Часть Диммэдейла

Дождь начался внезапно — тяжёлые, жирные капли, будто небо решило выжать всю грязь, скопившуюся над городом. Они стучали по крыше лимузина Дейла, выбивая ритм, похожий на насмешливый хохот. — 98% голосов… — Дейл провёл пальцем по экрану планшета, разглядывая результаты предварительного опроса. — Скучно. Я хотел бы хоть капельку сопротивления. Для вкуса. Его телохранитель, массивный мужчина с лицом, напоминающим бетонную плиту, молчал. Он давно усвоил: Дейл не любил, когда с ним соглашались. — Кстати, — Дейл отложил планшет, — как там наш любимый доктор? — Гарельфред? — телохранитель хрипло кашлянул. — Сегодня отказался от премии «Лучший врач года». Сказал… э-э… что не будет принимать награду с вашим именем. Дейл медленно улыбнулся. — Ах, он действительно старается… *** Гарельфред выпил третью чашку кофе за вечер. Его квартира была погружена в полумрак — он ненавидел яркий свет, особенно тот, что лился с неоновых вывесок Диммэдома. На столе перед ним лежала папка с документами: медицинские отчёты, финансовые сводки больницы, списки «неудобных» пациентов, которых внезапно перестали лечить… Всё, что связывало Дейла с его империей. — Ты играешь в благородного мстителя, но сам не лучше, — раздался голос из темноты. Гарельфред не повернулся. Он знал, кто это. — Входи, Ка. Дверь открыта. Тень отделилась от стен, и в комнате появился высокий мужчина в чёрном плаще. Его лицо скрывал капюшон, но Гарельфред и так знал — там были шрамы. Много шрамов. — Ты копался в его делах, — Ка сел напротив, бросив на стол фотографию: Дейл в операционной, Гарельфред с скальпелем в руке. — Если он узнает… — Он узнает. — Гарельфред откинулся на спинку кресла. — И это будет концом. — Его? Или твоим? Гарельфред ничего не ответил. Ка усмехнулся. — Ладно. Я предупредил. Он растворился так же тихо, как и появился. *** На следующий день Дейл устроил «День открытых дверей» в Диммэдоме Глобал. — Это символ прозрачности! — вещал он с огромного экрана, пока толпы людей штурмовали здание в надежде на бесплатные образцы продукции «Димм-бургеров» и скидки в «Диммэзон». Дэв стоял в стороне, наблюдая, как его отец раздаёт автографы. Он чувствовал себя чужим здесь — как актёр в спектакле, где забыл свою роль. — Не нравится? Он обернулся. Хейзел. — Я… не понимаю, зачем всё это, — пробормотал Дэв. — Чтобы люди думали, что он *их* друг, — Хейзел скрестила руки. — А потом, когда они проглотят наживку, он закроет ещё одну больницу или повысит цены на воду. Дэв сжал кулаки. — Почему ты так ненавидишь его? — Почему ты его боишься? Они замолчали. *** Гарельфред наблюдал за трансляцией «Дня открытых дверей» на экране в баре. Вокруг него сидели такие же, как он — те, кто не купился на улыбки Дейла. — Он скоро упадёт, — прошептал пьяный мужчина рядом. — Нет, — Гарельфред опустошил стакан. — Его нужно *столкнуть*. *** Вечером Дейл вернулся в свой пентхаус и застал там… — Доктор. Какое неожиданное удовольствие. Гарельфред сидел в его кресле, листая медицинский журнал. — Я пришёл поговорить. — О чём? О том, как ты ненавидишь меня? — Дейл рассмеялся. — Это уже *скучно*. — О твоём сыне. Дейл замер. — Что? — Дэв. — Гарельфред отложил журнал. — Он не похож на тебя. — Он мой кровь. — Кровь ничего не значит. — Гарельфред встал. — Он слаб. Как была слаба твоя жена. Дейл ударил первым. Гарельфред даже не попытался уклониться. Удар пришёлся в челюсть, он отлетел к стене, но тут же выпрямился, вытирая кровь с губ. — Боишься, что он станет лучше тебя? — Ты *не* понимаешь, о чём говоришь! — Понимаю. — Гарельфред улыбнулся. — Ты боишься, что он увидит тебя настоящего. Дейл схватил его за горло. — Выйди из моего дома. Гарельфред не сопротивлялся. — Как скажешь… мэр. *** На улице Гарельфред достал телефон. — Ка? Да, это я. Готовь людей. Он посмотрел на небо. Дождь закончился.