Тесеем и Таббо или с тем, что Филза не поддерживал никаких отношений после смерти своей жены. Томми подозревает, что дело было и в том, и в другом, а ещё в усугубляющемся алкоголизме Шлатта. Томми задаётся вопросом, сможет ли он сохранить эту дружбу. Он не знает, сможет ли он отучить Шлатта от пьянства, но он точно может наладить отношения с Таббо. У него есть несколько планов, как предотвратить убийство Кристин, но он сомневается, что они сработают, учитывая, сколько ему будет лет, когда произойдёт нападение. — У вас зоркий глаз, ваше императорское величество. Я действительно наслаждаюсь этим праздником. Осмелюсь сказать, что в этом году он лучше, чем в прошлые годы. Полагаю, это из-за особого гостя, который сегодня здесь, — объясняет Шлатт, указывая бокалом на толпу людей. Небольшая группа аристократов стоит возле стола с закусками, весело перешёптываясь и смеясь. Другая группа стоит возле танцпола, их лица сияют, и кажется, что они о чём-то оживлённо спорят. Томми смотрит во все глаза и видит, как молодая женщина с широкой улыбкой подходит к одному из спорящих мужчин. Она протягивает ему руку в перчатке, и он любезно принимает её. Они выходят на танцпол, где вокруг них кружится множество других пар. Томми не знает имени ни одного из этих аристократов. В конце концов, империя велика, и многие аристократы приезжают даже из самых отдалённых уголков, чтобы присутствовать на праздновании Нового года в столице. Томми в конце концов придётся выучить их имена, чтобы осуществить свой план побега. Всегда важно знать, какие ресурсы есть в твоём распоряжении. — Похоже, у тебя более зоркий глаз, герцог. Все, кто готовил эту вечеринку, хотели превзойти наше предыдущее торжество. Я очень горжусь тем, что им это удалось, — объясняет Кристин. Она слегка наклоняется, чтобы коснуться плеч Томми. Он отворачивается от танцоров, чтобы выполнить её просьбу. Но она лишь весело улыбается ему. — В конце концов, человек, на которого они хотели произвести впечатление, кажется, и сам немало удивлён. Томми смущённо краснеет, наконец осознав, что он и есть тот самый особенный гость, о котором говорил Шлатт. Томми отворачивается от матери и смотрит на гостей. Он бы ни за что не догадался, что всё это для него. Слуги презирали Тесея, и, похоже, уже давно. Томми понимает, что они не могут его ненавидеть. Даже если он был непослушным ребёнком, он всё равно ребёнок. Мысль о том, что слуги делают это для него, вселяет в него надежду. Ему кажется, что он действительно меняет своё будущее, хотя пока ещё мало что сделал. Томми мысленно молится богам, чтобы так продолжалось и дальше. — Если будет угодно вашим императорским величествам, я оставлю своего сына на ваше попечение на вечер. Мне нужно поговорить с несколькими дворянами с юга, и я уверен, что Таббо предпочтет играть со своим другом, а не слушать разговоры взрослых, — сообщает Шлатт царю и царице. Он кивает в сторону Таббо. Мальчик подбегает к Томми и с широкой улыбкой на лице берет его за руку. Томми кладет вторую руку на плечо Таббо, чтобы они оба были рядом. — Не нужно спрашивать. Мы будем рады принять Таббо, тем более что это так радует Тесея, — Филза отмахивается от формальностей Шлатта, и на его лице медленно расплывается улыбка. Томми благодарно улыбается отцу. В глазах Филзы читается любовь, и Томми заставляет себя отвести взгляд. Ему нужно будет когда-нибудь назвать этого человека «отцом». Он хотел бы сделать это сейчас. Он хотел бы поскорее с этим покончить. — Пойдём, — Таббо тянет Томми за руку, пытаясь увести его от царя и царицы. Томми оглядывается на мать. Она, кажется, готова попросить его остаться с ней, но Филза кладёт руку ей на плечо. Он качает головой, когда она смотрит на него. Кристин вздыхает и кивает Томми. Принц улыбается родителям и бежит за Таббо. В конце концов, повсюду охрана, а на вечеринке полно знати. Никто не причинит Томми вреда, если только не захочет его медленной и мучительной смерти. — Смотри! Смотри! — восклицает Таббо, резко останавливаясь. Томми останавливается рядом с ним. Таббо указывает на огненных элементалей и хихикает, переступая с ноги на ногу в детской попытке подобраться поближе. Томми смотрит на маленьких существ. Большинство элементалей принимают форму чего-то природного: животного, растения или погодного явления. Они меняют форму, чтобы не раздражать смертных, только когда заключают договор с людьми. Ходят слухи, что контракт со стихией может даже превратить некоторых людей в гибридов. Это не доказано. Единственное, что доказано, это то, что элементали могут выглядеть как гибриды, если они заключили контракт с человеком или долгое время находились в другой форме. Эти огненные элементали странные. Они размером примерно с ладонь взрослого человека. У них смутно различимая гуманоидная форма, но части их тела скреплены мерцающей аурой тёмно-оранжевого и жёлтого цветов. Эти части тела выглядят так, будто сделаны из свечного воска. Они толстые, пухлые, блестящие и менее чёткие, чем у обычных элементалей. Огненные элементали танцуют на металлических проводах, неуклюже имитируя танец на канате. Томми смеётся, когда огненные элементали начинают кружить своих партнёрш. Таббо хихикает, прижимаясь к Томми, и его начинает трясти. Когда Таббо хватает Томми за руку, Томми перестаёт чувствовать каменный пол под ногами. Он хмурится, и его тело изгибается в воздухе так, что ноги оказываются выше головы. Его императорская мантия развевается, пока он размахивает руками. Он пытается выровняться. У него не получается, но сильный ветер развевает его волосы с такой силой, что он парит головой вниз. Удивительно, но ветер не причиняет ему вреда. На самом деле это ощущение успокаивает, почти согревает, когда его мягко подхватывают в воздухе. Томми смотрит прямо в пустые чёрные глаза огненных элементалей. Они на время прекращают свой танец, чтобы посмотреть на Томми и Таббо. Таббо начинает хихикать ещё громче, но глаза Томми расширяются от благоговения. Он наклоняет голову к огненным элементалям. Он моргает, глядя на них, и один из них не моргает в ответ, глядя ему в глаза. Огненный элементаль делает шаг с металлической проволоки. Вместо того чтобы упасть на землю, он парит, как волшебный огонёк. Томми улыбается огненному элементалю, и существо прижимает крошечные отростки, которые должны быть руками, к носу Томми. По лицу Томми разливается приятное тепло. Это приятно, особенно в зимнюю погоду в империи. Огненный элементаль издаёт звук, похожий на кудахтанье. Другие элементали бросаются вперёд, чтобы прикоснуться к разным частям лица Томми. Его лицо становится ещё горячее. Хотя Томми нравится такое внимание, его лицо немного болит. Но он не хочет их отгонять. Кажется, они получают удовольствие, и Томми знает, что другой такой возможности у него не будет. В «Принце Края» только у двух людей из окружения Тесея есть огненные элементали, и ни один из них не Тесей. Первая из них - Салли. Она заключила контракт с юным принцем Уилбуром, услышав, как он поёт грустную песню у реки. Он загадал водного элементаля, но, когда перед ним появилась Салли, он был поражён её красотой. Судя по описаниям Принца Края, Салли была, проще говоря, русалкой, только плавала она в лаве, а не в воде. Салли не любила Тесея. Они ссорились так же часто, как Уилбур и Тесей, в основном потому, что Салли презирала Тесея за его поведение, а Тесей презирал её за легкомыслие и тщеславие. Другим огненным элементалем в книге был Блейз. Этот элементаль принадлежал Джеку Манифолду, личному охраннику Тесея и одному из тех, кто в конце концов предал принца. Блейз никого не любил. Единственным человеком, которого Блейз ненавидел больше, чем Тесея, был сам Джек, и хотя Томми считал это забавным, когда читал книгу, теперь он понимает, что Джеку, должно быть, было тяжело. Томми возвращается в настоящее, чувствуя, как жжение на его лице становится всё сильнее. Прежде чем он успевает что-то предпринять, он чувствует, как его лицо обдувает лёгкий холодный ветер. Он замечает руку, отгоняющую огненных элементалей. Томми узнаёт руку Короля воздушных элементалей. Сниг обнимает Томми за талию и прижимает принца к своей груди. Томми почти ничего не чувствует, настолько Сниг лёгкий от природы. Сниг смотрит на огненных элементалей. — Оставьте его в покое. Не забывайте, какими надоедливыми вы все можете быть. Вы идёте по стопам своего короля. Томми поднимает взгляд и видит разъярённое лицо Снига. Огненные элементали не реагируют и приземляются обратно на металлический провод. Сниг наклоняется, чтобы посмотреть на Томми и Таббо. Второй мальчик спрятан под другой рукой Снига. Таббо протягивает руку к лицу Снига. Томми остаётся неподвижным в его хватке. Сниг ухмыляется им. — Вам обоим понравился ваш маленький полёт? Я подумал, что тебе захочется увидеть огненных элементалей вблизи. Томми кивает. Таббо перестаёт тянуться к Снигу, когда понимает, что их опускают на землю. Сниг парит над их головами. Он гладит их по голове, и лёгкий ветерок развевает их причёски. Таббо смеётся, пытаясь поймать ветер. Томми смотрит, как Сниг растворяется в духовной энергии. Когда Сниг исчезает, Томми переводит взгляд на дворян. Он видит, как они разговаривают и танцуют друг с другом. Томми улыбается, но его улыбка постепенно сходит с лица, когда он замечает в толпе Уилбура. Или, точнее, он замечает, с кем Уилбур разговаривает. Шелби из Дома Грейс стоит рядом с Уилбуром в жёлтом платье с голубыми оборками и лентами. Её волосы собраны в хвост на боку и слегка развеваются на ветру. Она улыбается и смеётся над чем-то, что сказал Уилбур. Хотя она уже достаточно взрослая, чтобы уметь скрывать свои эмоции при дворе, она позволяет своей естественной натуре проявляться, проводя время со своим лучшим другом. Вполне естественно, что дочь герцога Грейса, герцога Запада, дружит с цесаревичем Уилбуром. То, что она станет магетом, менее вероятно. С юных лет Шелби умеет управлять источником магии. Её самые мощные заклинания связаны с природой, в частности с погодой и растениями. Даже сейчас, будучи ребёнком, Шелби намного сильнее обычного мага. Предначертанный ей путь приведёт её к тому, что она станет одним из самых могущественных магов на континенте. Это также приведёт её на путь разрушения и смерти. После казни Тесея, Шелби решает принять участие в экспедиции в Бесплодные земли. Когда Ранбу и его союзники наконец добираются до Бесплодных земель, они видят, что страна лежит в руинах. Могущественный элементаль земли, унаследованный от хранителей Врат Хранилища Пандоры, древней магической тюрьмы, вышел из-под контроля. Страж, король элементалей земли, был осквернён и передал эту скверну хранительнице Врат Ханне Роуз Чувак из Дома Ужаса. Как только она заразилась, многие жители Бесплодных земель стали жертвами чумы... в том числе и Шелби. Томми открывает рот, чтобы предостеречь её. Он замолкает, когда в жёлтых, как золото, глазах Шелби вспыхивает огонёк от того, что она услышала от Уилбура. Она выглядит такой невинной. Она и есть невинная, по крайней мере сейчас. Она ничего не сделала. Томми чувствует, как у него щиплет в глазах. К тому времени, как Шелби отправится в свою экспедицию, его уже не будет. Он никогда не приблизится к Бесплодным землям, потому что знает, что там распространяется чума. Он не может спасти Шелби. Она поддастся искушению и умрёт. Ей это суждено, как и Томми, но она об этом не знает. Сейчас она счастлива, не подозревая, сколько крови прольётся из-за неё в будущем. Томми хочет ей помочь, правда. Он чувствует, что они родственные души из-за их неизбежной судьбы. Он просто не может ей помочь. По крайней мере, не напрямую. Он может... Он может составить план, который вступит в силу после его смерти. Он пока не знает, каким будет этот план. Но он должен попытаться. В конце концов, это лучший друг Уилбура. Даже если однажды Уилбур возненавидит его, он проявил доброту к Томми, когда тот в ней так нуждался. Он считает, что таким образом возвращает долг. — Вот ты где, — зовёт кто-то. Томми отворачивается от Шелби и Уилбура. Его мать подходит к нему с улыбкой на лице. Шлатт идёт вместе с ней, и Таббо врезается в ноги отца. Шлатт останавливается, чтобы подхватить сына на руки. Кристин наклоняется, чтобы поднять Томми. Она убирает волосы с его глаз. Она хмурится, прижимая его к груди, вероятно, замечая, какой он холодный. — Пойдём, я хочу тебе кое-что показать, — шепчет ему Кристин. Томми смотрит через плечо Кристин на удаляющуюся вечеринку. Музыка затихает. Кристин напевает, чтобы заполнить тишину, и Томми прижимается щекой к её ключице. Она протягивает руку, чтобы почесать ему затылок. Томми закрывает глаза, слушая, как её каблуки хрустят по снегу, покрывающему сад. Хотя основная часть садов волшебным образом не покрывается снегом, Кристин вышла за пределы зоны. Томми интересно, куда она направляется. Кристин накидывает шаль ему на плечи, непреднамеренно прижимая его к себе. Да он и не стал бы двигаться с места. Хруст снега сменяется стуком по камню. Томми поднимает голову и видит, что Кристин привела его в беседку. Пол выложен серым камнем, а белые колонны поддерживают купол из матового стекла. Кристин прислоняется к перилам между двумя колоннами. Она укладывает Томми на спину, прижав его к своему локтю. Томми смотрит на неё, но она устремляет взгляд в небо. Томми смотрит ввысь. Небо усыпано звёздами, и Томми удаётся разглядеть среди них Тиберий - звезду, в честь которой его назвали. В воздухе раздаётся хлопок. Томми хмурится, а потом видит это. Десятки искр с грохотом разлетаются из центральной точки. Небо на мгновение озаряется голубым светом. Линии начинают стекать на землю, как вода по краске. Ещё одна яркая вспышка происходит до того, как первая успевает погаснуть. На этот раз небо заливает красным, словно приближается опасная буря. Одновременно вспыхивают полдюжины огней, сверкая, как молнии, и мир погружается в снежно-белую пелену. Фейерверк с зелёными и розовыми искрами расцветает, как цветок. Томми очарован этим зрелищем так же, как и прошлогодним. В реальном мире Томми никогда не мог ничего отпраздновать. Праздники не имели смысла для человека, у которого не было ни друзей, ни денег, а семья скорее убила бы друг друга, чем села за стол, чтобы просто поесть. К тому времени, когда Томми стал достаточно взрослым, чтобы понять, что такие праздники существуют и приносят радость, для него было уже слишком поздно. Он не хотел ревновать, поэтому продолжил жить своей жизнью. Он поклялся, что будет праздновать эти события с друзьями, которые у него появятся в будущем, и на деньги, которые он заработает на своей работе. Если бы ему повезло, у него могла бы быть семья, которая праздновала бы вместе с ним. Он поклялся, что будет счастлив. Томми чувствует, как внутри него разливается счастье, такое же яркое и громкое, как фейерверк, взмывающий в небо. Томми поворачивается к матери, и его нежность распространяется на все, что он чувствует к Кристин. Он смотрит ей в глаза, и его улыбка не меркнет, даже когда он понимает, с какой любовью она смотрит на него, а не на фейерверк. Прежде чем Томми успевает что-то сказать, Кристин кладет руку ему на щеку и гладит кожу под глазом. — Я обещаю всегда любить тебя. Томми медленно перестаёт улыбаться. Кристин закрывает глаза и начинает раскачиваться, чтобы не видеть его жалкого выражения лица. Это несправедливо. Наконец-то у него есть кто-то, с кем можно праздновать праздники. Наконец-то у него есть мать, которой он небезразличен. Почему он должен умереть? Почему она должна умереть? Кристин лежит сейчас, всё ещё счастливо улыбаясь и обнимая своего драгоценного сына. Она лжёт, потому что скоро умрёт, и когда это случится, всё пойдёт наперекосяк... он сломается, когда это случится. Томми разрывает на части, но он не плачет. В конце концов, большие мальчики не плачут. Он просто прижимается лицом к её груди, больше не наслаждаясь фейерверком. Возможно, дело в грусти, охватившей его, или в биении её сердца у него над ухом, или в тепле её тела, но что-то заставляет его переступить черту, и он засыпает.

─┉┈◈◉◈┈┉─

— Давай! — кричит Таббо. Ранбу срывается с места, где он отдыхал, и пускается бежать. Эндерперл телепортируется ему на плечо, впиваясь когтями в его плащ. Ранбу не обращает на неё внимания и пробирается сквозь деревья. — Нет, — шепчет Бо, когда они видят охваченную пламенем деревню. Большинство зданий полностью разрушено. Те немногие, что уцелели, выгорели дотла. Даже издалека он видит обгоревшие тела людей, которые пытались спастись, но не смогли. Ранбу закрывает рот рукой. Он был уверен, что они успеют вернуться. — Нам нужно найти выживших, — бормочет Пурпл. Он осторожно шагает вперёд. Таббо тут же следует за ним. Бо кладёт руку на плечо Ранбу и сжимает его, проходя мимо. Ранбу остаётся позади на несколько секунд. Они должны были вернуться вовремя. — Подожди, — говорит Пурпл, поднимая руки. Таббо и Бо останавливаются как вкопанные. Ранбу медленно подходит к ним. Приближаясь, он смотрит на деревню. Из его глаз вот-вот польются слёзы, смесь дыма и горя, охватившего его сердце. Он смахивает слёзы, не обращая внимания на жгучую боль, и проходит мимо Пурпла, который всё ещё держит руки поднятыми. Он не знает, почему Пурпл остановился. Если кто-то ещё жив, его нужно немедленно спасти. — Ранбу... — Шелби? — спрашивает Бо. Ранбу вздрагивает и поднимает взгляд. Верно. Они оставили Шелби в этой деревне. Она сказала, что будет защищать её, так что, должно быть, она борется с огнём. Скорее всего, она сейчас спасает людей. Но ей понадобится помощь. Ранбу бежит в сторону деревни, надеясь, что сможет хотя бы спасти Шелби. После всего, что она для него сделала, он не может оставить её умирать. Ранбу останавливается. Бо не стал называть имя Шелби, чтобы напомнить всем, что она здесь. Бо назвал имя Шелби, потому что маг стоит в свете костра в центре деревни, окружённой руинами. Ранбу чувствует, как на его лице появляется улыбка. Она выглядит хорошо. Она даже использует свою силу ветра, чтобы поднять человека из-под обломков. Ранбу меняет направление, чтобы подойти к Шелби поближе. — Помогите... — начинает житель деревни, но его голос заглушает вихрь. Воздух поднимается вверх и окутывает голову жителя. Он проникает в рот, лишая возможности дышать. Ранбу останавливается, не зная, что делать. Что делает Шелби? Разве она не видит, что причиняет жителю боль? Кажется, что он испытывает невыносимую боль, когда его отрывают от земли. Шелби нужно всего лишь опустить его. Конечно, им понадобится медицинская помощь, но с ними всё будет в порядке, если Шелби их опустит. У деревенского жителя, которого Шелби удерживала с помощью ветра, резко запрокинулась голова. Его глаза расширились от страха, а голова неестественно склонилась к плечу. Шелби опускает руку. Тело деревенского жителя падает. Оно падает под таким неудобным углом, что у него тут же ломается нога. Но он уже не в состоянии чувствовать боль. Шелби оборачивается. Она смотрит прямо на Ранбу. Её глаза блестят, как у хищного волка, когда она закладывает руки за спину. Она наклоняет голову к группе искателей приключений с забавной улыбкой на лице. — О боже, вы не должны были прийти так рано. Ну, для меня это не имеет значения. Правда всё равно рано или поздно всплыла бы. — Правда? — в ужасе шепчет Ранбу. Он продолжает смотреть на тело крестьянина. Они выглядят неестественно, лёжа вот так. Из их тел продолжает сочиться кровь. Кости, белые, как снег в Антарктической империи, практически блестят, как будто их тщательно вымыли. Огонь жадно пожирает крестьянина, сжигая остатки кожи, которые не тронула Шелби, когда намеренно убивала их. Ранбу чувствует, как резкий ветер обдувает его подбородок, поднимая голову. Краем глаза он замечает золотые молнии и понимает, что если сдвинется хоть на дюйм, то будет сожжён чем-то гораздо более смертоносным, чем огонь, пожирающий деревню. Он должен был знать. Магия молний была одним из любимых видов магии Тесея. Ранбу вынужден смотреть на приближающуюся к нему Шелби. Её глаза светятся, и в глубине жёлтого цвета плещется что-то зловещее. Часть её кожи покрыта зеленовато-бирюзовым мхом, который слабо мерцает тёмно-синим. Её улыбка совершенно нечеловеческая. Что бы это ни было, это не Шелби. Этого не может быть. Шелби, которую знает Ранбу, добрая, любопытная и любит приключения. Этот монстр перед ним не может быть Шелби. — Правда в том, что я отправила вас в ту деревню, чтобы вы не путались у меня под ногами, но вы вернулись, как и подобает героям, которыми вы себя считаете. Правда в том, что вы не герои. Вы слабые трусы, которые пытаются сделать что-то хорошее, но всегда терпят сокрушительное поражение. Сколько я уже с вами? Несколько недель? Я уже знаю о вас всё, что мне нужно знать, но вы понятия не имеете, кто я такая. Но это не имеет значения, потому что, по правде говоря, тебе не суждено выбраться из этой деревни живым. Тебе нужно было просто остаться на месте, — говорит ему Шелби. Она делает несколько шагов назад, и молния на секунду касается щеки Ранбу. Этого достаточно, чтобы боль пронзила всё его тело. Она обжигает. Ранбу всхлипывает. Шелби поднимает руку к небу. По земле стелется туман, смешиваясь с дымом и ослепляя всех вокруг. Когда зрение Ранбу затуманивают серо-черные клубы газа, он понимает, что Шелби опустила руку. Последнее, что он видит, ее светящиеся глаза. В следующее мгновение он слышит, как что-то прорывается сквозь землю. Он знает этот звук, и по его спине пробегает холодок. Шелби призвала Короля Элементалей Земли… Стража.